Вывод на будущее: превращаться в кого-то не так весело, как это может казаться поначалу.

Ясин вытер пот со лба и с подозрением оглядел магазин.

– Какой прекрасный магазин! Какие замечательные товары, любезный человеческий продавец! – Я заметила, что он старается ничего не касаться.

– Извините моего… дядю. Он немного странный. Боится… микробов.

Я быстро придумала отговорку, изо всех сил сжимая лямки своего рюкзака. Бросила взгляд на витрину с магнитами, возле которой стоял радостный Идрис. Он улыбался и приветливо махал мне рукой, как будто всё происходящее – самое обычное дело на свете.

Продавец его не видел. Он наклонился к нам и спросил:

– Могу ли я вам чем-нибудь помочь, уважаемые покупатели?

Он пристально следил за Ясином – тот рассматривал своё отражение в зеркале.

– Всё хорошо, спасибо. Мой дядя просто немного чудаковатый. – Я нервно засмеялась и побежала к вешалкам в дальнем конце магазина.

Там я быстро схватила самые неприметные вещи, которые, как мне казалось, не должны вызвать ни у кого подозрения: огромную чёрную толстовку с капюшоном, большие солнцезащитные очки в леопардовой оправе и розовую шляпу с надписью LOVE. Я отчаянно махала руками, пытаясь привлечь внимание Идриса. Тот, похоже, был полностью поглощён изучением магнитов. Пока Ясина нет рядом, мы могли поговорить с Идрисом с глазу на глаз.

– Идрис, подойди сюда на минутку, – зашептала я, стараясь не привлекать внимания.

Он подошёл.

– Не уверен, что эта шляпа тебе идёт, она кажется…

– Сейчас не до шляп, – перебила я, оглядываясь, чтобы убедиться, что Ясин в другом конце магазина нас не слышит. – Кое-что важное произошло в академии.

Идрис внимательно выслушал мой рассказ о разговоре Ясина и короля Баркана.

– Я так и знал, что короли джиннов что-то затевают, – произнёс он.

– Я хотела рассказать ему, что всё слышала, когда мы заполучим защитный амулет.

– Или… – Мгновенно что-то сообразив, Идрис обнял меня за плечи и увёл вглубь магазина. – Будем держать язык за зубами. Пусть думает, что мы ничего не знаем.

– Почему?

– Подумай сама. Если он узнает, что ты подслушала его разговор с королём Барканом, мы потеряем своё преимущество, – объяснил Идрис. – А так мы сможем быть начеку и следить за каждым его шагом. Пусть думает, что он нас перехитрил.

– Наверное, ты прав…

И всё равно в этом плане что-то не давало мне покоя.

– Ребята? Вы где? – шепнул Ясин из примерочной. – Когда мы уже уйдём отсюда? Здесь ужасно воняет тухлой капустой.

– Доверься мне, Фарра, – сказал Идрис, пристально глядя на меня своими впалыми бледными глазами. На мгновение мне показалось, что он видит меня насквозь. – Я давал тебе плохие советы?

– Нет, – я отвела взгляд. – Но…

– Я рад, что ты согласна со мной, – перебив меня, Идрис забрал одежду у меня из рук и уверенно направился к Ясину, всучив ему покупки.

– Убери это человечье тряпьё от меня! – крикнул Ясин своим обычным голосом и попытался отбросить одежду, будто, коснувшись её, он мог получить ожог.

– Это был твой план, Ясин. Одежда у нас есть. Что дальше? Как мы отсюда выберемся? – спросила я, встав между ними, чтобы Ясин не смог швырнуть вещи обратно в Идриса. – У тебя же есть план, да?

– Естественно, есть, – произнёс Ясин, скорчив ехидную гримасу. – Смотри и приготовься мне аплодировать.

Он выпрямился во весь рост и уверенно направился к кассе. Без малейшего колебания он швырнул вещи перед продавцом и посмотрел ему прямо в глаза. Тело Ясина снова изгибалось и искривлялось, становясь ещё больше. При виде такого зрелища продавец в ужасе застыл. От этого кошмарного преображения меня саму подташнивало.

Ясина окружало холодное фиолетовое сияние. Я удивлённо заморгала – где-то я видела это свечение.

– Внемли же слову моему! Деве – дар, и мир всему. – Голос, которым говорил Ясин, очень похож на тот, что шептал у меня в голове.

Я хотела спросить Идриса, что он делает и почему так ужасно рифмует, но не смогла. Что-то внутри меня велело ждать и продолжать наблюдать.

