– Мисс Эйр, что с вами?! Вы белее мела! А еще вы вот-вот оторвете мне руку!

Голос Лилу привел Уинни в себя. Она ослабила хватку и сделала глубокий вдох, осознав, что последние несколько минут не дышала вовсе. Слава богу, ее состояние никто не заметил и продлилось оно считаные секунды.

– Месье Тамифье, вам не кажется знакомой эта женщина? – зашипела она на ухо воспитаннику, наклонившись как можно ниже.

Лилу смотрел на нее с опаской и даже сделал движение, похожее на побег. И тут Уинни поняла одну ужасную вещь.

Почти никто из присутствующих, за исключением самого графа, Бомфорда и отсутствующего Верджила Дэвиса, не знал, как выглядела покойная леди Флетчер. Уинни почувствовала, как волосы у нее на затылке поднимаются от ужаса. Ведь леди Флетчер покоится в могиле на старом кладбище Пемберли. Тогда что за женщина сейчас стоит рядом с королем, облаченная в кроваво-алое платье?

Уинни вытянулась, чтобы посмотреть, что происходит у крыльца. Леди Элфорд невозмутимо протягивала руку для поцелуя лорду Флетчеру, а тот склонялся все ниже, чтобы коснуться губами ее пальцев. Его лица видно не было, только ветерок трепал выбившиеся из-под ленты пряди волос. Однако все тело графа – его неестественно прямую спину, руку, согнутую в локте и заложенную назад, неподвижную шею – как будто сковало зимней стужей. Он стоял ближе всех к леди Элфорд и, конечно же, не мог не видеть ее сходства с покойной леди Флетчер.

Сама же виновница переполоха вдруг резко вырвала пальцы из его руки и рассмеялась низким грудным смехом.

– Вы выглядите так, словно увидели привидение, лорд Флетчер! Обычно я по-другому влияю на мужчин!

Уинни впилась глазами в леди Элфорд, разглядывая мельчайшие детали и думая о том, как трудно оценивать внешность реального человека по портрету и надгробной статуе. Да и расшалившиеся в последнее время нервы не стоило списывать со счетов. На земле так или иначе кто-то на кого-то похож, причем без всяких на то причин. Возможно, леди Элфорд была дальней родственницей покойной жены графа. И чем дольше Уинни вглядывалась в незнакомку, тем сильнее убеждала себя, что находит все больше и больше отличий: волосы леди Элфорд были гораздо светлее, приятного каштанового оттенка, тогда как портрет леди Флетчер являл жгучую брюнетку, она казалась более округлой в плечах, кожа была светлее… Но Уинни не терпелось взглянуть на реакцию лорда Флетчера. Она боялась подумать, что тот испытывает в эти минуты.

– Леди Элфорд… – тихо и почтительно произнес лорд Флетчер, наконец выпрямляясь.

Лицо его было белым и неподвижным, а глаза – намертво приклеены к новой фаворитке короля.

– Много наслышан о вас и рад нашему знакомству. Вы…

– Я, между прочим, троюродная кузина вашей покойной жены, лорд Флетчер. Ужасная трагедия. – Леди Элфорд тряхнула головой и рассеянно сняла с локона легкий сухой листок. – В девичестве я носила фамилию Стортон. Вероятно, вы слышали обо мне.

– Разумеется.

Лорд Флетчер коротко кивнул с нечитаемым теперь выражением лица. Неизменная аристократическая невозмутимость, должно быть, спасала его в любой ситуации.

За плечом лорда Флетчера маячил белый, как скатерти, чистоту которых он самолично проверял по третьему разу не далее как вчера, Бомфорд. Весь его внешний вид свидетельствовал о том, что если он и взволнован, то ударится в истерику не ранее, чем последний гость в поместье будет накормлен, напоен и уложен спать.

– Ну, признавайтесь, лорд Флетчер, как вы собираетесь развлекать нас? – снова перехватил инициативу в разговоре король.

По всему было видно, что он не любит оставаться в тени. А еще он был настроен хорошо провести время.

– У вас великолепные охотничьи угодья! Мы с леди Элфорд большие любители охоты.

Леди Элфорд молчала. Она смотрела на графа Флетчера с ничего не значащей вежливой улыбкой и не собиралась помогать ему в той неловкости, с которой началось их знакомство.

– Все готово к охоте, ваше величество, – все так же почтительно ответил лорд Флетчер.

Краска постепенно возвращалась на его лицо. Теплый вечер, празднично одетые люди, огонь множества факелов – все это возвращало к жизни и отгоняло мертвые тени.

– Мои охотничьи угодья – в вашем распоряжении, а мой егерь Дэвис – лучший в своем деле.

Уинни не могла не заметить, как с этими словами лорд Флетчер кинул быстрый внимательный взгляд на леди Элфорд, будто хотел увидеть ее реакцию на упоминание Верджила Дэвиса, но та хранила мраморную неподвижность и невозмутимость.

