Незаметно ландшафт полностью поменялся. Зеленые холмы и озера уступили место темной пустоши, а в небе взошло юное солнышко. Беспроглядная мгла рассеялась, как будто ее и не было.

– Где мы? – спросил Дэн, щурясь от света.

Иоланта уже давно погасила свой фонарь и оставила на берегу того пруда, где они сделали привал.

– У этого места нет какого-то особого названия. У срединного мира вообще нет четкой карты. Одни места могут сменяться другими. Но, что примечательно, именно в таких местах, как это, людям обычно снится, что они спотыкаются или ступают мимо ступеньки. Как будто это место было создано для того, чтобы мы во сне дрыгали ногой.

– Как бы мне от этого не проснуться, – обеспокоился Дэн.

– Не волнуйся. Это бывает с теми, кто только засыпает. А ты уже давно вошел в фазу глубокого сна.

Дэн завертел головой, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь кроме бесконечных холмов.

– Здесь кто-нибудь обитает?

– Здесь было множество разных существ до тех пор, пока по соседству не появилась и не начала расползаться страна кошмаров Ч. Ч. Теперь здесь осталось только одно существо – наша свидетельница.

– Интересно, а почему она не уходит?

Иоланта забавно подвигала бровями.

– Да просто страх – ее привычное состояние. Потерпи немного, скоро ты с ней познакомишься.

Они минули еще с десяток невысоких холмов и последней преодолели целую гору. С вершины открывался вид на обширное и не внушающее никакого доверия болото. Среди омутов разной глубины и островков суши с кривыми деревцами зеленели извилистые тропки, ведущие то ли в трясины, то ли, наоборот, из опасных топей.

Иоланта поставила ладони рупором и издала гортанный звук, чем-то напоминавший неудавшийся йодль.

Из болота отозвались. Дэн услышал странные звуки: что-то среднее между мычанием, блеянием и стоном умирающего в помойке кота.

Затем на тропинке возникло какое-то лохматое животное – то ли овца-переросток, то ли недоразвитый верблюд, то ли кудрявая лошадь. Точнее будет сказать, что оно возникло на нескольких тропинках сразу, потому что прыгало и металось, как бешеное.

– Это она так ищет твердые кочки, – серьезно пояснила Иоланта, хитро щурясь на Дэна.

– Так это она…

– А ты разве не видишь роскошного розового банта?

Действительно, на макушке диковинного зверя болтался пышный бант, с каким не постеснялась бы пойти на первое сентября первоклассница.

Зверюшка в десяток прыжков взбежала на гору и встала как лист перед травой. Один глаз у нее был чуть больше, чем другой, и периодически дергался, хотя оба глаза были одинаково выпучены.

– Кажется, она напугана… – шепнул спутнице Дэн.

– Как я уже сказала, – тихо ответила Иоланта, – это ее нормальное состояние. – И добавила уже громко: – Познакомься, Дэн. Паническая Альпака.

Зверюшка завертелась кругом и нагнулась, чтобы лучше рассмотреть гостей. При этом она почти коснулась носа Дэна кончиком верхней губы. Затем Альпака резко отпрянула, выпучилась и просипела:

– Великий Дэн. Неужели он?! Он не растворит меня на атомы, не поразит молнией?!

Такая странная реакция обитателей срединного мира начала уже немного утомлять Дэна.

– Я ничего тебе не сделаю… – пообещал он.

– Милая, – подсказала Иоланта, чуть кусая губы и косясь на Дэна. – Нужно добавлять «милая», когда разговариваешь с Паническими Альпаками.

– Милая… – выдавил из себя Дэн.

Нужно было видеть, какое впечатление это обращение произвело на зверюшку. Альпака по-человечески вздохнула, захлопала ресницами, а потом (о ужас!) показала ряд желтых резцов.

– Неужели я милая?

– Нужно ответить «очень», – подсказала Иоланта, давясь от смеха.

– Очень, – смущенно ответил Дэн.

– Что, он совсем еще новичок? – спросила вдруг Альпака совсем другим, нагловатым тоном.

Иоланта кивнула.

– Ладно, расслабься, чел. Я себе и так нравлюсь, – сказала Альпака. – Говори, зачем пришел? И что это за черная отвратительная штука у тебя за спиной?