– Да, конечно, – повторил продавец механическим голосом. Его карие глаза остекленели, а на лице застыла блаженная улыбка. – Берите всё, что захотите. За счёт магазина. – Он сложил вещи в бумажный пакет и, словно робот, протянул его Ясину. – Надеюсь, вам понравится в Филадельфии.

Ясин брезгливо схватил пакет одними кончиками пальцев и вышел из магазина. Оказавшись снаружи, я заметила, что солнечные лучи как будто боялись его коснуться и огибали фигуру, окутанную тёмной фиолетовой аурой. По спине побежали мурашки. Он повернулся ко мне, и я увидела, что его глаза больше не полыхали ярким зелёным пламенем, как два прожектора, – теперь это лишь тусклое, призрачное мерцание, похожее на свет карманных фонариков.

– Пошли, – бросил Ясин с самодовольной ухмылкой.

Ноги стали ватными и отказывались слушаться. Они сами несли меня прочь из магазина.

– Это уже не смешно. Прекрати выделываться и освободи меня сейчас же! – возмутился Идрис, когда Ясин развеял чары.

Тёмная аура рассеялась, и я вновь была вынуждена наблюдать за его отвратительным перевоплощением в прежнюю форму.

– Ты же знаешь, что это запрещено. Джиннам нельзя накладывать подчиняющие чары друг на друга. Это нарушение конституции Верховного суда!

Подчиняющие чары. Так вот как это называлось. Я вспомнила, где видела это свечение раньше. В библиотеке; оно исходило от короля Баркана. По крайней мере, мне казалось, что я видела именно его. Неужели Ясина… тоже подчинили?

– А знаешь, что ещё написано в конституции Верховного суда? – Ясин выгнул спину и размял запястья. Он выглядел очень бледным, весь в поту. Вдруг он наклонился к Идрису и шепнул на ухо: – Думаешь, я слепой и не вижу, что с тобой что-то не так? – Затем он протянул мне пакет с одеждой. – Держи.

Идрис замер. Я удивлённо хлопала глазами.

– О чём он говорит, Идрис? – спросила я, на ходу переодеваясь. Внутри всё сжалось от дурного предчувствия.

– Понятия не имею, – ответил Идрис, обнимая меня за плечи. – Кажется, человеческий воздух совсем вскружил ему голову. Ну что, ты готова отправиться за кольцом?

– Да, но…

– Сейчас лучший момент, – выпалил Идрис и решительно зашагал в сторону торгового центра, оставляя меня и Ясина вдвоём в неловком молчании. Ясин проводил его долгим и внимательным взглядом. Он продолжал смотреть на него, пока тёмно-фиолетовое свечение окончательно не пропало. После этого он бросил на меня насмешливый взгляд и вскинул бровь.

– И давно ты знакома с Идрисом?

Перед глазами тут же возник жуткий образ короля Баркана.

– Дольше, чем с тобой.

Это правда. Но я не поведусь на его уловки и не дам вытянуть из меня хоть слово, чтобы он снабдил королей джиннов новой информацией (неважно, наложили они на него чары подчинения или нет).

Если мой ответ его чем-то и задел, то он этого не показал. Только смотрел вслед Идрису с каким-то странным выражением лица. После некоторой паузы он закачал головой и пробормотал себе под нос:

– Всё это как-то странно. Только что говорил, что надо забыть о кольце, а теперь мчится к нему на всех парах. – И Ясин побежал за Идрисом.

Если честно, всё это действительно немного странно… Но я уверена, это лишь часть плана Идриса, чтобы оставаться на шаг впереди Ясина. Должно быть, в этом всё дело. Догоняя их, я не могла выбросить из головы то холодное фиолетовое свечение, окружавшее короля Баркана и Ясина. Король джиннов не стал бы прибегать к подчиняющим чарам и нарушать свои же законы, ведь так? Они бы не принудили кого-то действовать против воли?

Но если они считают меня своей угрозой…

Я сжала кулаки. Что бы эти короли джиннов ни задумали, когда я их спасу, они поймут, что я не представляю для них никакой опасности. Но если король Баркан действительно подчинил Ясина и заставил его лгать мне, тогда именно они и есть настоящая угроза.

Я не опасна. По крайней мере, не больше, чем обычный джинн.

«Ты уверена?» – шепнул голос в моей голове.

– На все сто! – крикнула я в ответ, вкладывая в эти слова всю свою веру.