– После охоты мы устроим бал в честь вашего приезда и приезда леди Элфорд, а сегодня вас ждет простой ужин при свечах, чтобы вы могли отдохнуть с дороги, – закончил лорд Флетчер и сделал жест в сторону входа, приглашая войти в поместье.

Король величественно кивнул, переложил трость в левую руку, а правую протянул леди Элфорд. Та приняла руку, грациозно подобрала подол длинной юбки и двинулась вверх по ступеням. Лорд Флетчер последовал за ними, процессию замкнул Бомфорд, и только потом вереницей потянулись остальные гости.

Стоило королю скрыться в поместье, как все тут же пришло в движение: захлопали двери экипажей, придворные, переговариваясь, поторопились занять свои комнаты, слуги потащили сундуки с одеждой и прочим добром.

– Мне нужно поговорить с Грейсоном! – шепотом воскликнула Уинни, снова сжимая руку Лилу.

– С кем? – удивленно отозвался тот, словно не знал имени своего обожаемого патрона.

Впрочем, понятно ведь, что никто в поместье так к лорду Флетчеру не обращался. Никто, кроме Уинни.

– С лордом Флетчером, – пояснила Уинни и скомандовала: – В свою комнату! Живо! Даже не думайте сейчас затевать какие бы то ни было проказы!

– Ладно, – обиженно смирился Лилу и двинулся следом за всеми в здание.

Уинни бросилась к боковой двери, твердо намереваясь поговорить с графом о том, что только что произошло. Ей пришлось как следует поработать локтями в образовавшейся толкучке из новоприбывших слуг. Она срезала путь через кухню и комнату для багажа и выскользнула на парадную лестницу в тот момент, когда рука лорда Флетчера легла на перила.

– Милорд! – выпалила Уинни, больше не решаясь называть его по имени.

За последние пару суток между ними пролегла настоящая пропасть, но это сейчас не имело значения.

Лорд Флетчер остановился, но голову к Уинни повернул не сразу. Он будто решал, стоит ли тратить время на разговор с ней.

– Милорд, эта женщина… леди Элфорд… – начала было Уинни, но лорд Флетчер остановил ее коротким движением руки.

– Леди Элфорд сопровождает его величество, – спокойно ответил он и, стоило Уинни снова открыть рот, сделал еще одно предупреждающее движение.

Девушка ухватилась за перила лестницы совсем рядом с рукой графа.

– Милорд!

Бомфорд с верхней ступени парадной лестницы делал лорду Флетчеру отчаянные знаки. Граф посмотрел на руку Уинни рядом со своей и едва заметно качнул головой.

– Вам лучше взять себя в руки. И проследите, чтобы Лилу за ужином не ковырял в зубах вилкой, – бесцветно обронил он и, более не задерживаясь, поспешил вверх по лестнице.

Уинни бросилась было за ним, но злобный взгляд Бомфорда, сверлящий ее сверху вниз, остановил ее на полпути. Эльфийке ничего не оставалось, как покинуть место сражения без результата.

Однако она твердо решила с этой поры не выпускать таинственную леди Элфорд из виду.

* * *

– Ничего не бойтесь, – сказала Уинни, старательно разглаживая шейный платок на Лилу.

Бесенок как раз был не из пугливых, и ситуация, в которой они оказались, его совсем не волновала, а, скорее, здорово раздражала. Однако послание, переданное графом Флетчером, весьма ясно предписывало Лилу присутствовать на торжественном ужине в честь короля, а Уинни – сопровождать своего воспитанника. К ее великому удивлению, ей даже было выделено место рядом с ним. Последнее было редкостью, ведь формально Уинни относилась к слугам, а не к членам семьи, и большее, что ей могло перепасть в этой ситуации, – это нахождение близ стола, но никак не за ним.

– А я ничего и не боюсь, – буркнул бес. – Просто не хочу, чтобы меня показывали, как облезьяну.

– Обезьяну, – машинально поправила его Уинни и постаралась вложить в свой голос всю твердость, на какую она сейчас была способна. – Уверена, никто не хочет показывать вас. Просто вы член семьи лорда Флетчера и ему нужна ваша поддержка за столом.

На самом деле Уинни ни в чем не была уверена, но правильные слова сейчас могли сделать настоящее чудо и вселить в душу Лилу спокойствие и уверенность, которые так необходимы, чтобы пройти испытание светским обществом.

Ее слова и правда возымели нужный эффект, судя по тому, как Лилу задумчиво засопел, а затем уточнил:

– Вы же будете рядом?

– Конечно, – поспешила она заверить его. – Только помните: не чесать голову вилкой, не сморкаться в скатерть и не рыгать. Вилки с ножами берем от края к середине. Самая маленькая вилочка – коктейльная, а не для ковыряния в зубах. И что еще?

– И не чесать рога, – послушно пробормотал Лилу и тут же почесал правый рог, видимо, впрок. – Вам идет платье, которое подарил лорд Флетчер. Но почему вы не надели то, другое? Оно гораздо красивее.

