Не оправдываюсь. Пусть думает, чего хочет и называет, как хочет. Заклеймил меня вертихвосткой, значит, буду вертихвосткой. Молча иду за мужчиной по запутанным галереям, стараясь запомнить путь. Все-таки лаборатория тут отменная, пузырьки с такими ингредиентами, которых в обычной продаже не найти. Надо бы туда одной как-то наведаться, посмотреть на тех полках, до которых я пока не добралась. — Видел, ты саквояж принесла, — первым нарушил молчание герцог. Надо же… какой внимательный. — Купила одежды подходящей, — отвечаю равнодушно. Я не понимаю отношения Эмиля ко мне, а он не спешит объясняться. Да и предположение Платоши покоя не дает. «Что, если твой герцог не сослал тебя в катакомбы, а защитил таким образом?» Но разве можно защитить, отправив сражаться с чудовищами? И от кого защитил? — Отлично, — похвалил меня Эмиль. — Переоденься на всякий случай. Не дает покоя мне этот песчаник. Скорее всего, придется отправляться туда скоро. Много потратила? — вдруг спросил он. — Сил на зелье? — удивилась вопросу. — Не обессилила, как видишь. — Я про одежду, — похоже, теперь в его глазах я еще и дурочка. — Много денег потратила? — А что? Хочешь предложить компенсацию? — Хочу, — вновь удивил Биркеланд. — У твоего отца ведь трудности со строительными заказами. — С чего ты…, — начала было я, но вспомнила о вранье Ванессы, когда она выпрашивала у герцога новый наряд к ведьмовскому празднику, и не стала подставлять сестренку. — Сейчас все нормально уже. Денег нам хватает. — Хорошо. Но, если понадобится, обращайся. — А что это ты такой щедрый ко мне? — повернулась к нему, вглядываясь в мужественный профиль. — Совесть заела, что заставил с инфернами сражаться и противозаконные зелья варить? — Может и так, — тронула его губы улыбка. — Не надо мне денег на одежду, — остановилась я у выхода из галереи. — Просто сдержи свое обещание, чтобы меня не посадили в тюрьму за это, — кивнула на склянку с ядом в его руках. — Сдержу, — твердо сказал он и добавил: — Хоть ты болтушка и вертихвостка, Элис, при этом ты неотразима. — Я начинаю думать, что нравлюсь декану боевых стражей больше, чем моя сестра, — невероятно хотелось прояснить мне этот вопрос. Сердце подсказывало, Эмиль не влюблен в Ванессу, но нельзя исключать, что я выдаю желаемое за действительное. — Переоденься, Элис, — не стал комментировать он мою реплику, оставляя и дальше задаваться вопросом, что происходит между нами и происходит ли вообще. В коридоре с жилыми комнатами столкнулась с Шарлотой. Девушка несла кувшин с водой из буфета. — Все еще расстраиваешься из-за сорванного свидания? — не укрылся от меня ее кислый вид. — Нет, — покачала она головой. — Знаешь, Элис, думаю, парни правы, когда сказали, пусть это станет проверкой. Если я Шону небезразлична, он будет и год меня ждать. — Считаешь, за год мужчина не забудет любимую девушку? — спрашивала Шарлоту, думая о нас с Эмилем. — А если забудет, разве это любовь, Элис? — вскинула брови блондинка. — Наверное, ты права, — кивнула неуверенно. — Шарлота, а разве твой фантом не должна была пойти на свидание вместо тебя? — Так у фантома нет воспоминаний оригинала, Элис. Фантом существует в настоящем вместо тебя, изображает присутствие в мире наверху, но не может влиять ни на твое прошлое, ни на твое будущее. Ты не знала? — Не знала, — улыбнулась довольно. Выходит, Элис номер два не пойдет болтать с Татьяной. Я итак видела, что моя фантомка спит в моей кровати, но мало ли... — А ты откуда знаешь? — Папочка сказал, — с иронией произнесла блондинка. — А, как мы теперь знаем, ему в этом вопросе можно доверять. Мы с ней прыснули, глядя друг на друга с видом закадычных подруг-заговорщиц. Кто бы мог подумать, что я подружусь с зазнайками Ройселаннами? Иреку, правда, стало недостаточно дружбы. Но я как-нибудь решу этот вопрос. Или позволить ему немного поухаживать за мной на глазах у Эмиля? Нечестно с моей стороны использовать парня? Но он же первый приставать начал. Открыла дверь своей комнаты, вновь подумав, что надо ее перекрасить. Быстро переоделась в узкий бежевый тренировочный костюм и легла спать. Ночь все-таки, сон никто не отменял. Случись нашествие, нагревающийся кипятком браслет мне об этом сообщит. Сообщил, беспощадно накаляясь на коже запястья. — Бегу, — прошипела, злобно глядя на браслет. — Прекрати жечься. Украшение, конечно, не могло меня слышать, но жжение начало уменьшаться, как только я подхватила метлу и побежала к месту сбора. В коридоре хлопали двери, от сталактитовых стен отскакивало гулкое эхо, подошвы ботинок парней и девушек слаженно касались каменного пола, усиливая эхо топотом. — Клевый костюмчик, — со смешком обогнал меня Ирек. Подозреваю, он имел ввиду, как клево треники обтягивают мой зад. Выбрала именно этот наряд из-за цвета. Герцог ведь упоминал о песчанике. Я неплохо