На краю скалы в парке «Уиссаикон-Вэлли» в полном недоумении бродил Падар.

– Баба! – крикнул Ясин, выбегая на тропу и мчась к отцу.

– Ясин? – Падар ошеломлённо смотрел на обнимающего его сына. – Что ты тут делаешь? Как ты вообще сюда попал?

– Друзья помогли, – ответил Ясин, кивая на меня, Идриса и Арзу.

Я робко шагнула вперёд. Арзу и Идрис остались стоять на месте.

– Давай, это твой шанс, – шепнула Арзу, прячась за деревьями. – К тому же меня уже ждёт личный водитель, чтобы отвезти домой.

– Я думал, ты скорее предпочтёшь «съесть протухшее яйцо», чем лететь со мной, – сказал Идрис.

– Что ж поделать, иногда приходится идти на жертвы, – торжественно произнесла Арзу.

– Ребята, вы уверены, что вам пора? – спросила я, чувствуя, как внутри нарастает волнение.

– На самом деле нет, просто, если я не вернусь в ближайшее время, родители точно устроят истерику, – ответила Арзу, улыбаясь мне на прощание. – До встречи дома, черепашка.

Она повернулась и ушла по тропинке к облаку. Идрис кивнул.

– Я рад, что встретил тебя, Фарра. Теперь, когда всё закончилось, – он запнулся, – надеюсь, вас ждёт счастливое воссоединение.

– Спасибо. Кстати, хотела спросить… Вы видели, что происходило в Подземном царстве, когда Азар загадал последнюю загадку?

– Ничегошеньки! Из этих… склизких клеток ничего не было видно. Если честно, я вообще всё помню как в тумане, – признался Идрис, застенчиво улыбаясь. – Но уверен, это было круто.

– Да, это было…

Я не договорила и замолкла.

– Что ж… кажется, на этом всё, – неловко бросил Идрис и повернулся, чтобы пойти за Арзу.

– Подожди!

Я схватила его за руку. Почему-то я совершенно не горела желанием встретиться с отцом.

– Наша связь оборвалась? Я хочу сказать, ты больше не мой фамильяр?

– Больше нет. Теперь я чувствую себя по-другому. Как будто внутри что-то отпустило и больше не держит, сложно объяснить.

– И куда ты теперь отправишься?

– Высажу твою подругу-занозу и… не знаю, – пожал плечами Идрис, заложив руки за голову. – С чего вдруг спрашиваешь?

– Просто так…

Я пнула камешек носком ботинка.

– Подумала, вдруг захочешь остаться… вместе мы могли бы попробовать найти твою семью. Если, конечно, ты не против, чтобы я тебе помогала.

Идрис молчал. Когда я подняла глаза и заглянула ему в глаза, по его щекам ручьём лились слёзы.

– Ты это серьёзно?

– Да.

– Даже после всего, что было?

– Идрис, ты хочешь, чтобы я пожалела об этом?

– Тогда по рукам, Фарра! – сказал он.

Его лицо озарила улыбка. Он махнул мне рукой на прощание и ушёл по тропинке вглубь леса, скрываясь за деревьями. Я помахала ему в ответ, надеясь, что у нас снова получится стать друзьями, как раньше.

Ну а сейчас настало время встретиться с неизбежным. Моё сердце бешено заколотилось, когда я повернулась и зашагала к обрыву.

Передо мной стоял Падар. Но он был не в обличии человека. Впервые я видела отца в его истинном облике, короля джиннов Шамхуриша.

– Я могу всё объяснить.

Он опустился на колени, чтобы оказаться с нами на одном уровне, и внимательно осмотрел мои руки, покрытые синяками и царапинами. В его глазах читалась тревога. Интересно, помнит ли он, что произошло в царстве Азара?

– В этом нет необходимости, – сказал Ясин, обнимая меня за плечо.

– Ай!

– Прости, я всё забываю, что ты теперь без дара неуязвимости. Мы всё знаем, – продолжал Ясин, обращаясь уже к отцу, – и другие короли тоже. Лучше тебе приготовиться к тому, что придётся как следует им всё объяснить.

– И короли джиннов знают?

Падар замер в ужасе.

– Они, скажем так, не слишком обрадовались, когда я пришла к ним в Верховный суд и рассказала, что ты заточён в кольце судьбы. Так что, на твоём месте, я бы вела себя тише воды, ниже травы, – добавила я, а Ясин кивнул.

– Ты была в Верховном суде? Мне нужно время, чтобы переварить это. Да уж, уснуть бы на пару веков.

Падар схватился за голову. Он вздохнул, а затем взял наши руки в свои.

– Я понимаю, что должен ответить на многие ваши вопросы. Но главное, что с вами всё в порядке.

