Белокаменные стены выплыли из тьмы. В темной вышине блеснули купола.

Автомобиль остановился у запертых широких ворот.

– Оставайтесь в машине и ждите меня, – велел Дэн. – Особенно ты, Серп.

– Ты здесь собрался говорить со специалистом? – спросила Даша, глядя на него, как на сумасшедшего.

– Ага. Я в первый раз тоже удивился.

– А ничего, что уже полночь?

– Ничего. Здесь поздно ложатся спать.

Он вышел из машины, вдохнул морозный воздух, чуть пахнущий соснами, пошел по скрипучему снегу вдоль ворот, открыл калитку в стене, пересек площадь и свернул к трапезной.

Навстречу вышла фигура.

– Привет, Дэн. Я тебя ждала.

Казалось, еще недавно они сидели на этом месте и обсуждали сны, проклятья, демона сонного паралича, но как много с тех пор произошло. Дэн, сбиваясь и заикаясь, рассказал матушке Агафье о том, что случилось с ее детьми. Монахиня приняла весть об этом удивительно спокойно.

– Значит, заперты внутри сновидения… Рано или поздно это должно было случиться. Но у них ведь остался ты.

– Я?! – дал петуха Дэн. – Но я всего лишь проводник, у меня почти нет опыта путешествий по этому миру!

Она улыбнулась.

– Раньше ты так не считал. Дэн, ты единственный человек, кто в принципе умеет путешествовать по снам, как наяву. Поэтому твой маленький опыт просто огромный для всего человечества.

– Я даже не знаю, где их искать!

– Чем я могу тебе помочь? Неся писал мне, говорил, что ты приедешь.

– Он знал, что я приеду? – удивился парень.

– Да. Сказал, что примчишься, как только решишь загадку.

Дэн взъерошил волосы на голове, нахмурился.

– А какие вопросы я должен задавать – он не говорил?

Агафья помотала головой. Дэн задумался.

– Хорошо… – протянул он. – Расскажите мне о той трагедии, что случилась с вашей семьей. Я знаю, что обычно вы не говорите об этом…

Игуменья показала раскрытые ладони.

– Что именно ты хочешь знать?

– Когда случилась авария? Когда и как?

Агафья вздохнула, собираясь с мыслями.

– Когда… – медленно повторила она. – Это случилось в день свадьбы Нестора и Иоланты.

Дэн окаменел.

– Я… Я не знал… – робко уронил он.

– Естественно, – пожала плечами монахиня. – Именно поэтому у нас в семье об этом не говорят.

Агафья сняла с запястья четки и стала ими тихо пощелкивать. Ее голос звучал мягко, когда она начала рассказ:

– Это был прекрасный день. Солнечный, теплый. Иоланта и Нестор хотели ехать на машине вместе, но потом кто-то, уж не помню кто, сказал, что жених и невеста должны встретиться только на свадьбе. Хорошо, что так, иначе у меня не было бы и сына. Иоланту взялся подвезти мой муж. Нестор собирался ехать следом, но что-то его задержало в лаборатории, какая-то неожиданная мысль… Я спустилась к нему и обнаружила, что он делает записи в блокноте. Пиджак расстегнут, галстук съехал набок. Я велела ему заканчивать, а то он опоздает на собственную свадьбу. Он был очень рассеян в тот день, больше обычного, и безмерно счастлив. Он сказал, что наконец до него что-то там дошло, он что-то придумал в своем изобретении, до чего раньше не мог додуматься. Но я-то, признаться, больше волновалась о его молодой невесте. Иоланту, конечно, Бог наградил терпением, и это была лучшая жена для моего несносного сынишки, но и она бы не стала ждать, если бы он опоздал на свадьбу из-за своих причуд.

Я силой вытащила его из лаборатории и отправила заводить машину. Спустилась следом, и мы поехали в ЗАГС. – Она замолчала, и Дэн заметил, что ее пальцы стали перебирать четки быстрее.

– Подождите, – воспользовался он паузой. – Разве у вас было две машины?

– Именно так. Мой Иван часто ездил в командировки.

– Ваш муж? На коллекционной «Татре»?

– Что? Конечно нет. Эта развалюха досталась ему от деда. Долгая история… Но мы выкатывали ее редко. По праздникам и торжественным случаям.

– Иоланта и ваш муж ехали на ней?

Агафья поджала губы и помотал головой.

– Нет, как раз наоборот. На ней ехали я и Нестор. Он был за рулем.

Дэн задумчиво потер лоб.

– Я думал, что вмятина на бампере…

Агафья внимательно посмотрела на него.

– Появилась в тот день. Но разбилась другая машина. От нее мало что осталось. Мы проехали всего пару кварталов. И увидели ее. Как только Неся узнал машину отца, то от шока потерял управление, и мы врезались в столб.

