В следующие полчаса Дэн и профессор узнали, почему для их гостя так важно было избавиться от информации.

Горбунов выпил еще ликера и повел свой рассказ.

Оказалось, что и он имеет к науке некоторое отношение. И он тоже изобретатель, конструктор, инженер. Он начал издалека, с того почему выбрал эту профессию, как сильно хотел изменить мир.

Его способности заметили сразу. Его переманивали из одного научного института в другой, из одной страны в другую. Он учился, рос, развивался. И пока его использовали как инструмент, он обменивался опытом с учеными, известными на весь мир.

У него не было родины, не было семьи и дома, осталась только одержимость изобретением X.

И вот однажды ему удалось создать то, к чему он шел всю свою сознательную жизнь…

Слушая его, Дэну пару раз приходилось скрывать зевки. Рассказчик из Горбунова был так себе. Желая, видимо, скрыть какие-то детали, он все обобщал, не называл мест, имен, людей. И все выходило плоско, как будто он вычитал это в каком-то дешевом журнале.

И все-таки, по тому, как волновался их гость, было видно, что его рассказ искренен.

– В какой же сфере было сделано ваше изобретение? – поинтересовался Нестор. – Полагаю, область-то вы можете назвать?

Гость посмотрел на него, не мигая, и коротко ответил:

– Могу. Военная промышленность. Оружие массового поражения. Невиданного в истории человечества масштаба.

Дэн разом очнулся от дремы. Выпрямился. Теперь он уже не был так уверен в том, что выпытывать у клиента правду – хорошая идея.

– И кто же охотится за вашей разработкой?

– И свои, и чужие. Все, кому я обещал и не передал то, что был должен.

Нестор чуточку нервно поправил бантик.

– И прямо сейчас вас разыскивают?

Горбунов доверительно наклонился вперед.

– На пяти континентах. Но задачу им осложняет то, что они не знают, на каком из них я прямо сейчас. – В его глазах как будто даже появились торжествующие искорки.

Дэн склонился к Нестору и зашептал в ухо:

– Профессор, отбой! Я признаю, что перестарался. Давайте проводим нашего гостя!

– Ну уж нет! – сказал вслух Нестор, отмахиваясь от Дэна и оставаясь совершенно спокойным. – Для меня неважно, кто мой пациент. Важно, что у него беда и он обратился за помощью. Тебе, Дэн, как будущему врачу это нужно усвоить.

Дэн ретировался за спинку кресла и начал грызть ноготь.

– Когда вы готовы отправиться в страну сновидений? – спросил Нестор у гостя.

Горбунов поправил галстук, лихорадочно вытер взмокший лоб.

– А мне, мне тоже нужно будет…

– Безусловно. Вы ведь не хотите раскрывать нам все секреты. Вот и будете действовать сами.

– Я готов. Хоть сейчас.

– Ну, это чересчур поспешно, – мягко улыбнулся профессор. – Нам с ассистентом нужно разработать план, хорошо подготовиться. Предлагаю перенести путешествие на завтра.

Гость поднялся. Коротко кивнул и протянул дрожащую руку.

– Я знал, что ученый поймет ученого.

Нестор пожал руку. От Дэна не ускользнуло, что при этом профессор невольно поморщился.

После того как конструктора проводили, Нестор предложил немного прогуляться.

Прямо через улицу, рядом с домом, находился небольшой сад, куда они любили ходить по вечерам.

На улице еще было по-летнему тепло, хотя под ногами уже лежали кленовые листья.

Капибара Люся шла вперевалочку за ними, на поводке. Они иногда выгуливали ее по ночам, чтобы не привлекать внимание зевак и не встречаться с собаками.

Люся временами подбирала листок другой и съедала. Они казались ей вкусными.

– Хоть убейте, профессор не понимаю, почему вы согласились. Это же гиблое дело – помогать такому опасному человеку. Он перебежчик, возможно, за ним гоняются секретные службы.

– Все это верно. – Нестор широко зевнул и прикрылся свернутым платочком, который всегда держал наготове в кармане. – Но как только мы поможем ему, он сразу перестанет быть кому-то интересен. И перестанет казаться опасным.

– Угу, – буркнул Дэн. – Только никто об этом не узнает. И наше бюро прикроют, хотя оно даже открыться толком не успело.

– Все хотел тебя спросить, – нараспев спросил профессор – настроение у него почему-то было хорошее. – Как тебе вообще пришла в голову идея бюро?

Дэн пожал плечами.

