8 июня, продолжение.

— Ну наконец‑то! — встретили меня Фёдор и Славка в воротах порта. — Славка, беги за отцом!

Фёдор выдернул у меня из руки сумку и повесил себе на плечо. Взяв рулон карты, потряс им зачем‑то и сунул под мышку.

— Не помни только карту. Я вроде недолго, — я непонимающе развёл руками. — Что‑то случилось?

— Крысы, Вадим Митрич, крысы случились! Хотят закрываться. Пойдёмте быстрее, распишемся в журнале. Паспорт при вас?

Я хлопнул себя по груди:

— При мне. Так ещё и двух нет же! — я показал Фёдору часы на руке.

— Занятный у вас хронометр, кстати. Давно хотел спросить. Но идём быстрее.

Да что за день у меня такой сегодня! Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу. Дрянной парашют никак не хочет отцепляться.

— Обычный хронометр. Просто на руку переделал. Так же удобнее.

— Наверно. Но никогда не видел, чтобы так носили мужчины. У женщин вроде бы что‑то такое есть.

Оригинально. Женщины на руке часы носят, а у мужиков ума не хватило так поступить, что ли? Странные тут мужики.

— Но у них сильно меньше и красивее, — сразу поправился Фёдор, видимо поняв, что сравнение такое мне не очень приятно может быть.

Я глянул на свои часы. Слава богу, не очень «умные». Этому моему «Ориенту» уже лет пятнадцать, если не больше. Обычная нержавейка, такой же браслет. Циферблат тёмно‑синий. Три стрелки. Не сильно‑то он и продвинутый. Видел я в оружейной лавке несколько «часов для путешествий». Вполне на мои похожи и по размеру, и по функциям. Только они на цепочке и с крышкой откидной.

— Ну не знаю. Мне удобнее их так носить. Чем постоянно из кармана доставать и крышку открывать.

— Чудно. Я и говорю. А как стекло разобьёте?

— Оно особо крепкое. Калёное.

— Это как? — Фёдор аж тормознул. — Стекло что, тоже закаливают?

— Пробуют. Но только маленькие, и не всегда получается.

— Чего только не придумают в столице, — помотал Решетов головой и, открыв двери в контору, пропустил меня вперёд.

Помещение «логова портовых крыс» было похоже на банковское — в планировке, но сильно отставало в богатстве отделки и площади. Потолки низкие. Стены в простой побелке. Для удобства клиентов не предусмотрено ничего. Три клерка сидели за простой деревянной стойкой, без всяких окошек и решёток. И один стол, похоже, самой «главной крысы», стоял в сторонке. Именно к нему меня и подвёл Фёдор.

— Здравствуйте. Опаздываете, господин Родин, — не поднимая глаз от стола с лежащим на нём каким‑то журналом, неласково поприветствовал меня этот «крысиный король».

И ведь правда похож чем‑то на крысу. Лысую крысу. Мордочка острая, лапки тонкие.

— Доброго дня. Задержался у Юлия Максимыча, знаете. Говорили о разном, — лениво ответил я, включая Хлестакова. — Где мне тут расписаться?

Клерк выпрямился и, подняв на меня взгляд, чуть привстал:

— Одну минуту, Вадим Дмитриевич. Вот здесь в журнале я запись произвёл. Распишитесь в получении свидетельства.

Залебезил. Ожидаемо. Дикий народ.

— Где само свидетельство? — строго спросил его я.

«Главкрыс» подскочил и с воплем:

— Гаврилов! — ринулся к клеркам за стойку. — Сей момент, господин Родин! Сей момент! Ничего нельзя поручить этим бестолочам.

Я повернулся к удивлённо наблюдающему за этим спектаклем Фёдору и подмигнул. Вернулся «главкрыс» и чуть ли не с поклоном протянул мне бумагу с гербами, флагами и большой надписью: «Свидетельство о регистрации судна». Я просмотрел бланк, заполненный очень аккуратным почерком: мои данные внесены, вроде верно. Достал свой паспорт, сравнил номер. Яхта «Новик», порт приписки — город Приморск. Красота!

— Благодарю. Журнал давайте.

Клерк развернул ко мне журнал. Я остался стоять. Стула для посетителя же нет. Не раком же мне становиться. Клерк быстро сообразил. Опытная «крыса»:

— Присядьте, пожалуйста, Вадим Дмитриевич, — пригласил он меня на своё место, снова развернул журнал.

