Верити резко выпрямилась на кровати под крики кружащих над фургоном чаек. Начинало светать. Она нашарила телефон и посмотрела на экран. Он был черным. Вот черт, забыла поставить его на зарядку!

– Твою ж мать! – вскричала она, откидывая одеяло и просовывая голову в самодельную занавеску, отделявшую переднюю часть фургона от жилой зоны. Взглянув на часы на приборной панели, с облегчением вздохнула. Повезло: она не проспала, но пора было выдвигаться. Пока закипал чайник, она сунула грязную одежду в мешок для белья, спрятанный под кроватью, отметив, что к концу недели нужно будет найти прачечную. А может, какой-нибудь из кемпингов окажется оснащен стиральной машиной общего пользования. Почистив зубы и надев чистую одежду, Верити снова натянула свитер Сэма, пока не желая с ним расставаться. Выйдя из фургона с чашкой чая, она в последний раз окинула взглядом открывшийся вид. Ранним утром он был таким же потрясающим, как и накануне ночью.

Прогуливаясь вдоль кромки воды, Верити заметила пару чаек, которые сцепились на дальнем краю пляжа (несомненно, за богатую добычу из мусорного контейнера). Бросив взгляд на ресторан «Иллюминатор», Верити улыбнулась, перебирая в памяти события прошлой ночи. Несмотря на ее опасения из-за холодной воды, все вышло действительно здорово, и время, проведенное с Сэмом, она будет вспоминать еще долго. Верити не могла сказать, когда такое было, чтобы она поддержала разговор с совершенно незнакомым человеком. Ее уверенность в себе крепла, и она была рада, что вышла за рамки привычной зоны комфорта.

Ее былые дружеские связи со временем сошли на нет, и она точно знала почему – Ричард. Когда они стали встречаться, его друзья стали ее друзьями, в то время как он ясно дал понять, что ее друзья ему не нравятся, и ей становилось все труднее находить для них время. Ричард всегда был холоден с ее коллегами на рождественских вечеринках, а если она только заикалась о желании сходить в паб с приятельницей поболтать, он просто убивал ее взглядом. Осознав, что упустила множество возможностей, новых друзей, вечеринок, Верити даже начала испытывать благодарность за его измену, потому что это наконец позволило ей познакомиться с жизнью.

Бросив последний взгляд на залив, она допила чай, решив обойтись без завтрака – вдруг на пароме ее снова начнет тошнить? Заправив постель и положив на пассажирское сиденье рюкзак с самым необходимым, она завела мотор. На мощеной улице не было ни души.

Когда Верити выехала на дамбу, путь казался свободен, однако по мере продвижения ситуация начала меняться. Вдалеке над дорогой плескалось море; она удивилась, поскольку ожидала, что дамба будет полностью видимой, как накануне. Может, с утра поначалу придется проехать по мелководью? Она не волновалась: выпрямившись на сиденье, ехала вперед, колеса катились по воде. Чуть дальше дамба снова поднялась над морем. И тут, без предупреждения, сердце Верити – вместе с «Гетти»-фургончиком – ухнуло вниз. Она вскрикнула и вцепилась в руль. Капот нырнул в воду, двигатель заглох, колеса перестали вращаться. В панике Верити поворачивала ключ в замке зажигания… тщетно. Она порылась в сумке, достала телефон, отчаянно пытаясь его оживить – и снова ничего.

Между ней и большой землей лежали мили дороги. Скоро вода начнет просачиваться через нижнюю часть двери. Стараясь не паниковать, Верити пришла к выводу, что надо как можно скорее выбраться из фургона, прежде чем он уйдет под воду вместе с ней. Поднимающаяся вода уже не позволяла открыть дверь, поэтому, схватив рюкзак, Верити опустила стекло. Забросив рюкзак на крышу, она протиснулась через окно в ледяную воду. Ей удалось выбраться на капот фургона, а затем вскарабкаться на крышу. Что делать дальше, она понятия не имела.

– Эй! На острове! – заорала она что есть сил.

К счастью, большая часть фургона, похоже, оставалась над водой. Тем не менее Верити понимала, что нужно действовать быстро. Раскинув руки в стороны, она закинула рюкзак на спину и приготовилась плыть, понимая, что паспорт и телефон будут уничтожены. Однако не успела она скользнуть в воду, как услышала долгий гудок и, подняв глаза, увидела приближающийся черно-желтый внедорожник. К ней спешила помощь!

– Спасибо! – крикнула Верити, хотя водитель не мог ее услышать. Машина проехала так далеко, как могла, чтобы не залить двигатель. Дверь открылась, водитель вытащил из багажника небольшую лодку и погреб к ней. Верити прищурилась, и на ее лице расплылась улыбка, когда она узнала своего спасителя.

