Глава 6.

Мысли о прошлом.

Утро встретило их привычным уже ароматом надоедливой жареной рыбы, которую Макс готовил на костре. Девушки, лениво потягиваясь, выползли из-под тени шалаша, где провели ночь, и собрались вокруг огня. Каждый держал в руках свою порцию, кусок рыбы, завёрнутый в широкий лист, и несколько ломтиков также жареного банана, которые мужчина нарезал ножом. Все ели молча, наслаждаясь редкими минутами прохлады, пока солнце ещё не поднялось в зенит.

Эмилия, сидевшая чуть ближе к Максу, чем обычно, то и дело бросала на него быстрые взгляды, стараясь делать это незаметно. Изумрудные глаза искрились каким-то новым, почти детским любопытством, но стоило мужчине перехватить её взор, как она тут же отворачивалась, делая вид, что сосредоточена на своём завтраке. Но и Макс, словно невзначай, поглядывал на девушку, пока чистил нож о кусок дерева.

Эту игру заметила Сэнди, которая, как обычно, не могла удержаться от комментария. Она отложила свой лист с рыбой, вытерла руки о песок и, хитро прищурившись, протянула:

— Ну что, голубки, решили устроить утренний сеанс переглядок? Или это у нас теперь официально романтика на острове?

Эмилия, поперхнувшись, тут же залилась краской, а Макс, хоть и сохранил внешнее спокойствие, кашлянул, явно пытаясь скрыть неловкость. Он бросил на Сэнди взгляд, в котором читалось что-то вроде: «не лезь не в своё дело, дорогуша», но та лишь расхохоталась, явно довольная произведённым эффектом.

— Ой, да ладно вам, — продолжила она, подмигнув Стейси, которая, правда, тоже начала хихикать, пока не особо понимая всё происходящее. — Мы же тут как одна большая семья, делиться надо всем, даже взглядами. Или вы думаете, что мы ничего не замечаем?

— А что мы не замечаем? — поинтересовалась Стейси.

— Сэнди, прекрати, — буркнула Эмилия, стараясь скрыть смущение за строгим тоном, но её голос предательски дрогнул. — Ты всегда всё выдумываешь.

— Ага, конечно, — подмигнула та, но всё же решила оставить парочку в покое, переключив внимание на Стейси. — Ну что, подруга, как тебе рыба сегодня? Или ты ещё скучаешь по своим любимым круассанам с авокадо?

Эмилия, воспользовавшись моментом, украдкой взглянула на Макса, но тот уже отвернулся, сосредоточившись на том, чтобы собрать остатки еды. Её сердце билось чуть быстрее, чем обычно, а в голове крутились мысли о том, что будет дальше. Она понимала, что их пребывание на острове — это временное испытание, но что, если их найдут? Вернётся ли всё к прежнему? И захочет ли она этого?

Макс, в свою очередь, тоже размышлял о будущем, но его мысли были более практичными. Он думал о том, как долго они смогут продержаться на бананах и рыбе. И как лучше переносить от источника воду, а также, каким образом защитить лагерь от возможных бурь. Но где-то в глубине души он тоже задавался вопросом, что будет, когда этот остров останется лишь воспоминаниях? И почему мысль о возвращении в обычную жизнь вдруг стала казаться ему не такой уж привлекательной.

«Господи, тот поцелуй Сладкий, неземной…».

Их размышления прервал внезапный звук, слабый, едва уловимый гул, доносившийся откуда-то сверху. Все разом подняли головы, вглядываясь в бездонное синее небо. Там, на огромной высоте, оставляя за собой тонкий белый след, пролетал самолёт. Его серебристый корпус сверкнул на солнце, но было ясно, что с такой вышины их маленький остров, лишь точка в бескрайнем океане, а они сами, невидимые песчинки.

— Смотрите, — прошептала Стейси, первой нарушив тишину.

Её голубые глаза расширились, и в них мелькнула странная смесь удивления и тоски.

— Это… Самолёт. Настоящий самолёт.

— Да уж, — хмыкнула Сэнди, но в её голосе не было привычной насмешки. — Прямо как привет из другого мира. Только вот он нас точно не заметит. Мы для них — просто ничего.

Эмилия, глядя на исчезающий след, почувствовала, как в груди что-то сжалось. Она вдруг осознала, что этот самолёт, символ той жизни, которая осталась где-то далеко, жизни, полной вспышек камер, дорогих платьев и бесконечных вечеринок. Но почему-то сейчас эта жизнь казалась ей такой далёкой, почти нереальной, словно сон, который она видела когда-то давно.