Я уселся и не спеша достал из кармана свою ручку, снял колпачок. Прочитал строчку в журнале с моими данными и данными яхты. Кивнул, поставил свою подпись, выйдя за рамки ячейки, для неё предназначенной.

— Извольте. Фёдор Сергеевич, договор покупки у вас?

— Никак нет, Вадим Дмитриевич. У них.

Я, всё ещё сидя на стуле, глянул на клерка. Тот засуетился, начал перекладывать бумаги на столе. Хотя мой договор лежал самым верхним. Не найдя и закопав мой, «главкрыс» покрылся испариной. Перерыл ещё раз и радостно затряс найденным договором:

— Вот я растяпа. Простите, Вадим Дмитриевич.

— Бывает. Сколько с меня?

— Три рублика, господин Родин. Тариф‑с, извините.

Я, сидя за столом, достал портмоне и, вынув пять рублей, припечатал к столу.

— Благодарю, любезный, — встав, направился к выходу, прихватив свои бумаги. — Идёмте, Фёдор Сергеевич.

Выйдя из конторы, хотелось захихикать, но я сдерживался до самой яхты. Где уже просто прокашлялся в кулак.

— Ловко вы его, Вадим Митрич. Столица! — Фёдор восхищённо покачал головой. — Надо было сразу вам зайти туда.

— Я ж думал, ты так же сделаешь.

— Ну я ж с Юлием Максимовичем незнаком. А кстати, когда это вы к нему успели зайти?

— Да не был я у него. Просто к слову пришлось.

Фёдор завис слегка, а потом расхохотался:

— Ну вы даёте! Ох, не могу, Вадим Митрич! Как в театре, ей‑богу.

Я пожал плечами и остановился у яхты, глядя на сияющие латунные буквы на борту. «Новик», а ниже мелкими буквами добавлено: «Приморск». Как по линейке ровно. Красота!

— Красота! — я восхищённо покивал головой и показал большой палец Федору.

Реально не ожидал. Я думал, будет что‑то попроще. Типа доски с надписью. Или вырезано из листового металла. А тут литые буквы с завитушками на концах. Блестит.

— Фёдор Сергеевич. Я как бы даже и не знаю… Как мне вас… Что я вам должен за эту красоту?

— Да бросьте, Вадим Митрич. Ничего вы не должны. Это наша семья в долгу…

— Уж точно не в долгу. И вообще. Ну их эти долги. Что за ерунду ты говоришь! Забыли же вроде.

— Ну тогда просто подарок это! За море. И вообще… Да и не сложно было. У нас в «литейке» на руднике ещё и не такое отливаем.

— Здорово получилось! Прям как тут и было. Спасибо огромное, Фёдор Сергеевич! От души!

Я пожал руку Фёдору. Обнялись. Хрустнули рёбра. Мои конечно.

— Карту помнёшь… — прохрипел я.

— Ой, — Фёдор отстранился и протянул мне пережатый посередине рулон. — Простите, Вадим Митрич.

— Херня. Разглажу. И давай просто уже Вадим? На «ты»? — предложил я.

Снова мои рёбра затрещали.

— Ну чего тут? Поплыли? — раздался запыхавшийся голос Ильи, незаметно подошедшего сзади вместе со Славкой.

— Пошли! — мы с Фёдором дружно, почти хором, поправили мы его.

— Тьфу ты. Спелись. Так чего? Мы идём или ещё чего?

Я посмотрел на Решетовых:

— Все, всё закончили? Ничего не забыли? Тогда грузимся и отходим. Фёдор — за капитана!

9 июня

Еле поднялся в шесть утра, только для того, чтобы вытолкнуть за двери Фреда и выгнать лошадей на пастбище. Потом снова упал и пребывал в полудрёме до девяти часов почти. Еле заставил себя встать и умыться. Лучше не стало и после кофе. Не надо было читать до четырёх утра, когда уже светлеть стало. Причём перескакивая с одной книги на другую. Ещё зачем‑то и астрономию смотрел.

Расставшись с Решетовыми в районе пяти часов, я бегом кинулся смотреть купленные книги и карты. Слишком долго я ждал, слишком долго пребывал в неведении.

