Взгляд Водяного был слишком проницательным, а атмосфера в кабинете стала опасно искренней. Ей срочно требовался маневр, чтобы вернуть контроль и снова стать «железной леди» брачного бизнеса.

— Так, Водовик, прекрати заниматься психоанализом по фотографии! — она резко смахнула свой «йога-профиль» и забарабанила пальцами по столу. — Ты пришел за невестой? Ты её получишь. Но раз уж ты такой... привередливый, я достану свой «черный ящик».

Она приложила палец к скрытому сканеру на малахитовой столешнице. Раздался низкий гул, свет в кабинете приглушился, сменившись на таинственный глубокий ультрамарин.

— Этого нет в общем доступе, — прошептала она, и её голос приобрел заговорщицкие нотки. — Это база «Инкогнито». Для тех, кто слишком знаменит или слишком опасен для обычных знакомств. Смотри.

Перед Водяным развернулась голограмма, от которой повеяло холодом морских глубин и солеными брызгами. На фото была запечатлена девушка с волосами цвета штормового неба и кожей, мерцающей как жемчуг. На ней не было брендовых шмоток — только чешуя и странные костяные украшения.

— Ник: @Бездонная_Тишина, — представила Царевна. — Она же — Младшая дочь Морского Царя. Та самая, которая отказалась менять хвост на ноги и петь для принцев. Она сбежала из подводного дворца, потому что ей надоел пафос, трезубцы и бесконечные балы с дельфинами.

Водяной невольно подался вперед.

— И где она сейчас?

— Скрывается в заброшенном гроте на северных окраинах, — Царевна начала быстро листать её данные. — Она ищет того, кто не будет просить её «спеть на бис» и не потащит во дворец. Ей нужен кто-то... тихий. Кто умеет слушать шум воды и не боится темноты. Она ненавидит гламур даже больше, чем ты, Водовик. Она — настоящий «анти-бренд», прям как ты.

Водяной посмотрел на фото. Девушка на снимке выглядела одинокой и дикой, как само море. Но потом он снова перевел взгляд на Царевну, которая с напускным энтузиазмом расписывала прелести «морской невесты».

— Красивая, — честно сказал Водяной. — И, наверное, мы бы с ней спелись. Но знаешь, что странно, Кваковская?

— Что еще? — она нервно поправила гарнитуру.

— Ты так активно пытаешься меня «сплавить» этой морской принцессе, будто боишься, что я всё-таки докопаюсь до той девушки в спортивном костюме. Эта «секретная анкета» — отличная наживка. Но она пахнет солью, а мне по душе... пресная вода. И родные камыши.

Царевна замерла, её рука зависла над голограммой.

— Ты... ты отказываешься от дочери Морского Царя? Ты хоть понимаешь, какой это уровень? Это же VIP-билет в высшую лигу!

— Мне не нужна лига, — Водяной мягко улыбнулся. — Мне нужно, чтобы директор агентства перестала притворяться калькулятором и просто предложила мне шанс. Как та девушка с коряги.

Царевна Л. Кваковская поняла, что зашла на опасную территорию. Искренность Водяного пробивала её деловую броню эффективнее, чем налоговая проверка. Она резко выпрямилась и включила режим «кризис-менеджера».

— Так, Водовик, стоп! Хватит лирики, — она замахала руками, разгоняя остатки романтического тумана в кабинете. — Ты хочешь «ту самую»? Настоящую? Не из каталога? Ладно. У меня есть козырь, который я приберегала для особого случая.

Она вывела на центральный экран золотое приглашение, украшенное черепами из страз и черными розами.

— Через три дня состоится юбилей Кощеевича, он меня пригласил как организатора мероприятия. Это будет не просто вечеринка, это «Met Gala» нашего Тридевятого царства. Там соберутся все: от лесных нимф в детоксе до опальных принцесс. И именно там, — она понизила голос до шепота, — появится та самая девушка из «секретной анкеты». Она не любит публичность, но Кощеевичу отказать не смогла. Я достану тебе VIP-пропуск. Мы подберем тебе костюм, я лично проконтролирую твой выход. Если уж, у вас не срастётся, то там, среди сотен невест, я найду тебе ту другую, которая не будет смотреть на твой счет в банке. Это мой профессиональный вызов!

Водяной даже не взглянул на сверкающее приглашение. Он продолжал смотреть на Царевну, и в его взгляде читалась такая тихая уверенность, что ей стало не по себе.

— Кощеевич, стразы, сотни невест... — он медленно покачал головой. — Зачем мне этот маскарад, Кваковская? Зачем мне искать кого-то в толпе, если я уже её увидел?