Уинни кинула быстрый взгляд в большое зеркало и осталась довольна своим отражением. Роскошное жемчужное платье, подаренное лордом Флетчером, осталось висеть в шкафу. С тех пор, как она его получила, многое в отношениях между ними с графом поменялось. Для гувернантки одеваться лучше высокопоставленных гостей недопустимо, а вот зеленое платье как нельзя лучше подходило к роли незаметной тени. Оно было достаточно скромным, но скроено было просто отлично.

– Пойдемте скорее. – Вместо ответа она подтолкнула Лилу к открытой двери в столовую, откуда доносились приглушенный говор гостей и шорохи парчи и шелка. – Недопустимо появляться за столом позже его величества.

* * *

Они незаметно проскользнули в боковую дверь и заняли свои места в соответствии с маленькими карточками, стоящими прямо на тарелках. Лилу, всегда отличавшийся хорошим аппетитом, принялся озираться в поисках еды, и Уинни пожалела, что не позаботилась о перекусе, – по правилам этикета, первым блюдо пробует король, а уже потом обносят всех гостей.

А гостей было много – чтобы поприветствовать монарха, со всей округи были приглашены представители самых знатных дворянских фамилий, и это помимо прибывших с королем придворных. Все вокруг переливалось и мерцало лучшими бриллиантами, золотой вышивкой и дорогими тканями. Естественно, ни одного знакомого Уинни лица среди присутствующих не было.

Девушка украдкой огляделась. По правую руку от нее сидел Лилу, а по левую ее соседом был чопорный джентльмен, чей цвет лица прекрасно гармонировал с бархатным фиолетовым сюртуком. Редкие волосы, приклеенные к черепу неопрятными прядями, были больше похожи на перья. Все это делало джентльмена похожим на надменного грифона. Уинни, чуть отклонившись к спинке стула, глянула на помеху справа от Лилу, оценивая степень угрозы и возможных замечаний по этикету. Там устроилась сухонькая старушка в кокетливом седом парике и с таким количеством бриллиантов на шее, что, казалось, она еле держится, чтобы не согнуться под их тяжестью в три погибели. Уинни удовлетворилась осмотром и кинула взгляд на Лилу, чтобы убедиться, что тот еще на месте и не успел пристроить локти на стол.

Мысли Уинни прервал звук отодвигаемых стульев, а следом наступила тишина. Присутствующие стоя приветствовали своего суверена. Король переменил к ужину платье, и, хотя теперь вместо золота его сюртук был расшит серебром, слепил он не меньше. Светлые водянистые глаза короля при виде роскошно накрытого стола загорелись энтузиазмом, маленькие пухлые ручки потирали одна другую. Следом за королем шествовала леди Элфорд, замыкал процессию лорд Флетчер в неизменно черном сюртуке. Они заняли свои места за огромным столом, поставленным буквой «П», и только после этого король сделал жест рукой, позволяющий всем занять свои места.

По столовой бодро заскользили незнакомые Уинни лакеи, специально нанятые в столице ради такого случая. Они обносили гостей закусками и супом, начиная с той части стола, где сидел король, и продвигаясь к дальним концам. Учитывая местоположение Лилу и Уинни, получалось, что еда до них дойдет еще не скоро.

– Господи, только бы не устрицы! – горестно пробормотал Лилу себе в тарелку, пока Уинни помогала ему расправить белоснежную накрахмаленную салфетку на коленях. – Стошнит же, как пить дать стошнит!

– Что вы сказали, молодой человек? – подала голос старушка в бриллиантах справа от Лилу.

Помимо великолепных камней, она также оказалась вооружена перламутровым рожком, которым пользовалась как слуховым аппаратом. Она настроила свой локатор в сторону Лилу и приготовилась слушать. Лилу, чьи глаза загорелись при виде такой замечательной игрушки, с готовностью открыл рот, чтобы как следует гаркнуть туда, но Уинни споро отодвинула его от гостьи и, вежливо улыбнувшись, пояснила:

– Он молится. Не может позволить себе вкушать пищу без благодарности Господу Богу нашему за дарованное нам.

Старушка кивнула и уставилась непонимающим взором в свою пустую тарелку. Поняла она эльфийку или нет, было загадкой. Уинни перевела дух и скорчила Лилу страшную мину. Тот в ответ только закатил глаза.

– Суп из морских гадов с пряными травами, – оповестил лакей за спиной у Уинни.

– С супом я справлюсь.

Лилу засопел под строгим взглядом Уинни и взял суповую ложку.

Девушка перевела дух и воспользовалась паузой, чтобы украдкой взглянуть на леди Элфорд, с невозмутимым видом сидящую по правую руку от короля. Та тоже сменила наряд к ужину и теперь была облачена в бархатное бордовое платье с черной кружевной оторочкой. Бриллиантовое колье у нее на шее переливалось в мягком свете свечей. Тонкими белыми пальцами леди Элфорд держала ножку перепелки и с удовольствием обгладывала ее, умудряясь даже за таким неопрятным занятием выглядеть элегантно и не терять привлекательности. Почувствовав, что на нее смотрят, леди Элфорд подняла на Уинни взгляд и без видимого стеснения уставилась на нее своими темными глазами. Девушка поспешила уткнуться в свою тарелку, пытаясь унять сердцебиение.