«Посмотрим, – раздался в моей голове чей-то голос. – Время покажет».

Мы прошли мимо таблички «Вход воспрещён» и охранника у лифта. Разумеется, не без помощи жуткой гипнотической способности Ясина. Видимо, правила можно нарушать, когда дело касается подчинения простых смертных (оказывается, накладывать подчиняющие чары на людей действительно не запрещено!).

– Откуда ты знаешь про все эти правила? – прошептала я, нервно оглядываясь по сторонам, выискивая подозрительные тени.

– В первый год обучения в академии тебе преподают «Правила мира джиннов для начинающих». На этих занятиях и узнал, – ответил Идрис. – А разве в мире людей не изучают основы правовой грамотности?

– Наверное, изучают, но мы только-только приступили к чтению Конституции США.

– Не поздновато узнавать о законах своих правителей? – спросил Ясин.

– Может, и поздно. Но я никогда особо не любила правила. Да и правители часто ошибаются, именно поэтому и существуют поправки, – объяснила я. – В нашей их двадцать семь. А у вас сколько?

– Двадцать семь? У нас нет ни одной. Наверное, люди более недальновидны, чем джинны, – заметил Ясин, когда мы проходили мимо гигантской скульптуры ног и старомодных башмаков Бенджамина Франклина. – Что за странный… зелёный булыжник? – явно озадаченно поинтересовался Ясин. – Почему он такой большой? И зачем его в самый центр поставили? Он же занимает столько места.

– Это Франклин, ты о нём не слышал? – спросила я.

Мы зашли в лифт, и я нажала кнопку пятьдесят седьмого этажа. У Идриса и Ясина подкосились коленки, когда лифт начал дребезжать и жутко трястись, прежде чем поползти вверх (Идрис окрестил его «металлической могилой»).

– Кто этот Франклин и зачем вам скульптура его ног? – спросил Ясин.

– Это не просто ноги, – ответила я. – Его голова находится наверху, на смотровой площадке. Это всё одна большая скульптура. Он создатель электричества. – Я тыкнула пальцем в стену лифта. Она была вся увешана фотографиями Филадельфии. На одной из них – воздушный змей[18].

– Он запускал воздушного змея в грозу? Зачем вообще вытворять такое с бедным змеем? – Ясина передёрнуло от одной мысли об этом.

– А как джинны открыли электричество в горах Каф?

– Что такое ваше электричество?

Мои глаза округлились.

– Оно питает свет, телефоны, видеоигры, здания, лифты… Это то, что вылетает из того копья, которым ты постоянно машешь!

До Ясина наконец дошёл смысл моих слов:

– То есть вы используете молнию как источник энергии? Это же глупо. Она такая непредсказуемая. Гораздо надёжнее использовать магический эфир. Впрочем, если у вас тут нет никакой магии, то приходится выкручиваться как умеете.

Мы молча следили за тем, как на табло лифта одна за другой вспыхивали цифры этажей. Идрис был слишком занят борьбой с укачиванием, чтобы что-то сказать. Ясин нерешительно спросил:

– А что такое… видеоигры?

– Ты серьёзно не знаешь, что такое видеоигры? – зашептала я, не веря. – Да это же лучшее, что придумало человечество! Представь себе волшебную коробку, которая переносит тебя в другие миры, где ты можешь сражаться со всякими злодеями и быть кем угодно.

– Звучит… здорово, – тихо сказал он. На его лице появилась мечтательная улыбка, как будто он пытался представить, каково это. – Наверное, похоже на то, что мы делаем сейчас.

– Да, – ответила я, улыбаясь в ответ.

Мы молча доехали до пятьдесят седьмого этажа. Но двери не открылись.

– Что такое? – я судорожно начала тыкать на кнопку открытия дверей, но лифт лишь издал ужасный скрежет. Сердце ушло в пятки. – Мы… застряли? – Двери приоткрылись, но тут же закрылись. Лифт начал стремительно нестись вниз. Я вновь нажала кнопку пятьдесят седьмого этажа.

– Это не к добру, – забормотал Идрис.

– Это ловушка, – сказал Ясин. – Они тянут время.

– Мне совсем это не нравится! – Я в панике начала колотить по дверям лифта. – Некоторые люди страдают клаустрофобией! И я, между прочим, одна из них! Выпустите нас отсюда немедленно!

Свет в лифте противно замигал, словно насмехаясь над нами.

– У теневых джиннов нет разума. С ними нельзя договориться. – Идрис скрестил руки на груди и закрыл глаза, чтобы его не стошнило. – Они лишены души. Ими может управлять только… ты сама знаешь кто.