– Мой рыцарь в блестящих доспехах! Мы снова встретились!

Но подплывший Сэм, казалось, был ей не рад.

– Ты вообще соображаешь, что творишь?! Переезд еще не безопасен!

– Ну, я заметила, – ответила Верити. – Я же не просто так стою на крыше своего фургона.

На лице Сэма по-прежнему не было и тени улыбки.

– Вот из-за таких торопыг, как ты, траты на спасателей ежегодно обходятся налогоплательщикам в десятки тысяч фунтов. Ты вообще в курсе, что спасательные работы на море могут стоить до двух тысяч, а на воздухе – до четырех? Фургон придется отбуксировать, и, скорее всего, его отправят в лом. Тебе это тоже обойдется недешево – подозреваю, страховая сочтет твои действия небрежностью и откажется выплачивать компенсацию.

Верити была ошеломлена далеко не теплым приемом. Спасатель Сэм разительно отличался от милого красавчика Сэма, чьим обществом она наслаждалась прошлой ночью.

– Наверняка «Гетти» снова заведется, как только просохнет!

Он с сомнением покачал головой.

– Можешь сойти с крыши в воду? Я постараюсь подплыть как можно ближе. Только сначала брось мне свой рюкзак.

Верити сделала, как он велел, и Сэм положил рюкзак себе на колени. Шок от холодной воды сейчас не стал меньше, но жаловаться не приходилось. Забравшись в лодку, она взглянула на фургон, который в последние несколько месяцев реставрировала с такой любовью, и на нее обрушилось понимание. Сдерживая слезы, Верити сглотнула ком в горле.

– Зачем ты полезла на дамбу в полтретьего ночи, когда переезд еще не безопасен? Всего-то час надо было подождать!

– Я начала переезд в полчетвертого, я проверяла расписание приливов!

– Сейчас еще и трех нет, и, как видишь, вода до сих пор накатывает на дамбу.

– Не может быть! Часы в фургоне показывали полчетвертого!

– Ну, видимо, они сломались.

Верити умолкла. Вполне вероятно, так и было – если вспомнить, дома она обычно обращала внимание на часы в машине где-то в середине дня.

– Я забыла зарядить телефон, голова была не тем занята.

Похоже, идеальное пребывание на Птичьем острове только что завершилось очень дорогой катастрофой.

Сэм направил лодку обратно к внедорожнику.

– А как так вышло, что именно ты пришел мне на помощь?

– На острове дежурит группа береговой охраны, как раз начиналась моя смена. Я ехал на пост спасателей и увидел тебя, спускаясь с Лайтхаус-лейн. Думал, ты собралась припарковаться. А когда ты двинулась дальше, забил тревогу.

– Что будет с моим фургоном?

– Оттащу его на утес.

– Ты собираешься сбросить его с вершины?! – в ужасе спросила Верити.

– Не тупи. Напротив дома Пита есть небольшой гараж Натана, местного механика. Он и проведет вскрытие. – Впервые за это время Сэм, казалось, развеселился.

Когда они добрались до черно-желтого внедорожника, Сэм вылез из лодки. Верити тем временем немного успокоилась и почувствовала себя полной дурой. Оглянувшись на «Гетти», она ощутила панику.

– Как я теперь доберусь до Амстердама?

– Уж точно не на своем фургоне – ты можешь переехать дамбу на такси и успеть на паром. Однако, судя по синему оттенку твоих губ, надо убедиться, что ты не заболела, прежде чем куда-то ехать.

Верити насквозь промокла, замерзла и начала дрожать, вероятно, от шока после пережитого. Все могло быть гораздо хуже, если бы Сэм ее не заметил.

– Я не могу бросить фургон! Это мой дом на ближайшие полгода, чтобы не платить за гостиницы.

Сэм обернулся в сторону фургончика.

– Прости, но дома у тебя нет.

Он помог Верити выбраться из лодки и достал из внедорожника термоодеяло.

– Тебя надо согреть.

– У меня нет сухой одежды, все осталось в… – Не закончив свою мысль, она залилась слезами.

– Не ты первая, не ты последняя из тех, кто застревает в воде. Залезай в машину – я включил подогрев сидений. Клемми – ранняя пташка, напишу ей, попрошу что-нибудь тебе одолжить.

Верити забралась на сиденье, укутавшись в термоодеяло.

– А пока тебе придется обойтись моим худи. – Вот теперь он улыбался. – Ты в порядке?

– Какая же я идиотка! Если бы зарядила телефон, то не перепутала бы время.

– С этим не поспоришь.

– Что теперь со мной будет?

– Можешь посидеть в будке на посту спасателей. А можно, поскольку все заведения до утра закрыты, отдохнуть у меня. Я на дежурстве до обеда. Решай, пока я загружаю лодку. – Сэм указал в сторону большой земли. – Прилив отступает.

