Оказавшись в коттедже, Верити увидела, что внутри он такой же, как и снаружи. Минимум мебели, никакого уюта, изношенные занавески и потертые ковры.

Пит скрылся за дверью. Послышался звон посуды, затем свист чайника. В углу комнаты стоял старый комод, полный книг и фотографий в рамках. Большинство снимков были групповыми, однако взгляд Верити приковало отдельно стоящее фото очень молодой женщины, которую она сразу узнала. Бетти внимательно наблюдала за ней.

Верити поднялась и взяла фотографию в руки.

– Бабуля такая юная!

– И прекрасная, – добавила Бетти и утешительно коснулась руки Верити.

В комнату вошел Пит и поставил на стол поднос с тремя фарфоровыми чашечками и чайником.

Верити понятия не имела, что ей предстоит услышать, однако сердце билось так часто, что пришлось прижать руку к груди. Пит снова вытер глаза платком и сел в кресло, судорожно выдохнув. Он был очень расстроен и буквально дрожал.

– Как там Гетти?

Услышав его вопрос, Верити пришла в ужас: Пит не знал о смерти ее бабушки!

– Бабуля умерла двенадцать лет назад, – тихо промолвила она, понимая, что новость, скорее всего, окажется сокрушительной.

Пит резко втянул воздух и снова вытер глаза платком.

– Господи…

В комнате воцарилась тишина, и Верити осознала, что в эту минуту сердце Пита разбилось. Возможно, во второй раз в жизни.

– Я вижу, что вам больно, но поверьте: бабуля никогда вас не забывала. Я выросла на историях об Птичьем острове и его замечательных жителях. Она любила это место.

– Я знаю. А потом все пошло наперекосяк, и, когда она не ответила на мою открытку…

– Бабуля ее не получила, – перебила Верити.

– Не получила? Как же тогда открытка оказалась у тебя?

– Застряла в давно запечатанном старом почтовом ящике возле дома. Я сняла ящик, когда готовила дом перед отъездом, и заглянула внутрь – проверить, не завалялось ли чего. И нашла вашу открытку.

Лицо Пита сморщилось.

– День за днем я ждал, когда она снова поднимется по тропинке вдоль обрыва. Я поставил всю свою жизнь на паузу… – Он помолчал, пытаясь собраться с мыслями. – Я думал, открытка подтолкнет ее к тому, чтобы связаться со мной, ведь я написал, что не могу представить свою жизнь без нее. Это правда. То, что мы испытывали, было настоящим. Теперь я понимаю: она так и не узнала о моих чувствах. И уже слишком поздно ей сказать.

– Мне очень жаль…

– Она молчала, а я терялся в догадках: что я сделал не так? Отказ был невыносим! Я засомневался: а любила ли она меня вообще?

– Уверена, что любила, но… Можно спросить? Открытка: что за секрет вы упоминали?

На лице Пита отразилась мука, и у Верити сжалось сердце.

– Летом 1972, когда Генриетта приехала на остров, в нее влюбились все поголовно. Особенно Джо: он отчаянно хотел, чтобы она стала его девушкой. Но мы с Гетти не могли противостоять нашим чувствам. Секретом был роман, в котором мы так и не признались Джо.

– Думаю, ты должен рассказать Верити то, что я только что от тебя услышала, – заметила Бетти.

– Ты уже сделала свое дело, – огрызнулся Пит.

Бетти молча подняла руки в знак согласия.

– Мое настоящее имя – Уоллес, но так меня называли только самые близкие друзья, потому что это не вписывалось в имидж группы. К тому же я заботился о тупиках, и островитяне регулярно прохаживались по поводу Пита и его питомцев. Пит – мое среднее имя. Генриетта была последней, кто звал меня Уоллесом. Ей нравилось это имя. Теперь я вижу твое сходство с ней; ты очень ее напоминаешь.

Верити молчала. Судя по выражению лица Пита, он ушел мыслями в прошлое.