– У них нет души? – спросила я, хмурясь. – Как-то даже жалко их.

Лифт жалобно заскрипел, когда мы вновь оказались на последнем этаже, но двери так и не открылись.

– Слушай, почему бы тебе просто не… – Ясин кивнул на мои руки. – Если ты способна отбить шаровую молнию кулаком, открыть лифт для тебя – плёвое дело.

Мы с Идрисом удивлённо хлопали глазами, словно не веря услышанному.

– Что опять не так? – недоумевал Ясин.

– Ты меня только что похвалил?

Ясин нахмурился.

– Просто открой двери, чтобы мы могли выбраться из этой металлической могилы!

– Я присоединяюсь к этой просьбе, – произнёс Идрис, держась за живот.

– Хорошо.

Я сделала глубокий вдох, стараясь унять дрожь в руках и ногах. Повернулась к двери и вцепилась пальцами в металлические стенки через крошечную щель между дверями лифта. Если у меня и правда есть суперсила, то сейчас самое время её продемонстрировать.

«Покажи им, на что ты способна», – шептал голос в моей голове.

– Да знаю, знаю – забормотала я и надавила на стенки лифта со всей силы.

Мгновение двери оставались неподвижными, но затем что-то щёлкнуло, и они раздвинулись всего на пару сантиметров. Мои руки горели, но я продолжала давить. Послышался пронзительный скрежет металла, и этого оказалось достаточным. Двери полностью открылись.

Я сделала это! Ещё одно достижение разблокировано! Моё сердце бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Интересно, на что ещё я способна? Поднять машину? Нет, наверное, это уже слишком. Я повернулась и с улыбкой показала мальчикам большой палец.

Но у Ясина и Идриса на лицах застыл неподдельный ужас.

– Что случилось? – спросила я, ничего не понимая.

Вместо ответа Ясин дрожащим пальцем показал куда-то вперёд.

Я повернулась и увидела, что за открытыми дверями лишь бездонная, всепоглощающая тьма.

Свет от кнопок лифта не проникал дальше открытых дверей, словно натыкаясь на невидимую стену. Что ещё хуже – эта тьма выглядела… живой. Казалось, пол под ногами шевелился и извивался, будто змеиное гнездо. А в самом центре смотровой площадки, где находилась огромная и пыльная скульптура головы Бенджамина Франклина, поблёскивали два маленьких зловещих красных огонька.

– Всё-таки кто-нибудь может мне объяснить, зачем ставить огромные штуковины в центр маленького помещения? – прошептал Ясин.

– У меня дурное предчувствие, – выдавил Идрис, игнорируя его вопрос. – Кто за то, чтобы вернуться вниз и забыть обо всём этом кошмаре?

– Не трусь, – ворчал Ясин. – Я не собираюсь отступать сейчас, когда мы уже столько прошли.

– Тогда почему бы тебе самому не пойти первым? – Идрис толкнул Ясина в плечо.

– У меня одежда и книга о портале. Твоя очередь внести вклад в общее дело!

Оба мальчика стояли как вкопанные, их коленки дрожали от страха. Я вздохнула. Похоже, остаюсь я. Только вот я действительно жутко боюсь темноты.

– Ты справишься, Фарра. Никто тебе не навредит, – шепнула я себе и сделала первый шаг в эту пугающую черноту.

«Мы должны смотреть в лицо своим страхам». Эта фраза постоянно крутилась у меня в голове, пока тьма растекалась по ботинкам. Собравшись с духом, я сглотнула и представила себя ярким, озаряющим светом, способным разогнать даже самую густую и долгую ночь в году. Двери лифта захлопнулись, как раз когда мальчики из него вышли.

– Ну конечно, они закрылись, – недовольно пробурчал Ясин.

И вот теперь нас окутывала полная, непроглядная тьма. Идрис и Ясин тут же прижались ко мне.

– Возьмите меня за руку, чтобы мы не потерялись. – Я протянула руку назад и почувствовала, как дрожащая ладонь Идриса сжала мою. Идрис, в свою очередь, нашёл руку Ясина.

– Отчаянные времена требуют отчаянных мер, – ворчливо уточнил Ясин, хватаясь за руку Идриса.

Мне, конечно, было страшно, но немного успокаивал тот факт, что мы с Ясином хоть в каком-то вопросе сходились во мнении.