Стейси, обхватив колени руками, задумчиво произнесла:

— Знаете, мне кажется странным видеть что-то… Из того мира. Самолёты, машины, телефоны, интернет… Всё это теперь как будто выдумка. Я начинаю думать, что мы всегда жили вот так — на песке, с бананами и рыбой, под этим палящим солнцем. И вся та жизнь — одежда, рестораны, автомобили — это просто мираж.

— Да уж, — подхватила Сэнди, разгребая песок ногой. — Я уже почти забыла, как выглядит мой гардероб. Хотя, знаете, я бы сейчас не отказалась от пары удобных кроссовок. Эти босые прогулки по камням мне уже порядком надоели.

— А я бы не отказалась от нормального душа, — вздохнула Эмилия, глядя на свои исцарапанные и искусанные комарами руки. — И от крема от загара. Я, наверное, уже похожа на варёного рака.

Макс, который до этого молчал, глядя в небо, наконец подал голос:

— А я бы не отказался от нормального топора. Или хотя бы верёвки. Построить что-то вроде хорошего укрытия было бы куда проще.

Девушки переглянулись, а затем дружно рассмеялись, представив, как Макс с топором в руках превращается в настоящего Робинзона Крузо. Смех немного разрядил атмосферу, и все, словно по молчаливому согласию, решили отвлечься от мыслей о будущем, занявшись повседневными делами.

После завтрака Макс отправился проверить ловушки для рыбы, которые он соорудил накануне из веток и лиан. Стейси, как самая энергичная, вызвалась помочь ему, хотя на деле больше болтала, чем работала, то и дело подтрунивая над его серьёзностью.

— Слушай, — говорила она, шагая за ним по берегу, — ты всегда такой сосредоточенный? Или это остров тебя таким сделал? Я вот думаю, если бы мы встретились в обычной жизни, вряд ли когда-либо познакомились.

Макс, не оборачиваясь, пожал плечами.

— Ты бы, наверное, не заметила человека, который таскает чемоданы и чинит моторы.

— Угу-, угу. А скажи, что у тебя с Эмми?

— Не твоё дело.

— Значит, что-то есть?

— Говорю же, не твоё дело.

— Вы уже того…

— Чего того?

— То самое. Пара? Я не слепая, и вижу, как вы бросаете друг на друга взгляды, словно подростки.

— М-м-м. Не знаю, пока. Всё трудно.

А на пляже, тем временем, также велись повседневные разговоры. Девушки разлеглись в тени пальмы, обмахиваясь, проклиная насекомых, которые кружили вокруг них.

— Хотя, знаешь, я бы сейчас не отказалась от капучино с корицей. Помнишь тот маленький кафетерий на углу, где мы всегда брали кофе перед съёмками?

Эмилия на секунду замерла, Схватив охапку веток, и её взгляд затуманился. Она вспомнила тот кафетерий, крошечное уютное место с деревянными столиками, запахом свежесваренного кофе и звоном колокольчика над дверью. Казалось, это было в другой жизни, в другом мире, где её заботы сводились к выбору наряда для очередной фотосессии или к жалобам на слишком ранний подъём.

— Да, помню, — тихо сказала она, опуская ветки в кучу. — Там ещё была официантка, которая вечно путала заказы, но мы всё равно её обожали, потому что она всегда давала нам булочки бесплатно.

Сэнди улыбнулась, но в её улыбке мелькнула тень грусти:

— Интересно, она всё ещё там работает? Или уже уволилась, потому что мы перестали приходить и оставлять ей хорошие чаевые?

Эмилия пожала плечами, стараясь отогнать эти мысли. Ей вдруг стало не по себе от того, как быстро их прежняя жизнь начала казаться чем-то далёким и почти нереальным. Она тряхнула головой, прогоняя ностальгию, и, чтобы сменить тему, сказала:

— Ладно, хватит мечтать о кофе. Давай лучше подумаем, как сделать так, чтобы эти ветки не развалились, когда мы будем разводить костёр. А то в прошлый раз половина сгорела, а половина осталась сырой.

Девушка, как всегда, не упустила возможности подколоть подругу.

— О, Эми, ты что, теперь у нас эксперт по кострам? Смотри, ещё немного, и ты начнёшь сама рыбу ловить и бананы с пальм срывать. Вот это будет сенсация — знаменитая модель превращается в настоящую островитянку!

— Очень смешно, — буркнула Эмилия, но всё же улыбнулась. — Лучше помоги мне, а то я сейчас всё брошу и пойду лежать в тени. Тогда сами разбирайтесь с вашим дурацким костром.