Теперь Верити четко видела дамбу, ведущую к Си-Энду. Она на секунду прикрыла глаза, а Сэм захлопнул багажник и сел за руль.

– Всего-то надо было час подождать…

– Всего-то. – Сэм взял рацию. – Застрявший водитель спасен. Скажу Натану, чтоб отбуксировал машину в гараж.

Верити так замерзла, что начала неудержимо стучать зубами.

– Потерпи пару минут – я отвезу тебя в дом и разожгу огонь. Тебе надо снять мокрую одежду и согреться.

– Спасибо! Я промокла до костей и очень устала… – Она посмотрела в зеркало солнцезащитного козырька и увидела синеватый оттенок губ, который упоминал Сэм.

– Неудивительно, ты ведь поспала буквально пару часов. Ну, что решила? Все еще хочешь успеть на паром? Если да, надо придумать, как туда добраться.

Верити не знала, что делать. Она растерялась и не могла ни о чем думать, кроме возможной потери фургона.

– Понятия не имею… О нет! Ава! Она же будет ждать меня в Амстердаме!

– Давай для начала тебя согреем, а потом подумаешь, что делать дальше.

Глянув в окно, Верити увидела непрерывный поток машин, едущих им навстречу.

– Ого, сколько людей не спит таким ранним утром!

– Они либо работают на большой земле, либо планируют попасть на утренний паром.

Съехав с дамбы, Сэм направился к Лайтхаус-лейн. Приблизившись к разноцветным коттеджам, он сбавил скорость и свернул на первую подъездную дорожку.

– Приехали.

Верити не могла поверить своим глазам.

– Ты меня разыгрываешь.

– В смысле? – паркуясь, спросил Сэм.

– Ты что, живешь здесь?!

– Ну да.

– Быть того не может! Это же мой коттедж!

– Ты еще и головой ударилась?

В волнении Верити схватила его за руку.

– В детстве бабуля рассказывала мне об этом коттедже, а я утверждала, что когда-нибудь буду здесь жить! Поверить не могу!

Она уставилась на причудливый сказочный домик.

– И давно ты здесь живешь?

– Этот коттедж принадлежал Уилсонам с незапамятных времен.

– Бабуля здесь бывала. – Верити указала на дубовое крыльцо. – Она всегда говорила, что розы, обрамляющие дверь, просто потрясающие. Давно они здесь растут?

– Сколько себя помню.

– Уилсон. «У.» точно должен быть Уилсоном.

– Я еще вчера сказал тебе, что это маловероятно. У тебя есть еще какая-нибудь информация?

– Только дата штампа на открытке. Ну и картина с тупиками, которая много лет провисела у бабули в доме. На обороте есть надпись, сделанная тем же почерком, что и на открытке: «Лето 1972 года».

Глаза Сэма метнулись к ней.

– Мой дедушка умер летом 1972 года.

– Я просто нутром это чую. Уверена, бабуля и твой дедушка были знакомы. Она рассказывала мне об этом коттедже в таких подробностях!.. Она точно здесь бывала.

– Пошли уже в дом. – Сэм вылез из машины, а потом по-джентльменски открыл Верити пассажирскую дверь. – Зайдешь и увидишь, соответствует ли он твоим ожиданиям.

Верити переступила порог и с удивлением увидела, как Сэм приложил палец к губам.

– Ты слышишь?! – прошептал он.

– Не слышу ничего, – так же тихо ответила она.

– Звук худшей в мире сторожевой собаки! Хоть бы гавкнул!

Верити тихонько хихикнула.

– Спит сладким сном!

Повесив ее рюкзак на вешалку в коридоре, Сэм прошел в гостиную, подтянул кресло к камину и быстро развел огонь.

– Устраивайся, я принесу тебе полотенце, свитер и чай. А потом ты мне расскажешь об этой открытке.

Верити стояла посреди комнаты, чувствуя, что ее лицо выражает неподдельное изумление. Она оглядывалась по сторонам, рассматривая обстановку.

– Этого просто не может быть!

Бабуля в точности описала ей эту комнату: окно в деревянной раме выходит в сад, дубовые балки тянутся вдоль потолка, камин внушительного вида. Фотографии на стене. Один снимок привлек внимание Верити, и она подошла ближе. Перед лодкой стоял красивый молодой человек с невероятных размеров рыбиной в руках. Видимо, дедушка Сэма.

– Как звали твоего дедушку? – спросила она, когда Сэм вернулся в комнату.

– Джо.