– Что это? – отвлек ее от неприятного инцидента громкий, полный отчаяния шепот.

Уинни посмотрела на Лилу. Он уже расправился с супом и теперь следил взглядом за лакеем, обносящим гостей новым блюдом.

– Это эскарго, – объяснила Уинни.

– Улитки?! – шепотом завопил Лилу.

– Вы же француз, – не удержалась от шпильки Уинни, но Лилу явно был расстроен, и она поспешила утешить его: – Это вкусно!

– Я не знаю, как это есть! – все таким же громким шепотом ответил Лилу, наблюдая, как лакей ставит перед ним небольшое блюдо, от которого шел густой запах чеснока, трав и масла, а следом кладет по обе стороны от тарелки приборы устрашающего вида.

– Нужно взять этими щипцами улитку и выковырять содержимое этой тонкой длинной вилкой, – принялась объяснять Уинни растерянному Лилу.

Старушка справа от него вдруг обнаружила прекрасный слух и солидарность.

– Никогда не знала, как есть этих слизняков, – доверительно поведала она, склоняясь к Лилу, чем заслужила от бесенка благодарный взгляд.

– Можно мне просто съесть яблоко? – жалобно спросил Уинни Лилу, заметив на краю стола огромное серебряное блюдо с фруктами.

На его лице разлилось облегчение от простоты, с которой можно надкусить знакомый плод. Не успела Уинни ответить, как бес привстал и потянулся за самым верхним яблоком, венчающим пирамиду из таких же крепких красно-желтых глянцевых плодов. Однако следующие несколько секунд показали, что этот вечер приготовил для Лилу еще более суровые испытания.

Конструкция из яблок была шаткой, а движения Лилу – слишком порывистыми. Он быстро цапнул верхнее яблоко и собрался было вернуться на свое место, как гора из фруктов пришла в движение и начала осыпаться. Сначала одно, а затем и другое яблоко скатилось с блюда, прокатилось по столу и, достигнув его края, упало на пол, чтобы продолжить свое движение уже по натертому до зеркального блеска паркету. Лилу, чьи мысли, как обычно, опережали его действия, бросился спасать положение. Он ловко нырнул под стол и, прежде чем Уинни успела ухватить его за полы сюртука или за ноги, оказался по ту сторону, чтобы догнать и перехватить беглые фрукты. Но за первыми плодами последовали и другие, и вот уже яблоки, груши и персики веселыми мячиками заскакали по скатерти в разные стороны и с гулким стуком устремились вниз. Часть из них падала на пол, часть – прямо на голову Лилу, а одно спелое яблоко по случайности даже нанизалось на его острый маленький рог, словно на вертел. Все разговоры в столовой стихли. Гости, а за ними и лакеи, как по команде обратили свои взоры на то, как ползающий в центре зала Лилу пытается собрать яблоки в кучу.

Наконец поняв, что что-то не так, бес поднял голову, а затем и сам поднялся во весь рост, удерживая в руках несколько непослушных яблок. Царила полная, абсолютная тишина, нарушаемая только веселым щебетом птиц за окном.

– Какой милый малыш, – прозвучал в этой напряженной тишине мелодичный голос леди Элфорд.

Несмотря на то, что тон ее был доброжелательным и даже ласковым, Уинни сковал ужас. Она дернулась было к Лилу, но стол помешал ей, да и сидящие по обе стороны от нее гости делали маневр почти невозможным.

Леди Элфорд тем временем продолжала:

– Как тебя зовут? Откуда ты взялся?

Лилу ничуть не смутился, только попытался рассовать пойманные яблоки по карманам. Уинни перевела взгляд с лица леди Элфорд на лорда Флетчера, но, к ее великому облегчению, не нашла на нем следов раздражения или недовольства. Скорее, оно было озадаченным. Лилу тоже взглянул на графа, ожидая поддержки, и, заручившись коротким ободряющим кивком, откашлялся и ответил:

– Меня зовут Лилу Тамифье. Я живу в поместье с позволения моего патрона лорда Флетчера.

С этими словами он слегка поклонился и даже вежливо шаркнул по паркету ногой. Уинни перевела дух и почувствовала прилив гордости за малыша.

– Не знала, что вы любите детей, милорд, – обратилась к лорду Флетчеру леди Элфорд, перегнувшись через стол.

Уинни на мгновение показалось, что на ее лице промелькнула тень, но губы леди Элфорд все так же растягивала вежливая улыбка.

– Это неудивительно, моя дорогая, учитывая, что вы с лордом Флетчером встретились лишь пару часов назад, – благодушно прогудел король, расправившись с куском сочной баранины и возвращая себе всеобщее внимание.

Губы леди Элфорд дрогнули при этих словах, но она ничего не ответила, отдав инициативу своему венценосному спутнику, который сосредоточил все свое внимание на Лилу.

– Итак, молодой человек, чем вы заняты тут, в поместье?

