В другой раз во время одной из наших дискуссий Алиса спросила меня, кем бы я был, если бы был животным. Эта тема мне была по плечу, у меня страсть к документальным фильмам о животных. Я могу часами смотреть на то, как белки спасаются от хищников (в документальных фильмах все проходит достаточно хорошо для белок этого мира) или как птицы ухаживают друг за другом, распушив перья в изысканном танце.

Но я все же задумался над вопросом Алисы, и через несколько долгих минут у меня был готов ответ.

– Думаю, окапи. Они красивые. Большие, но не слишком, достаточно одинокие, и у них очень мало врагов. Меня это устраивает, с хищником я бы не справился.

– Ты не мог ответить, что медведем, как все отвечают? Или львом?

Львом? Если бы я был львом, то одиноким, без прайда, которому лень охотиться, который не заботится о своей гриве и бродит вдоль ручья, чтобы сыграть в карты с антилопами (и тем хуже, если это закончится пасьянсом в одиночестве).

– Здесь неплохо было бы иметь источник, – добавил я. –   Уверен, что можно было бы многое узнать о людях, если наблюдать за ними около источника. Как в документальных фильмах о белках.

– Полный бред…

Потом Алиса тихонько встала.

– Кстати об источнике, что ты делаешь в воскресенье?

– Э… ну это зависит от продолжения вопроса.

(Никогда не принимайте приглашение вслепую, особенно если вы рискуете оказаться возле муниципального бассейна.)

Алиса стала очень серьезной, что было ей совершенно не свойственно. Мне даже пришлось напрячься, чтобы ее услышать, хотя обычно она включает голос на полную громкость.

– Я бы хотела показать тебе одно место недалеко отсюда.

– Даже и не знаю. Не пойми превратно, но прогулка с совершенно чужой мне девочкой-подростком не входит в число моих приоритетов.

– Брось! Обещаю, это действительно совсем близко. Ты вернешься вовремя, успеешь приготовить суп.

Причин для отказа я не нашел, поэтому принял приглашение Алисы, заставив девочку пообещать, что ее родители будут в курсе. В конце концов, прогулка мне бы не помешала. Возможно даже, там будут белки.

* * *

Алиса пришла за мной в магазин. Мне было странно ее видеть без верного рюкзака за спиной. Было прекрасное солнечное весеннее воскресенье.

– Я вытаскиваю тебя из твоей естественной среды обитания, надеюсь, тебе не слишком страшно.

Я даже начал (почти) ценить ее живой ум и неуместный сарказм.

– Окапи всегда найдет дорогу. Во всяком случае, я на это надеюсь. Итак, куда мы идем?

– Увидишь. Готов?

Я был готов.

Мы прошли по главной улице, свернули направо и зашагали по узкой тропинке среди деревьев. Неожиданно Алиса начала мне рассказывать первую историю о маленьком колючем кустарнике, на который она однажды упала с велосипеда, потом следующую историю еще об одном кусте, рядом с которым Хлоя и Тимоте впервые поцеловались. Что ж, я был рад за Хлою и Тимоте (честное слово), но место их первого поцелуя меня не слишком интересовало. Я был согласен сплетничать в рамках моей работы, в книжном магазине, но включение в общественную жизнь на улице напомнило мне, насколько далека моя собственная юность.

Десятью историями позже я был уже на волосок от того, чтобы пожалеть о нашей прогулке, когда Алиса резко остановилась.

– Мы пришли.

Занятый своими мечтаниями, я не заметил, как изменился пейзаж. Надо было пройти через кладбище, подняться на низкую стенку, просочиться между кустами, но это того стоило. Перед нами в долине расстилалась просторная луговина, посреди которой тек небольшой ручей. Я бы мог поклясться, что кругом была равнина, что с другой стороны кладбища всего лишь поле. И я не подозревал, что эта деревня скрывает такое сокровище.

– По легенде, местами здесь есть зыбучие пески.

– Ты уверена, что это легенда?

(Я легендам не доверяю.)

– Ну конечно, дурачок! Преимущество в том, что все знают это место, но никто не осмеливается туда пойти.

Я улыбнулся. Алиса указала мне на скамью ниже, под высоким каштаном на берегу ручья.

– Вивиан, я официально представляю тебе мой секретный уголок, мое святилище.

Она оставила меня стоять на месте, а сама пошла вперед между высокими травами. Как любой уважающий себя секретный уголок, святилище Алисы было труднодоступным. Там были заросли крапивы, она была всюду. Решительно мне следовало вложить деньги в мачете. Я догнал ее, едва переводя дыхание.

Это место было далеко от всего, вне времени. Я и забыл, как люблю шум реки. И пение птиц… Это было похоже на рай. Но я все-таки шел осторожно, нащупывая землю ногами, чтобы удостовериться, что история о зыбучих песках всего лишь легенда.

Деревянная скамья немного шаталась. Сломанная рейка не внушала мне доверия. Но Алиса без малейших колебаний уселась на скамью по-турецки.

– Именно сюда я прихожу читать. Или размышлять.

Я редко видел ее такой сдержанной. Это место явно было для нее очень важным. Я подумал, что она мне первому его показала.

– Я тебя понимаю. Здесь действительно очень красиво.

– Если однажды тебе потребуется место, чтобы почитать любимую книгу, я позволяю тебе прийти сюда.

Я улыбнулся ей, и несколько минут мы сидели молча, глядя на просыпающуюся природу вокруг нас. Я поджидал белок. Обычно они любят орешники. Мне бы очень помогло, если бы я знал, как выглядит орешник. Из размышлений меня вырвал голос Алисы, который обрел свою полную силу.

– А какая у тебя любимая книга?

– Э… Ну… У меня ее нет.

– Не может быть! У тебя наверняка есть любимая книга. Нельзя стать продавцом книг и не иметь любимой книги.

– Что ж, у меня ее нет.

Я ответил суше, чем хотел. Но у меня не было ни малейшего желания обсуждать это.

Тогда Алиса поднялась со скамьи и встала передо мной, скрестив руки на груди и широко улыбаясь.

– Мы отсюда не уйдем, пока ты не назовешь мне твою любимую книгу!

– Прекрати, твои родители будут волноваться, если ты вернешься слишком поздно.

Мое плохое настроение удивило меня самого. Как можно было демонстрировать злонамеренность в таком месте?

Я развернулся без предупреждения. Только через сотню метров я сообразил, что Алиса не пошла следом за мной. В порыве совершенной незрелости я пошел дальше один. Экскурсия закончилась.

Благодаря моей относительной способности ориентироваться (окапи, как же), я сумел заблудиться, поэтому у меня было время успокоиться и немного помедитировать над моим случаем. Не нужно много лет изучать психологию, чтобы его объяснить. Наконец я вернулся в книжный магазин. Улика была спрятана в ящике прилавка. Несправедливо, что Алиса за это поплатилась. В следующий раз я ей все расскажу. Я обязан это сделать.

Я достал из ящика блокнот, положил на прилавок и осторожно открыл его на первой странице. Впервые с десятилетнего возраста.

Я начал читать.