– В бабулиных историях фигурировал некий Джо, я только что вспомнила! – Верити не могла сдержать волнения. – Дай подумать… Джо, точно, он был рожден для великой судьбы и… о боже, да, был музыкантом! Бабуля рассказывала, что он играл в группе, подписал контракт с лейблом и собирался отправиться в турне не с кем иным, как с самим Боуи! – Она рассмеялась. – Конечно, я понимаю, что некоторые из ее историй могли быть выдумкой.

Сэм выглядел изумленным.

– Ты меня разыгрываешь?! – подозрительно прищурился он. – Потому что это все правда.

Сэм поставил на стол две чашки, потом подал Верити полотенце.

– Вот, выпей. Хотя бы губы уже не такие синие и трястись перестала.

– Похоже, удивление оказалось сильнее потрясения.

Набросив полотенце на плечи, Верити указала на фотографию:

– Это твой дедушка? Ты очень на него похож.

– Да, – ответил Сэм, встав рядом с ней. – Хороший был улов.

– Если бы я знала, что в заливе водятся такие огромные рыбы, ни за что не поддалась бы на твои уговоры, – сказала она. Потом оглядела комнату. – Должна сказать, никогда бы не подумала, что ты похож на парня из уютного старинного коттеджа.

– А на какого парня я похож?

– Современная квартира, минимум вещей, большой телик и новейшие технологии. – Верити села на стул и обхватила чашку с чаем.

– Кошмарная картинка!.. Поищу тебе одежду потеплее. Боюсь, в конце концов предложу свои собственные спортивные штаны, футболку и свитер. В моем гардеробе не слишком много платьев. – Сэм улыбнулся и вышел, а через пять минут вручил ей стопку вещей. – Ванна…

– …прямо по коридору и налево, – закончила Верити.

– Твоя бабушка описала все в мельчайших деталях. – Сэм иронично изогнул бровь.

– А у тебя есть – или были – веревочные качели на старом дубе на краю сада и калитка, которая ведет прямо в бухту?

– Есть… А у тебя есть… открытка?

Верити кивнула.

– Что говорит твоя интуиция? Думаешь, открытка была от твоего дедушки?

– Не уверен.

– Сейчас, подожди!

Верити выбежала в коридор и схватила с вешалки рюкзак. Вернувшись в гостиную, плюхнулась рядом с Сэмом на зеленый бархатный диван и принялась рыться в содержимом.

– Вот, гляди! – Она протянула ему открытку. – От него, да? У тебя осталось что-то с того лета? Может, фотографии? Что-нибудь, чтобы установить между ними связь?

Сэм подошел к комоду, достал маленькую записную книжку и вернулся к Верити. Потом открыл книжечку и положил открытку поверх первой страницы.

– Это что?

– Дедушкина расчетная книжка. Он записывал рабочие часы – дата и время, а в этой колонке – вес рыбы, ведь ему платили по весу улова. Как видишь, бывали дни получше и похуже. – Сэм указал на страницу, а затем на открытку. – Не хочу тебя расстраивать, Верити, но, по-моему, ты на ложном пути. В его книжке и на открытке разный почерк. Посмотри на эти буквы.

Верити занялась тщательным сравнением.

– Я верю, что они были знакомы – иначе откуда тебе знать об этом месте? Разве что ты какой-нибудь шпион или экстрасенс. И все же открытка пришла не от него, – мягко заключил Сэм.

Верити испытала разочарование. Как же она хотела, чтобы отправителем оказался Джо! Ведь это могло бы пролить свет хоть на часть тайны.

– А тебе не кажется удивительным, что они, наверное, сидели здесь вместе тогда, как мы теперь?

– Согласен, ощущения, пожалуй, за гранью реальности. Вообще все очень странно, учитывая, как пересеклись наши с тобой пути – совершенно случайно, у какой-то забегаловки.

– Это судьба. Вселенная зачем-то свела нас вместе.

– Может быть, чтобы разгадать этот секрет, требуется командная работа? – улыбнулся ей Сэм.

– Командная работа – звучит здорово! – Верити огляделась. – До сих пор в голове не укладывается, что бабуля здесь бывала. В ее историях этот дом был прекрасен, как и коттедж «На утесе». Должна признаться, тот коттедж меня сильно удивил, потому что оказался совсем не таким, каким его описывала бабуля.

– Да, Пит совсем его запустил.

– А почему, не знаешь?

– У меня нет желания задумываться о поступках этого человека.

В интонации Сэма послышалась толика враждебности.

– Очевидно, ты не относишься к фанатам Пита? – осторожно спросила Верити.

– Скажем так: я все еще жду, когда правда выйдет наружу.

– Какая?

Сэм положил записную книжку и открытку на журнальный столик и взял свой чай. Он явно не хотел распространяться по этому поводу. В комнате повисло неловкое молчание.

– Ну, по крайней мере, этот дом соответствует моим ожиданиям, – пробормотала Верити. – Поверить не могу, что я здесь!