С этими словами король махнул бараньей костью так, что брызги от соуса окропили всех присутствующих в радиусе нескольких метров. Лилу ухмыльнулся, но под строгим взглядом лорда Флетчера сдержался, лишь коротко дернул хвостом, что являлось у него показателем высшей степени возбуждения.

– Я учусь, ваше величество, – смиренно ответил Лилу и бросил быстрый взгляд на Уинни.

– И чему же вы учитесь? – подбодрил его король, наконец бросая кость в тарелку и вытирая пальцы, унизанные перстнями, белоснежной льняной салфеткой.

– Учу английский язык, математику, естественные науки, философию, латынь и рисование, – прилежно перечислил Лилу.

– Это похвально. – Король снисходительно улыбнулся. – Кто учит вас всему этому?

– Моя учительница, мисс Эйр.

Лилу расплылся в улыбке и с готовностью повернулся в сторону Уинни. Все присутствующие как по команде повернули головы в том направлении, что и Лилу, и Уинни почувствовала, как краска заливает ее лицо. Король брезгливо подобрал испачканную в соусе губу.

– Вас обучает… женщина?.. Лорд Флетчер, разве не разумнее было бы, чтобы образованием вашего воспитанника занялся кто-то более… подходящий?

– Боюсь, я не вполне понимаю, что вы подразумеваете под более подходящей кандидатурой, ваше величество, – спокойно ответил лорд Флетчер.

– Я подразумеваю, что воспитанием достойных джентльменов пристало заниматься гувернерам мужского пола, – припечатал король и присовокупил на тот случай, если у кого-то еще остались сомнения: – Бог знает, каким глупостям может научить мальчика женщина.

На этот раз лорд Флетчер не успел открыть рот – возмущенный Лилу ринулся в бой.

– Ваше величество, – почтенно, но твердо начал он, – мисс Эйр – достойнейшая из учителей. Мне не нужен никто более «подходящий».

– Мужской ум превосходит женский, – слегка раздраженно заметил король. – Это так же неоспоримо, как и то, что Солнце вращается вокруг Земли.

Лилу на мгновение замер с открытым ртом, а затем тихо сказал:

– Земля вращается вокруг Солнца.

Король нахмурился и уставился на Лилу.

– Что?

– Земля вращается вокруг Солнца. А вокруг Земли вращается Луна, Ваше величество, – упрямо произнес Лилу, насупился и посмотрел на короля исподлобья.

– Кто сказал вам такую чушь?

Тонкие светлые брови сошлись к переносице на венценосном лице, но сквозь хмурое выражение лица все же проступало некое подобие сомнения. Однако признавать свое поражение король не собирался. Вместо этого он ткнул пухлым пальцем в сторону Уинни.

– Вот! Вот наглядный пример того, чему могут научить женщины!

Уинни почувствовала, как кровь приливает к ушам. Сердце клокотало где-то в горле, грозя вот-вот вырваться гневной тирадой по поводу того, что она лично думает по поводу различия мужского и женского интеллектов. Но вместе с тем она понимала, что ее речь лишь навредит Лилу, лорду Флетчеру и всем, кто работает в поместье. Она не могла не знать, что король не простит неповиновения.

Она перевела беспомощный взгляд на лорда Флетчера. Тот решительно встал со своего места. Скулы его словно заострились, руки сжались в кулаки так, будто он собирался прямо сейчас вступить с сюзереном в рукопашную. Хотя при таком раскладе у его величества не было никаких шансов.

– Эльфийский торт!

Двери в столовую с грохотом распахнулись, и на пороге застыл взволнованный, раскрасневшийся Бомфорд. За ним в проходе маячили четверо лакеев, сгибающихся под весом огромного подноса, на котором высился шедевр кондитерского искусства – воздушный, нежнейший десерт, рецепт которого хранился в эльфийском сообществе годами. Для воссоздания торта требовались ни много ни мало настоящие райские яблочки, а достать их было практически невозможно. Оставалось загадкой, как тетушке Сесиль удалось воспроизвести этот шедевр в Ланкастер-Хаусе, но объявление торта вызвало настоящий прилив воодушевления в толпе собравшихся гостей. Восхищенный вздох пронесся по столам, зазвенели приборы, все пришло в движение. Его величество король еще несколько секунд смотрел на Лилу, а затем махнул пухлой ручкой в кружевной манжете, признавая, что сейчас ему гораздо важнее отведать изысканный десерт, нежели задать взбучку взбунтовавшимся подданным. Лорд Флетчер коротко кивнул Лилу, и тот, быстро проделав обратный путь под столом, занял свое место.

– Уходим! – шепнула Уинни, но Лилу метнул на нее удивленный взгляд и тут же вооружился вилкой и ножом.

– Ни за что не уйду, пока не попробую торт! – заявил он, и Уинни поняла, что спорить бесполезно.

Она опустилась на свое место, но тревога не отпускала.

Наконец девушка поняла ее источник. Леди Элфорд даже не притронулась к торту. Вместо этого она смотрела на Лилу, увлеченного десертом. Взгляд ее был тяжелым и холодным, как зимний ручей.

