Первый недостаток вытекал из несомненного достоинства самолёта: практический потолок был 10 000 метров, но…
Но по мнению Сталина:
«Пожалуй, это уже лишнее – истребитель-перехватчик конструкции Туполева у нас уже есть… Практически есть. А «небесные шакалы» на такой высоте не летают! Им там делать совершенно нечего».
Такая высотность была следствием установки на практически штурмовик высотного двигателя, уже хорошо известного нам «запорожевского» 1100 сильного М-88, который на низкой высоте вёл себя не очень хорошо – печальная история истребителя И-180 тому подтверждение. Такая же история была и с микулинскими АМ-35А, делавшими истребитель МиГ на высотах меньше пяти тысяч метров «утюгом».
Да к тому не будем забывать: этот двигатель словами потомков - был «зачикан» Сталиным для бомбардировщика ТБ-7.
Так что нашему «крылатому шакалу» нужен другой двигатель и обязательно - «воздушник», как более стойкий к боевым повреждениям.
Выбор не особенно-то велик, конечно…
Если точнее: выбора вообще нет!
Поэтому это будет 1000-сильный М-62 - звёздообразный поршневой 9-цилиндровый двигатель конструкции Швецова, выпускающийся пермским авиамоторным заводом № 19 с 1938-го года, по…
Потомки бы сказали – «и по сей день», ибо самолёт Ан-2 с установленным на нём АШ-62ИР, летает и в XXI веке.
Невозможно даже точно подсчитать - сколько всего их было выпущено, так как эти двигатели производились по лицензии и в других странах.
Конечно, «шестьдесят второй» на сто «лошадок» менее мощный и к тому же значительно лобастее «восемьдесят восьмого»: внешний диаметр (1380 мм против 1296 мм) больше - а значит больше и сопротивление встречного воздуха. Хотя это обстоятельство будет несколько нивелироваться меньшей массой пермского мотора (560 «сухих» килограмм против 684), оснащённый двумя М-62 самолёт Таирова однозначно будет уступать прототипу в скорости.
Впрочем, для штурмовика это не критично.
Паровоз он в любом случае «догонит» и, та самая «водонапорная башня» - никуда от него не убежит.
Зато наш «крылатый шакал» будет намного резвее!
Особенно у земли. Ведь наибольшие показатели М-62 даёт именно на высоте полтора километра. Для сравнения: М-105 – на высоте четыре километра, М-88Б и АМ-35А – шесть-восемь.
Перефразируя слова Покрышкина про истребитель МиГ, про самолёты И-153 и И-16 с двигателями Швецова можно сказать:
«У земли они боги!».
«Богом» у земли будет и двухмоторный «Крылатый шакал» Таирова.
Кроме того, «клон» американского «Райт-Циклона» очень приёмистый – быстро набирает обороты и мощность, что позволяет оснащённому им самолёту быстро же набирать высоту или разворачиваться. А это очень важно как для противозенитного маневра, так и во время воздушного боя.
Один генерал Люфтваффе так говорил про наши И-16, на которых стояли авиадвигатели Швецова:
«Не загоняйте «Крысу» в угол! Иначе ей ничего не остаётся, как броситься на вас и вцепиться в глотку».
То есть «эксперт» на «Худом» мог сколько угодно нарезать круги вокруг нашего «Ишачка», пользуясь большей горизонтальной скоростью… Но стоило ему лишь зевнуть и опасно приблизиться, как следовал молниеносный бросок и от «Мессера» только клочки дюраля летели.
Примерно такая же история, а то и хуже (хотя куда уже хуже?) произойдёт, если «птенцы Геринга» решат связаться с куда более скоростным и вооружённым - но при этом не менее маневренном и резвым «Крылатым шакалом».
При условии, конечно, если в его кабине будет сидеть достаточно подготовленный лётчик.
Если потребуется, нашего «Крылатого шакала» можно легко и непринуждённо модернизировать, оставив М-62 транспортной авиации. Ибо уже имеется его дальнейшее развитие: звездообразный 9-цилиндровый 1100-сильный авиадвигатель М-63 - который с 1939-го и по декабрь 1940-го года, выпускался на заводе № 19 в количестве 3087 экземпляров.
Снятие его с производства было волевым решением Заместителя наркома НКАП А.С. Яковлева, который вздумал было организовать в Перми производство климовского М-105 для своего Яка. Правда как говорят потомки - «имелись отморозки и покруче» и, это предприятие подгрёб под себя Артём Микоян - намереваясь выпускать там микулинские АМ-35А для своего МиГа.
Ничего из этой изначально сомнительной идеи не вышло, ибо технологии производство двигателей жидкостного и воздушного охлаждения не совпадали настолько, что пришлось бы почти полностью менять оборудование и переучивать персонал завода.
Поэтому считай полгода, это третье по мощности авиамоторное предприятие страны, по сути простаивало - пробавлялась выпуском М-62 для ПС-64 (Ли-2) и запчастями для «Чаек» и «Ишаков». Пока наконец после нескольких месяцев напрасных потуг на это дело плюнули и, в мае 41-го года было принято (будет принято!) правительственное решение об производстве в Перми двойной «звезды» - 1700-сильного М-82.
