– Пепел к пеплу, прах к праху… – тихо произнес викарий.

Лия наблюдала за пожилой парой, которая, поддерживая друг друга, подошла к открытой могиле. Женщина бросила розу на крышку гроба, потом вернулась в объятия мужа и тихо заплакала.

Серое январское утро будто горевало вместе с ними. Проходя мимо Лии, мать Дженни взяла ее за руку. Лия увидела прекрасные голубые глаза, такие же, какие были у ее неотразимой подруги.

– Еще раз спасибо тебе, Лия. Ты сделала все что могла. Дженни любила тебя как сестру. Она рассказывала о том, как хорошо ты к ней относилась.

Женщина посмотрела вдаль, сжала руку Лии и отошла. Толпа начала рассасываться, и Лия подошла к могиле.

– Прощай, Дженни. Я тебя люблю, – шепнула она.

Слезы щипали глаза, но никак не могли пролиться. Все казалось совершенно нереальным. Лия и представить себе не могла, что дубовый гроб, усыпанный цветами, имеет какое-то отношение к юной красивой подруге.

Присутствовавшие на похоронах сильно плакали, особенно Мадлен.

Отойдя от могилы, Лия почувствовала руку на плече.

– Как ты?

Голос был сильный и успокаивающий, и она взглянула на Энтони.

Рядом стоял Джек с печальными глазами.

– Все в порядке. Нам лучше вернуться в квартиру. Я уже многих отправила туда.

Энтони кивнул и обнял ее за плечи. Они вышли с кладбища последними.

Возвращались к лимузину Энтони они молча. После того что произошло, любые разговоры казались пошлыми.

Когда они вошли в квартиру, гостиная уже была полна гостей. Официанты разносили бокалы с шерри и безалкогольными напитками.

Лия пробиралась через толпу, и ее коробили обрывки разговоров. Обсуждали новую британскую восходящую звезду и последний номер журнала «Вог». Словно Дженни никогда и не существовало.

– Милая, ну что можно сказать. Это большая трагедия. Дженни была одной из моих лучших моделей.

Перед Лией стояла Мадлен, воплощение элегантного горя в черном костюме от Ланвен, дополненном шляпой-таблеткой с вуалью. Лие хотелось закричать. Мадлен и пальцем не шевельнула, когда Дженни попала в беду. Ее волновало лишь то, чтобы, сорвавшись с катушек, «товар» не испортил ее комиссионные. Мадлен, как и остальные лицемеры в гостиной, была так же виновата в этой смерти, как и сама Дженни. Когда дела шли хорошо, они были рады заработать на ней как можно больше денег, но бежали от нее, как от чумы, как только появились проблемы.

Лия с трудом сдерживала гнев.

– Энтони, это Мадлен. Она владелица нашего агентства.

Энтони протянул руку, и Мадлен ее пожала.

– Рада познакомиться, мистер Ван Шиле. Лия много о вас рассказывала. Ее работа в «Шаваль», кажется, продвигается успешно. Говорят, продажи резко увеличились. Она оправдывает ту небольшую оплату, о которой мы договорились. Вы согласны?

Мадлен, флиртуя, похлопала ресницами. Это было невыносимо.

Всю неделю, оцепенев от горя, шока и чувства вины за то, что не смогла предотвратить смерть подруги, Лия расхаживала по пугающе тихой квартире, пытаясь во всем разобраться. Ответов не нашлось, но она приняла решение. Фальшивый мир, в котором она жила, разрушил судьбу молодой красивой девушки, которой только бы начинать жизненный путь, а не лежать в могиле в двух метрах под землей. Мир был испорченным, и хотя Лия полагала, что модельная сфера, вероятно, не хуже любого другого бизнеса, ей нужна была передышка, чтобы попытаться вернуть себе простую радость жизни и молодости. В двадцать один год она чувствовала себя озлобленной старухой. Ей хотелось убежать.

«Вам хорошо вместе, очень хорошо», – вспомнила она слова Дженни.

Глядя на Мадлен, Лия знала, что у нее в руках оружие, которое по-настоящему досадит безразличной, холодной женщине, которая жестоко обошлась с Дженни.

Вспомнив гнев, который охватил ее, когда Мадлен помешала подать в суд на Карло, разрушившего ее отношения с Бреттом, Лия поняла, что нужно сделать.

Лия с удовлетворением потянулась к руке Энтони.

– Мадлен, я хочу предупредить. Завершив контракты, я навсегда брошу мир моды.

Улыбка на лице Мадлен сменилась выражением ужаса. На деньги, заработанные с помощью мисс Томпсон, она купила красивый особняк на мысе Антиб и «Порше–924».

– Я… но… почему, Лия?

Лия раньше не видела, чтобы Мадлен теряла дар речи, и наслаждалась болью, отразившейся на лице женщины. Может, Дженни где-то рядом, наблюдает и радуется. Лия подняла глаза на Энтони. В его глазах промелькнуло удивление, но оно быстро исчезло.

Мадлен повторила вопрос.

– Почему?

Лия не сводила глаз с Энтони. Она крепче сжала его руку и улыбнулась.

– Мы с Энтони собираемся пожениться.