– Не знаю. Как-то само придумалось. – Он искоса глянул на Нестора. – Что это? Профессор, вы улыбаетесь?

– А что, нельзя?

– Вам нравится, да? Признайте, что вы, мы, этот дом – просто созданы для «Бюро сновидений»!

Нестор важно пожал плечами.

– Ну, пока для бюро у нас маловато сотрудников.

– Это вопрос решаемый.

Нестор наставил на него палец.

– Без меня больше никаких решений!

Люся замешкалась у кучи листьев. Подумала немного и начала валяться в них, дрыгая ногами.

– Дворник нас убьет, – сказал Дэн.

Они пошли дальше, снова и снова обходя садик по привычному кругу.

– Вот еще, профессор: как вы собираетесь уничтожить ноутбук прямо в сновидении, и если он уничтожится там…

– Уничтожится ли он в принципе? Сотрется ли информация из памяти нашего пациента? Не думаю. Во всяком случае, мы не можем так рисковать.

– Тогда…. Тогда что же мы будем делать? – растерялся Дэн и, сощурившись, вгляделся в хитрое лицо профессора. – Постойте, вы что же, все-таки собираетесь притащить ноутбук в наш мир?

Нестор фыркнул:

– Нет, Дэн, это ни к чему. Во-первых, дело вовсе не в ноутбуке, а в том, что за информация осталась в памяти нашего клиента. Мы ведь попросту можем вытащить пустышку. Да еще и говорящую, как твой самокат. Во-вторых, ты, кажется, общался с нашим клиентом, но не заметил главное. Дело вовсе не в ноутбуке, а в той боли, что причиняет ему эта вещь. Вот с этим и нужно разбираться. Я собирался лечить психику, а не доставать мелкие предметы из сновидений. Этим и будем заниматься.

– Мелкие предметы? Это вы про оружие массового поражения?

– Ты путаешь причину и следствие. Следствие не так важно…

– Ладно, сделаю вид, что я все понял. То есть мы полезем в его сон ради психоанализа?

– Думаю, там и спрятан ключик от нашего замка. Что? Что тебя смущает?

Дэн почесал в затылке.

– Просто я не думаю, что клиент ждет от нас именно этого. По-моему, ему не исцеление нужно.

– Ах, Дэн, люди сами не знают, чего они хотят, поверь мне.

– А вы знаете?

– Я предполагаю. Жизнь сложна. Исцеление нужно каждому.

Фонари в саду высвечивали мягкие желтые круги на дорожке. От тени дерева плавно отделилась темная фигура, шагнула навстречу, в руках фигуры что-то блеснуло.

Дэн остановился, дернул профессора за рукав. С недавнего времени он немного опасался темных фигур, теней и всего, что с ними связано.

– Профессор, кажется, за нами следят. Ну вот, я же говорил. Мы даже не успели заняться делом Горбунова, а за нами уже слежка.

– Успокойся, – ответил профессор. – Ты что, не видишь, что это барышня? Одинокая незнакомка.

Женщина вышла в круг света и остановилась, дожидаясь, пока мужчины подойдут поближе. В руках ее действительно что-то блестело, но не нож и не револьвер, так – дамская сумочка с пайетками.

Может быть, для профессора она и была загадочной незнакомкой, но только не для Дэна.

– Анжела?! – удивился парень. – Что вы здесь делаете? Где ваш муж и дети?

Она закатила глаза, скрестила на животе пальцы в бархатных перчатках.

– Ясное дело, их тут нет. Иначе зачем бы я стала здесь шататься.

– А зачем вы здесь шатаетесь, сударыня? – полюбопытствовал профессор.

– Я разыскивала вас, – прошипела она. – Почему в такой час вас нет в бюро?

Профессор и Дэн переглянулись.

– Потому что уже полночь? – предположил студент и объяснил Нестору, что это их клиентка.

Анжела вдруг вытаращила глаза, посмотрела им за спины и схватилась за грудь.

– Боже! Что с вашей собакой? Она… Она…

– Она капибара, сударыня, – объяснил профессор. – Не бойтесь, это просто большой грызун. Самый крупный на Земле, между прочим.

– Крыса? Это большая крыса?

– Вас она не раздражает, профессор? – шепнул Дэн и добавил громко: – Скорее большая морская свинка, Анжела. Их-то вы не боитесь?

Клиентка помяла в руках блестящую сумочку, выпрямилась.

– Собственно, по этому вопросу я и пришла. Свинка.

– Мы вас внимательно слушаем, – ответил Нестор.