– Тут кто-нибудь есть? – крикнула я в темноту, не отрывая взгляд от этих жутких красных точек в центре смотровой площадки. Я сделала шаг, и воздух словно отяжелел. Ещё шаг – и темнота сгустилась вокруг меня, как густой туман. Мне казалось, что я бреду по непроходимому болоту, в которое с каждой секундой проваливаюсь всё глубже. Я чувствовала, что увязла в этой трясине по щиколотку.

– Ты уверен, что теневые джинны не умеют думать?

– Абсолютно, – бросил Ясин. – Надо просто схватить кольцо и сматываться.

– Им явно что-то нужно, иначе они бы всё это не затевали, – бормотала я себе под нос.

Если им нужно было просто потянуть время, то они не стали бы сюда возвращаться. Вдруг мне пришла в голову одна идея, и я вытащила телефон из кармана и нажала на кнопку. Слабый свет пробился сквозь треснувший экран.

– В такой темноте мы никогда не узнаем, что им нужно.

Если единственный способ для них полностью проявиться – это свет, тогда…

– Возможно, это поможет.

Я была уже по колено в этом болоте из тьмы, когда направила свет от телефона прямо на немигающие красные точки.

Красные огоньки заморгали, и из окружающих теней медленно начали вырисовываться очертания лиц. Одно из них моё собственное! И этот жуткий двойник ухмыльнулся и произнёс моим же голосом:

– Отлично сработано.

Теперь мне всё это не нравилось ещё больше.

– Это… это мы? – Идрис щурился, пытаясь разглядеть лицо одной из теней в узком луче света. – Можешь сделать свет поярче?

– Это называется телефон. Я уже сто раз говорила.

Мне удалось кое-как разобраться с треснувшим экраном и включить фонарик. Мощный луч света разогнал вязкую тьму, и она расступилась, образуя две волны, которые нависали справа и слева от нас. Голова Бенджамина Франклина оказалась между ними – прямо как в легенде о Моисее, когда перед ним расступилось море, пропуская людей вперёд.

– Не, ну в жизни я выгляжу лучше. С причёской явно что-то не то, – пробормотал Ясин, тут же выпрямляясь и отходя от меня.

Его теневой двойник повторил его движения.

– Сейчас вроде получше.

– Зачем вы это делаете? Чего хочет ваш хозяин? – крикнула я. – Вы просто тянете время, пока желание не исполнится?

Моя теневая копия всё так же самодовольно ухмылялась. И от этого стало ещё неприятнее и страшнее.

– Неплохо соображаешь. Для того, чтобы полностью воплотить в жизнь желание такого масштаба, нужно время. Нити судеб, которые связывают разные жизни, переплетаются заново, истории переписываются… Мы не задаём лишних вопросов, когда наш повелитель отдаёт приказы. Наша задача лишь беспрекословно исполнять их, – медленно произнесла тень, небрежно покручивая кольцо на пальце. – Но это не значит, что мы не можем… воспользоваться ситуацией для своих целей, если подвернётся такая возможность.

– Для своих целей…

Значит, им всё-таки что-то от нас нужно! Я сделала шаг влево, и тени, словно безвольные марионетки, тут же зеркально отклонились вправо. Улыбка не сходила с их лиц, а красные, как рубины, глаза жадно следили за каждым нашим движением.

– Что возьмёшь с полукровок? – насмешливо произнесла тень Идриса. – Смертные – рабы желаний. Чем больше у них есть, тем больше им хочется. Как только они получают желаемое, им тут же подавай что-нибудь ещё, и так до бесконечности.

– Ребята, мне это всё не нравится, – Ясин обвёл взглядом сгущающуюся вокруг тьму. – Будто сейчас случится что-то плохое. – Он потянулся к заднему карману, чтобы достать копьё молний короля Баркана.

– Стой, не спеши, – Идрис поднял руку, тем самым прося меня не прекращать разговор с тенями. – Что-то в их поведении… не вяжется.

– Да тут вообще ничто не вяжется, – шипел Ясин, всё больше теряя терпение.

– Каждый может передумать и изменить своё решение, – крикнула я теневым джиннам. Они всё ещё повторяли наши движения, словно отражения в кривом зеркале. Я продолжала идти влево, огибая коридор, и врезалась в стеклянную перегородку возле автомата с напитками. – Иногда это может уберечь от большой ошибки.