– Особенно после твоей сегодняшней выходки!

У Сэма зазвонил телефон.

– Это Натан, – сказал он, повесив трубку. – Уже отбуксировал «Гетти» в гараж и сегодня днем оценит ущерб. А мне пора возвращаться на пост береговой охраны. Хотя пересекать дамбу уже безопасно, все равно приходится спасать некоторых пловцов, которые решают сунуться в холодную воду, а там их накрывает судорога. Обычно такое вытворяют, чтобы произвести впечатление на даму, причем пловцы, как правило, голые.

– Это то, что ты сам вчера проделывал?

– Я был в боксерах! – ответил Сэм, лукаво блеснув глазами.

– И все-таки я думаю, что ты пытался произвести на меня впечатление. – Она одарила его легкой ухмылкой.

Сэм встал и махнул в сторону кухни.

– Джимми дрыхнет. Прими душ – уверен, ты знаешь, где его найти.

Она указала на дверь возле лестницы.

– Если попробуешь успеть на паром в Амстердам, номер такси пришпилен к корковой доске на кухне, а надумаешь задержаться и немного поспать, спальня…

– Там. Наверху еще две. Все-таки надо было прикинуться экстрасенсом, да? – рассмеялась Верити.

Сэм насмешливо помотал головой.

– Если решишь продолжить свое путешествие, – он снял ключ со связки, – запри за собой дверь и оставь ключ под ковриком. Если передумаешь, тогда до скорого.

Какое-то время они смотрели друг на друга.

– Спасибо, что спас меня!

– На здоровье, но мне и правда пора.

Сэм попятился к двери, еще раз улыбнулся перед тем, как закрыть за собой дверь, но через пару секунд снова ее распахнул.

– Если уедешь, оставь свой телефон! Буду держать тебя в курсе по поводу фургона, и сможем обсуждать тайну открытки.

– А я-то подумала, ты хочешь попросить мой номерок просто так!

– До свидания, Верити Каллауэй!

Дверь снова закрылась, на этот раз окончательно. Верити услышала, как завелся двигатель и захрустел гравий под шинами, когда машина отъезжала от коттеджа.

Не переставая думать об Аве, она отправилась в ванную и с облегчением сбросила с себя мокрую одежду. Теплая вода в душе была такой приятной! Верити понимала, что не успеет на паром до Амстердама, и в глубине души была этому рада, несмотря на катастрофические последствия. Звонить Аве было преждевременно – она пока не знала, починят ли ее фургон (с большой долей вероятности нет, и тогда у них не будет дома на колесах, в котором можно жить во время совместного приключения).

Десять минут спустя, чистая и посвежевшая, Верити уже вытиралась, с любопытством оглядывая ванную комнату. У Сэма был безупречный вкус в выборе уходовой косметики. Пшикнув лосьоном после бритья, Верити на мгновение закрыла глаза и вдохнула запах. Это определенно был фирменный аромат Сэма Уилсона.

Она переоделась в футболку и спортивные брюки и вернулась в гостиную, горя желанием осмотреть коттедж.

Тихонько приоткрыв дверь, Верити заглянула в кухню. Джимми все еще крепко спал в своей клетке, поверх которой было накинуто одеяло. Ее взору предстала ярко-зеленая чугунная плита, о которой рассказывала бабуля, дровяной камин, а в центре – простой деревянный стол. Все безукоризненно чистое.

Она открыла другую дверь и вышла в крошечный коридор, откуда поднималась кованая винтовая лестница. Напротив гостиной располагалась еще одна комнатка, такая же уютная. Там тоже стоял красивый камин с дубовой полкой, над ним – великолепные светильники из старинной латуни с абажурами в тон шторам, стены были увешаны картинами в рамах. Небольшой кожаный диван в стиле «Честерфилд» покрывали пледы и невероятно мягкие бархатные подушечки. Обстановку дополняли два уютных кресла с тканевой обивкой и огромный ковер; перед окном стоял небольшой столик с компьютером. В глубине комнаты пространство от пола до потолка занимал внушительный, полный книг шкаф.

Верити провела пальцем по корешкам. Ничего себе! У Сэма была солидная библиотека классической и современной художественной литературы разных жанров и множество книг о Птичьем острове, написанных, скорее всего, местными авторами. Одну из них она вытащила. Книга рассказывала о истории тупиков и включала многолетние данные переписи популяции. А вот другая – об истории острова и местных промыслах. Взяв ее с полки, Верити села на диван и принялась листать. Там была фотография Джо Уилсона, самого молодого, но самого опытного рыбака на острове. Их сходство с Сэмом поражало, не оставляя никаких сомнений в кровном родстве. Практически неотличимые черты лица, такие же растрепанные волосы и мужественная привлекательность. Она вспомнила рассказы Сэма о его бабушке и дедушке. Должно быть, в те времена им пришлось нелегко. Мало того, что они были совсем юны, еще и отношения не сложились, и пара разошлась, несмотря на рождение ребенка… Среди своих ровесников Верити знала множество пар, которые не были друг с другом счастливы, однако оставались вместе ради детей и из-за того, что расставание означало бы финансовый крах. Хорошо, что они с Ричардом не завели детей и дом был ее собственностью! А поскольку он никогда не тратился на содержание дома, то и прав на него не имел.

