— Думаю, что нам нужно пока остановить испытания Хонкоцида, пока все не упокоится, — предложил отец, — и тебе не нужно пока устраиваться на работу в новый хоспис. Уверен, что у них нет никаких доказательств, что мы имеем какое-то отношение к исцелению этого деда. Скорее всего они проверяют всех, кто имеет хоть какое-то отношение к нему. Мне вот интересно, это чисто коммерческий интерес или что-то личное?

— А какая разница? — спросил юноша.

— Если коммерческий интерес, то они, скоро от нас отстанут, когда увидят, что ничего особенного мы не делаем. И нас никак не связать с этим чудом. А вот если это личное, например, болезнь родственника или даже самого этого Фролова Петра Алексеевича, тогда они не отстанут, пока не вытряхнут все. Думаю, мы это скоро узнаем, — задумчиво произнес Артем Николаевич.

— Как? — уточнил зумер.

— Если это личное, то скоро они выйдут на нас, и нам заранее должны продумать линию своего поведения, что бы не попасть как кур в ощип, — ответил отец, — значит так. У нас два варианта. Идти в жесткий отказ. Ничего не знаем, ничего не видели и вообще не при делах. Предъявить им на совершенно нечего. Какай тут опасность? Они могут какое-то время за нами следить. До тех пор, пока проблема не утратит своей актуальности.

— Каким образом? — спросил Виктор.

— Пока главный заинтересант, или тот, в чьих интересах идет эта суета, не умрет от онкологии, — пояснил историк, — и мы будем весьма ограничены в своих дальнейших действиях, в том числе и по испытанию наших препаратов.

— Пожалуй, ты прав, батя, — кивнул юноша.

— Второй вариант, мы говорим, что, да, есть у нас такой препарат. Вот тогда у нас действительно могут быть настоящие проблемы, — вздохнул отец, — мы сами на себя дадим компромат. Незаконное проведение медицинских экспериментов по испытанию незарегистрированных не апробированных лекарств на живых людях без их уведомления и согласия. А теперь слушай, что за это может быть. В Уголовном кодексе РФ нет отдельной специальной статьи, карающей именно за «проведение медицинских экспериментов без согласия». Однако такие действия квалифицируются по совокупности других статей УК РФ в зависимости от наступивших последствий, статуса препаратов и наличия лицензии. Организаторам и исполнителям таких «испытаний» грозит наказание вплоть до двенадцати лет лишения свободы.

— Ой, не надо, — запротестовал юноша.

— Сам не хочу! — усмехнулся профессор, — Основные статьи УК РФ для квалификации такого преступления следующие. Окончательное наказание зависит от того, какой именно вред был причинен здоровью людей, и как классифицировали само незарегистрированное вещество.

Первое. Причинение вреда жизни и здоровью, это ключевые статьи. Поскольку согласия и уведомления граждан не было, любое ухудшение их состояния расценивается как умышленное или неосторожное преступление:

— Статья сто одиннадцатая УК РФ (Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью). Если проведение эксперимента привело к инвалидности, потере органа или угрозе жизни. Наказывается лишением свободы на срок до восьми лет (а если группой лиц или в отношении двух и более человек — до двенадцати лет).

— Статья сто двенадцатая УК РФ (Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью). Длительное расстройство здоровья. Наказывается лишением свободы на срок до трех лет (группой лиц — до пяти лет).

— Статья сто пятая УК РФ (Убийство). Если экспериментаторы осознавали, что незарегистрированный препарат смертельно опасен, но безразлично отнеслись к возможной гибели людей, и наступила смерть. Наказывается лишением свободы от восьми до двадцати лет или пожизненным сроком.

— Статья сто девятая УК РФ (Причинение смерти по неосторожности). Если гибель человека наступила вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей. Наказывается ограничением или лишением свободы на срок до трех лет.

Это раз!

— Думаю, что этого вполне хватит, — нахмурился зумер, — слава Богу, что никто не умер.