– Ваш род из раза в раз совершает одни и те же ошибки, – резко оборвала меня тень Ясина. Его рука застыла в точно такой же позе, как и у настоящего Ясина, словно ждала подходящего момента, чтобы выпустить наружу то, что в ней таится. – Чем вы, смертные, вообще заслужили свои души? Может, пора дать шанс загадать желание кому-то другому?

– Погоди-ка, – забормотал Идрис, словно его осенило.

– Хватит! С меня довольно этих разговоров о желаниях и о том, кому их загадывать. – Ясин окончательно потерял терпение и разжал ладонь с копьём молний. – Хотите увидеть настоящую ошибку? Вы уже сами её сделали! Вашим кукольным представлениям пришёл конец!

– Ясин, не надо! – Идрис попытался его удержать, но было уже слишком поздно.

Ослепительная вспышка озарила всё вокруг – Ясин обрушил шквал молний прямо на трёх теневых марионеток. Под потолком затрепетал висящий воздушный змей.

– Долго же ты собирался, – произнесла тень Ясина и, как зеркальное отражение, ответила собственным разрядом тёмно-пурпурной молнии. В его глазах я видела ту же зависть и ярость, что и в глазах Ясина, и от этого стало жутко. Он как будто сражался сам с собой.

– Теперь-то начнётся настоящее веселье!

Всё произошло слишком быстро. Марионетки исчезли из поля зрения, а на нас обрушились волны тьмы, как море, сомкнувшееся после Моисея. Взгляд Идриса на мгновение стал совершенно стеклянным, и он смотрел прямо на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли. Затем он толкнул меня, спасая от удара тени.

– Что с твоими глазами? – взвизгнула я, барахтаясь руками и ногами в болоте тягучей тьмы.

– ВЫКЛЮЧИ СВЕТ! – крикнул Идрис. – Я знаю, зачем они нас сюда заманили. Это ловушка!

– Только через мой труп.

Теневые джинны вцепились в копьё Ясина, и между ними завязалась ожесточённая схватка. Свет, исходящий от молний, заливал всю смотровую площадку.

– Ты им скоро и станешь, если не прекратишь! – не унимался Идрис, уворачиваясь от удара теневого джинна.

Увлёкшись поединком Ясина – он, как оказалось, довольно неплохо дерётся, – я совершенно упустила из виду, как моя собственная тень подкралась ко мне со спины.

– Вот ты и попалась.

Тень сделала ловкий подкат, и я полетела кувырком на пол. Но успела перекатиться в сторону, прежде чем её кулак обрушился на то место, где я только что была.

– Почему мы не можем просто поговорить? Что тебя так злит?

Мой теневой двойник постоянно дёргался, словно внутри него бурлила какая-то неукротимая энергия, отчаянно ищущая выхода наружу. Точно так же, как и во мне…

– Стой на месте! – крикнула тень, когда я поднялась на четвереньки. Встав на ноги, я повернулась к ней лицом.

Не испытывая ни капли страха, я кинулась на неё, решив дать отпор. Я собрала всю силу, чтобы оттолкнуть тень. Но мои руки просто прошли сквозь её нематериальное тело.

– И не надейся!

Она улыбнулась, а другие тени начали обвивать мои запястья, пытаясь затянуть ещё глубже в болото тьмы.

– Не позволяйте им прикасаться к себе! – крикнул Идрис, отбиваясь от теневых джиннов. Он перепрыгнул через стол и швырнул рекламные буклеты прямо в своего двойника. – Они заманили нас сюда вовсе не для того, чтобы потянуть время. Их целью были мы. Они хотят стать нами!

– Было бы здорово узнать об этом раньше – крикнула я, изо всех сил дёргая руками и пытаясь высвободиться из пут теней. Удалось лишь с третьей попытки. Я прижала их к груди. Мои ладони потемнели, почти стали тенью, слившись с окружающей тьмой… Это плохо.

– Бежать бесполезно, – сказала моя копия, лениво потягиваясь. Её руки теперь загорелые и вовсе не похожи на руки тени. – Твоя душа скоро станет моей.

Задрав голову наверх, я попыталась хоть что-нибудь разглядеть сквозь вспышки молний, которые выпускал двойник Ясина. Раз моя суперсила не могла мне помочь, оставалось сделать то, что получается у меня лучше всего. Начать карабкаться.

– Вон там! Окно в потолке.

Прямо надо мной была решётка из прочных металлических прутьев и балок. Они расходились от стен и сходились у потолка в форме купола. Я начала карабкаться по пыльной голове Бенджамина Франклина, уворачиваясь от теней, которые пытались схватить меня за ноги. Взобравшись на макушку скульптуры, я прыгнула и ухватилась за одну из балок.