Однако словами потомков – «здесь вам не там!» и, товарищ Яковлев такие вопросы уже больше не решает, занимаясь учебно-боевыми самолётами для советских ВВС. Артём Микоян же – секретарь-референт товарища Сталина по авиации и, в моторостроительных заводах не нуждается - от слова «совсем».
А Пермский завод № 19, параллельно с М-62 будет производить М-63, затем - предельно форсированный 1200-сильный М-64, которыми будут в первую очередь переоснащаться истребители И-16 ранних «типов». Когда же эта массовая модернизация закончится, настанет очередь и нашего «Крылатого шакала».
***
Подкачала и практическая дальность самолёта конструкции Таирова – всего 1060 километров, что явно недостаточно даже для рейдов по Восточной Европе. Ведь задача штурмовика сильно отличается от такой же у «стратега»: прилетел, разом сбросил все бомбы и улетел за новыми. Нашему «Крылатому шакалу» предстоит делать по несколько заходов на цели.
Но из «Послезнания» Сталин знал, что хотя в «Реальной истории» этот самолёт на вооружение так и не примут (товарищ Яковлев очень постарается), Всеволод Константинович продолжит над ним работу и в апреле 1941-го года, на испытания выйдет следующая модель: ОКО-6бис (или Та-3), с двигателями М-89 по 1250 лошадиных сил. Лётно-технические характеристики несколько улучшатся, дальность полёта увеличится до 2065 километров.
А это уже «что-то», вместо «кое-что»!
Кроме того, дальность можно значительно увеличить с помощью дополнительных, подвесных топливных баков сбрасываемых после выработки содержимого.
Ещё в декабре 1938-го года, один из бомбардировщиков СБ-2 с двигателями М-100 был оборудован системой, при которой на стандартных наружных бомбодержателях ДЕР-19 подвешивались два бензобака емкостью по 368 литра. При этом при нормальной бомбовой нагрузке, радиус действия самолёта увеличился на шестьсот километров…
Знамо дело значительно увеличилась и длина пробега и, время набора высоты, но это не так критично.
11 февраля 1940-года вышло следующее постановления правительства № 72сс о производстве подвесных бензобаков для УВВС КА:
«НКПищепрома.
Организация производства бензобаков
Срок сдачи
в Москве Ш декада февраля - 50 шт., 1 декада марта - 450 шт., П декада марта - 300 шт., Ш декада марта - 900 шт., 1 декада апреля - 800 шт., П декада апреля - 800 шт., Ш декада апреля - 900 шт.
Ленинград, фабрика Комсомолец - 1 декада марта - 50 шт., П декада марта - 300 шт., Ш декада марта 500 шт., 1 декада апреля 750 шт., П декада апреля 900 шт., Ш декада апреля - 900 шт.
ЕКАП должен дать для литья матрицы 6 компл. К 17 и 25 февраля - болванки для сушки баков - 40 компл. К 15-25 февраля, механическую арматуру к бакам в феврале 300 компл., в марте 3000 компл. И в апреле 5000 компл…».
4 мая 1940-го года (без всякого участия Сталина с его «Послезнанием», кстати) вышло постановление № 194сс Комитета обороны при СНК Союза ССР «О производстве подвесных бензобаков для НКО и НКВМФ».
В нём в частности указывалось:
«Разрешить НКО принять на снабжение авиации литые из целлюлозы и клееные из бумаги подвесные бензобаки с картонной арматурой, прошедшие госиспытания в НИИ ГУАС КА.
Дальнейшие работа по упрощению технологии производства подвесных бензобаков и их удешевление возложить на Наркомбумпром СССР, обязан его необходимее изменения технологического процесса вводить по согласование с НКО во всех производственных точках.
Выпустить во 2 кв. 1940 г. на целлюлозно-бумкомбинате в г.Сегеж и на бумажных фабриках “Коммунар” и “Красногородская” по 1.000 подвесных бензобаков.
Предложить Наркомлесу СССР организовать в районах Читы, Хабаровска, Владивостока и Комсомольска производство клееных из бумаги подвесных бензобаков и напустить во 2 кв. 1940 г. по 500 шт. в каждой точке.
Обязать Наркомпищепром СССР выпустить во 2 кв. с. г. на фабрике "Комсомолец" и на Экспериментальном заводе Главлестары по 500 подвесных бензобаков.
Обязать Всекопромсовет:
а) организовать проявводство клееных из бумаги подвесных бензобаков в районе Витебска, Гомеля, Киева, Одессы, Симферополя, Ростова на Дону, Баку и в г. Москве и вкпустять во 2 кв.1940 г. 500 баков в каждом.