— Кого? — Царевна нервно поправила волосы. — Эту морскую бунтарку? Я же говорю, она будет на балу...

— Да при чем тут морская бунтарка? — Водяной подался вперед, и его голос зазвучал низко и тепло. — Я про ту девушку в зеленом спортивном костюме. Которая сидит в позе лотоса на гнилой коряге и улыбается так, будто знает секрет вечного счастья. Которая не боится испачкать пятки в иле и которой не нужны золотые приглашения, чтобы чувствовать себя королевой своего болота.

Царевна замерла. Её «директорская» маска дала глубокую трещину.

— Водовик, я же сказала... та анкета деактивирована, — её голос дрогнул. — Той девушки больше нет. Она... она выросла. Она поняла, что на одних кувшинках и медитациях далеко не уедешь. Она построила этот офис, чтобы её больше никогда не называли «просто лягушкой».

— А по-моему, она просто очень сильно устала притворяться, — тихо сказал Водяной. — И этот твой юбилей Кощеевича — просто еще один способ убежать от самой себя. Ты хочешь найти мне невесту, чтобы доказать, что твоя система работает. А я говорю тебе: твоя система сломалась в тот момент, когда ты сама перестала верить в то, что продаешь.

Он наклонился так близко к Царевне и указал на экран, где всё еще висел архивный кадр с «девушкой в трениках».

— Вот мой выбор. И никакой Кощеевич мне её не заменит. Даже если она сейчас носит пиджак за тысячу золотых и делает вид, что забыла вкус болотной воды.

Дверь кабинета распахнулась с таким решительным стуком, что даже малахитовый стол, казалось, вздрогнул. На пороге стояла Дюймовочка.

— Госпожа Кваковская, у нас ЧП! Редактор «Лесного Forbes» требует подтверждения обложки, а в приемной сидит Соловец «Разбойник» и свистит так, что у нас вылетают пробки... — она осеклась, мгновенно считав мизансцену.

Водяной, нависший над столом с горящим взглядом, и Царевна — раскрасневшаяся, с расстегнутой пуговицей пиджака и подозрительно блестящими глазами. На главном экране всё еще рябило то самое «запрещенное» фото в трениках.

Дюймовочка мгновенно оценила уровень репутационной катастрофы. Её глаза за стеклами микроскопических очков сузились до щелочек.

— Так, — она решительно зашагала к столу, цокая каблучками-иголками по ковролину. — Я вижу, господин клиент перешел границы делового этикета и применил к нашему генеральному директору методы психологического давления. Госпожа Кваковская, вы в порядке? Вызвать службу безопасности «Три Богатыря»?

— Нет, милая, я... — начала было Царевна, пытаясь незаметно застегнуть пуговицу.

— Не нужно оправданий! — Дюймовочка встала между ними, как крошечный, но очень злой щит. — Господин Водянов, ваше поведение абсолютно неприемлемо. Если вы пытаетесь взломать личные архивы нашего руководства, чтобы получить скидку на пакет «Премиум-Невеста», то спешу вас разочаровать: это карается занесением в черный список всех болотных угодий.

— Да не нужна мне скидка, — проворчал Водяной, отступая на шаг. — Я просто нашел то, что искал. Ваша хозяйка сама себя в архив сдала, а я её оттуда вытаскиваю.

— Госпожа Кваковская, — лицо компании! — Дюймовочка яростно затыкала пальцем в планшет, и экран с «девушкой в лотосе» мгновенно сменился на строгий золотой логотип агентства. — Она — символ успеха, стиля и безупречного мэтчинга. А то, что вы увидели — это... это был наш новый проект! Да! Рекламная кампания «Назад к истокам: Эко-шик для высшего общества». Это был грим! Концептуальное искусство!

Она обернулась к Царевне и зашептала, прикрыв рот ладонью:

— Шеф, соберитесь! Если поползут слухи, что вы в прошлом носили масс-маркет и сидели на корягах, наши акции упадут ниже уровня подземных вод!

— Дюймовочка права, — сказала она, не глядя на Водяного. — Водовик, приглашение на юбилей Кощеевича придет тебе на почту. Там будет та самая «секретная» девушка. А теперь извини, у меня график. Милая, проводи господина клиента.

Дюймовочка победно посмотрела на Водяного.

— Прошу на выход, господин бард. И, пожалуйста, не капайте на ковер, он из шерсти единорога.

Но Водяной, уже уходя, обернулся в дверях и негромко сказал:

— Знаешь, Царевна... Костюм от Гуччи сидит на тебе идеально. Но та улыбка на коряге шла тебе гораздо больше. Увидимся на балу. Я буду в самом нелепом фраке, какой только смогу найти.