Перелёт в Филадельфию занял гораздо больше времени, чем я думала. Оказалось, что волшебные облака – не самолёты, и их скорость оставляет желать лучшего. Идрис пытался меня развлечь, но уснул где-то пару часов назад. Я ещё никогда не видела такого сони. Ясин же с каким-то маниакальным упорством уткнулся в книгу и, не отрываясь, читал.

Я старалась не смотреть на брата, который до сих пор хранил свою тайну. Сейчас ему некуда деваться, и, возможно, если я задам вопрос напрямую, он расскажет о сделке с королём Барканом.

– Чего вылупилась? У меня, что, рог на лбу вырос? – спросил Ясин, заметив, как я на него смотрю.

Воспользовавшись тем, что Идрис спал, я тихо сказала:

– Может, я не та сестра, о которой ты мечтал, но спасти папу мы сможем, только если будем действовать сообща.

– И? – Ясин даже бровь не повёл. – Разве мы не этим заняты?

– Похоже, ты что-то недоговариваешь, – Я украдкой бросила взгляд на его карман, где он прятал то, что дал ему король Баркан.

– Если ты о… – слова Ясина стали вязкими, словно он только что разжевал гору ирисок. Он откашлялся и попытался продолжить. – Я тебе не врал, когда я… – Его лицо побагровело, слова снова застряли в горле. Он вздохнул. – Единственное, о чём сейчас стоит волноваться и думать, – как спасти Бабу.

– Слово даёшь?

Ясин какое-то время пристально смотрел на меня, прежде чем кивнуть.

– Если это всё, то я продолжу читать. Мне ещё много осталось. – Он отвернулся и снова погрузился в чтение.

– Ладно, – бросила я, но мне совсем не хотелось так заканчивать разговор.

Когда Ясин отвернулся, внутри всё скрутило от неприятного предчувствия. Мне хотелось закричать: «Я знаю, что ты скрываешь, лжец!» – но после потери кольца и забытой книги я чувствовала себя такой ничтожной, словно всех разочаровала. Я всегда была лучшей, а теперь нет.

Нужно взять себя в руки и сосредоточиться на главном. Моя задача – получить защитный амулет. Возможно, тогда у меня перестанет так неприятно крутить в животе, и я смогу вывести Ясина на чистую воду и заодно рассказать обо всём Идрису. Мне обязательно нужно посвятить Идриса в новые подробности, которые я узнала. Не хватало, чтобы он решил, будто я заодно с Ясином и пытаюсь его обмануть.

Надеюсь, до тех пор ничего ужасного не случится.

Мы прибыли в Филадельфию почти на закате. Городские огни будто подмигивали уходящему солнцу, а из-за облаков уже выглядывала луна. Мы кружили в воздухе, постепенно снижаясь. В животе всё переворачивалось от волнения. Не знаю, что страшнее: знать, что брат врёт мне в глаза, или выложить правду Мадар и бабушке с дедушкой.

Поначалу я горела желанием всё им рассказать, но вдруг новость о том, что я наполовину джинн, поменяет их отношение ко мне? Ведь поиски Падара начались в том числе из-за моего желания узнать, почему он бросил Мадар столько лет назад. Я думала, что, раскрыв правду, мы сможем остаться в Филадельфии. Но этот секрет куда серьёзнее, чем переезд. Он мог кардинально изменить наши отношения в семье. Я уже представила себе разочарованное лицо Хаджи-Бабы и услышала его недовольный голос: «Я всегда знал, что с ней что-то не так, прямо как с её отцом».

Что, если, рассказав правду, я только всё испорчу? Потеряю не только папу, но и Мадар?

Взглянула на Ясина, который с каким-то особым вниманием рассматривал проплывающие мимо дома. Он нервно выдёргивал из брови волосы. Я не могла отвертеться от мысли, пусть и понимала, что так неправильно думать: может, всё было бы проще, окажись я чистокровным джинном или обычным человеком?

Интересно, а Ясин об этом думал?

Несмотря на то, что я до сих пор была обижена на Ясина, где-то в глубине души я чувствовала крохотное желание узнать его получше. В конце концов, семья есть семья, даже если он этого и не признаёт.

– Ты когда-нибудь бывал в городе, где живут люди?

– Нет. Зачем мне это? – недоумевал Ясин. – Я сын короля джиннов. У меня с людьми ничего общего быть не может.