Альпака вдруг чаще задышала, стала покачиваться и хвататься двойным копытом за сердце. Дэн открыл было рот, но Иоланта его опередила.

– Это наш охранник. Он вообще мало что понимает.

– Вот это меня и напрягает… – сказала Альпака, то раздуваясь, то сдуваясь.

– Что с ней? – шепнул Дэн.

– Паника, естественно, – спокойно ответила Иоланта. – Или ее предвестники: головокружение, тахикардия, одышка…

– А причина?

– Причина не нужна. Послушай, Аля, ты обещала кое-что рассказать о той железнодорожной станции, где ты недавно побывала, и о девушке по имени Нора. Ты слышишь?

Альпака взбрыкнула, навострила длинные, почти кроличьи уши и еще больше вылупилась.

– Я?! Когда?!

– Прошу, милая, напряги память. Вспомни: ты гуляла себе по болоту и услышала стук колес, увидела серую ограду, оказалась по ту сторону, а там дом…

– Хватит! – взмолилась Альпака. – Хватит! Вы меня в могилу сведете! Ох, как сердце надрывается. Ну зачем, зачем сейчас об этом напоминать?!

Дэн похлопал себя по карману рубашки и вынул фотографию Норы.

– Эту девушку ты видела?

Паническая Альпака покосилась на портрет.

– Может, эту, а может, другую…

– Ее звали Нора?

– Может, Нора, а может, Мара или Дура – не помню!

Дэн хотел взять Иоланту под руку и отвести в сторону, но его рука сомкнулась на пустоте. Следовало бы помнить, что Иоланта призрак, но он уже так привык к ее обществу, что воспринимал как живую.

– Ты уверена, что наша свидетельница вменяема? – шепнул Дэн, когда они отошли.

– Она рассказывала мне много интересных деталей. Просто ей нужно успокоиться.

– Успокоиться?! Но она же Паническая! Это же ее нормальное состояние!

– Значит, мы должны ввести ее в ненормальное.

Дэн потер виски.

– Хорошо. Итак. Я слышал, что человеку, у которого паническая атака, нужно дать яблоко. Нельзя есть яблоко и испытывать панику! А еще хорошо бы крепко обнять.

– Ну так чего ты ждешь?

– В смысле – чего я жду?! Где я тебе найду яблоко в этом болоте?

Иоланта звонко расхохоталась.

– Дэн! Ты же проводник! Ты умеешь менять сны! Да любой человек умеет менять свои сны. Нужно только представить, чего ты хочешь.

Дэн раскрыл рот. Как он мог забыть об этом? Он тут же закрыл глаза и вытянул ладонь. Вообразил на ней красное, сладкое яблоко. Открыл глаза. Гладкий румяный плод лежал у него в руке.

– Вау. И я мог так раньше?

– Ну конечно! Проблема лишь в том, что вы с профессором натренировали осознанность в сновидениях. Теперь она мешает вам использовать воображение на полную.

Дэн подошел к Альпаке.

– Э-м, хм, милая?

– Да? – резко повернулась Паническая. – Что там? Что у тебя за спиной?

– Всего лишь яблоко для тебя… Милая.

– Для меня? Серьезно? – Она сощурилась. – Оно ведь не отравлено? Там нет бритвы или иглы?

Дэн вздохнул и надкусил сочный плод.

Альпака потянула воздух носом.

– А твоя слюна, она не…

Дэн сунул яблоко ей в пасть. Резцы Альпаки с хрустом вцепились в мякоть. В стороны полетел сок. Она щурилась и громко глотала плохо пережеванные куски.

– А теперь обнять… – подсказала Иоланта.

Дэн закатил глаза и обнял зверюшку за длинную лохматую шею. Странно, но она пахла сахарной ватой.

– Ты меня душишь? – спросила Альпака, напрягшись и перестав жевать.

– Я тебя обнимаю. Успокаиваю.

Через мгновение у его глаз оказались огромные, черные, блестящие, как чернослив, глаза.

– Меня?

Вздох. И Дэн услышал, как сердце Панической Альпаки замедляется.

– Дэн, мой друг, – прошептала она в упоении. – Ты слышишь, Иоланта? Теперь я готова идти за своим другом на край земли!

Звучало чересчур патетично. Но Альпака, похоже, говорила всерьез. Что не могло не пугать Дэна.

