Глава 5.

Находка и разговоры.

Полдень выдался особенно жарким. Раскалённый воздух дрожал над песком, превращая горизонт в зыбкое марево. Макс, вытирая пот со лба, объявил, что отправляется на разведку в другую часть острова. Девушки, лениво растянувшиеся в тени пальм, только вяло замахали руками, отказываясь покидать спасительную прохладу. Лишь Эмилия, неохотно поднявшись, пробормотала что-то о том, что сидеть на месте ещё скучнее, и поплелась за мужчиной с совершенно несчастным выражением лица, будто её кто-то заставлял.

Путь их лежал через густые заросли джунглей. Пальмы, переплетённые лианами, нависали над просветом, а огромные папоротники, словно зелёные зонты, отбрасывали пятнистую тень. Кожа обоих была испещрена царапинами от острых листьев, а комары, гудящие тучами, оставляли на ней красные зудящие пятна. Девушка то и дело хлопала себя по рукам, ворча:

— Ну почему именно мне достаются все укусы? Это что, у меня кровь вкуснее, что ли?

Макс, шедший впереди, усмехнулся, не оборачиваясь:

— Может, ты просто слаще всех пахнешь.

Девушка фыркнула, но промолчала, хотя уголки её губ дрогнули в улыбке.

Вскоре они вышли к небольшому гроту, вход в который был наполовину затоплен мутной водой. Мужчина, присев на корточки, заглянул внутрь, но тут же покачал головой:

— Бесполезно. Слишком сыро, да и вода, похоже, отсюда не уходит. Жить здесь не получится. А жаль.

Эмилия, стоявшая позади, облегчённо выдохнула.

— Ну и славно. Я бы всё равно не полезла в эту тёмную дыру. Там, небось, змеи или ещё какая гадость.

Мужчина только хмыкнул, и они двинулись дальше, углубляясь в джунгли. Пройдя ещё немного, они неожиданно вышли на небольшую поляну, заросшую высокой травой и мхом. В центре её возвышался древний идол, от вида которого у Эмилии перехватило дыхание. Она ойкнула, испуганно прижав ладонь ко рту, и схватилась за локоть Макса.

Идол выглядел пугающе, высеченный из чёрного камня, потрескавшегося от времени, он изображал гротескное существо с искривлённым лицом, широко раскрытым ртом и пустыми глазницами, в которых, казалось, таилась тьма веков. Его зубы, вырезанные с пугающей точностью, напоминали клыки хищника, а длинные руки, покрытые мхом, сжимали что-то, давно стёртое временем. Вокруг идола лежали огромные гладкие камни, наполовину скрытые под лианами и зеленью, словно остатки какого-то древнего алтаря. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным запахом сырости и гниющих листьев. И даже птицы, казалось, избегали этого места, не нарушая тишину своим пением.

— Господи, что это за жуть жутчайшая? — прошептала Эмилия, прижимаясь к Максу. — Это что, здесь люди были? И… И что с ними стало?

Она осмотрелась по сторонам, будто именно сейчас ожидала появления туземцев, с копьями и визгами.

— Надеюсь, их здесь нет.

Мужчина, сохраняя спокойствие, внимательно осмотрел поляну. Его взгляд скользнул по заросшей траве, где не было видно ни единого свежего следа.

— Не бойся, — успокоил он, положив руку ей на плечо. — Видишь, всё заросло. Сюда давно никто не приходил. Тех, кто это сделал, наверное, уже и в живых нет. Возможно, это место заброшено столетиями.

Эмилия, всё ещё дрожа, кивнула, но от идола отойти не торопилась, словно заворожённая его зловещей мощью. Некой аурой.

— Здесь, наверное, приносили в жертву. И возможно даже девственниц. Я видела нечто подобное в одном фильме.

— Кто его знает. Тем не менее, чтобы здесь не происходило, оно было очень давно.

— Пойдём отсюда, — наконец выдохнула она. — Мне кажется, он смотрит на нас недобро.

Макс улыбнулся, но всё же согласился, и они двинулись обратно. По пути мужчина нарвал связку бананов, висевших на низкой ветке, а девушка, всё ещё погружённая в мысли о жуткой находке, не заметила торчащий корень и, споткнувшись, рухнула на землю, схватившись за лодыжку.