— Это еще не все, — усмехнулся Артем Николаевич, — есть еще оборот незарегистрированных медикаментов

— Статья двести тридцать восьмая, прим УК РФ (Обращение фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств). Сам факт сбыта или использования незарегистрированных в РФ лекарств в крупных размерах (на сумму свыше ста тысяч рублей) является тяжким преступлением.

Базовая часть: принудительные работы или лишение свободы от трех до пяти лет.

Если повлекло смерть человека или причинение тяжкого вреда: лишение свободы от пяти до восьми лет.

Если повлекло смерть двух и более лиц: лишение свободы от восьми до двенадцати лет.

И это еще не все! — продолжил профессор, — далее идет незаконная медицинская деятельность:

— Статья двести тридцать пятая УК РФ (Незаконное осуществление медицинской или фармацевтической деятельности). Клинические исследования имеют право проводить только сертифицированные учреждения с лицензией Минздрава. Проведение опытов без лицензии, повлекшее по неосторожности вред здоровью, карается лишением свободы до трех лет, а в случае смерти пациента — до пяти лет.

А есть еще нарушение базовых прав человека. Действия экспериментаторов грубо нарушают Часть вторую Статьи двадцать первой Конституции РФ, которая прямо гласит: «Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам». Также нарушается Статья сорок третья Федерального закона № Шестьдесят один- федерального закона «Об обращении лекарственных средств», согласно которой участие пациентов в любых клинических исследованиях должно быть исключительно добровольным и подтверждаться письменным информированным согласием.

— Да на нас клейма ставить негде, получается! — возмутился Виктор, — то есть пусть пациент умрет в мучения, но по закону, чем, мы его спасем, незаконно давая ему новый препарат?

— Dura lex, sed lex — Закон суров, но это закон! — торжественно провозгласил историк, — скажу одно, хорошо, что мы не попались! Так вот, — если мы признаемся, нас можно будет шантажировать! Но не это самое страшное. Страшно будет если они решат обратить нас в своих научных рабов. И заставят пахать на них до конца своей жизни. Но есть и плюс!

— Какой? — спросил юноша.

— С его помощью, нужно только узнать, достаточно ли богат и влиятелен это Фролов, чтобы с его помощью, войти в круг сильных мира сего! — пояснил профессор.

— А зачем нам это надо? — вдруг спросил зумер, — деньги у нас вроде бы есть, работа идет, интересные исследования выполняются. Тогда зачем нам лезть в этот клубок змей.

— Ну если ты хочешь всю жизнь подпольно тайком лечить алкоголиков и бомжей, то не нужно, пока мы не спалимся, но рано или поздно мы примелькаемся, и вот тогда точно загремим под фанфарой! — рассмеялся его отец, — а вот если ты хочешь создать свою фармацевтическую империю, то без серьезных и влиятельных покровителей во власти и тех людей, серых кардиналов которые стоят в тени, но управляют страной, тебе не обойтись.

— Почему кардиналы серые? — спросил Виктор — я слышал это выражение и знаю его смыл, но не знаю историю происхождения.

— Расскажу с удовольствие, — оживился историк, — Серый кардинал — это неофициальный, теневой лидер или влиятельный советник, который не занимает высшую руководящую должность, но фактически управляет процессами и принимает ключевые решения, оставаясь в тени. Выражение зародилось в восемнадцатом веке во Франции. Историческим прототипом стал монах-капуцин отец Жозеф (Франсуа Леклерк дю Трамбле), который был ближайшим соратником и советником государственного деятеля — кардинала Ришелье (носившего статус «красного кардинала»). Монах носил рясу серого цвета и, не имея официального государственного поста, обладал колоссальной властью, влияя на политику всей страны.

— А я думал, что это был сам Ришелье! — воскликнул юноша.

— Нет! — ответил профессор, — Главные черты «серого кардинала» следующие.