– Кажется, ты ее приручил, – шепнула, проходя мимо, Иоланта. – Это все твое яблочко. Нельзя приручать Панических Альпак – они потом не отстанут.

– А раньше ты сказать не могла?!

– Расслабься. Теперь она приведет нас к цели. Скажи ей, что ты ищешь.

Альпака как раз перестала вылизываться.

– Милая, хм, милая Альпака! – обратился к ней Дэн, чувствуя себя плохим актером в дешевом театре. – Не отведешь ли ты меня к тому месту, где видела Нору?

У зверюшки чуть дернулся глаз, и Дэн уже скривился, готовясь к новому взрыву, но на этот раз все обошлось.

– Конечно, друг! Садись мне на спину!

– А на своих двоих нельзя?

– Ни в коем случае! Если жизнь и рассудок дороги вам, сэр, держитесь подальше от торфяных болот!

Альпака опустилась на колени, давая возможность студенту забраться ей на спину.

Дэн обернулся.

– Стоп. А как же преступник?

– Прикажи тени следовать за тобой, и она перенесет его над топями, – подсказала Иоланта.

Дэн повторил тени приказ. Тело преступника невысоко поднялось над землей.

– А ты, Иоланта? – спросил Дэн.

Она вдруг погрустнела.

– Я буду ждать тебя на той стороне. У самых границ царства Ч. Ч. До встречи, Дэн.

С этими словами она просто взяла и исчезла.

Следующие несколько минут, а может, часов Дэн всерьез жалел о том, что он не привидение, которое может исчезнуть и появиться в другом месте; что он не преступник, которого переносит тень…

Альпака на то и была панической, что металась по болоту от кочки к кочке, носилась по тропкам, перепрыгивала омуты, каким-то удивительным образом не попадая в трясину.

Впрочем, Дэн не был уверен в том, что это настоящее болото, как и все в срединном мире, сейчас его больше волновал вопрос, а может ли человека выполоскать прямо в собственном сновидении? И насколько это будет реалистично?

Когда болото резко закончилось ровной беловатой полоской суши, Дэн рухнул на песок и лежал как матрос, только что переживший кораблекрушение в бурю.

После того как срединный мир перестал напоминать веселую пьяную карусель, Дэн поднял голову. Прямо перед ним стояла черная глянцевая фигура преступника – вместо лица графитовая неподвижная маска. Неподалеку от него – Иоланта и Альпака. Они о чем-то тихо переговаривались.

Дэн сел и посмотрел вдаль. Теперь он уже без труда узнал серую стену плюща на горизонте. Они были у самой границы страны кошмаров Ч. Ч.

К нему подошла Иоланта:

– Я бы подала тебе руку, но ты все равно не сможешь ей воспользоваться.

Дэн поднялся сам.

– Ты уже нас покидаешь?

– Провожу до ограды и дам пару советов.

Они пошли навстречу серой стене, сопровождаемые довольно странным на вид караулом – безмолвным черным памятником и альпакой с дергающимся глазом.

– Перейдя эту границу, ты попадешь в очень опасное место, Дэн. Страну кошмаров создал больной и безжалостный разум серийного убийцы. Это худшее место, где можно оказаться. Оно могло бы мгновенно уничтожить тебя, если бы ее создатель находился в сознании и не был нами пленен. Пока тень поглощает его волю, ты можешь перемещаться там свободно. Разве что… – Иоланта вздохнула. – Сам по себе вид предметов и существ, которых ты увидишь, может шокировать и парализовать тебя. Поэтому не советую тебе задерживать на них взгляд… Запомни, если ты перестанешь контролировать свой страх, они могут напасть.

Дэн тяжело сглотнул.

– Как-нибудь справлюсь.

– Это еще не все. – Иоланта остановилась и даже протянула руку, чтобы коснуться его, но спохватилась и отвела ладонь. – Ты будешь искать Нору, но воспоминания о ней и ее местонахождении он будет прятать до последнего. Даже подсознательно он будет скрывать любые подсказки, указывающие на нее.

– Почему?

Иоланта рассеянно помотала головой.

– Я не знаю. Возможно, он прячет следы преступления и боится последующего наказания. А может, у Ч. Ч. есть иная цель. Странно, что он оставил Нору в живых.

– Зачем… – Дэн нахмурился. – Знал, что мы будем преследовать его и приготовил приманку?