Она закрыла книгу, поднялась и сунула ее обратно на полку.

– Обалдеть! – Сделав шаг назад, Верити оглядела книжный шкаф сверху донизу. Рассказывая волшебные истории, бабуля даже убедила внучку, что в коттедже есть скрытая дверь, ведущая в тайную гостиную, и открывается эта дверь книгой из шкафа. Прямо как в «Гарри Поттере». Может, бабуле стоило всерьез писать детские книги? Верити отлично помнила ее указания: вторая полка сверху, третья книга справа – судя по всему, если ее вытащить, какой-то рычаг заставит шкаф открыться. Она усмехнулась про себя, скользя взглядом по книжным полкам: «Да ладно, у кого есть тайные комнаты за книжными полками?»

Вот она, вторая полка сверху, третья книга справа.

– Нет, конечно, – промолвила Верити с улыбкой, зная, что потайные двери бывают только в кино. Тем не менее она взглянула на обложку. Ничего себе! Это была «Гордость и предубеждение» – та самая книга, которую она только вчера купила! Подняв руку, Верити сняла томик с полки, на миг разочаровавшись, что шкаф не распахнулся, как обещала ей бабуля.

Хотя издание было старше, чем у нее, книга была в безупречном состоянии. На титульном листе чья-то рука вывела посвящение:

«Джо, пусть она напоминает тебе о лете, которое мы и так не забудем.

С любовью.

Целую, Гетти».

Верити распахнула рот, узнав знакомый почерк еще до того, как прочла написанное.

– Бабуля, – пробормотала она. – Ну ты даешь!

Вот оно, доказательство! Книга связывала ее бабушку с Джо, значит, это точно должна быть его открытка!.. Верити осторожно листала страницы, надеясь отыскать новые подсказки. Ей не терпелось показать находку Сэму; интересно, знает ли он о надписи в книге?

Так в чем же заключался ваш секрет?! Раз уж бабушка годами не снимала ту картину со стены, видимо, их с Джо связывало нечто особенное, и Верити не могла не задаться вопросом, какое место в этом уравнении занимал ее дедушка. Но вот какая мысль ее не покидала: не потому ли бабуля так подробно рассказывала ей все эти истории – особенно про книжный шкаф, – что настраивала внучку приехать на Птичий остров и узнать другие секреты? Случайно ли книга с дарственной надписью Джо оказалась именно в том месте, где она говорила? Верити чувствовала, что ей предстояло еще многое разведать о бабулином приезде на Птичий остров. Теперь она решила остаться здесь подольше. Бетти, близкая подруга Джо, была ее главной надеждой пролить свет на эту историю. Если ей есть чем поделиться, надо услышать это из первых уст.

Положив книгу на кушетку, Верити встала на цыпочки и пошарила на полке в поисках рычага, нащупала какой-то выступ и в волнении нажала. Раздался резкий звук, и книжный шкаф пришел в движение.

– Да ладно?!

Она в изумлении наблюдала, как книжный шкаф открыл перед ней обычный дверной проем. Верити вошла в комнату и осмотрелась. Это был уютный кабинет с небольшим столом, компьютером и удобным на вид диваном, покрытым мягким шерстяным пледом. На стене висела карта острова с изображением каждого здания, сбоку – список всех жителей. Там же была фотография ресторана «Иллюминатор» в день открытия: Сэм перерезал ленточку. Он совсем не изменился, разве что волосы стали чуть короче и не такими растрепанными. На противоположной стене висело несколько гитар и фотографии Сэма у микрофона, с гитарой на коленях; на некоторых снимках рядом с ним были Амелия и Клемми.

Интересно, каково это – жить в таком маленьком сообществе, где все друг друга знают? Со своими соседями Верити практически не общалась – так, приветливо здоровалась при встрече, получая в ответ лишь ворчание, а то и полный игнор. Она часто жалела, что вблизи нет паба, куда можно зайти одной и непринужденно поболтать с завсегдатаями. Ее всегда манила такая дружба, какая существовала между Клемми и Амелией – когда подружки жили неподалеку, могли поделиться любыми новостями, вместе прогуляться и выпить кофе.