— Ай! — простонала она, скорчившись. — Кажется, я подвернула ногу. Всё, я не встану, тащи меня на руках!

Мужчина, хмыкнув такой скоростью просьбы, опустившись на одно колено, внимательно осмотрел лодыжку, осторожно ощупывая пальцами. Эмилия, несмотря на боль, не могла не заметить, как тёплые и сильные руки Макса касались её кожи, и от этого щёки слегка порозовели.

— Всё в порядке, — заключил он, поднимая на неё взгляд. — Просто ушиб. Через пару минут сможешь идти.

— Ты уверен?

— Полностью.

Эмилия, всё ещё держась за его руку, посмотрела в его тёмные глаза, и вдруг, словно поддавшись какому-то невидимому импульсу, они оба наклонились друг к другу. Их губы встретились в лёгком, почти невесомом поцелуе. Таком же жарком, как воздух вокруг. Но таком же мимолётном, как тень облака. Через секунду оба смущённо отпрянули, отводя взгляды, словно подростки, впервые испытавшие это чувство. Эмилия нервно поправила волосы, а Макс кашлянул, поднимаясь и протягивая ей руку.

— Пойдём, — буркнул он, стараясь скрыть неловкость. — Надо вернуться до темноты.

Обратный путь прошёл в молчании, но это молчание было не тягостным, а каким-то тёплым, наполненным невысказанными мыслями. Когда они вернулись в лагерь, Эмилия, забыв напрочь о своей хромоте, тут же бросилась к подругам, размахивая руками.

— Вы не поверите, что мы нашли! Там был огромный идол, просто жуткий, с зубами, как у демона, и глазами, которые, клянусь, следили за нами! Я чуть не умерла от страха, а вокруг ещё эти камни, как будто там приносили жертвы, и…

— Эми, ты что, сценарий к фильму ужасов придумываешь? — перебила её Сэнди, лениво обмахиваясь пальмовым листом. — Или просто пересмотрела триллеров перед тем, как мы сюда попали?

— Да я серьёзно! — возмутилась та, топнув ножкой. — Спросите у Макса, если не верите!

Макс, сидевший неподалёку и чистивший бананы, покачал головой, пряча улыбку.

— Ну, идол там действительно был. Но вот насчёт глаз, которые следят… Это, Эми, уже твоя фантазия.

Стейси расхохоталась, хлопнув себя по коленке:

— Ой, Эми, ты такая драматичная! Может, тебе не моделью быть, а актрисой?

Эмилия надулась, но вскоре и сама рассмеялась, хотя в глубине души всё ещё ощущала лёгкий холодок от воспоминаний о той поляне.

— Я снималась в рекламе, так что я уже актриса.

Вечер опустился на остров мягким покрывалом, усеянным звёздами. После ужина из бананов и нескольких рыбин, пойманных Максом, все сидели у костра. Эмилия, задумчиво глядя на пламя, расчёсывала искусанные москитами руки, не замечая, как красные пятна становились ещё ярче. Её мысли крутились вокруг сегодняшнего дня, а точнее, вокруг того мимолётного поцелуя. Она покусывала губу, размышляя.

«Что это вообще было? — думала она. — Макс… Он же совсем не из моего окружения. Я — знаменитость, меня фотографируют для обложек, а он… Помощник капитана, человек, который чинит лодки и таскает чемоданы. В обычной жизни мы бы даже не заговорили. Но здесь… Здесь всё иначе».

Она бросила взгляд на подруг, которые о чём-то весело болтали. И её сердце сжалось.

«А что, если… Что, если Стейси или Сэнди тоже положат на него глаз? Нас трое, а он один. Не хватало ещё драк из-за мужчины. В обычной жизни я бы, не задумываясь, переступила через них

…но здесь, на этом острове, всё иначе. Мы зависим друг от друга. И… Может, я сама изменилась?»

Девушка вздохнула, отгоняя эти мысли. Она так и не пришла к какому-то решению, лишь глубже погрузилась в свои размышления, пока её не отвлёк голос Сэнди, которая, как всегда, не могла усидеть на месте без очередной колкости.