Он всё так же нервно дёргал бровь, словно в голове у него никак не складывался какой-то пазл, связанный с отцом. Какой смысл королю джиннов тайком ото всех проводить время в мире людей?

– А как же твоя мама? – спросила я.

– А что с ней?

– Ты всегда говоришь об отце, а что насчёт твоей мамы? Она тоже королева джиннов? Чем занимается?

Я представила себе мать Ясина, великолепную королеву джиннов с ярко-изумрудными глазами, под стать его собственным. Он ведь на Падара совершенно не похож. Наверное, у неё просто ангельское терпение, если она умеет справляться с его взрывным характером.

Ясин замолк на секунду, словно в его памяти всплыло какое-то грустное воспоминание.

– Моя мама…

В этот момент мы врезались в стаю голубей, и облако ощутимо тряхнуло. Идрис как ужаленный подпрыгнул.

– Нет, только не молочный шоколад! Не заставляйте меня его есть! – вскрикнул он, очнувшись ото сна и растерянно хлопая глазами. Потом заметил, что впереди уже вырисовывалась панорама Филадельфии. – Ах, что может быть лучше, чем проснуться от одного кошмара и попасть в другой?

– Вообще-то я люблю молочный шоколад, – пробормотал Ясин, сонно потирая глаза.

– У тебя просто нет вкуса.

– Нет, это у тебя нет вкуса.

– Фарра, рассуди. Кто из нас прав? – спросил Идрис.

– Молочный шоколад вполне себе ничего, – пожала я плечами, игнорируя протестные возгласы Идриса. Краем глаза заметила лёгкую, почти незаметную улыбку Ясина. Но взгляд у него по-прежнему оставался отсутствующим, будто он был где-то далеко, и я снова задумалась: какая история связана с его мамой?

Мы мягко опустились на мост между центральной частью города и университетским районом. Здание вокзала сияло в вечерних сумерках. Поезда неспешно прибывали и отправлялись. Идрис и Ясин всё ещё жарко спорили о том, почему молочный шоколад должен («Не должен», – тут же поправил Идрис) существовать на свете.

– Как горький шоколад вообще может кому-то нравиться? Он же горький, – проворчал Ясин, окидывая взглядом золотисто-синюю реку Скулкилл.

Пара отчаянных гребцов упорно тренировалась, ловя последние лучи уходящего солнца. Ясин вдруг замолк, заворожённый открывшимся видом.

– Ух ты… Это выглядит очень умиротворяюще.

– Эти гребцы? Да, я всегда мечтала попробовать, но мама говорит, что я ещё маловата. – Я показала вдаль. – Отсюда почти не видно, но там плавают лодки. Я обожаю смотреть, как они рассекают водную гладь. Когда солнце светит под правильным углом, кажется, что они скользят прямо по небу.

– Ну да, красиво, но ведь они на самом деле не летают. Это просто оптический обман. – Он скрестил руки на груди, а нога начала нервно стучать по мосту. Между бровями пролегла небольшая морщинка. – Слушай, а почему я здесь ничего не чувствую?

– В каком смысле? – уточнила я.

– Тут как-то… пресно, – Ясин не переставал постукивать ногой. – Где же волшебный эфир? Источник магии и силы?

– Дело в том, что люди не обладают магией. Они не используют эфир, как мы, чтобы поддерживать существование своего мира, – пояснил Идрис. – Похоже, он им без надобности.

– Мне уже здесь не нравится, – проворчал Ясин.

И тут, словно меня осенило, я поняла, что впервые за долгое время ощутила под ногами твёрдую землю, и это здорово! Я вдохнула полной грудью и больше не чувствовала той пьянящей энергии, что витала в здании Верховного суда, в кафе и в академии. Это мой старый добрый дом… полный скуки. Я нахмурилась, хотя надо было бы радоваться возвращению домой. В конце концов, моя цель – остаться в Филадельфии и никуда не переезжать. Но почему тогда в моей голове постоянно всплывают образы звёздных библиотек и изумрудных гор?

Мне вдруг стало страшно из-за предстоящего разговора с мамой.

– Если тебя сейчас вырвет, постарайся это сделать не мою обувь. – Идрис помахал рукой у меня перед лицом. – Что с тобой?

– Ничего. – Я прижала руку к груди, чувствуя, как бешено бьётся сердце. – Просто немного устала от долгой дороги. – Я надела рюкзак и зашагала вперёд. – Нам сюда. И, пожалуйста, сразу обращайте внимание на тени, которые двигаются сами по себе.