Окно кабинета выходило на Лайтхаус-лейн, прямо перед ним торчал старомодный фонарный столб, как будто срисованный из диснеевского мультика. На небе уже ярко светило солнце. Чувствуя себя измотанной, Верити забралась под плед и, умостив голову на подушку, сама не заметила, как уснула.

Казалось, прошло лишь несколько секунд… Через несколько часов, разбуженная каким-то шумом, Верити открыла глаза и встретилась с другой парой огромных глаз, пристально уставившихся на нее.

– Доброе утро, Джимми!

Услышав ее голос, пес яростно замотал хвостом, припал на задние лапы, вытянув передние перед собой, и игриво залаял.

– Нет, Джимми!

Поздно: он наскочил на нее и принялся вылизывать лицо. Быстро натянув на голову плед, Верити умудрилась его отпихнуть. Джимми снова гавкнул, выскочил из комнаты, но тут же вернулся, мотая зажатой в зубах игрушкой.

Следом за щенком в комнату зашел улыбающийся Сэм и протянул ей чашку кофе.

– Ага, Джимми тебя нашел, а ты отыскала потайную комнату.

Верити выпрямилась на диване и возбужденно затараторила:

– Я просто не поверила своим глазам! Рычаг был именно там, где рассказывала бабуля. Более того… – Она откинула плед и побежала за книгой, оставшейся на диване в библиотеке. Прискакав назад, совсем как Джимми, сунула ее Сэму в руки.

– А ты знала, что можно просто открыть дверь?

– Зачем, когда для этого есть секретный рычаг!.. Ладно, неважно! Смотри сюда – «Гордость и предубеждение»!

– Пожалуй, один из величайших любовных романов всех времен. Самоуверенная героиня Элизабет Беннет часто не сходится во мнениях со своим возлюбленным, чопорным мистером Дарси.

– Мужчина, разбирающийся в классической литературе, производит впечатление.

– А ты, похоже, вот-вот взорвешься от переполняющей тебя информации.

– Секретный рычаг спрятан именно за этой книгой! Теперь открой ее. Сто процентов бабулин почерк! Ты видел эту надпись раньше?

– Все книги хранились на чердаке в коробках. Лет десять назад я на них наткнулся, стряхнул пыль и спустил их вниз. Внутрь даже не заглядывал.

– Но ты понимаешь, что это значит?!

– Что они любили хорошую литературу?

Верити закатила глаза.

– То, что они знали друг друга! Уверена, «У.» – это твой дедушка! Все сходится. Интересно, долго бабуля здесь пробыла? У них завязался роман? Они общались после того, как она уехала с острова?

– Нет, – помотал головой Сэм.

– С чего ты взял?

– На открытке есть дата – 1972 год. В надписи говорится о лете, которое они не забудут. В конце того самого лета мой дедушка погиб.

– Ой, как грустно… – Верити прижала книгу к груди, к глазам подступили слезы. – Думаешь, она знала?

– Понятия не имею, – пожал плечами Сэм.

– Раз мы уже выяснили, что она провела здесь лето, видимо, она отдала ему книгу перед возвращением домой.

Сэм покивал.

– Причем известно – то лето было лучшим в его жизни.

– Было бы приятно думать, что благодаря бабуле, – улыбнулась Верити.

– Тем летом его популярность начала набирать обороты. Бетти рассказывала. Толпы девушек валили в паб послушать группу. Им предложили контракт на запись альбома и пригласили выступить на разогреве у Боуи… А потом все рухнуло.

Сэм допил чай, и Верити поняла, что именно из-за смерти Джо группа не поехала в тур.

– Хотел бы я послушать его вживую. Вон в том шкафу хранятся все их песни. Тексты и музыку он записывал в специальный сборник.

– Это потрясающая память!

– Хотя название у группы было так себе, на мой взгляд, – усмехнулся Сэм. – «Парни с Птичьего острова».

– Бабуля тоже любила музыку. У нее был потрясающий голос; мне, похоже, этот ген не передался. Говорят, она пела при любой возможности. Так что, думаю, вот и ответ. Эта открытка наверняка от твоего дедушки. – Верити улыбнулась. – Боюсь, я не знаю, как сюда вписывается мой дедушка. Если Джо не мог без нее жить, думаю, у них был курортный роман. Бабуля была просто загляденье… как и ее внучка! – Она игриво пихнула Сэма под руку, и он одарил ее нежной улыбкой. – Я ужасно рада, что это твой дедушка, по-моему, это очень романтично. Вдруг, когда я вернусь домой, меня на коврике будет ждать открытка с надписью, что ты не можешь без меня жить?

Верити дразнилась, но втайне очень хотела посмотреть на его реакцию.

Сэм шутливо покачал головой:

– Сегодня у меня нет времени на открытки, в час встреча. Зато перед уходом могу приготовить тебе поесть. Надо понимать, ты передумала уезжать сегодняшним паромом?