— Эй, Эми, ты что, опять витаешь в облаках? Или всё ещё переживаешь из-за своего жуткого идола?

Сэнди хихикнула, подбрасывая в костёр сухую ветку.

— Да ну тебя, — буркнула Эмилия, но беззлобно. — Лучше расскажи, как ты собираешься выживать здесь без своих любимых туфель на шпильках.

— О, я уже придумала, — подхватила девушка, театрально взмахнув рукой. — Буду вырезать каблуки из пальмовой коры. А ты, Эми, будешь мне их красить соком ягод. Представляешь, как шикарно я буду выглядеть, шагая по пляжу?

Стейси расхохоталась, чуть не подавившись куском банана.

— Да уж, Сэнди, ты точно станешь королевой необитаемого острова. Только не забудь корону из кокосовой скорлупы!

Макс, молча слушавший их болтовню, улыбался, но ничего не говорил, продолжая подбрасывать ветки в костёр. Эмилия украдкой взглянула на него, пытаясь угадать, о чём он думает, но его лицо, как всегда, оставалось непроницаемым.

Следующий день начался с привычной рутины. Солнце, как назло, палило ещё сильнее, чем накануне, и девушки, лениво растянувшись в тени, то и дело жаловались на жару. Макс, отправившись к ручью за водой, оставил их одних, и, как только его шаги затихли в зарослях, Сэнди, прищурившись, хитро посмотрела на подруг.

— Ну что, девочки, — начала она, понизив голос, — как вам наш герой-одиночка? Вы заметили, какой он… Заботливый? Прямо рыцарь в шортах.

Стейси хмыкнула, лениво обмахиваясь пальмовым листом:

— Да уж, без него мы бы точно пропали. Но, знаешь, Сэнди, мне кажется, он слишком уж серьёзный. Ты видела, как он вчера смотрел на Эми, когда она рассказывала про того идола? Прямо как на ребёнка, который выдумывает сказки.

Эмилия, до этого молчавшая и лениво перебирающая песок пальцами, напряглась. Ей не хотелось, чтобы разговор зашёл слишком далеко, но нетерпение пересилило, и она всё же включилась в беседу.

— Ну, он просто… Спокойный, — осторожно сказала она, стараясь не выдать своих мыслей. — И вообще, Сэнди, ты что, уже положила на него глаз? Ты же первая кричала, что не потерпишь мужчин, которые не носят костюмы за тысячу долларов.

Подруга расхохоталась, откинув голову назад.

— Ой, Эми, не будь такой занудой! Я просто шучу. Хотя, знаешь, если нас тут не найдут ещё пару месяцев, я, может, и подумаю. А что, он сильный, умный… И, между прочим, готовит рыбу лучше, чем шеф-повар в том ресторане на Малибу, куда мы ходили в прошлом году.

— Да ну тебя, — отмахнулась Стейси, но в её голосе тоже послышались весёлые нотки. — Хотя, если честно, я бы не отказалась от такого помощника в обычной жизни. Представляете, как он бы таскал наши чемоданы на съёмках?

Эмилия, слушая их, старалась сохранять равнодушный вид, но внутри у неё всё кипело. Ей хотелось рассказать подругам о поцелуе, поделиться своими сомнениями, но она сдержалась.

«Нет, — подумала она, — это только всё усложнит. Лучше промолчать. По крайней мере, пока».

Разговор вскоре переключился на другие темы, и девушки принялись обсуждать, как бы они выживали, если бы у них было больше вещей с яхты. Сэнди мечтала о своём чемодане с косметикой, Стейси, о запасе энергетических батончиков, а Эмилия, как ни странно, задумалась о том, как сильно ей не хватает обычной расчёски. Их кожа, покрытая царапинами и укусами комаров, выглядела далеко не так идеально, как на глянцевых обложках, и это, как ни странно, начинало казаться не таким уж важным.

Когда Макс вернулся с полными кокосами воды, девушки уже успели изныть от жары и скуки. После обеда, когда солнце немного спряталось за облаками, мужчина, вытирая пот со лба, вдруг предложил.

— Эми, а не хочешь научиться плавать? Здесь, на мелководье, это безопасно, да и тебе пригодится.

