Ровно в девять вечера зазвонил телефон. Миранда подняла трубку, и у нее заколотилось сердце.

– Здравствуй.

– Ты одна? – Он каждый день спрашивал одно и то же.

– Да.

– Хорошо. Ты по мне скучала?

Миранда стиснула зубы.

– Конечно.

– Я тоже по тебе скучал. Сейчас думаю о тебе и трогаю себя. А ты?

Миранда посмотрела на руку, крепко держащую ножку бокала с марочным красным вином.

– Тоже.

– Не верю.

– Правда-правда.

Миранда старательно избегала отвращения в голосе.

– Ах, мне так приятно. Тебе тоже нравится?

– Да. Замечательно, – бесстрастно ответила Миранда.

– В пятницу я отправлю за тобой в Лондон самолет. – За несколько секунд тон Сантоса полностью изменился. – Роджер будет ждать тебя в четыре часа. Когда прилетишь, тебя будет встречать лимузин.

– Куда я лечу?

– На яхту. Я позабочусь о том, чтобы это были самые приятные выходные. Спокойной ночи, Миранда.

Миранда медленно положила трубку. Она стала бояться девяти часов вечера. Как только стрелка часов приближалась к этой отметке, она наливала себе большой бокал вина и собиралась с силами перед звонком.

В течение первой пары недель в квартире он был очень мил. Потом тон его голоса начал меняться. Он стал требовать от нее говорить непристойности. А когда она однажды воспротивилась, наорал. В гневе Сантос был страшен, поэтому Миранда стала исполнять его просьбы.

Миранда пробежалась рукой по густым светлым волосам. Она больше не могла так жить. Все шло не так, как она надеялась. Последние полтора месяца она вела себя как принцесса, ела роскошную еду и носила элегантную красивую одежду. Ее возили в «роллс-ройсе», и она ездила в «Хэрродс», пополняя свой гардероб и накупая платьев, которые посылала в Йоркшир Хлое.

Но ее мучило одиночество. Миранда не виделась ни с кем, кроме Марии, суровой немки-экономки, и Роджера, шофера, старого кокни, который ходил за ней по пятам, куда бы она ни пошла. От отчаяния она попробовала заговорить с ними, но Мария почти не знала английского, а Роджер отвечал на ее болтовню односложным бурчанием.

Недавно ей стала сниться Хлоя. Кошмар был всегда одинаков: пугал, ужасал. Хлоя бежала по пустошам, а за ней гналась темная фигура. Хлоя плакала и звала Миранду: «Мама, мама! Где ты? Помоги мне!» Миранда протягивала руки, но Хлоя ее не видела и пробегала мимо.

Страшная фигура настигала Хлою, а Миранда лишь беспомощно наблюдала и кричала вместе с дочерью.

Дрожа и рыдая, Миранда просыпалась вся в поту. До рассвета она металась по квартире, пугаясь темноты и ругая себя за то, что обижалась на Хлою с самого рождения. Она никогда не проявляла к дочке любви и заботы. Хлоя находила их у других – у Роуз и миссис Томпсон.

Миранде хотелось все исправить: просыпаться утром в уютной спальне в Йоркшире, обнимать Хлою и слышать крики птиц, пролетающих над вересковыми пустошами.

Сегодня тоска по дому стала невыносимой.

Миранда была напугана, очень напугана. Ей отчаянно хотелось убежать, но она знала, что попала в ловушку.

Остаток вечера она просидела, глотая красное вино и медленно погружаясь в забытье.

Раздавшийся утром звонок застал ее на диване. В голове у нее стучало, когда она, пошатываясь, подошла к домофону:

– Алло.

– Это Иан.

– Сейчас.

Миранда нажала на кнопку, и через пару минут Иан уже стоял в дверях с озабоченным выражением лица.

– Доброе утро, Миранда. Боже, что с тобой?