Но моя тень не отставала. Она прыгнула на соседнюю балку почти одновременно со мной. Я замерла – она повторяла каждое моё движение. Её глаза, которые жадно следили за мной, были полны какой-то грусти.

Мы замерли, смотря друг на друга, как в зеркальное отражение.

– Почему ты хочешь стать мной? – спросила я, с трудом переводя дыхание. – Моя жизнь жалкая!

Если она следила за мной всё это время, то должна была понять, что в мире есть миллион других, гораздо более достойных кандидатур.

– А ты попробуй догадаться, – с трудом произнесла она, так же, как я, запыхавшись. На секунду мне показалось, что она выдохлась, но тут я заметила, как она начала раскачиваться вперёд-назад (точно так же, как делаю я, когда готовлюсь к прыжку).

В ту же секунду, как она подпрыгнула, я резко оттолкнулась от балки и схватилась за следующую. Я лезла всё выше и выше и чувствовала, как неистово колотится сердце.

– Ай! – вскрикнула я, врезавшись головой в стеклянную крышу.

Дальше лезть некуда. Я оказалась в ловушке.

– Ребята… мне больше некуда от них спрятаться.

– Ясин, убери своё копьё! – кричал Идрис. – Иначе они победят!

– Ни за что! Мы не проиграем! – вопил в ответ Ясин.

– Они существуют только до тех пор, пока есть свет. – Идрис споткнулся и упал. – Не дайте им… коснуться вас. Иначе… они станут вами.

В следующий миг сгущающиеся тени набросились на Идриса, поглотили его целиком, и он бесследно исчез в их объятьях.

– Идрис! – закричала я, тщетно пытаясь разглядеть его во мраке тьмы. Но было уже поздно.

«Соображай, Фарра. Ну же!»

Я ухватилась за одну из балок, удерживающих стекло, но она сломалась, и часть стеклянного потолка разбилась. Мелкие осколки дождём посыпались мне на голову. Сквозь образовавшуюся дыру в крыше я увидела вечернее небо.

– А-а-а! – завопила я, перелезая на целую балку.

Моя тень ухмыльнулась и бросилась вперёд. Времени практически не осталось. Сейчас она поймает меня и поглотит мою душу. Но я знала, что должна сделать.

– ЯСИН, ВЫРУБИ ЭТОТ СВЕТ ПРЯМО СЕЙЧАС!

Я бросила обломок балки в свою тень и прыгнула вниз.

– И не надейся, что у тебя это выйдет, – со зловещим огнём в глазах шепнула тень, бросаясь вслед за мной.

Мы с воплем упали прямо на Ясина. Я стукнулась лбом об его голову. От удара в глазах всё закружилось.

– Ай, голова! – застонал Ясин, и копьё выскользнуло из его рук. Оно постепенно начало гаснуть, а тени обступили нас со всех сторон. – Я не могу с ними справиться. Их слишком много.

Ясин попытался схватить копьё, но тени опередили его. Пугающие улыбки теневых джиннов загорелись в темноте, когда они его полностью поглотили.

– Ясин, не сдавайся! Борись!

– И вот нас осталось двое.

Моя копия стояла прямо передо мной. Она схватила меня за руку и сжала её стальной хваткой. Я чувствовала исходящий от неё огонь, решимость стать мной. Попыталась вырваться, но тщетно. Она была сильнее.

– Ты могла бы выбрать кого угодно, – шептала я со слезами на глазах. – Почему именно я?

– Потому что ты та, кто загадал желание. Ты бросила вызов судьбе и умудрилась столько лет жить незамеченной самими королями, – ответила она. В этот момент в её глазах застыла невыразимая печаль, какой я ещё никогда не видела. – Если ты смогла бросить вызов собственной судьбе, то почему бы и мне не сделать того же? Почему мне не загадать для себя самое заветное желание?

Я видела, как мы меняемся местами: её лицо становилось более живым, а сама я бледнела и всё больше походила на тень. Охватившая меня паника словно парализовала всё тело – мешала мыслить здраво и не давала сделать даже малейшее движение. Если я потеряю то, что делает меня мной, мою душу, я тоже превращусь в одну из марионеток огненного джинна?

Может, именно так я и попаду в Подземное царство. В качестве собственной тени.