– Лето 1972 года стало одновременно лучшим и худшим в моей жизни. Группа набирала популярность, визжащие девицы толпами перебирались через дамбу и разбивали палатки на пляже, лишь бы нас увидеть. У нас по-прежнему была обычная работа, хотя ее становилось все труднее совмещать с творчеством. Джо, мой лучший друг, не был счастлив в любви. Он стал отцом в юном возрасте, и, хотя семья у него, к сожалению, не сложилась, он обеспечивал их и был замечательным папой. Как-то вечером он ворвался ко мне домой с новостью, что в городке появилась новая девушка, и тут же заявил, что однажды на ней женится.

– Бабуля?

Пит кивнул.

– Он втюрился, влюбился в нее с первого взгляда. Как говорится, если это твое, ты сразу поймешь… – Пит сглотнул. – Я подшучивал над ним, мол, невозможно так быстро полюбить, но Джо непреклонно утверждал, что жизнь свою видит только с ней. В тот вечер Бетти привела в паб Гетти.

– Я уже рассказала Верити, что она остановилась у нас. А парни были не в курсе, зачем твоя бабушка приехала на остров, – добавила та.

– До сегодняшнего вечера, – Пит зыркнул на Бетти. – Я и не догадывался, что твой дедушка сделал ей предложение.

– Гетти созналась мне по секрету, что должна понять, какого будущего для себя хочет. Я не могла предать ее доверие.

– Пит, если Джо был так сильно влюблен, как вы с бабулей оказались вместе?

– Она сказала мне, что Джо от нее без ума, но, хотя он порядочный и милый человек, он ей не подходит.

– А Джо знал, как она к нему относилась?

Пит покачал головой.

– Сердобольная Гетти не хотела причинить ему боль. Однако не поощряла его. Они общались как добрые товарищи. Гетти дружила со всеми, была душой компании и прекрасно в нее вписалась. Но Джо был ею одержим, вечно поджидал, когда она выходила из чайной, или караулил ее на пляже.

– И вы начали с ней встречаться, не сказав об этом Джо? Чтобы пощадить его чувства?

Пит кивнул.

– Мы прятались даже от Бетти – просто хотели наслаждаться обществом друг друга, чтобы никто об этом не знал. А еще мы пытались придумать, как открыться Джо, не раня его слишком сильно. Меньше всего мне хотелось обидеть Джо, он был моим лучшим другом. И я не горжусь тем, что держал это в тайне. Я видел, как он смотрел на Гетти всякий раз, когда она входила в комнату.

– Или когда пела. Никто не мог оторвать от нее глаз, – с улыбкой добавила Бетти.

Пит посмотрел на Верити.

– Та песня, которую ты от меня слышала… Я написал ее для Гетти, и она единственная, кому я ее когда-либо пел.

– Так вот почему она мне знакома! Бабуля мурлыкала ее, когда занималась уборкой или возилась в саду.

Глаза Пита заблестели от новых слез.

– Рад это слышать. Гетти – единственная женщина, которой я посвящал песни. Мы были по уши влюблены друг в друга… Теперь я не знаю, чему верить. Я понятия не имел, что ее ждут дома.

Верити украдкой бросила взгляд на Бетти.

– Гетти была моей подругой, и я хранила ее слова в тайне.

Верити повернулась к Питу.

– Как же все закончилось?

– Гетти уехала в ту ночь, когда умер Джо, – с трудом выдавил из себя Пит.

– Но что случилось той ночью? – спросила Верити, чувствуя подступающую тревогу. Атмосфера в комнате внезапно сгустилась.

Пит встал и, низко опустив голову, положил обе руки на дубовую балку над камином. Через мгновение он поднял голову и посмотрел на себя в зеркало. Их с Верити взгляды встретились через отражение.

– В смерти Джо виноват я.

В наступившей тишине Пит опустил глаза.