Дэн слушал, затаив дыхание. Голос Агафьи стал глуше и как будто дальше.

– Мы получили несколько синяков, так, ерунда. Вылезли и только тогда увидели, что случилось. Автомобиль моего мужа въехал в небольшой грузовик с фургоном, который, по всей видимости, выехал на дорогу внезапно, на красный. Иван Сергеевич был хорошим водителем, аккуратным. Кроме того, он попытался принять удар на себя, отчего погиб немедленно…

Ее голос не дрожал, но Дэн чувствовал, каких усилий стоит Агафье каждое слово.

– А Иоланта?

– Она умерла в больнице через три дня. С ней были Неся и Аврора.

Дэн поставил ладони лодочкой, спрятал туда подбородок, поводил глазами туда-сюда.

– Значит, несчастный случай?

Монахиня странно замерла.

– Не знаю.

Дэн удивленно взгляну на нее.

– Не знаете?

– Видишь ли, когда мы подходили к разбитой машине, со стороны, где сидела невеста, отскочил человек в черном, посмотрел на нас и скрылся. Тогда я не поняла – думала, случайный прохожий. Но позже выяснилось, что это был водитель фургона и он, несмотря на жаркий день, зачем-то замотал лицо шарфом. Конечно, такое бывает часто – виновник покидает место дорожного происшествия, но для Нестора и Авроры это стало поводом для многолетнего расследования, хотя полиция отказалась верить в то, что это было покушение.

– Покушение?! – воскликнул Дэн, а внутри у него все сжалось в комок. – И правда, странная версия.

Монахиня устало отложила четки, грустно посмотрела:

– Как бы не так. За несколько дней до этого Иоланте приходили странные письма. Она жаловалась, что кто-то за ней следит. И еще в фургоне нашли веревки, наручники и кляп. Странное дело…

– И вы думаете…

– Да ничего я не думаю. Но, может быть, Аврора и Неся что-то нашли. Они ребята упрямые.

– Они нашли, – сказал Дэн и вытащил из папки, которую привез, фотографию.

– Кто это? – спросила Агафья, глядя на троицу в лаборатории.

– Это я хотел узнать у вас. Вы знаете этого студента?

Игуменья сощурилась, поджала губы, потом неторопливо помотала головой.

– Раньше у Нестора часто бывали студенты. Он отбирал особо талантливых, выбивал для них гранты. Этот вроде бы работал с ним какое-то время. Но потом началась подготовка к свадьбе, Нестор был на пороге какого-то важного открытия, стало не до практикантов…

– И куда делся тот студент?

Монахиня наморщила лоб.

– Кажется, он больше не появлялся после трагедии.

Дэн поднялся, заходил по комнате, резко остановился и сказал:

– Этот студент погубил Иоланту и вашего мужа. А теперь он вернулся и притворился нашим клиентом. Видите эти инициалы «Ч. Ч.»? Он назвался Чингизом Черницким, и, хотя я думаю, что это вымышленное имя, он почему-то дорожит двумя буквами «Ч» в заглавии. Они что-то для него значат.

– Ты думаешь, Аврора и Нестор не узнали бы его?

– Прошло много лет. Он многократно менял внешность. Это ужасный человек, хитрый, опасный, безжалостный. Сумасшедший и вместе с тем крайне рассудительный, осторожный. Но Нестора и Аврору ему провести не удалось. Похоже, они его раскусили. Я не знаю, в какой момент это случилось, но они догадались, что это он, и попытались поймать его…

– Глупые мои детки… – вздохнула Агафья. – Но иначе, похоже, было никак. – Она протянула руки и положила их поверх ладоней Дэна. – Я знаю, что ты все равно пойдешь за твоими друзьями. Знаю, что не отговорю тебя. Поэтому прошу – не мсти ему. Ты единственный, кто сможет этого не делать. Иди ради того, чтобы вытащить их, спасти. Помогай по пути всем, кого встретишь. Но не убивай его, не устраивай самосуд.

– Как? – не выдержал Дэн. – Что же мне делать?

– Оставь его. Он страдает ужасно.

– Оставить его?! Да он погубил столько жизней! Совсем молодых девушек! Надругался над ними! Поломал жизнь профессору и вам! И мне его по голове погладить? Если я только смогу, то… То…

Агафья глубоко вздохнула и посмотрела на него. Странная сила и спокойствие были в ее взгляде. Как будто на студента глядел не человек, а космос или океан.

– Дэн, не тебе его наказывать.

– Так кому же?

– Ты проводник, Дэн. Это твой дар. Так проводи его.

Дэн замер.

– Куда?

– В центральный мир. Там решится его судьба.