Тем временем Макс и Стейси вернулись с проверки ловушек, принеся с собой несколько небольших рыбин, которые трепыхались в импровизированной корзине из лиан. Стейси, как обычно, была полна энергии и тут же принялась рассказывать о том, как они чуть не упустили одну из рыб, потому что она оказалась слишком скользкой.

— Вы бы видели, как Макс её ловил! — хохотала она, размахивая руками. — Он выглядел как настоящий охотник. Только вместо копья у него была палка, а вместо добычи, рыба размером с мой мизинец!

Макс лишь покачал головой, но в его глазах мелькнула тень улыбки. Он молча принялся чистить рыбу, пока девушки продолжали болтать, обсуждая, каким образом лучше приготовить улов. Эмилия, украдкой наблюдая за мужчиной, заметила, как ловко он орудует ножом, и вдруг поймала себя на мысли, что в обычной жизни она бы никогда не обратила внимания на такие мелочи. Но здесь, на острове, каждая такая вот мелочь, от умения развести огонь до способности поймать рыбу, казалась чем-то важным, почти волшебным.

После обеда, когда солнце достигло зенита и жара стала невыносимой, все укрылись в тени пальм, лениво перебрасываясь фразами. Стейси, лежа на песке и глядя в небо, вдруг задумчиво произнесла:

— Знаете, я тут подумала… А что, если нас вообще никогда не найдут? Ну, в смысле, мы же не знаем, где мы, и никто не знает, где мы. Может, мы так и останемся здесь навсегда?

Её слова повисли в воздухе, и на секунду воцарилась тишина. Даже Сэнди, обычно готовая отшутиться, задумалась, глядя на свои исцарапанные ноги, покрытые песком и следами от укусов комаров.

— Ну, если честно, — наконец сказала она, — я бы не сказала, что это худший вариант. Конечно, я скучаю по своему дому и по нормальной еде, но… Здесь как-то… проще, что ли. Нет всей этой суеты, звонков, сообщений, бесконечных съёмок. Иногда мне кажется, что я впервые за долгое время просто живу, а не бегу куда-то.

Эмилия, слушая её, кивнула, хотя в глубине души не была уверена, согласна ли она с подругой. Ей тоже нравилась эта простота, но в то же время она скучала по комфорту, по своей мягкой кровати, по горячей воде и по возможности просто включить кондиционер, когда жарко. И всё же она не могла не признать, что здесь, на острове, она начала замечать вещи, которые раньше казались ей неважными. Например, как красиво переливается море на закате или как звёзды кажутся такими близкими, что их, кажется, можно достать рукой.

Чтобы отвлечься от этих мыслей, она решила заняться чем-то полезным и предложила:

— Может, попробуем сделать что-то вроде навеса у костра? А то если пойдёт дождь, мы все промокнем до нитки. А так, можно будет сидеть и греться.

Стейси тут же оживилась, вскочив на ноги.

— Отличная идея! Давайте соберём побольше лиан и листьев. Макс, ты ведь поможешь, правда? Ты же у нас мастер на все руки.

Мужчина, не отрывая взгляда от моря, кивнул.

— Конечно. Только сначала надо найти подходящие ветки. И, Эми, если ты опять начнёшь ныть, что лианы колючие, я тебя заставлю рыбу чистить.

Эмилия фыркнула, но всё же улыбнулась, понимая, что его слова, не более чем шутка. Они все принялись за работу, и вскоре лагерь наполнился звуками ломающихся веток, шорохом листьев и весёлыми переругиваниями. Сэнди, как всегда, подтрунивала над Эмилией, которая действительно то и дело жаловалась на колючки, а Стейси, полная энергии, носилась по пляжу, собирая всё, что могло пригодиться для навеса.

К вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, их усилия увенчались успехом. Над лагерем появился неказистый, но вполне функциональный навес из пальмовых листьев и лиан, укреплённый ветками. Все, уставшие, но довольные, собрались вокруг костра, чтобы поужинать и полюбоваться результатом своей работы.

— Ну что, — сказала Сэнди, откусывая кусок рыбы, — если нас не найдут, у нас хотя бы будет крыша над головой. А если найдут, то я точно потребую, чтобы в фильме про нас показали, как я героически таскала эти ветки.

— Ага, — подхватила Стейси, — и как Эми героически ныла, что ей жарко.

— Очень смешно, — буркнула Эмилия, но всё же рассмеялась вместе с остальными.

Она посмотрела на Макса, который молча ел, и вдруг почувствовала, что, несмотря на все трудности, этот день был одним из лучших за последнее время. Может, потому, что они были вместе. А может, потому, что здесь, на этом острове, она начала понимать, что счастье — это не только дорогие платья и вспышки камер, но и такие простые вещи, как смех подруг, тепло костра и совместный труд.▌.