Я рассказала доктору Маккиннону о том, что Кью сказала прошлым вечером, когда я спросила, как у нее с деньгами: она сказала, “все в порядке до апреля, ну, мая, пока не закончатся деньги от «Пэйн Уэббер»[49], и тогда придется принимать какие-то решения”.

– Кому придется? – спросил он.

Я сказала, до этого мы не добрались, просто сказали, что еще обсудим это.

– Решение, которое нужно принять, – это чтобы она нашла работу.

Я сказала, это очевидно, мы тоже так считаем. Я сказала, что думала об этом и сочла наилучшим просто поверить, что именно такое “решение” она держит в уме, и быть готовыми обсудить, какой именно вариант работы она имеет в виду.

– На что она жила до сих пор?

Я сказала, что на Рождество год назад она получила 100 тысяч долларов от нас и 10 тысяч от бабушки, то есть в сумме 110 тысяч, необлагаемые налогом. Если эти деньги закончатся в апреле, значит, она получает и тратит 6 тысяч 800 долларов в месяц, что более чем вдвое превышает ее доход за вычетом налогов в ту пору, когда она работала. Сверх того, мы оплачивали ее медицинские счета и страховку за квартиру, так что у нее было мало крупных расходов.

– Идея, конечно, заключалась в том, чтобы это было вложением в ее будущее, подушкой безопасности, пока она не приступит к собственной работе, но она явно восприняла это иначе. Из этого следует извлечь урок. Урок состоит в том, что, продолжая давать ей деньги, вы лишите ее мотивации учиться самой заботиться о себе. Я думаю, вам следует обсудить это с ней при ближайшей возможности, потому что ей необходимо начать поиски работы. Я знаю, что вы сами озабочены вопросами денег и будущего – какой разумный человек не озабочен сейчас вопросом денег и будущего, – но ваши собственные тревоги не имеют никакого отношения к этому разговору с ней. Если вы создадите у нее впечатление, будто вы лишаете ее вспомоществования, потому что у вас нет денег, вы сами выроете себе такую глубокую яму вины, что никогда из нее не выберетесь. Смысл не в том, чтобы она поняла, что у вас нет денег. Смысл в том, что ей нужно двигаться дальше по собственной жизни, и вы пришли к выводу, что, продолжая ее содержать, вы мешаете этому движению. Вы можете и впредь помогать ей в ограниченном виде, например, оплачивать медицинские счета или страховку и так далее. Но регулярное пособие явно не идет ей на пользу. Как, по ее мнению, поступают большинство жителей Нью-Йорка, пока ищут новую работу? Актеры идут в официанты. Парни, пишущие романы, находят временную работу. Все находят способы зарабатывать, чтобы обеспечить себе возможность заняться любимым делом. Кинтана это, несомненно, поймет. Она знает, что вы и Джон пишете киносценарии, чтобы иметь возможности для другой своей работы.

Я сказала, до нее это, похоже, не доходит.

– Настало время для того, чтобы реальность бросила ей вызов. Поскольку она сама, по-видимому, не способна бросить вызов реальности. Думаю, это было бы полезно обсудить на совместной сессии с доктором Кассом.

Я сказала, полагаю, он имеет в виду, после обсуждения этого с Кинтаной.

– Вообще-то я собирался провести разговор с Кинтаной и доктором Кассом одновременно. Я предполагаю, что доктор Касс искал способы мотивировать ее и уперся в глухую стену: ей не требуются деньги, поскольку ее содержат.

Я сказала, я думаю, подобный разговор загонит ее в ловушку.

– Это потому, что вы рассматриваете отказ в деньгах как наказание, а это не наказание. Это требуется ей для роста. Это всецело связано с тем, что пытается сделать доктор Касс. Разговор пойдет не об отказе в финансовой поддержке. Разговор будет об эмоциональной поддержке. Я думаю, вы очень легко можете предложить Кинтане обсудить это всем вместе с доктором Кассом. Подумайте об этом.