* * *

Утро следующего дня порадовало гостей Ланкастер-Хауса поистине великолепной погодой. Голубое небо было глубоким, легкий ветерок трепал кроны деревьев в лесу, и все вокруг было наполнено атмосферой праздника.

Если праздником можно назвать убийство невинных животных.

Уинни с удовольствием отказалась бы от участия в охоте. Она почти не спала прошлой ночью, и ей снова пришлось прибегнуть к волшебным каплям. Теперь голова у нее была тяжелая, а мысли путались. Кроме того, она совершенно не переносила жестокость предстоящей забавы. Однако ее вкусы категорически не совпадали с королевскими. Охота была неотъемлемой частью развлечения высокопоставленных особ, а Ланкастер-Хаус окружал густой лес, в котором водилось много дичи.

Строго говоря, никаких распоряжений о том, что Лилу, а соответственно, и его гувернантка должны присутствовать на охоте, Уинни не передавали. Однако с приездом короля и его странной фаворитки девушка просто не находила себе места. Ее все сильнее сжигало беспокойство за лорда Флетчера. Голова пухла от размышлений о том, чем ему грозит визит женщины, как две капли воды похожей на бывшую леди Флетчер. Так что, поразмыслив как следует, она решила, что самым верным будет не спускать глаз с подозрительной особы. И хотя Уинни лично на охоту никто не приглашал, она справедливо рассудила, что в общей суматохе на нее никто не обратит внимания.

Поразмыслив еще, она решила, что дамское седло только добавит ей проблем, и, порывшись в шкафу, достала мужские вещи. Вспоминая, как она несколько месяцев кряду строила из себя гувернера, Уинни быстро облачилась в бриджи и сапоги для верховой езды и провела по сильно отросшим волосам рукой. Заморачиваться с прической было некогда, так что Уинни, недолго думая, вытянула из-под подушки черную атласную ленту графа Флетчера и завязала ею волосы в тугой хвост.

Выскользнув из комнаты, эльфийка почти тут же наткнулась на слоняющегося возле ее двери Лилу, про которого совершенно забыла за всеми этими размышлениями. Бесенок подозрительно нахмурился, окидывая взглядом ее наряд.

– Вы куда это? И почему это вы опять разрядились в мистера Джеймса Эйра?

Уинни замерла и тяжело вздохнула. Охочий до проказ бес теперь не выпустит ее из своих цепких лап.

– Я решила присоединиться к охоте, – ответила она обтекаемо, думая, как отцепить от себя Лилу.

Предстоящая затея и все нарастающее чувство тревоги совершенно не располагали к тому, чтобы брать с собой ребенка. Даже если этот ребенок – бес и настоящее исчадие ада. Лилу, совершенно не впечатленный таким размытым ответом, молча упер руки в бока и застыл, всем своим видом показывая, что пока ему не скажут правду, он с места не сдвинется. Уинни вздохнула еще тяжелее и решила говорить откровенно.

– Месье Тамифье, я пока не знаю, как вам это объяснить, но мне очень не нравится леди Элфорд. А еще мне кажется, что лорду Флетчеру грозит опасность. Так что я… понаблюдаю пока.

Закончить ей не дал вопль Лилу.

– Я знал, что здесь что-то нечисто! – воскликнул он, потрясая руками.

Уинни огляделась и торопливо прижала палец к губам, призывая Лилу к тишине. Тот согласно закивал, но шепот, на который он перешел, был таким громким, что Уинни забеспокоилась еще больше.

– Она скользкая штучка, эта леди Элфорд! По глазам видно!

– Не называй леди скользкой штучкой.

Объяснение Уинни только подлило масла в огонь.

– Я с вами! – безапелляционно заявил Лилу.

Уинни замахала на него руками:

– Ни в коем случае! Вы плохо сидите в седле, и с вами мы будем привлекать слишком много внимания!

– Это вы привлечете внимание, если появитесь на охоте без своего воспитанника, – тут же нашелся Лилу. – А если мы будем вдвоем, всегда можно будет сослаться на путаницу и сказать, что нам было велено присоединиться к охоте.

Уинни внимательно всмотрелась в хитрую физиономию Лилу и поняла, что так просто от лукавого беса ей не отвязаться.

– Ладно, – после недолгих раздумий признала она свое поражение. – Только обещайте мне быть очень осторожным.

Восторженный вопль был ей ответом, и через секунду эльфийка могла лицезреть только стремительно удаляющийся по коридору хвост с пушистой кисточкой.

– Не забудьте шлем для верховой езды! – крикнула вдогонку Уинни и поспешила следом.

* * *

Во внутреннем дворе их сразу оглушил шум толпы. Вокруг творилась форменная неразбериха. Воспользовавшись суетой, Уинни и Лилу незаметно проскользнули в конюшню, чтобы самолично оседлать Яблочко и Красавицу, потому что найти в такой неразберихе Мота не представлялось возможным. Уинни потуже затянула подпругу на Яблочке, взяла под уздцы Красавицу и вывела ее из стойла. На них никто не обращал внимания. Повсюду сновали слуги, разнося на подносах традиционные для охоты виски и имбирный эль, чтобы гости взбодрились. Лакеи сбились с ног, проводя последние приготовления перед охотой. Уинни не спешила забираться в седло, прячась за Красавицей до поры до времени. Что до Лилу, то его маленький рост и небольшие размеры Яблочка надежно скрывали его среди толпы.