Первое. Отсутствие формальной должности, человек может быть рядовым сотрудником, замом или советником, но не номинальным главой.

Второе. Влияние на лидера, умеет ловко направлять решения и мысли официального руководителя в нужное русло.

Третье. Ответственность, вся ответственность за принятые решения ложится на формального руководителя, а «серый кардинал» избегает публичной критики.

Четвертое. Харизма и ум, обладает стратегическим мышлением, проницательностью и умением убеждать.

Встречается этот феномен в политике. Например, это помощники, секретари или советники президентов и министров, определяющие политический курс. Или в бизнесе и коллективе. Когда неформальный лидер (например, опытный главный бухгалтер или ведущий специалист), который управляет настроениями сотрудников и фактически руководит процессами, даже если директор номинально главный.

Тут нужно хорошо подумать. Это может быть наш шанс решить этот вопрос. Но при этом не попасть в капкан. Слушай, что я придумал! — и отец стал излагать свой план.

ПОДМОСКОВЬЕ. ЗАГОРОДНЫЙ ОСОБНЯК СЕМЬИ ФРОЛОВЫХ

Перед кроватью где лежал хозяин поместья стоял Генерал и делал обобщённый доклад о проделанной работе по исцеленному деду в хосписе.

— Шеф, — говорил начальник службы безопастности, — мы перерыли там все. Это точно не врачи. Там такие хапуги, что они давно бы это дело на поток за деньги проставили. Вы знаете, что хотя хоспис бесплатный, они все равно с больных денег дерут. И они и медсестры и даже санитарки! Мы даже провокацию устроили, обещали денег, если они провернут такой же финт с нашими родственниками. Многие соглашались, но гарантии никакой не давали. Одно слово, жулье!

— Всех уволить, сукиных детей! — негромко приказал Фролов.

— Бесполезно, Петр Алексеевич! — покачал головой Генерал, — меняли и не один раз. Они все берут! Кроме одного!

— И кто этот герой? — усмехнулся человек на кровати.

— Некий, Виктор Артемович Крашенинников, две тысячи первого года рождения, студент четвертого курса фармацевтического факультета. Именно он дежурил в ночь когда дед исцелился, — ответил Генерал.

— Как узнали, что он не берет деньги? — спросил хозяин.

— Об этом рассказала внучка деда медсестре. Та ответила, что он вообще блаженный, единственный кто денег с пациентов не берет!

— Тебе, не кажется это странным? — задумался больной раком поджелудочной железы, — все идут туда заработать, а он тогда, что там делает?

— Может он действительно блаженный? Из этих, для кого клятва Гиппократа не простой набор слов? — предположил его подчиненный.

— Из этого поколения? — усомнился хозяин, — да они все только об этом и думают! Как денег заработать!

— Но Анна Петровна, она же совсем не такая! — возразил ему Генерал.

— Дочка такая, — твердо сказал ее отец, — потому, что она в деньгах не нуждается. Когда их достаточно, о них можно не думать!

— Не могу с Вами в этом случае согласиться, — осмелился возразить ему подчиненный, — у нее очень добрая и отзывчивая душа!

— Да, это правда, — нежно улыбнулся человек, вспомнив свою любимицу, и голос его стал сразу жесткий, — поэтому я не могу сейчас сдохнуть, и оставить ее одну в этом мерзком мире! Итак, что с этим странным молодым человеком?

— Очень необычный субъект, — открыл папку Генерал, — пять лет назад, по словам его одноклассников, с которыми удалось пообщаться, был простым ботаником и серой мышью. Рос в неполной семье с матерью, учительницей истории в школе, где он сам учился. Учился посредственно. Потом попал в аварию автобуса где погибло все пассажиры и водитель, а он отделался легким испугом, по сути. Правда, два дня пролежал без сознания. А вот после этого с ним стали происходить настоящие чудеса!

— Очень интересно! И какие? — заинтересовался хозяин.