От его сочувствия Миранда разрыдалась. Иан усадил ее на диван и терпеливо ждал, пока она перестанет плакать. Он пошел на кухню и приготовил ей чашку крепкого черного кофе.

– Пей и постарайся успокоиться.

Иан молча наблюдал за ней. Его присутствие каким-то образом Миранду успокаивало. Еще пару месяцев назад она на него бы не обратила внимания: очкарик с простым добрым лицом. Сейчас Иан привнес в ее странную жизнь хоть каплю нормальности и надежности, которых ей так не хватало.

– Надень лучшее платье, я приглашаю тебя на обед.

Миранда кивнула и ушла в спальню, чтобы принять душ и переодеться.

– Ну вот, теперь ты снова хорошо выглядишь, – ласково похвалил Иан.

Он подал ей руку.

– Пойдем.

Они спустились, и Миранда с удивлением и радостью увидела, как Иан открывает дверцу новехонького «рендж ровера».

– Все нормально. Тебе разрешили поехать со мной. Я человек проверенный и подумал, что в моей машине тебе будет удобнее.

Миранда нырнула в салон, радуясь, что избежит категоричных и любопытных взглядов Роджера и Марии.

Иан молча проехал по Лондону, припарковался в маленьком мощеном переулке, недалеко от Кенсингтон-Хай-стрит.

– Здесь есть одно хорошее бистро. Можно перекусить и поболтать.

В маленьком ресторанчике они сели за столик в углу, и Иан заказал бутылку вина.

– Я взял для тебя вина. Как говорят: «Клин клином вышибают». Давай, тебе будет легче. Если не можешь справиться, то пусть будет еще хуже. Я всегда так говорю.

Он рассмеялся. Миранда впервые за несколько недель тоже хихикнула.

– Я позвал тебя сюда, потому что мне позвонил Роджер и рассказал о том, что произошло вчера вечером. Я решил с тобой поговорить. – Голос Иана был серьезен. – Не знаю, много ли тебе известно о мистере Сантосе.

– Почти ничего.

Миранда пожала плечами.

– Это неудивительно. Вне делового мира он держится в тени. Может путешествовать, и его никто не узнает. Круг друзей, которых ты встречала на яхте, тщательно отобран. Большинство из них работают с ним давным-давно, и он им доверяет. Кроме них, он ни с кем не общается, и это был редкий случай, что ты встретила его в ночном клубе. Так сложилось, что от последней подруги он избавился и искал новую. Вот ты и оказалась здесь.

«Добыча. Выследил, поймал, как беспомощную муху в паутине», – подумала Миранда.

– Он всегда так обращается с… подругами? Как с пленницами?

Иан посмотрел на нее добрыми глазами. И вздохнул.

– Миранда, я работаю на Сантоса более десяти лет, с тех пор как окончил школу, и он взял меня, когда я был в отчаянии. Он был щедрым работодателем, а я, безусловно, был преданным сотрудником. На следующие десять минут я нарушу это правило, потому что, откровенно говоря, вижу, что ты не понимаешь, во что ввязалась. Обычно он выбирает девушек-профессионалок: стойких, умудренных жизненным опытом и готовых на все ради шубы и роскошной жизни. Но ты не такая.

Миранда покачала головой.

– Я думала, что такая. То есть я тоже хотела богатства. Но не так, как сейчас.

– Ты попала в ужасную переделку. Несмотря на анонимность Сантоса, он контролирует одну из самых могущественных бизнес-империй в мире. Он вмешивается во все, хотя в большинстве случаев для ведения переговоров использует подставное лицо, и другая сторона не знает, что компанией владеет Сантос. Таким образом ему удалось собрать огромное богатство и установить власть по всему миру, причем незаметно.

– Почему он так поступает?

Иан покачал головой.

– Понятия не имею, но так было всегда. Например, я работаю на компанию в Лондоне, и только я и еще один директор отчитываемся Сантосу. Остальные в полном неведении о том, кто настоящий владелец. Странный порядок, я понимаю, но Сантос – человек необычный.