Верити подскочила.

– Я не предупредила Аву! Сейчас я уже должна была плыть в Амстердам!

– Да уж, на этот паром ты точно опоздала.

– Что-то я не горю желанием звонить… – Верити выдохнула. – Ава явно не обрадуется моим новостям. Нужно зарядить телефон.

Она сходила в другую комнату, достала из рюкзака телефон с зарядкой и воткнула в розетку возле дивана.

– Пока ты будешь извиняться и составлять новые планы, я соображу тебе поесть. Кстати, чтобы не забыть: тут куча одежды от Клемми. Забрал из чайной по дороге домой.

– Спасибо, это так мило!

Сэм отправился на кухню, Джимми следовал за ним по пятам. Верити нетерпеливо смотрела на экран телефона. Стоило аппарату получить крошечную долю заряда, он ожил и тут же разразился непрерывными уведомлениями. Верити поняла, что пропустила от Авы не меньше десяти звонков и голосовое сообщение. Она открыла его с бьющимся сердцем и зажмурилась, услышав голос Авы:

«Я сто раз пыталась тебе дозвониться! Ты где? Вроде для парома еще рановато». – Верити прикинула, что это сообщение могло прийти несколько часов назад, когда она застряла на дамбе. Ава продолжила: «Знаю, ты всегда считала меня ненадежной подругой, и, к сожалению, я собираюсь оправдать эту репутацию… Не убивай меня, пожалуйста, но я не на пароме».

Последовала долгая пауза – Верити поняла, что Ава пытается придумать, как смягчить удар.

«Я откликнулась на вакансию в телекомпанию, прошла собеседование и практически забыла об этом. Однако меня взяли! В понедельник я приступаю к работе в Лондоне. Ужасно жаль, Верити, но такой шанс упускать нельзя! Ты ведь можешь поехать в Амстердам без меня, правда?.. Позвони, как будет минутка!»

Верити положила телефон и расплылась в улыбке. Когда Сэм вернулся в комнату с подносом, она шумно выдохнула.

– Ну что, она тебя не убила?

– Вообще-то я еще не успела с ней поговорить.

– Верити!

– Все в порядке, Ава прислала мне голосовое. Она не на пароме и вообще не едет в Амстердам, а в понедельник выходит в Лондоне на новую работу. Настаивает, чтобы я продолжила путешествие самостоятельно, не оставляла поиски себя. Мол, мне на пользу и даже необходимо.

– А что ты сама об этом думаешь?

– Я втайне вздохнула с облегчением, – улыбнулась Верити еще шире. – Потому что хотела остаться на острове подольше. Все сложилось просто идеально.

– Что ж, логично, хотя в это время года найти комнату в отеле будет непросто, а наш единственный гостевой дом вообще бронируют задолго.

– Даже если фургон не на ходу, я смогу там спать, когда он просохнет. Главное, чтобы Натан отбуксировал его в безопасное место. Для этого я и оборудовала дом на колесах.

Верити уже представляла, как будет ночевать на вершине утеса и просыпаться на рассвете, любуясь на тупиков и гавань. Такое приключение привлекало ее больше, нежели необходимость бороться за жизнь, уворачиваясь от тысяч велосипедистов на оживленных улицах Амстердама.

– В моем доме для тебя всегда найдется комната, пока не решишь, что делать дальше, – и я сейчас не про диван в кабинете.

– Спасибо, очень мило с твоей стороны!

– В конце концов, я теперь тоже в игре.

– В какой игре?

– Хочу побольше разузнать о наших родных, а пока что – сэндвич, шоколадный батончик и чипсы. – Сэм указал на поднос.

– Выглядит потрясающе!

– Скажи спасибо «Пляжной» пекарне. Я подумал: вдруг ты еще здесь, и набрал всего по дороге домой. Сэндвич, который сделал кто-то другой, всегда кажется мне вкуснее. Мне пора на встречу, а ты можешь никуда не спешить. Возьми с собой ключ, если захочешь прогуляться. И чувствуй себя как дома.

Сэм подозвал Джимми и пристегнул поводок.

Верити все еще улыбалась, когда за ними закрылась дверь. Она стояла у окна, наблюдая, как мужчина и пес идут по дорожке. Поверить невозможно, до чего все изменилось за последние сутки! Она взглянула на небо – нельзя упускать такой солнечный денек. Ей вспомнилась прошлая ночь – то же самое небо, только темное, с мерцающими созвездиями. Когда его черноту прорезала падающая звезда, Верити закрыла глаза и загадала желание, и оно только что сбылось. Она еще немного побудет на Птичьем острове и попробует выяснить, что же здесь делала бабуля. А главное, она получила шанс побыть с Сэмом, и от этой мысли ее улыбка стала еще шире.