б) организовать производство хомутов и упоров для подвеска бензобаков и выпустить во 2 кв. с.г. 10.000 комплектов и в первом полугодии 9000 комплектов…
… Отметить инициативу Наркомлеса СССР в изготовлении более простого бензобака, клееного из бумаги и выдать в распоряжение Наркомбумпрома СССР из резервного фонда СНК 50 тыс. руб. для премирования работников, принимающих непосредственное участие в разработке и выполнении этого типа баков».
В общем, дело было уже(!) поставлено на широкую ногу.
А почему этих «простых бензобаков, клееных из бумаги» в упор не видели наши лётчики во время Великой отечественной войны…
Словами потомков – «я хрен знат»!
***
Вооружение ОКО-6 – четыре 20-мм ШВАКа и два 7,62-мм ШКАСа было конечно чертовски впечатляющим и позволяло короткой очередью развалить на составляющие любой самолёт Люфтваффе. Но вот в эффективности его по наземным целям, Сталин сильно сомневался… Ведь недаром штурмовик Ил-2 пришлось вооружать двумя 23-мм авиапушками Волкова-Ярцева (ВЯ-23), а то и двумя же 37-мм Нудельмана-Суранова (НС-37). Известна и «противотанкового» калибра авиапушка НС-45 тех же конструкторов.
Причём вопрос о борьбе с танками и соответственно бронепробиваемости снаряда, им в данный момент даже и не ставился:
«Надо что-то помощнее, чтоб не просто вывести паровоз из строя… Перевести его из класса «локомотивы» в разряд «металлоломы»!».
23-мм автоматические пушки Волкова-Ярцева Вождь отдал зенитчикам, ибо если у авиаторов хотя бы есть 20-мм ШВАКи - то в области войсковой ПВО, в ПВО аэродромов…
Вообще словами потомков – «полная жоппа»!
Однако ещё остаётся 23-мм автоматическая авиапушка МП-6 (ПТБ-23) конструкции Таубина-Бабурина. Про неё в «Послезнании» самые противоречивые сведения, но Сталин ориентировался на то, что вышеупомянутые НС-37 и НС-45 (как и послевоенная НС-23), это есть разработки того же конструкторского коллектива – ОКБ-16. Стало быть эти вполне рабочие конструкции - имеют те же «корни», что и 23-мм МП-6 (ПТБ-23). А следовательно и последнюю до ума довести можно, особенно в условиях когда ОКБ-16 уже имеет свой собственный завод - Ленинградский Государственный Союзный завод № 4 «Имени Калинина».
Печальная же судьба Таубина и Бабурина, есть результат чьих-то интриг и козней…
Например Шпитального, которого уже давно пора посадить, ибо словами потомков – «подза@бал он уже своей креативностью!».
Сталин поднял трубку и дождавшись когда его соединят:
- Лаврентий! У тебя есть что на Шпитального? …ВАУ!!! А что ж ты раньше молчал? …А вот теперь говорю тебе: бери его за жабры и на «цугундер»!
Расстреливать конечно не стоит, это не наш метод – чтоб там потомки не блеяли. Напугать хорошенько, а потом дать такое «особо важное задание» - где его неуёмная энергия будет к месту.
Но и вышеназванным товарищам надо обязательно крепко «дать по шапке», чтоб не разбрасывались обещаниями, а сосредоточились на двух проектах: 45-мм зенитном автомате с обойменным питанием и 23-мм авиационной автоматической пушке, переделанной под ленточное…
В «Реальной истории» у Таубина с Бабуриным это получилось, так почему не получится в «Альтернативной»?
Тем более что последнюю, требуется установить не в крыло штурмовика Ил-2 или в развал цилиндров стоящего на «Рояле» мотора М-105…
А в носовую часть самолёта, что совсем другое дело.
Записывая в черновике постановления ГКО, Сталин уточнил:
«…В нижнюю носовую часть самолёта ОКО-6. Так как при расположении в верхней части - как у прототипа, в тёмное время суток лётчик будет ослеплён вспышками выстрелов».
Записав также о необходимости убрать гаргрот и немного приподнять пилотскую кабину у штурмовика – чтоб улучшить обзор по сторонам и особенно назад, Сталин вернулся к вооружению, ибо его обуял «заклёпкоманческий зуд».
Он рассуждал примерно так:
«23-мм авиапушка, конечно, вещь словами потомков – «зачётная», её бронебойный снаряд пробивает 25-мм стальную плиту. Однако, нашему «Крылатому шакалу» не по танкам стрелять – для того у нас противотанковая артиллерия имеется. По небронированным - но имеющих сравнительные большие объёмы, целям. Да так «стрелять», чтоб те на куски развалилась!».
То есть снаряды должны быть фугасными, содержащими как можно большой заряд взрывчатого вещества. У толстостенного снаряда из-за высокой начальной скорости осколочно-фугасного снаряда 23×152 мм (3УОФ1), заряд взрывчатого вещества всего 18,5 грамм. Это конечно значительный прогресс по сравнению с осколочно-фугасным 20-мм снарядом ШВАКа (заряд ВВ - 8-10 грамм), но его действие по наземным целям не так могущественно как того бы хотелось