– А я у него единственная любовница? – прошептала Миранда.

Ей не нравилось это слово, но куда деваться, если это точное название того, кем она стала.

– Конечно, я не могу утверждать, но да, кажется, так. Сантос женат. Жена – немка. Я видел ее только раз. Постарайся не будить в нем зверя. Когда он злится, то очень опасен, – тихо добавил Иан.

Миранда вздрогнула от страха.

– Что ты имеешь в виду?

– Больше я ничего не скажу, но мне бы не хотелось, чтобы тебе или твоему ребенку причинили вред.

Слова сами слетели у него с языка, и он тут же о них пожалел, увидев испуганное лицо Миранды.

– Откуда ты знаешь о Хлое? – спросила Миранда, стараясь держать себя в руках.

– Из поездок за детской одеждой, телефонных звонков, которые слышала Мария. Сантос платит им за это немалые деньги. Они быстро сопоставили факты. К счастью, они рассказали об этом мне, а не ему. Не могу не подчеркнуть, как важно, чтобы Сантос не узнал о твоей маленькой девочке. Он непременно воспользуется этим рычагом, если понадобится. Поэтому больше никаких звонков и писем. Ты должна прекратить все контакты, чтобы защитить и ее, и себя.

Миранда пару раз глубоко вдохнула, стараясь успокоить растущий страх.

– Я не понимаю почему, Иан. Почему он держит меня узницей? Почему платит людям за то, чтобы за мной шпионили? Почему мне нельзя поговорить с Хлоей?

В глазах у нее блеснули слезы от беспомощности. Это было похоже на какой-то кошмар.

Иан занервничал.

– Если Сантос узнает о том, что я тебе рассказал, мне несдобровать. Он тебя купил, и ты его собственность. Так он ведет себя со своими женщинами. Если ты будешь к нему ласковой и станешь выполнять его прихоти, все будет хорошо. Если нет…

Угроза повисла в воздухе.

Миранда притихла.

– Я хочу уйти. Пойду на вокзал Кингс-Кросс и сяду в поезд до Лидса. Что тогда будет?

Иан помрачнел.

– Тебя поймают.

– Ты?

Он неловко замялся.

– Вероятнее всего, Роджер. Как ты понимаешь, он не из тех, кто сочувствует. Если он обратится прямо к мистеру Сантосу… На твоем месте я бы подумал о семье.

Миранда, все еще не веря, покачала головой.

– Иан, ты не можешь мне помочь? Нельзя ли хоть что-нибудь сделать?

Иан опустил голову.

– У меня старики-родители, и мне нужны деньги.

– А если обратиться в полицию? – отчаянно спросила Миранда.

– Половина из них у него в руках, не говоря уже об администрации.

Миранда обхватила голову руками.

– Прости, я не хотел тебя пугать. Ужасно, что ты попала в ловушку. Но раз уж попала, я должен был тебя предупредить. Я сделаю все что смогу, чтобы тебе помочь, обещаю.

Между ними повисла неловкая пауза – оба понимали безнадежность положения.

– Закажем что-нибудь?

За обедом Иан старался разрядить атмосферу, шутил и рассказывал дурацкие анекдоты. Миранда его почти не слушала.

Она без восторга ковыряла еду на тарелке и была рада, когда Иан попросил принести счет. По дороге домой она молча смотрела в окно.

– Я заходить не буду, мне нужно работать. С тобой все будет нормально?

– Да, – безразлично ответила она.

– В пятницу ты на выходные улетаешь к Сантосу?

– Да.

– Как я уже говорил, будь с ним поласковее. Может, хорошо проведешь время. Я загляну проведать тебя, когда вернешься. Будь осторожна, Миранда.

– Спасибо за обед.

Иан проследил, как она грустно дошла до двери комнаты и скрылась внутри.

– Бедняжка, – тихо прошептал он, заводя мотор и выезжая на трехполосную дорогу.