Смотря в глаза своей теневой копии, я вдруг отчётливо ощутила её безграничную печаль и всепоглощающую тоску всех этих жалких теней. Но помимо этого в моём теневом двойнике было что-то ещё. Какая-то сила, перед которой я вдруг почувствовала себя невероятно маленькой и беспомощной. И в этот момент я осознала, что просто не знаю, как бороться с самой собой.

А что, если всё это к лучшему? Что, если это похоже на нажатие кнопки «начать заново» в компьютерной игре? Вдруг этой тени в итоге повезёт гораздо больше, чем мне?

– Если это всё равно неизбежно, прошу, относись к моей маме не так плохо, как относилась я. Она заслуживает дочь намного лучше, чем я.

Из последних сил я пыталась сопротивляться этим всепоглощающим теням. Моё отражение в удивлении заморгало, словно просто не могло поверить в то, что я добровольно решила сдаться.

– Я прошу тебя, скажи ей, что… мне жаль.

Жаль, что сбежала. Жаль, что не пришла и не рассказала правду о Падаре. Жаль, что прибавила ей забот. Жаль, что я была слабой, когда должна была быть сильной.

– Может, у тебя получится то, что не получилось у меня. Стать для мамы лучшей версией меня, о которой она всегда мечтала. Если это то, чего ты на самом деле хочешь.

Странно, но моё теневое отражение словно потеряло былую уверенность. На лице читалось явное недоумение.

– Меня прежде никто ни о чём не просил.

– В этом, наверное, и есть суть души, – сонно проговорила я, чувствуя, что с каждой секундой мне становилось всё труднее и труднее держать глаза открытыми и оставаться собой. – Ты выбираешь то, что захочешь.

Она посмотрела на меня, и во взгляде читалось всё больше нерешительности; её одолевали сомнения.

– Выбор… – шепнула она.

Внезапно пол начал дрожать. Моё отражение потеряло равновесие и упало. А над всей смотровой площадкой вдруг разнёсся жуткий, рычащий голос:

– Я даровал вам существование и могу в любой момент у вас его отнять! Если поглотите души этих детей, я обрушу на вас свой гнев, и участь быть тенью покажется вам раем!

Минутку. Этот голос мне знаком. Именно он звучал у меня в голове всё это время.

Нестройный шёпот превратился в хаотичный крик, и теневые джинны в панике бросились прочь.

Свет от копья Ясина полностью погас, и печальное лицо моей тени – последнее, что я увидела, прежде чем тьма окутала меня.

– Выбор – это всё, что я хотела, – прошептала она, и в следующий миг её голос потонул в темноте.

Вокруг воцарилась тишина.

И вдруг, когда я села, я ясно почувствовала, как сдавливающая меня хватка теневого джинна внезапно ослабла и вскоре исчезла. Я посмотрела на свои руки и увидела, как к ним возвращается здоровый, естественный цвет. Я – снова я!

Ясин сонно потёр голову.

– У меня жутко болит голова.

– Я всё ещё жив? – раздался голос Идриса из дальнего угла смотровой площадки. Волосы на его голове торчали в разные стороны.

– Не спать! Быстро ищем кольцо! – Я начала шарить руками по полу.

– Погоди, а что это там? – хрипло спросил Ясин.

Прямо над головой, в стеклянном куполе, я увидела небольшую дыру – результат недавнего столкновения моей головы с крышей. Сквозь эту брешь тени одна за другой просачивались наружу и сбегали.

– Какая жалость. Ну что ж, наслаждайтесь своими последними деньками, пока можете, – злорадствовала тень Ясина. – Не пройдёт и недели, как от вас не останется даже душонки, которую можно украсть.

И в тот же миг в проделанной дыре вдруг отчётливо мелькнуло мерцание алого, синего и золотого драгоценных камней. Тень Ясина исчезла.

– Нет, вы не заберёте кольцо! – крикнула я и тут же вскочила.

Но было уже поздно. Через стёкла купола отчётливо виднелось чистое звёздное небо. Всё как раньше, не было ни единой тени. Будто ничего и не произошло.

С уходом последнего джинна в голове вновь раздался чей-то голос.

«В качестве награды за непослушание моих марионеток я дам тебе подсказку, которая поможет отыскать портал в Подземное царство. Ищи землю, обречённую гореть двести лет. Именно там ты меня и найдёшь. Что ж, с нетерпением жду нашей скорой встречи, Фарра Нурза».

Сердце бешено заколотилось, когда до меня дошло. Голос, что всё это время звучал в моей голове… Он принадлежал не кольцу и не теневым джиннам. Это был голос огненного джинна Азара.