Эксплуатационные качества, выявленные при этих полетах с полной очевидностью показывают, что в военное время самолет СХ-1 может быть использован в самых широких размерах для обслуживания частей КА. На нем можно производить доставку боеприпасов, питания, медикаментов и прочих грузов передовым и десантным частям; горючее и запчасти на полевые аэродромы, а также танковым и механизированным колоннам - бензин.
Наконец, этот самолет может быть использован, как массовый санитарный самолет для эвакуации раненных с передовых линий (три лежачих места и два для сидячих больных).
В условиях работы гражданской авиации самолет СХ-1 заменит все имеющиеся типы легких сухопутных самолетов. Он приспособлен для борьбы с вредителями с/х и лесных растений, может быть использован на местных линиях, как грузовой и пассажирский самолет, а также как санитарно-носилочный для оказания скорой медицинской помощи населению. Потолок этого самолета позволяет использовать его в высокогорных районах Средней Азии и Кавказа, где самолеты типа АП, СП - летать не могут.
Самолет СХ-1 смешанной конструкции чрезвычайно легок и дешев в производстве и ремонте и прост в эксплуатации (фюзеляж сварной металлический с полотняной обтяжкой, крылья деревянные также с полотняной обтяжкой).
Мотор МГ-31, установленный на этом самолете, освоен промышленность и испытан на эксплуатации.
Кроме того, наличие мотора с такой мощностью даст возможность создать серию учебных переходных машин на боевые самолеты. На сегодня, из-за отсутствия моторов средних мощностей мы не имеем надежного одномоторного учебного самолета типа истребитель, на который можно было бы поставить основное вооружение современного истребителя и двухмоторного учебного самолета для перехода на скоростные бомбардировщики. Изготовляющийся, в настоящее время промышленностью лицензионный мотор МВ-6 (Рено), обладая меньшей мощностью, не обеспечит этих задач к тому же он дороже и сложнее в производстве и труднее в эксплуатации его на стандартных бензинах, выпускаемых для легкого парка, возможна только с присадкой свинцовой жидкости, в то время как мотор МГ-31 работает на любом авиабензине.
Самолетов СХ-1 с мотором МГ-31 потребуется в военное время, по ориентировочному подсчету, не менее 1000 штук, это же количество может быть вполне использовано ГВФ в мирной обстановке.
Просим Ваших указаний НКАП о серийном производстве самолетов и моторов этого типа113».
Рисунок 34. Предтеча «кукурузника» Ан-2 - сельскохозяйственный самолет СХ-1 (ЛИГ-10).
Преамбула этого письма таково.
В соответствии с распоряжением руководства Гражданской авиации от 26 августа 1935-го года, в Ленинградских авиаремонтных мастерских (ЛАРМ) инженером Анатолием Георгиевичем Бедунковичем был спроектирован и спустя три года построен сельскохозяйственный самолет-биплан СХ-1 (ЛИГ-10), внешне очень похожий на послевоенный Ан-2, только размерами поменьше. Главное его назначение - сельскохозяйственные работы: аэросев, опыление и подкормка растений удобрениями. Также было предусмотрено применение самолета без серьезных переделок в санитарной авиации и для пассажирских и почтово-грузовых перевозок на местных авиалиниях.
Конструкция самолета смешанная (сталь, дерево, полотно), сильно оптимизированная по цене: самолет предполагался очень недорогим и массовым - в каждый колхоз. Для удобства хранения самолета (без строительства специальных ангаров) коробка крыльев могла складываться вдоль фюзеляжа, после чего самолет помещался в любой более-менее подходящий по габаритам сарай.
Во время испытаний которые продолжались до 1940-го года, машина успела принять участие в Советско-финляндской войне в качестве санитарного самолёта для вывоза раненных. В «реальной истории», было принято решение запустить СХ-1 в серию, но…
Но подвели двигатели МГ-31Ф (335 л. с.), которые так и не запустили в серию, из-за того что бывшее руководство Авиапрома повелось на лицензионные французские МВ-4/106.
Ныне же эта «авария» ударными темпами устраняется после ареста и ликвидации ей «авторов» - окопавшейся в руководстве ВВС группы вредителей и шпионов во главе с бывшим Начальником Управления вооружения ВВС КА Саркиером.
В Воронеже на авиамоторном заводе № 16 начато серийное производство 9-ти цилиндровых двигателей воздушного охлаждения и этот славный самолётик, обязательно станет самым массовым в нашей военно-транспортной авиации. Конечно возможности его гораздо скромнее, чем у будущего «Ан-2» с 1000-сильным двигателем М-62 – всего шесть пассажиров или около тонны грузов…
Но это уже далеко не У-2!