Уинни поискала глазами лорда Флетчера. Тот, одетый в черный охотничий редингот, невозмутимо сидел на своем верном Угольке по правую руку от короля, облаченного по такому случаю в алый сюртук с ярко сияющими золотыми пуговицами. Белые лосины обтягивали его мясистые ляжки и выставляли напоказ то, что Уинни предпочла бы никогда не видеть.

Она торопливо перевела глаза на леди Элфорд и залюбовалась. Молодая женщина, как и вчера, была облачена в алое. Ее редингот плотно облегал фигуру, юбка элегантно струилась, подчеркивая горделивую посадку, волосы были убраны под шляпку. Выражение ее лица было сложно различить из-за легкой кружевной вуали. Уинни вдруг заметила, что леди Элфорд, в отличие от многих гостей, восседает не на английской чистокровной, а на более тяжеловесном и спокойном по нраву гунтере. Но даже эта лошадь вела себя обеспокоенно. Она прядала ушами, то и дело всхрапывала, вскидывая голову, и леди Элфорд постоянно приходилось натягивать удила, чтобы удержать скакуна на месте.

– Чего все ждут?

Лилу нетерпеливо поерзал в седле. Уинни поправила на нем высокие сапоги для верховой езды и проверила ремешок на шлеме. Последовало еще более беспокойное ерзанье.

– Сигнала к охоте. Его должен дать Дэвис, – пояснила Уинни и вздрогнула от резкого звука рожка, прорезавшего воздух.

Всадники спешно вскочили в свои седла. Кое-кто перебрасывался грубыми шуточками. Уинни и Лилу никто не замечал. Эльфийка быстро взобралась в седло и кивнула бесенку.

– Ваша задача – удержаться в седле, месье, – сказала она, трогая каблуком бок Красавицы. – Главное – не лезьте в гущу кавалькады, особенно когда олень выскочит на открытое место и все ринутся в погоню. Держитесь в стороне.

Лилу важно кивнул и причмокнул, пуская Яблочко. Уинни последовала за ним.

* * *

Они двигались в хвосте кавалькады, так что и лорд Флетчер, и, что самое главное, леди Элфорд исчезли из вида Уинни. Поэтому эльфийка, сделав знак Лилу не отставать, стала забирать влево, чтобы обогнуть кавалькаду всадников и приблизиться к тем, кто ее возглавляет. Затея была тем рискованнее, что кавалькада двигалась строго по этикету и сразу после короля, леди Элфорд и лорда Флетчера следовали представители самых знатных аристократических фамилий. Тут были и приехавшие с королем гости, и знатные соседи Ланкастер-Хауса.

Уинни заметила даже вчерашнюю соседку по столу. Несмотря на то, что старушке по возрасту более подходило сидеть в кресле-качалке у камина и портить кровь своим внукам и правнукам, бабуля в бриллиантах и кружевах гордо восседала на коне. Она приветливо кивнула Лилу и сделала страшные глаза Уинни, предупреждая, что обгонять нельзя ни в коем случае.

Уинни уже собиралась нарушить все мыслимые и немыслимые правила, но, на ее счастье, кавалькада остановилась на опушке леса в ожидании, когда свора собак выгонит дичь на открытое пространство. Девушка замерла на своей Красавице, напряженно вслушиваясь в нарастающий шум собачьей перепалки. Лилу восседал на Яблочке, сжимая в руках поводья.

Некоторое время все было тихо. Было слышно даже, как деликатно всхрапывают лошади, позвякивает сбруя и ветер треплет кроны деревьев. Наконец тишину беспечного летнего дня прорезал рев охотничьего рожка, и все пришло в движение. Всадники снялись с места, стремясь вырваться вперед. Теперь все старались занять место поближе к королю. Уинни что есть сил сжала бока Красавицы, пуская ее галопом, и пригнулась к луке.

Волосы ее растрепались, на глазах выступили слезы от ветра. В общей суматохе Уинни стремилась подобраться поближе к леди Элфорд, чье красное платье хорошо выделялось среди прочих нарядов. Дерзкая красавица вовсе не собиралась сдавать позиции и уступать трофей мужчинам; оставалось гадать, не собирается ли она обставить в охоте самого короля.