Он обнял нас. Прошлая Фарра пришла бы в восторг от этого момента, но теперь меня ранило то, как отец вёл себя. Речь шла не только обо мне, но и о моём брате.

Ясин почувствовал, что что-то не так, когда я отстранилась от отца.

Я откашлялась, решив, что больше не намерена избегать острых тем для разговора.

– Мне нужно тебе кое-что сказать.

Я думала о втором шансе, о сделанном выборе.

– Всё будет по-другому, теперь, когда я знаю, кто я. – Надеюсь, я не ошибаюсь.

– Боюсь, это невозможно, – ответил Падар с таким выражением боли на лице, что у меня внутри всё перевернулось.

Ясин слегка сжал мою руку, тем самым давая мне понять, что он рядом и поддержит меня.

– Я сделаю всё, что в моих силах. Но ты же знаешь правила…

– Одно из правил можно отменить, – резко оборвал его Ясин и не дал закончить.

– Всё не так просто, сын мой, – тяжело вздохнул Падар. – Существует гораздо больше тонкостей, чем ты думаешь.

– Тогда просвети нас!

– Сейчас не время для этого, – ответил Падар, вставая и покачивая головой.

– Это как-то связано с моей истинной силой? – выпалила я, не подумав.

Падар застыл на месте.

– Кто тебе об этом сказал? – тихо спросил он.

«От правды никуда не убежишь. Неужели ты не понимаешь, почему они тебя боятся?» – в голове всплыли слова Азара.

Что-то во взгляде отца заставило меня замолчать. Лучше попридержу правду пока при себе. Похоже, он не помнит, что произошло в Подземном царстве. И о какой бы силе ни шла речь, он явно не хотел, чтобы я о ней знала.

– Дел невпроворот, – сказал Падар и покачал головой. – Мы поговорим обо всём в другой раз. Сейчас нам нужно доставить Фарре домой. Её мать наверняка места себе не находит.

Падар достал из рюкзака какой-то флакон, наполненный солнечным светом. Он сиял так ярко, что я едва могла на него смотреть. Он осторожно вложил флакон в мои руки.

– Что это?

Я ощутила тепло, когда коснулась флакона и почувствовала, как он трясётся у меня руках.

– Подожди, мы не вместе отправимся?

Падар достал ещё один флакон и выпустил из него зачарованное облако. Он подозвал к себе Ясина.

– Это универсальный портал, – объяснил отец. – Вылей содержимое бутылки на любой предмет: дерево, дверь, камень, не важно – и он превратится в портал. Тебе нужно только прошептать, куда ты хочешь попасть, и он тебя туда доставит. Один флакон – одно перемещение. Всё понятно?

– Да, – бросила я, глядя в землю.

Пришло время возвращаться в свою типичную реальность.

– Хорошо. Ясин, залезай, – вздохнул Падар, забираясь на облако. – Похоже, дома меня ожидает целая гора проблем, которые срочно надо решить.

– Нет. – Ясин встал рядом со мной и нервно сглотнул. – Мы начали это приключение вместе, значит, и закончим его тоже вместе.

Он взял меня за руку и смело посмотрел на Падара, хотя я понимала: ему страшно перечить отцу.

– Спасибо, – шепнула я, чувствуя, что на душе стало легче.

– Всегда рад помочь, – ответил он.

Пусть будущее полно сложностей и неопределённости, я рада, что у меня есть брат, на которого я могу положиться.

– По десятибалльной шкале, насколько мне влетит дома?

– О, определённо, вынос мозга на десятку, – уверенно кивнул Ясин. – Не хотел бы я быть на твоём месте, когда ты столкнёшься с мамой.

– Эй!

– Я просто хотел кое-кому напомнить, что в тот раз нужно было меня послушать и не убегать от разговора.

Падар устало вздохнул и убрал облако обратно в бутылку.

– Ну, хорошо. Но только в этот раз.

Он протянул руку, и я отдала ему флакон, слегка улыбаясь. Падар вылил содержимое склянки на самое большое дерево в округе. Луч света пронзил листву и обвил ствол, пока всё дерево не начало светиться.

– Готова?

– Да!

Падар, Ясин и я взялись за руки.

Жизнь не всегда идеальна, это уж точно. Но, по крайней мере, мы начинаем новую главу, и я надеюсь, она будет счастливой.

– Вперёд!

Мы прыгнули в портал, залитый солнечным светом, готовые ко всему, что нас ждёт впереди.

Городской шум приветствовал нас знакомой какофонией звуков. Портал выплюнул нас на крышу моего дома. Я глубоко вдохнула этот ни с чем не сравнимый воздух родного города.

– Привет, городская ратуша! – крикнула я, подпрыгивая и махая рукой в сторону башни с часами.