Настоящий грузо-пассажирский самолёт, а не «летающая этажерка», концептуально оставшаяся где-то в периоде Первой мировой войны.
Конечно же прочитав письмо, Сталин тут же дал соответствующие указания возглавляющему Наркомат авиационной промышленности Лаврентию Берии:
«Как можно скорее организовать серийное производство самолётов в количестве не менее тысячи машин в течении 1940-1941 гг…».
Причём с припиской:
«…Проверить возможность использования самолёта СХ-1 в качестве лёгкого ночного бомбардировщика».
В любом случае эта «предтеча» сверхполулярного у потомков «кукурузника» АН-2, в качестве ночного бомбардировщика будет лучше чем У-2. Хотя бы тем, что сброшенные на голову врага «600 кг» - это вдвое больше чем просто триста. А дальность в тысячу километров, позволяет с Моондзунда «кошмарить» германскую транспортную логистику даже в южной Польше, не говоря уже о Восточной Пруссии.
***
12 июля 1940-го года группа учёных (В.И. Вернадский, А.Е. Ферсман, В.Г. Хлопин) направляет Заместителю председателя СНК СССР, председателю Совета химической и металлургической промышленности Н.А. Булганину записку «О техническом использовании внутриатомной энергии», к которой обращают внимание на то, что в США и Германии уже начаты работы по использованию «внутриатомной энергии» урана.
В «Записке» предлагалось:
«1. Поручить Академии наук срочно приступить к выработке методов разделения изотопов урана и конструированию соответствующих установок и войти в правительство с ходатайством о специальных для этого ассигнованиях, а также о выделении соответствующего количества драгоценных и цветных металлов.
2. Предложить Академии наук форсировать работы по проектированию сверхмощного циклотрона Физического института Академии наук.
3. Создать государственный фонд урана.
4. Предложить:
а) Главгеологии Наркомцветмета и Главредмету всемерно содействовать заводу «В» на Табошарском месторождении в выполнении намеченных планом 1940 г. сроков геолого-разведочных работ, в частности, закончить углубку шахты до 120 м проходкой штреков и пробурку 2-3 скважин до 200 м глубиной в целях вскрытия нижнего первичного горизонта месторождения;
б) предложить Главгеологии Наркомцветмета форсировать разведку урановых месторождений Майли-Су и Кара-Агач в Фергане;
в) предложить Комитету по делам геологии усилить разведку Уйгурсайского месторождения близ Коканда и Куперлисайского месторождения близ оз. Иссык-Куль;
г) предложить Наркомфину СССР в обеспечение этих работ финансировать их в 3 квартале 1940 г. за счет годового лимита.
5. Предложить Комитету по делам геологии и Академии наук поставить в 1941 г. поисковые работы с использованием новейших методов радиоактивной разведки на урановые руды во всем районе правобережья Сыр-Дарьи, между Джелал-Абадом и Ленинабадом, а также вдоль разлома в Карамазарских горах по направлению от Табашарского к Адрасманскому месторождению.
6. Предложить Главредмету продолжить и ускорить переработку урановых концентратов завода «В» на соли урана с таким расчетом, чтобы выдать в течение 1940 г. и весны 1941 г. не менее 100 кг урана в солях.
7. Предложить Наркомцветмету, учитывая бедность урановых руд Средней Азии ураном, усилить изучение разнообразных методов их механического обогащения»114.
В «Реальной истории» результатом этой «записки» было создание в скорейшем времени (30 июля 1940-го года) «Комиссии по проблеме урана» для координации и общего руководства научно-исследовательскими работами АН СССР по советскому «урановому проекту». Именно с этого момента начались работы по созданию атомного оружия в нашей стране, увы вскоре прерванные начавшейся Великой отечественной войной и возобновлённые лишь в 1944-м году, по инициативе уже Курчатова.
Прочитав эту «записку», Председатель Совета Народных Комиссаров СССР Сталин не удержавшись написал словами потомков - «хроаборигенам»:
«Товарищи академики!
Пора уже не об «солях урана» думать, а об реакторе с графитовым замедлителем! В котором захватив «медленный» нейтрон, ядро атома урана-235 изменяется - превращаясь в уран-239, который должен распасться за 23 минут после чего возникает новый «элемент-94»115. Этот последний, сможет быть применен для создания взрывчатого устройство огромной разрушительной силы и сооружения очень малого энергетического реактора».
К сожалению в доставшемуся ему «Послезнании», по этой теме больше ничего не было…
А то бы он такую «Кузькину мать» Гитлеру показал!
Как глава Советского правительства одобрив эту инициативу, Сталин занял себя следующей «головоломкой»:
«Как затормозить работы по «урановому проекту» у будущего партнёра по «Антигитлеровской коалиции»?».