Иоланта пожала плечами.

– Может быть, просто не успел совершить намеченное. В последнее время его активно преследовал отец Норы. Ч. Ч., конечно, виртуозный и дальновидный мошенник, но даже он не мог предвидеть всего. Например, он не предполагал, что угодит в ловушку профессора. И все же будь внимателен, Дэн. Есть еще кое-что важное, о чем я должна тебя предупредить.

– Я слушаю.

– Там тебе могут встретиться его жертвы. Эти несчастные девушки, в отличие от меня и твоей матери, выбрали путь мести. Я не берусь их осуждать или оправдывать. Никто в срединном и внешнем мире не мог бы с уверенностью сказать, что они не имеют права на возмездие. И все-таки, когда месть полностью поглощает душу, с ней творится что-то неладное. До времени они заперты в его кошмарной стране, они ждут его там и ищут, чтобы расквитаться. У них только одно желание – причинить ему такую же или большую боль. Если ты встретишься с ними, они будут умолять тебя отдать им убийцу, а если уговоры не помогут, в дело пойдут шантаж и угрозы… – Иоланта сделала паузу, давая Дэну возможность обдумать сказанное, и добавила: – К сожалению, именно они могут знать, где находится Нора.

Дэн шумно выдохнул, привычным жестом зачесал назад отросшую челку.

– Они могут меня убить?

– Они, как и я, бестелесны.

– Как же они собрались мстить ему?

Иоланта горько улыбнулась.

– Увы, есть месть пострашнее. Они могут годами сводить с ума, заставить переживать самые страшные воспоминания, мучить кошмарами и иллюзиями. Им нужно заполучить его душу, но ты имеешь власть отказать им.

– Я?

– Ты – Проводник, Дэн. Это твое право в срединном мире – довести спутника до цели, кем бы он ни был.

Парень кивнул. Хотя дело все более усложнялось, становилось ясно, что от него требуется. Он должен отыскать призрачных девушек и договориться с ними.

– Спасибо, Иоланта. – Он повернулся к Панической Альпаке. – Проводишь меня, милая?

Альпака выглядела уже не такой бодрой.

– Т-только, только до дома. Я видела Нору возле того самого дома. – Она поводила глазами туда-сюда. – Нет, только до рельсов.

Она быстро перетаптывалась с ноги на ногу, щерила зубы, дергала ушами, что предвещало новый приступ.

– Нет-Нет! Только до ограды!

– Ну, хм, ясно. А я думал, ты пойдешь со мной до края земли…

Альпака вдруг заревела.

– А-а-а! Прости! Прости меня, друг! Но я боюсь! Боюсь привидений!

Она взбрыкнула и вдруг дала деру обратно к болоту.

Путешественники только и видели столб пыли и быстро удаляющийся мохнатый зад.

– Прости, Дэн, – глухо сказала Иоланта. – Ты же не рассчитывал на нее всерьез?

– Сложно воспринимать всерьез кого-то, кто носит розовый бант и пахнет сахарной ватой, – попытался отшутиться Дэн, но тут же ощутил, как страшно ему будет идти дальше одному. Он добавил: – Я, кажется, знаю, про какой дом она говорила. Надеюсь, других домов в этой стране кошмаров не появилось.

Иоланта подошла к нему очень близко.

– Я бы поцеловала тебя на счастье, но даже этого не могу сделать.

Она все же встала на цыпочки и поцеловала его. Может быть, Дэн ничего и не должен был почувствовать, но на своей щеке ощутил легкую прохладу.

Он повернулся и пошел навстречу серой глухой стене кустарника, разросшегося так, что ветви едва не начали образовывать купол над краем кошмаров.

– Дэн!

Он обернулся.

Иоланта стояла в двадцати шагах от него, махала рукой, потом поставила ладони рупором.

– Дэн, профессор тебя любит и очень доверяет! С тех пор как меня не стало, он никому не доверял так сильно, как тебе. Не забывай об этом… И не забывай меня!

Дэн помахал в ответ и снова зашагал к ограде. Почему она сказала ему об этом именно сейчас? Просто чтобы поддержать?

Дойдя до переплетенных ветвей кустарника, он снова обернулся, но Иоланты за его спиной уже не было. Он снова остался один.

Если не считать безмолвно следовавшего за ним черного силуэта убийцы.