Ясин с удивлением оглядывал город, а я, подбежав к другому краю крыши, задыхаясь, крикнула:

– Привет, дом Арзу! Привет, Филадельфия! Привет, огоньки гирлянды! Привет, открытая дверь на крышу!

Стоп.

Дверь запасного выхода открыта, только когда на крыше кто-то есть.

– Фарра, неужели это ты?

Мадар выглянула из приоткрытой двери. Внутри лестничной клетки я заметила раскладной стул, одеяло и мою любимую голубую сумку для мела. Едва завидев меня, она тут же бросилась навстречу.

– Мадар!

Я подбежала к ней и обняла так крепко, что, казалось, руки сейчас отвалятся. Она кружила меня, а я плакала, уткнувшись ей в плечо.

– Прости, что я оставила тебя одну. Мне так жаль…

– Нет, это я должна просить у тебя прощения.

Мадар опустила меня на землю. Слёзы радости блестели в её глазах, когда она нежно убирала с моего лица волосы, покрытые сажей.

– Я давным-давно должна была рассказать тебе правду о том, кто ты такая.

Мы опустились на колени. Лунный свет падал на растрёпанные волосы, собранные в пучок, и тёмные круги под глазами.

– Я никогда не хотела, чтобы ты чувствовала, будто я стыжусь тебя. Я просто…

– Ты просто хотела защитить меня, – закончила я за неё.

Она кивнула и вытерла слёзы, а затем достала из кармана что-то крошечное и сломанное. Это мой защитный амулет: сверкающая брошь-слоник была расколота на две части.

– Когда брошь треснула, я подумала, что потеряла тебя навсегда.

Я взяла в руки два обломка и недоумевала.

– Что могло сломать амулет?

– Я могу объяснить, если вы не возражаете, – сказал Падар, сделав шаг вперёд.

Я бросила взгляд на Ясина. Он остался стоять в стороне, возле гирлянды, не желая мешать нашему разговору.

– Шамхуриш, – прошептала Мадар.

Падар избегал её взгляда. Я заметила, что он взволнован. Затем папа откашлялся:

– На самом деле защитный амулет можно разрушить только одним способом, – проговорил он. – Либо ты защищаешь кого-то, либо тебя защищают. Получать и давать защиту одновременно – невозможно. Как только это происходит, один из оберегов ломается.

– Ты сотворила защитный амулет?

Мадар была поражена.

– Да, – ответила я, вспомнив Арзу.

Мне стало стыдно из-за сломанного амулета, пускай это и вышло случайно. Ведь как-никак Мадар пришлось пожертвовать чем-то, чем она дорожила больше всего на свете, чтобы создать для меня амулет.

– Значит ли это… то, от чего ты отказалась, вернётся к тебе обратно? – спросила я.

Мадар поднял взгляд на Падара, в её глазах читалось сомнение.

– Что-то мне подсказывает, что это так не работает, джанем.

Падар смотрел на Мадар чуть дольше, чем следовало бы, и я начала гадать, чем именно пожертвовала мама, чтобы защитить меня.

Мадар отвела взгляд первой.

– Но это и не важно.

Она взяла моё лицо в ладони и прижалась ко мне щекой.

– Я бы пошла на это снова, потому что ты мой лучик света в этом тёмном мире, джанем. Без тебя я бы пропала.

Мадар поцеловала меня в лоб и прошептала:

– Спасибо тебе, Шамс, за то, что вернул её.

Но никто ей не ответил. Я повернулась, чтобы найти отца, но его нигде не было. Ясин тоже исчез, и мне стало немного грустно.

Мадар плотнее закуталась в кардиган и проводила взглядом уплывающее облако.

– Прощай, Шамс, – шепнула она.

Я подошла к тому месту, где стоял Ясин, и заметила скомканный клочок бумаги.

«Не пропадай, сестрёнка. В горах Каф без тебя будет скучно».

Я улыбнулась и прижала к сердцу записку. Затем я побежала обратно к Мадар.

– Готова увидеть бабушку с дедушкой? – спросила Мадар, когда наши шаги эхом отдавались на лестнице.

– Ещё никогда я по ним так не скучала.

В ярком свете родного дома я поняла, что «долго и счастливо», каким я его себе представляла, так и не наступило. Но что-то внутри подсказывало, что это приключение ещё не закончилось.

Впереди столько всего: школа и новые козни Азара. Нельзя забывать и про королей джиннов. Баркан наверняка будет в ярости и не оставит попыток отомстить, когда поймёт, что его план провалился.

Но не страшно. Я со всем справлюсь, ведь теперь я не одна. У меня есть верные друзья и любящая семья.

И я никогда их не отпущу.

Обещаю.