Эмилия, услышав это, тут же затряслась, вспомнив огромную тень акулы, которую видела в лагуне пару дней назад. Её зелёные глаза расширились от ужаса, и она энергично замотала головой:

— Нет, нет и нет! Ты что, забыл про ту тварь? Я не полезу в воду, ни за что!

Макс, сохраняя спокойствие, присел рядом с ней, глядя прямо в глаза.

— Эми, послушай, на мелководье акулы не заплывают. Там слишком мелко, и им нечего там делать. Я буду рядом, и, если что, вытащу тебя за секунду. Обещаю.

Эмилия, всё ещё дрожа, покосилась на воду. Ей ужасно не хотелось соглашаться, но в то же время она понимала, что отказываться глупо. К тому же, в глубине души ей было приятно, что Макс так заботится о ней. Наконец, нехотя кивнув, она пробормотала:

— Ладно, чёрт с тобой, но если меня сожрут, это будет на твоей совести.

Макс улыбнулся, и они вместе направились к воде. Стейси и Сэнди, наблюдавшие за этой сценой, переглянулись и захихикали.

— Ну всё, Эми теперь официально под охраной, — подмигнула Сэнди. — Интересно, сколько она продержится, прежде чем начнёт ныть?

На мелководье вода была тёплой и прозрачной, едва доходила до пояса. Макс терпеливо объяснял Эмилии, как правильно двигать руками и ногами, поддерживая её за талию, чтобы она не боялась. Девушка, сначала напряжённая, как струна, постепенно расслабилась, хотя то и дело оглядывалась, проверяя, не мелькнёт ли где тень акулы. К её удивлению, ей даже начало нравиться, и вскоре она уже хихикала, когда волна неожиданно окатила с ног до головы.

— Ну вот, видишь, ничего страшного, — сказал Макс, отпуская её, чтобы она попробовала сама. — Ты молодец.

Девушка, гордо выпрямившись, фыркнула.

— Конечно, я молодец. Я вообще всегда молодец, просто вы этого не замечаете.

Когда урок закончился, они вернулись на берег, где их уже ждали Стейси и Сэнди, вяло перебрасывающиеся шутками. Девушки, заметив мокрую и довольную Эмилию, тут же принялись подтрунивать над ней.

— Ого, Эми, ты что, теперь русалка? — съязвила Сэнди. — Или это Макс тебя заколдовал?

— Да ну вас, — отмахнулась та, но её щёки порозовели, и она быстро сменила тему. — Лучше расскажите, что смешного было на ваших съёмках. А то я уже забыла, как выглядит нормальная жизнь.

Девушки оживились, и вскоре лагерь наполнился смехом. Стейси поведала, как однажды на съёмках рекламы духов она случайно опрокинула огромный флакон с ароматом на известного актёра, и тот потом весь день пах, как цветочная клумба, чем был жутко недоволен.

— А он ещё пытался делать вид, что всё в порядке, — хохотала девушка, — но при каждом шаге от него шёл такой шлейф, что все вокруг чихали!

Сэнди, не желая отставать, поделилась своей историей.

— А помните ту съёмку на яхте, где снимали рекламу часов? Главный актёр, ну тот, с вечно надутым видом, решил, что он сам будет рулить, чтобы выглядеть круче. Итог. Мы чуть не врезались в другой корабль! Режиссёр орал так, что его, наверное, слышали на другом конце океана, а актёр потом весь день сидел в углу, делая вид, что читает сценарий, хотя там было всего две строчки.

Эмилия, слушая их, тоже не удержалась и добавила свою историю.

— А я как-то снималась с одним певцом, который считал себя звездой мирового масштаба. Он потребовал, чтобы на площадке был только зелёный чай определённой марки, и когда ассистент принёс не тот, он устроил такой скандал, что съёмки задержали на три часа. А потом оказалось, что он вообще не пьёт чай, просто хотел показать, какой он важный.

Макс, сидевший чуть в стороне, слушал их рассказы краем уха, но сам в разговор не вмешивался, делая из кокоса очередную чашу. Его молчание, как всегда, было спокойным, но девушки, увлечённые весельем, вскоре решили вовлечь и его.

— Эй, Макс, — позвала Стейси, хитро прищурившись, — а у тебя-то хоть есть смешные истории? Или ты всегда такой серьёзный, как капитан на мостике тонущего «Титаника»?