После довольно-таки долгого перебирания многочисленных – подчас совершенно фантастических вариантов, он решил что наиболее простейшим (и при этом достаточно эффективным) решением будет компрометация ведущих американских учёных участвующих в «Манхэттенском проекте». Для этого достаточно «запачкать» им репутацию, регулярно высылая на их счета «кругленькие суммы» из Советского посольства… Не напрямую, конечно, а через какой-нибудь «благотворительный фонд» - который каким-нибудь образом будет связан с Компартией США, где как минимум каждый третий «партиец» - агент ФБР, находящийся на содержании Кремля.
Он восхищённо покрутил головой:
«Хорошо устроились, сволочи!».
Сталин тут же по «горячим следам» составил список потенциальных словами потомков – «грантоедов»:
«Роберт Оппенгеймер, Энрико Ферми, Эдвард Теллер, Клаус Фукс, Эрнест Лоуренс… Нобелевский лауреат на нобелевском лауреате и нобелевским лауреатом же погоняет!».
И главный в этом списке Джеймс Франк - автор секретного доклада правительству США о перспективах и последствиях возможного использования ядерного оружия. Не будет этого «секретного доклада» - не будет и «Манхэттенского проекта».
Сталин хитро прищурился:
«А этого можно и «Орденом Ленина» наградить! И пусть потом объясняет ФБР: за какие такие «выдающиеся успехи» - ему такие «преференции» от «красных»».
После принятия такого судьбоносного решения, он вызвал к себе в кабинет главу Службы Внешней Разведки (СВР СССР) товарища Фитина Павла Михайловича и очень долго с ним беседовал…
14-го июня Уинстон Черчилль выступил с радиообращением, в котором заявил, что Британия будет сражаться в одиночку столько - сколько ей потребуется, чтобы разбить III Рейх:
«Будь это суровое испытание, или долгое, или и то, и другое, мы не будем искать никаких условий, мы не потерпим никаких переговоров; мы можем проявить милосердие, но не будем просить о нем».
После этого, 18-го июля последовала серия ночных авиационных атак германской военной промышленности в Эссене, Бремене и Хамме.
В этот же день на входящем в Наркомат артиллерии СССР Сталинградском тракторном заводе (СТЗ), приступили к испытаниям среднего гусеничного артиллерийской тягача с шестицилиндровым 185-сильным дизелем В-3В («половинка» от В-2В), выпускающемся в Харькове.
19-го июня Адольф Гитлер выступил в Рейхстаге, где подведя итоги войны которая и не думала кончаться, попытавшись припугнуть Черчилля уничтожением «великой империи», тем не менее заявил:
«Я не вижу причин, по которым эта война должна продолжаться».
Сэр Уинстон видимо эти «причины» хорошо и отчётливо видел, поэтому проигнорировал это, по своей сути - предложение о мире.
***
Вечером 19-го июля по приглашению Сталина, на любезно предоставленном им же правительственном «Дугласе», в Москву из Ирана прибыл с официальным визитом Реза-шах Пехлеви с семьёй и правительственной делегацией. В личной жизни сей сравнимый с Петром Великим монарх, придерживался европейских обычаев: хотя он и был женат четыре раза…
Но никаких гаремов с «коллекцией» жён, наложницами и упаси Маркс – евнухами. Первая его жена умерла, со второй и третьей он законным образом развёлся…
Всё в рамках приличий!
Шах прилетел с четвёртой - «действующей» женой Эсмат ол-Молук Доулатшахи и, с двадцатилетним сыном от второй - наследным принцем Ирана Мохаммедом Реза Пехлеви.
Во главе иранской делегации официально значился новый Премьер-министр страны – Али Мансур, который и будет вести переговоры с Председателем Совнаркома СССР И.В. Сталиным о заключении ряда межправительственных договоров. Прежнего главу иранского правительства – Ахмад Матина-Дафтари, вскоре после отлета Вождя Советского Союза из Тегерана Реза-шах отстранил от должности и заключил в тюрьму за шпионаж в пользу Великобритании116.
Сталин встретил столь высокого гостя (до сих пор, монархи в столицу первого в мире государства рабочих и крестьян не залетали) с величайшей помпой – почётный караул трёх родов войск со снятыми с производства (но отнюдь не с вооружения «парадных войск») токаревскими самозарядными винтовками (СВТ-38) в руках и предоставил в его распоряжение свой бронированный лимузин «Packard Twelve» 14-й серии, подаренный ему в 1935-м году президентом США Франклином Рузвельтом. Сам же словами потомков – «двигался» на вездеходе ГАЗ-61-40, который он почему-то называл среди своих «Джипом».