— Во первых, откуда-то у него появились хорошие деньги. Потом выяснилось, что у него был отец, известный профессор истории, который заведовал кафедрой в Московском Государственном Университете. А он результат его интрижки с молоденькой первокурсницей. Она скрыла факт рождения сына от его биологического отца. И вот, что интересно. Дети самого профессора оказались не от него, а от его лучшего друга! А сам профессор погиб в аварии того автобуса в котором пострадал и этот пацан! А этот отец оказался сам не простой. Во первых, у него оказался крипто кошелек с огромными деньгами, которые отошли к этому мальчишке. А он перед этим добился того, что его через суд признали единственным законным наследником. Пацану обломился неслабый куш. Но не это самое интересное. Ему отошли пятьдесят процентов уставного капитала некого ООО «Хронолизис». А вот вторая половина принадлежит некоему Петрову Константину Сергеевичу, профессору, доктору медицинских наук, бывшему заведующему кафедрой фармакологии! — торжествующе произнес Генерал.

— Как это все интересно! — воскликнул Фролов, — а чем занимается эта фирма «Хронолизис»?

— Ничем! — усмехнулся его подчинённый, — в нее постоянно вливаются деньги на очень дорогостоящее зарубежное оборудование и реактивы. За несколько лет на это было потрачено несколько миллионов долларов. А выхлопа нет. Чем они там занимаются не понятно. Я наведался на кафедру где заведовал этот Петров. Там сказали, что он с в возрастом впал в маразм и вместо работы над препаратами для лечения гипертонии, стал придумывать препараты для продления жизни. А потом ушел на пенсию. Вот такие новости.

— Что сам то думаешь, по этому поводу? — спросил хозяин.

— Думаю, что эта компания, что-то изобрела, но по по каким-то причинам афишировать это не хотят. И в Вашем хосписе они, возможно провели секретное испытание этого препарата. И судя по всему, успешно, — ответил Генерал.

— Я тоже так думаю. Пора пригласить этого парня к нам. И повод для этого есть. Вот, что мы сделаем! — и хозяин стал излагать свой план.

Виктор после занятий вышел из учебного корпуса и направился к своему автомобилю. Возле нее, опершись на капот стоял высокий худощавый человек с военной выправкой и отличном костюме.

— Здравствуйте Виктор Артемович!

— Здравствуйте, разве мы знакомы? — поздоровался юноша, внимательно рассматривая незнакомца.

— Только, заочно! Можете меня называть, Генерал. Я руковожу службой безопастности Фролова Петра Алексеевича! Хозяина хосписа, в котором Вы до недавнего времени работали! — и он показал юноше свое удостоверение.

— Если у Вас есть ко мне претензии, то Вы можете связаться моим адвокатом Авербухом Иосифом Ивановичем, — сухо ответил зумер.

— Хороший адвокат, — усмехнулся Генерал, — и очень дорогой. Но в этом нет необходимости. Наоборот. Мой хозяин считает, что с Вами поступили несправедливо. И хочет это исправить! Давайте проедем к нему в загородный дом, чтобы он смог извинится перед Вами.

— Ваш хозяин каждого уволенного медбрата хосписа приглашает к себе домой и извиняется? И почему в загородный дом? — в упор посмотрел на него Виктор.

— Нет, только тех кто не берет с пациентов деньги. И он не может, принять Вас в другом месте. Когда Вы приедете, сами посмотрите почему. Прошу Вас, он мне приказал без Вас не приезжать. И прошу Вас не нужно тыкать в меня согнутым пальцем! Да, да! Я об этом знаю, — рассмеялся Генерал.

— Хорошо! — ответил Виктор вытаскивая свой смартфон и фотографируя Генерала.

— Это зачем? — нахмурился тот.

— Ваше фото отправилось в облачное хранилище, если, что мои друзья будут знать, кого искать, — улыбнулся зумер, — и я поеду на своей машине. Там стоит GPS навигатор, мои друзья будут знать где меня искать!