сольюсь с песком. Едва успела заплести косу, как наш декан перенес всю нашу группу к песочной долине. Тут давно никто не жил. Ближайшее поселение километрах в десяти. Куда ни посмотри, сплошные песочные холмы. В рассветной дымке песок казался красным. В воздухе витал морозец, но песок оставался рыхлым, рассыпчатым, в нем увязали ноги по самую щиколотку. Цыган ждал нас за одной из волнообразных дюн. — Стена открылась вон там, — указал он направление. — Тварь притаилась под землей. — Под землей? — обомлела я. — Но как понять, что оно там? — Присмотрись, — пропустил Цыган сквозь пальцы горстку песка. Я наклонилась. Не сразу, но вдруг заметила, что песчинки как будто двигаются. Крупинки шевелились, закручивались в спирали. — Там залегло что-то большое, — вызвал Цыган своими словами панику в моем желудке, где скрутило и похолодело. — Будем ждать, — лег Эмиль подле следопыта. — Мне опять его отвлекать? — из желудка паника добралась до самого горла, оттого голос стал хриплым. — Нет, Элис, — немного успокоил герцог. — Здесь некуда. К тому же этот экземпляр умеет передвигаться и прятаться в песке. Ждем, когда инферн подберется ближе и покажется. Атакуем его. Так, чтобы появилась возможность плеснуть ему в глотку яда. Атакуем? — присела я на корточки. Ложиться было страшно, вдруг тварь вылезет прямо подо мной? Я ведь новенькая и не умею атаковать. Эмиль сказал, мой талант — поднимать и притягивать гравитацией предметы. Может, это умение поможет мне? Главное, посильнее разозлиться. Пока я лишь боюсь. Мы сидели-лежали в засаде всего ничего, а мне казалось целую вечность. То, что времени прошло мало, легко было определить по все еще розовеющему небу. Я принялась пялиться на песок под ногами и смотрела так внимательно, что не упустила то мгновенье, когда песчинки начали чуть взвиваться в воздух, кружить, набирать силу и скорость. — Смотрите! — закричала я, позабыв о всякой конспирации. — Элис, ты что? Нельзя так орать, — взглянул Цыган туда, куда я показывала. — Приготовиться, — пружинисто поднялся Эмиль. Мне было ужасно стыдно за то, что я своей несдержанностью выдала существу наше местоположение. Вот где пригождаются уроки тишины профессора Морана. Стану самой прилежной ученицей, если выживу сегодня. — Змий, — разминал шею Ирек. — Змий? — пискнула, уже видя темно-коричневую морду и длиннющее тело, выбирающееся из-под песка рядом с нашей дюной. Глаза монструозного змия аспидно-черные, будто со дна его души поднимаются ядовитые испарения. И смотрел аспид прямо на меня. Или это мне только чудилось из-за дикого страха. Стражи адепты напали на него единой массой, используя все свои умения. Кроме меня. Я пыталась вызвать в себе злость, что помогло бы мне закрутить песок вокруг сущности, но злости не было, ее гасил липкий страх. Шарлота обожгла нос монстра огненным шаром, змий взревел, раскрывая пасть, чтобы сожрать девушку. Тогда-то Эмиль и выплеснул в его раскрытое зево сваренное мною зелье. Чудище моргнуло. Раз, другой. Мощным выбросом вытолкнуло себя из песка полностью и… рухнуло к моим ногам. Не подохло. Оно облизывалось и поскуливало. Но не жалобно. Этот скулеж походил на ласковую песенку. Змей перевернулся брюхом кверху и из такого положения наблюдал за мной. Ну как наблюдал… Строил мне глазки и урчал. — Элис, ты чего сварила? — хихикнула Олия. — Яду, — сипло выдавила я. — А, по-моему, любовного зелья, — ткнул Цыган носком ботинка свихнувшегося инферна. Тот рыкнул на него и опять уставился на меня обожающе. Вокруг стали раздаваться смешки. Отлично, теперь меня будут считать ведьмой неумехой и соблазнительницей исчадий ада. Эмиль задумчиво чесал подбородок. Это все он виноват. Это из-за него я все перепутала. Знала же, что нельзя отраву варить и думать при этом о любовных играх. — Ужик, запеленай-ка нашего влюбленного покрепче, — велел герцог. Уж сплел сеть-путы, сжавшие мощное тело змия. В другой ситуации монстр, скорее всего, избавился бы от них в два счета, но сетка не мешала ему любоваться мной, поэтому он попросту проигнорировал ее. — Попробуем доставить его в королевские лаборатории для исследования, пока он такой невменяемый и влюбленный, — весело глянул в мою сторону герцог. — Элис, сколько будет действовать твой приворот? — так же весело поинтересовался он. — Яд должен был подействовать сразу, — нахохлилась я, так как мои однокурсники продолжали потешаться. — А сколько это варево будет действовать — без понятия. — Ладно, — старался не улыбаться Эмиль, но выглядело так, будто он сейчас расхохочется. — Элис, пойдешь во дворец со мной и Цыганом. Ужик, ты тоже с нами. — А мне зачем идти? — косилась я на существо, которое принялось петь серенаду на своем непонятном. — Чтобы наш влюбленный тебя видел, — пояснил герцог. — Иначе, боюсь, он не согласится отправиться с нами на прогулку.