Она поднялась, проведя ладонью ему по волосам. И Дэн внезапно понял, что она знала куда больше, чем рассказала. Ему только едва приоткрыли занавес и дали взглянуть на часть грандиозного представления.

– Но никто никогда не был в центральном мире… – глухо выговорил он.

– Так стань первым. Кто, если не ты?

– Агафья, я же… Я простой студент, я ничего толком не умею.

– Ты умеешь объединять хороших людей, и не только людей. Это самое главное. А теперь тебе пора, сынок. В путь. С Богом.

Дэн вернулся в машину с таким лицом, что Серп и Дарья не решились ничего у него спрашивать. Даже когда они отъехали на приличное расстояние от монастыря, все молчали.

Наконец, Дэн выругался и двумя руками ударил по рулю, отчего клаксон жалобно загудел на ночной дороге.

– Как же они надоели мне своими загадками! Нет бы сказать: Дэн, пойди туда, принеси то или то! Вытащи из сна вот этого! Но вечно, вечно что-то нереальное!

– Ты, конечно, прости, – сказала Дарья. – Но, по-моему, ты занялся не тем делом, если хочешь работать с реальным.

Они посмотрели друг на друга и вдруг прыснули со смеху.

Дэну немного полегчало.

– Все еще больше запуталось? – спросил Господин Серп с заднего сиденья.

Парень обреченно кивнул.

Пока они ехали обратно, Дэн рассказал им обо всем, что узнал. Дарья слушала подробности о прошлом профессора и его студенте с нескрываемым ужасом на лице. Она не перебивала, а под конец как будто оцепенела. Серп, напротив, все время задавал уточняющие вопросы и, видимо, сопоставлял полученные данные с теми, что прочел в дневниках. Когда Дэн закончил рассказ, Серп сделал своеобразный вывод:

– Выходит, вся эта история закручивается вокруг жертв убийцы. Именно они должны подсказать тебе в срединном мире, где его искать?

– С чего ты взял, что они в срединном мире, Серп?

– Не забывай, Дэн, что я оттуда, причем из Долины Скорби, где их обитает великое множество.

– Их?

– Несчастных жертв преступлений. Они на время остаются в мире сновидений, чтобы являться своим мучителям по ночам, напоминать о себе и взывать к совести.

– Ты имеешь в виду привидений? Призраков?

– Кажется, тех из них, что иногда пытаются прорваться в ваш мир, называют именно так.

Машина свернула на знакомую улицу. Дэн загнал ее в подземный гараж. Они вышли наружу, и тут Даша сказала:

– Серп, оставь нас на минутку.

Тот послушно кивнул и пошел наверх. Когда за ним захлопнулся люк, студентка повернулась к Дэну:

– Я пыталась сказать тебе раньше, но все как-то не получалось.

Парень напряженно замер.

– В чем дело?

– Это я виновата в том, что маньяк смог проникнуть в страну снов.

Дэн опустился на капот, сложил на груди руки.

– Продолжай.

Даша переплела тонкие пальцы, нервно закусила губу.

– После того как вы виделись на катке, он отыскал меня, назначил встречу, разжалобил своей историей про невесту, а потом сама не знаю, как это получилось… Я рассказала ему и о тебе, и об Авроре, и о профессоре. Даже о том, как работает «Сновидец»… – Она закрыла лицо ладонями, громко выдохнула. – Думала, так он точно к вам обратится… Я не знала, даже подумать не могла, кто он… Прости меня. Я подставила все ваше бюро. Уже второй раз…

Дэн молчал, глядя куда-то в пол.

– Сейчас я уйду… – выдавила из себя девушка.

Она пошла к открытым воротам, застыла на миг в ореоле влетающих внутрь снежинок:

– Только, пожалуйста, ничего не говори Серпу. Он как ребенок. Он очень расстроится.

– Он гораздо сильнее, чем кажется, – угрюмо ответил Дэн.

Она растерянно попятилась, чуть не упала, когда споткнулась о торчащий черенок лопаты, которой обычно разгребали снег, развернулась и быстро зашагала к выходу.

– Даша! – позвал Дэн. – Подожди.

Девушка обернулась.

– Мы без тебя не справимся.

– Но я… Я же вас предала…

– Я виноват точно так же, как и ты. Хотел всем доказать, что чего-то стою, рисковал жизнью друзей, не слушал профессора… Его изобретение – не только средство, как я думал раньше. Оно может кого-то спасти, а кого-то погубить. Оно способно изменить целый мир.

Он печально посмотрел на нее.

– И потом – нас всех обманули. И тебя тоже. Останься. Ты нам нужна.

– Нам? – робко спросила она.

Он вздохнул.

– И особенно мне.