Что, конечно, довольно сложно, учитывая, что тени от заката стали только длиннее. Но, по крайней мере, выглядели они вполне обычно.

Мы шли квартал за кварталом, и Ясин каждые две секунды проверял свою тень.

– По-моему, это просто твоя тень.

– Лишняя осторожность не повредит.

– Прекрати, – шепнула я, сильнее сжимая лямки рюкзака. – На тебя пялятся.

Только на третьем квартале я наконец заметила, что люди косятся на нас. Ясин шёл, держа руки по швам и стараясь никого не задеть.

– Не волнуйся, они не кусаются, – с усмешкой заметила я, проходя по Маркет-стрит.

– Разумеется, – ответил Ясин, – нельзя же укусить то, чего не видишь.

– Что ты хочешь сказать?

– Сейчас сама поймёшь, – бросил Ясин и остановился возле фургона с едой. Он собрал волосы в пучок. Продавец фургона посмотрел на меня и Идриса.

– Девочка, тебе не холодно? – спросил он.

– Нет, мне… – Я хотела сказать, что не мёрзну, но потом вспомнила, что сейчас, на минуточку, конец декабря, а я совсем не чувствовала холода, хотя на мне не было куртки. Я посмотрела на продавца, потом перевела взгляд на Идриса (который, если подумать, всегда ходил без неё).

Идрис лишь пожал плечами.

– Знаешь, ты мне кого-то напоминаешь. Кажется, я уже тебя видел, – задумчиво произнёс продавец, пристально глядя на меня.

Я начала нервничать.

– Ну, я вас не знаю, а мама учила не разговаривать с незнакомцами. – Я с тревогой поглядывала на Ясина, который поднял камень и встал прямо перед окошком для заказов. Он начал крутить и вращать камень в руке. Со стороны это выглядело очень глупо, но на него никто не обращал внимания.

– И всё-таки у меня чувство, что я тебя уже где-то видел… – В этот момент он заметил сам по себе вращающийся камень. – Как это…

Ясин швырнул камень в Идриса, который тут же нахмурился.

– Я не собираюсь в этом участвовать. – Он кинул камень обратно Ясину, а тот бросил его прямо в фургон. Мужчина тут же закричал:

– Да простит меня Аллах. Это ведь джинн! Убирайся отсюда! Мы закрыты! – завопил он и захлопнул окошко.

– Точно. – Меня осенило. Я совсем забыла, что Идрис и Ясин невидимы для людей. Это же самое первое, что пишут о джиннах, – они появляются перед людьми, только если сами захотят. Как это могло вылететь у меня из головы? Я с любопытством посмотрела на свои руки, пытаясь понять, получится ли у меня так же. Невероятная сила, моментальное исцеление и… невидимость? Это просто комбо века! Арзу будет в шоке, когда я ей расскажу.

– Ты наигрался? Может, пойдём дальше?

– А, теперь-то ты спешишь? – язвил Ясин.

Идрис, ворча что-то себе под нос, ушёл вперёд. В его руках снова оказался блокнот, и он нервно барабанил пальцами по обложке, будто обдумывая, что в него записать. Затем он пробормотал:

– Теперь, когда мы выбрались из мира джиннов, возможно, я смогу увидеть что-нибудь полезное.

– Увидеть? Ты про что? – недоумевала я.

Идрис резко обернулся и удивлённо на меня взглянул.

– Ой, ничего. Я просто… – Его лицо мгновенно побледнело. – Фарра, скажи, что у тебя есть сестра-близнец, о которой ты просто забыла упомянуть.

– Нет, а что?

– Если нет, тогда кто это?

Мы все посмотрели в ту сторону, куда показывал Идрис. Из тени, отбрасываемой дорожным знаком на Честнат-стрит, появилась целая орда теневых джиннов. Они проскользнули в сторону торгового центра.

Половина ворвалась внутрь, с грохотом распахнув двери и сметая с ног перепуганных людей, в то время как оставшиеся заскользили по стенам здания к заброшенной смотровой площадке на пятьдесят седьмом этаже.

Но мои ноги приросли к земле не из-за этого. У входа в торговый центр стоял мой двойник. Подмигнув, она помахала рукой. Красные глаза, в руке – сверкающее кольцо.

– Ищешь того, кто подарит тебе защитный амулет? – спросила она и проскользнула в здание.

Меня пробрала дрожь. Прежде она не выглядела такой настоящей. Интересно, зачем ей понадобилось принимать мой облик?