Первой изучению подверглась карта. Слегка оторопел, после того как её развернул в кабинете. Когда просил у чудаковатого дедка в книжном магазине допотопные карты, я именно такие и имел в виду. С настоящими, привычными мне географическими картами эта карта имела мало общего. Назвать её физической или политической язык не поворачивался. Художественной — возможно. Единственное, что её от старинных, в моём понимании, карт отличало, так это отсутствие псоглавцев и кракенов. Рисунков не было, короче. Но и не было рельефа в привычном понимании. Если автор карты хотел изобразить горы, то он не брал в руки коричневый карандаш, а просто нарисовал горы — этакие перевёрнутые галочки. Координатная сетка тоже мне была непонятна. Населённые пункты обозначены почти одинаковыми кружками: не понять, большой это город или малая деревня. Впрочем, масштаб у карты не тот, чтобы деревни отображать. Зато леса нарисованы деревьями. Зачем? При таком масштабе‑то! Это же не топографическая карта. Но уж как сделано. Подозреваю, что и с масштабом тут не всё гладко. Так что измерять линейкой и доверять полученному результату вряд ли стоит. В общем, так себе приобретение. Но красивая. Как я и хотел — почти для красоты кабинета. Для пользы хотелось бы другую карту иметь.

Но и эта справилась, показав, что существуют тут белые пятна, и немало их. Вообще, если немного проявить фантазию, то можно сказать, что мир чем‑то похож на наш. Только его знатно переколбасило.

Российская Империя занимала, как обычно, самое жирное место. Примерно в том же месте, где на Земле находится Евразия, — только поменьше целого земного материка. Зато весь под флагом империи. Индии и Китая нет — там вода. Материк, на котором нахожусь я (спасибо, что Приморск обозначен), находится где‑то в районе Турции, Кавказа. Даже горы такие же идут. Размером примерно как земная Австралия. Мой заливчик еле виден на этой карте. А насколько я слышал, на этом материке один город — и это Приморск. Так что с населением тут небогато, похоже.

Европа… Уплыла наконец‑то от России за море‑океан и представляет собой три больших острова или маленьких материка — меньше моего точно. Но в правильности отображения на этой карте я не могу быть уверен. Подписаны Англия, Франция, Италия. А где же Германия?! Я же в газете про Германию читал. И фамилия у девушки из книжного — немецкая такая. Ещё и «фонит».

Германию нашёл на крохотном полуострове материка, на котором расположена Российская Империя. Она не подписана оказалась: циферкой «один» помечено, а внизу карты есть расшифровки. Так и нашёл. А вот Испанию так и не нашёл. Да много чего не нашёл я тут. Это же всё‑таки не Земля, о чём я иногда забываю. К Германии вот приписка есть в легенде: «Протекторат Российской Империи».

Южнее моего материка есть какой‑то огрызок Африки. Подписано «Марокана» жирно. Материк разделён пунктирами границ, и цифрами эти государства подписаны. Посмотрел в легенду: княжества. Много. Есть, кстати, княжество Кёнисберг. Наверно, от немцев кусочек. А так — белиберда какая‑то: вроде Абиссинского или ещё вот Берберийское княжество есть. Лоскутное одеяло, короче. Вот где весь движняк, наверно, местный. Наверняка же грызутся.

Вдоль восточного побережья этой самой Мароканы тянется цепочка больших островов. Если поверить в масштаб карты, то примерно как четыре Мадагаскара — только двое срослись.

Австралии нет. Или ещё не нашли — заретушировано тёмным цветом. Ну, такие вот тут белые пятна.

Там, где должны быть Америки, есть только их восточное побережье. А дальше, до самой границы карты, — сплошная «Терра инкогнито». На побережье не больше десяти населённых пунктов обозначено, и те в той части, что ближе к европейским островам.

Ну, собственно, и всё хозяйство. Наверно, где‑то в адмиралтействе или у военных каких‑то есть карта и поточнее гораздо, но мне такую взять негде. Но общее положение представить можно из этой. Работы тут геодезистам и картографам предстоит прям сильно много. На Земле в девятнадцатом веке, наверно, тоже так было.

В учебниках по географии нашлось короткое описание этих материков и стран — с климатом, растениями, народами. Картинки присутствуют. И вот тут меня ждал лёгкий шок: я не нашёл азиатов и негров. Вообще! Когда шло описание какой‑то страны в учебнике, то приводилась цветная картинка жителей в национальных костюмах, и лица прорисованы. Пролистал все три учебника: один, правда, полностью посвящён Империи, но в двух других не нашёл и следа негров и азиатов… Что‑то вроде арабов изображены в районе Мароканы. Какие‑то похожие на индусов встречались на моём материке — обозваны бандитами. Вот так вот. Теперь увидел.

Может, китайцы ещё найдутся в белых пятнах? Как без них‑то?

Про Российскую Империю было подробнее — целый учебник выделили. Что правильно, по идее. И родная страна, и большая она — есть что в учебнике написать. Почитал.

«Широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек». И всего остального тоже хватает. Даже Уральские горы имеются и называются так же, но гораздо обширнее и выше. С климатом в этот раз родине сильно повезло, как и всей этой планете под названием Земля. Ось планеты имеет наклон в восемь градусов, поэтому резко выраженной сезонности нет. Сезоны есть, но они как бы мягче друг в друга переходят. А зима почти смешная: только на севере материка выпадает много снега, и морозы достигают десяти градусов. В средней полосе материка зимой снега выпадает немного, и температуры держатся в районе минус двух — минус пяти градусов. Засушливых мест на материке нет. Много лесов. Не тайга, как на моей Земле, но и далеко не тропики. Почти тропики идут по южной границе материка. Снег выпадает тут раз в десять лет, да и то не всегда — и тут же тает выпав. Возможно, такой климат ещё обеспечен малой площадью материка и обилием вокруг тёплых морей. Полярной снеговой шапки планета не имеет, но ледников множество — в горах, которые тут высоки и обильны.

Материк, на котором находится Приморск, принадлежит тоже Российской Империи, но это оспаривают страны Европы. Но в открытую лезть боятся. Гадят исподтишка с помощью местных «абреко‑индусов», именуемых хиндаи. На материке снега не бывает вообще. Юго‑восточная часть — вообще тропики с дождевыми лесами; посередине есть что‑то вроде саванны, только вечнозелёной и без слонов с антилопами гну. Зато полно бизонов. Так что, наверно, можно было бы эту саванну назвать прериями, но не назвали. Сам город Приморск расположен в северо‑восточной части материка и, благодаря окружающим непроходимым горам, защищён от набегов банд хиндаи, но и сами приморцы особо на остальном материке не хозяева. В учебнике этого, конечно, не говорится прямо, но о нехватке людских ресурсов для освоения новых земель говорится часто. Прямо целый параграф учебника посвящён программам переселения, которые проводит сам Императорский двор на свои средства, обещая, если не манну с небес, то очень большие перспективы и многие бонусы. Но, видимо, населения в шестьдесят миллионов не очень хватает и на родной материк.

Людей и свободных ресурсов даже не хватает на экспедиции по исследованию земной поверхности после потопа. А поверхность земли после него была сильно изменена: материки сместились, потонули и поднялись, столкнулись и лопнули. Полюса пару раз поменялись. Гигантские волны заливали сушу. Проснулись вулканы. Солнце почти не нагревало Землю. В момент катаклизма и произошёл сдвиг земной оси. После всего этого светопреставления наступили тёмные века. Подробнее об этом рекомендовалось прочитать в учебнике по истории.

С момента катаклизма прошло шестьсот сорок лет — как только люди вообще смогли выжить, мне было непонятно. Но потом я вспомнил, что вся эта местная история и география вообще не имеют к реальности никакого отношения. Кто тут выживал?! Тут вообще никого не было! Как вот это вообще объяснить?! Кто этот учебник написал‑то три года назад, если судить по дате издания? Тут люди‑то появились буквально на днях! А оказывается, они ещё и подвигов успели наделать — вон как Фёдор Решетов. Вообще в голове не укладывается.

Мне бы настоящий учебник — от этих вот Строителей моего маяка и, похоже, всей этой реальности. А может, это вообще не реальность, и меня тут физически нет.

Вот такая вот у меня получилась лекция по географии на ночь. Куда тут спать‑то? И это я ещё историю не открывал. Хотя очень хотелось. Видимо, сегодня будет ещё одна бессонная ночь. Но обойдусь пока учебниками. У меня и от них крыша улетает вдаль. Серьёзные книги прочту позже.

Про экспедицию того же Усанова в учебнике было упомянуто: на двух самых современных на тот момент кораблях Усанов и Харитонов совершили кругосветное плавание впервые в этом мире после Потопа. Все земли им на карту нанести не удалось, но работу за три года проделали они серьёзную. За что и были обвешаны медалями и орденами с ног до головы. Другие экспедиции были гораздо скромнее.

Похоже, этим и объясняется состояние местной картографии. На моей Земле географические открытия четыреста лет велись, а тут, считай, только пятьдесят лет только исполнилось первой кругосветке. В общем, поле непаханое.

Вскользь в учебнике про Российскую Империю упоминалось и о какой‑то Пирамиде Эфира — единственной уцелевшей после катаклизма. Но об этом рекомендовалось читать также в учебнике «История отечества», который и обеспечит мне сегодня бессонную ночь.