В какой-то момент в ее руке что-то отчетливо блеснуло. Уинни откинула разметавшиеся волосы движением головы и похолодела, поняв, что леди Элфорд держит небольшой пистолет с длинным стволом. Оружие совершенно не подходило для охоты, но леди это мало заботило. Она вытянула руку и прищурила один глаз. Впереди мелькнули раскидистые рога огромного оленя, такие не стыдно повесить на стену в королевском дворце. Но Уинни видела только спину лорда Флетчера, который, не замечая маневра леди Элфорд, обошел ее на полкорпуса и встал на линии выстрела. Эльфийка закричала, но ее крик потонул в шуме погони. Выстрел мог раздаться в любую секунду, и его бы вряд ли кто-то услышал – все были охвачены азартом охоты. Уинни с ужасом поняла, что она не успеет ни догнать всадников во главе кавалькады, ни предотвратить трагедию, ни вообще что-либо предпринять. И все же она что есть мочи вонзила каблуки в бока Красавицы, позабыв обо всем на свете, даже о Лилу, который, непонятно как держась в седле, скакал где-то в гуще других всадников.

Внезапно земля под копытами Красавицы вздрогнула, а уши Уинни заложило от страшного грохота. Кобыла громко заржала и встала на дыбы, едва не опрокинув девушку на землю. Лесную опушку, всадников и лес, надвигающийся на них, сотрясло непонятным землетрясением. Налетевший порыв ветра сорвал шляпы, заставил лошадей испуганно хрипеть и рвать удила. Уинни прикрыла глаза ладонью от пыли и сухой листвы, которую швырнуло ей в лицо. Все вокруг ревело и бесновалось, и понять, что же произошло, не было никакой возможности.

Наконец все закончилось, и всадники, с трудом успокоив своих лошадей, стали обеспокоенно оглядываться вокруг.

– Будь здоров, дружок, – раздалось рядом с Уинни.

Она обернулась и увидела давнишнюю старушку, ласково улыбающуюся ей. Она собиралась было сказать, что с ее здоровьем все в порядке, но поняла, что пожилая леди обращается не к ней, а к кому-то за ее спиной.

– Когда чихаешь, нужно прикрывать рот и нос рукавом. Таковы правила хорошего тона.

Уинни увидела Лилу и пришла в ужас. Нос у бесенка распух и превратился в лиловую сливу, глаза слезились. Он отчаянно шмыгал носом, стараясь предотвратить надвигающуюся катастрофу, но ничего не получалось. Очередной чих уже надвигался.

– Что случилось?.. – только и успела спросить Уинни, но уже в следующую секунду пригнулась к шее Красавицы и закрыла уши руками – всю округу сотряс новый раскат грома.

Чих беса оказался таким громким, что стая птиц испуганно снялась с ближайшего раскидистого дуба и упорхнула, возможно, досрочно решив отправиться в теплые края.

– Что-то подсказывает, что рукав мне не поможет, – простонал Лилу, утирая набежавшие слезы.

– Ты что… ел желтое? – догадалась Уинни. – Когда ты успел?

– Райские яблочки, – послышался за спиной чуть насмешливый женский голос.

Уинни обернулась и увидела леди Элфорд, невозмутимо восседающую на своем гунтере в нескольких ярдах от них. Уинни бессильно застонала от собственной оплошности. Это она позволила сладкоежке Лилу съесть огромный кусок эльфийского торта вчера за ужином, совершенно забыв, что райские яблочки, из которых изготавливается начинка, – янтарного, а точнее, ярко-желтого цвета.

– Ты в порядке, малыш?

Уинни вздрогнула, услышав голос лорда Флетчера. В нем были настоящая забота и тревога за Лилу. Однако, когда он обратился к Уинни, тепло улетучилось из его голоса так же быстро, как олень, который, воспользовавшись общей сумятицей, скрылся в лесной чаще.

– Вы что, позволили Лилу съесть желтый фрукт?

– Я… – начала было Уинни, но была бесцеремонно перебита.

– Что вы вообще здесь делаете? – накинулся на нее лорд Флетчер. – Лилу плохо сидит в седле, его вообще не должно быть здесь. Вы решили убить его – сначала желтыми яблоками, потом скачкой без шлема в общей неразберихе?

– Чего вы хотите от обычной гувернантки, милорд? – подала голос леди Элфорд. – Это самые глупые создания на земле. Моя вот была тупа как пробка.

Уинни, которую леди Элфорд теперь интересовала гораздо меньше, беспомощно перевела взгляд на Лилу, потерявшего своей шлем, видимо, при очередном чихе, и признала, что лорд Флетчер абсолютно прав. За всей этой суматохой она едва не нанесла вред Лилу.

Бесенок открыл было рот, чтобы возразить и оправдать Уинни, но вместо этого стал отчаянно втягивать воздух носом и махать руками, всем своим видом показывая, что вот-вот случится непоправимое и он снова чихнет.

– Его срочно нужно уложить в постель и дать ему лекарства.

Лорд Флетчер, нахмурившись и потеряв интерес к Уинни, направился к Лилу, легко подхватил его поперек туловища, пересадил на Уголька и направился в сторону поместья. Уинни ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Она тронула бок Красавицы каблуком, направляя ее за скакуном лорда Флетчера.

Но что-то не давало ей покоя. Словно ей в спину было направлено дуло пистолета. Она резко обернулась и наткнулась на чуть насмешливый взгляд леди Элфорд. Та, заметив ее внимание, лишь мило улыбнулась и даже приветливо помахала рукой.