– Быстрей, за ними! – крикнул Ясин. – Если они здесь, значит, мы на верном пути. Нужно напасть, пока у нас есть шанс.

– Подождите… вдруг это всего лишь уловка, чтобы нас отвлечь? – сомневался Идрис. – Нам нужно придерживаться первоначального плана и сначала раздобыть защитный амулет, а потом уже думать о кольце.

– Зачем? – настаивал Ясин. – Оно же прямо здесь! Надо попытаться вернуть его, пока есть такая возможность.

– Затем, что Фарре нужен защитный амулет.

– Ей не нужен амулет! Она ведь не полностью человек, – возразил Ясин. – Без чего ей точно не обойтись, так это без кольца.

– Говорит чистокровный джинн, которому нет дела ни до кого, кроме себя!

Ясин в недоумении заморгал.

– Ты ведь такой же джинн, как и я!

– Фарра, ты хоть что-то скажешь? – спросил Идрис.

Я как раз хотела попросить их прекратить этот глупый спор, но у своих ног заметила листовку. Я подняла её и увидела свою фотографию с надписью «Пропал ребёнок».

– Ох, дело плохо.

Похоже, Мадар совсем не поняла мой намёк с сумкой для мела, которой я хотела показать, что обо мне не стоит беспокоиться. Листовки с моим лицом расклеены по всему входу в торговый центр.

– Как мы могли их не заметить? – Идрис заглянул через плечо. – Да тут всё увешано твоими фотографиями! Снимок, конечно, могли бы и получше выбрать. Но что есть, то есть… главное, чтобы помогло найти.

– Сейчас не время для шуток! – прошипела я, прячась за фургон. Я чувствовала, как мои щёки заливает краска. – Ясин прав. Сначала надо достать кольцо.

– Так-то! – довольно ухмыльнулся Ясин.

Идрис закатил глаза.

– Но я не могу туда пойти, – тихо сказала я. – Служба безопасности торгового центра меня сразу же узнает.

– А что такое эта ваша «служба безопасности»? – спросил Ясин.

– Стражники.

– Что ж ты сразу не сказала? Знаю один способ, как обвести стражников в два счёта… – Ясин перевёл взгляд на сувенирный магазин через дорогу. – Тебе нужна маскировка.

– Да нет же… погоди, а ведь точно. Это отличная идея.

– Тогда чего мы ждём? У нас времени в обрез. – Ясин вскочил и побежал прямиком к магазину. – Чем быстрее мы найдём подходящую маскировку, тем быстрее получим кольцо и продолжим искать портал.

– Есть одна небольшая загвоздка, – сказала я, преграждая ему путь у двери магазина. – Ты не можешь просто так унести вещи. Тебе нужно сначала за них заплатить.

Я указала на мигающую камеру наблюдения над входом в магазин.

– Иначе подумают, что воровка я.

Мне совсем не хочется очередных неприятностей.

– Интересно, – сказал Идрис, глядя на камеру, – куда они глаза прячут?

– Я в курсе, что такое деньги, – вздохнул Ясин тяжело и протяжно. – Не думал, что дойдёт до этого, но, похоже, придётся…

Ясин как будто готовился к чему-то, но к чему?

– Как думаешь, они заметят, если я ненадолго позаимствую этот металлический регистратор душ, чтобы изучить, как он рабо… – Идрис подпрыгнул, пытаясь дотянуться до камеры видеонаблюдения.

– Это не регистратор душ, это ка…

Жуткий треск, словно хруст ломающихся веток деревьев, отвлёк меня. Увидев, что происходит с Ясином, Идрис пронзительно взвизгнул и повалился на землю:

– Мог бы хоть предупредить! – жалобно заныл он, закрывая лицо руками.

– Что тут вообще происходит?

Руки и ноги Ясина начали ломаться с ужасающим хрустом, принимая совершенно неестественные формы. Я тут же закрыла глаза руками, хотя всё равно подглядывала. Его тело начало извиваться и выгибаться в немыслимых позах. Тень вытянулась до двух метров.

Я в изумлении раскрыла рот, когда он повернулся ко мне. Ярко-зелёные глаза горели, словно два прожектора в ночи.

– Готова? – Его голос звучал низко, как у взрослого мужчины. Вокруг тела мерцала тёмно-фиолетовая аура. – Тогда вперёд! – Он открыл дверь магазина и радостно поздоровался с продавцом. – Приветствую вас, человеческий работник магазина!

Да чтоб меня…

Ясин умеет превращаться.