Мужчина пожал плечами, откладывая кокос.

— Да у меня работа не такая… яркая, как у вас. Хотя однажды я видел, как один богач пытался сам пришвартовать свою яхту, чтобы впечатлить гостей. В итоге он застрял между двумя другими лодками, и нам пришлось весь день его вытаскивать. А он всё это время стоял на палубе в белом костюме и делал вид, что так и задумано.

Девушки расхохотались, представив эту картину, а Сэнди, вытирая слёзы от смеха, вдруг задумчиво протянула:

— Знаете, а ведь если нас когда-нибудь найдут, наша история точно станет сюжетом для фильма. Представляете, «Крушение: выживание на острове»? И нас, конечно, сыграют самые крутые актрисы!

— О, точно! — подхватила Стейси, выпрямляясь. — Я бы хотела, чтобы меня сыграла та актриса, которая снималась в том боевике про шпионку. Ну, вы знаете, с симпатичной стрижкой и взглядом, как у тигрицы. Она бы точно передала мой характер!

Сэнди, задумчиво потирая подбородок, кивнула.

— А меня, пожалуй, та, что играла в той романтической комедии про свадьбу. Она умеет быть одновременно смешной и стильной, как я. Хотя, конечно, ей придётся немного похудеть, чтобы быть похожей на меня после всех этих бананов.

Эмилия закатила глаза, но всё же не удержалась, чтобы не вставить словечко.

— Ну, если уж выбирать, то меня должна играть та, что снималась в том фильме про девушку, которая сбежала из дома. У неё такие же зелёные глаза, как у меня, и она умеет делать вид, что всё делает с неохотой, но в итоге справляется лучше всех.

Девушки, увлечённые этой игрой, повернулись к Максу, который, как всегда, сохранял спокойствие, слушая их трёп.

— А ты? — спросила Сэнди, подмигнув. — Кого бы ты хотел видеть в роли себя? Только не говори, что какого-нибудь скучного актёра из фильмов про рыбалку!

Макс задумался, глядя на огонь, а затем, чуть улыбнувшись, ответил:

— Ну, если уж выбирать, то, наверное, того парня, который играл в фильме про выживание в горах. Он не слишком много говорит, но всегда делает то, что нужно. И, кажется, он бы не стал ныть из-за комаров.

Девушки расхохотались, а Стейси, хлопнув в ладоши, воскликнула:

— О, точно! Он идеально подошёл бы! Только ему придётся немного загореть, чтобы быть похожим на тебя после всех этих дней под солнцем.

Эмилия, слушая их, украдкой взглянула на Макса, и её сердце снова сжалось. Ей вдруг захотелось, чтобы этот момент, их смех, тепло костра, звёздное небо над головой, длился вечно. Но в то же время она понимала, что их пребывание на острове не может быть бесконечным. И что будет, когда их найдут? Вернётся ли всё к прежнему, к её миру глянца и вспышек камер, а к его, к палубам и канатам? И главное, останется ли между ними хоть что-то из того, что зарождалось здесь, на этом забытом богом клочке земли?

Эти мысли она отогнала, решив, что сейчас не время думать о будущем. Пока они здесь, и пока звёзды светят так ярко, можно просто наслаждаться моментом. А всё остальное… Всё остальное подождёт.

---

Ночь опустилась на остров, укутывая его в мягкую тьму. Костёр догорал, оставляя лишь тлеющие угли, а девушки, утомлённые жарким днём и разговорами, постепенно начали засыпать, устроившись на импровизированных лежаках из пальмовых листьев. Макс остался дежурить у огня, глядя на звёзды и прислушиваясь к шуму волн. Его лицо, освещённое слабым светом углей, оставалось спокойным, но в глубине души он тоже думал о том, что ждёт их впереди. И, как ни странно, впервые за долгое время он чувствовал, что это приключение, несмотря на все трудности, стало для него чем-то большим, чем просто борьба за выживание.

Эмилия, лёжа на своём месте, украдкой взглянула на его спину, прежде чем закрыть глаза.

«Может, — подумала она, засыпая, — этот остров и правда меняет нас всех. И, может, это не так уж и плохо».