– Мой муж велел вам вернуть животное. Я плачу вдвое больше за то, чтобы вы этого не делали.

Дэн и профессор стояли неподвижно. Ждали. Но разъяснений не последовало. Только Анжела молча раскрыла сумку и продемонстрировала пачку денег.

– Сударыня, – мягко возразил Нестор. – Во-первых, вам не нужно нам ничего платить за то, чего мы пока не делали. Во-вторых, вам не стоит носить такие суммы…

– Я не плачу вам за воздух, не держите меня за дуру, – перебила она. – Я плачу вам за то, что вы откажете моему мужу. Скажите, что ваш аппарат сломался, или придумайте другое оправдание. – Она вдруг закусила длинный накладной ноготь. – Эх, если бы я не видела тот цветок, если бы вы и правда были мошенниками…

– Но мы не мошенники, сударыня, – вздохнул Нестор. – И не обманщики. Наш аппарат исправен.

Анжела быстро захлопнула сумочку.

– Я думала, вы умеете вести дела.

– Постойте! – Дэн повернулся к профессору и зашептал: – Послушайте, почему вы ей отказываете? Ведь нам же ровным счетом ничего не нужно делать, а это чистая прибыль.

– Это не прибыль, – ответил профессор. – Это попахивает манипуляцией и шантажом. Раз уж мы хотим основать бюро, на кону наша честная репутация.

Дэн схватился за волосы.

– Да к черту репутацию, профессор. Нам деньги нужны!

Нестор презрительно сощурился:

– Я сделаю вид, что этого не слышал.

Анжела не уходила, следила за ними. Видимо, еще не отчаялась, и исчезновение свинки ей было нужно позарез.

– Дело в том, сударыня, что мы вообще еще не решили, будем ли браться за это дело, – обратился к ней профессор. – Очень вероятно – не будем вовсе. Оно для нас, хм, несколько мелковато.

У Анжелы заблестели глаза.

– Я так и сказала мужу. Настоящие ученые не станут заниматься такой ерундой.

– Ерундой? – удивился Дэн. – Но разве для маленькой девочки это не трагедия? Ведь она даже есть и спать перестала.

– Правда? – удивился профессор. – Ты мне об этом не говорил.

– Ах, вы не понимаете, – голос Анжелы дрогнул, она выудила из кармана бумажный платочек. – Девочка жутко избалована. Таких капризов у нее тысяча на дню. А я, как мать, которая не хочет испортить ребенка, пытаюсь воспитывать ее и хоть что-то изменить! Я одна. Никто, никто меня не понимает! И мой муж, он слепо предан детям, он не видит разницы между вседозволенностью и любовью. Мы уже творим какую-то дичь: воскрешаем ее убитого зверька! Обращаемся к ученым! А что будет дальше?!

Нестор, который, как оказалось, становился абсолютно бессильным от вида женских слез, заявил:

– В таком случае, сударыня, мы не будем вмешиваться в вашу семейную жизнь. Только, пожалуйста, найдите способ наладить режим питания и сна вашему ребенку.

– О, обязательно. – Она рассмеялась, и слезы, казалось, мгновенно высохли у нее на щеках. – Возьмите это в знак моей благодарности.

Она уже полезла в сумку, но профессор заявил:

– Спасибо. Но оплаты мы не возьмем.

С этими словами он подтолкнул сопротивляющегося Дэна вперед по дорожке и дернул за поводок капибару Люсю.

Люся неохотно засеменила следом. Из пасти у нее торчал осенний листок.

– Профессор, – прошипел Дэн, когда они уже выходили из сада. – Почему? Просто объясните мне, почему мы не взяли деньги, если все равно не будем браться за это дело? Если они достаются нам даром?

– Тебе нужно развивать наблюдательность, Дэн.

– Что?!

– И память. Давеча ты сказал, что свинка в этой семье потерялась. То есть сбежала при переезде.

– Ну и что?

– А то, что барышня у нас непростая. Она только что проговорилась. Анжела знает, что свинка мертва.

Дэн вздрогнул, несмотря на теплый вечер.

– И правда. Вы думаете, она убила ее, профессор?

Нестор посмотрел на студента, приподняв бровь:

– Мы все еще говорим о морской свинке?

Ночью Дэн спал плохо. Ему снился один и тот же сон. Он ловит кого-то под одеялом. Потом по комнате. Кого-то маленького и юркого. Открывает дверь в чулан. Там стоит самокат.

– Давно не виделись, командир! – говорит Гермес. – Как сам? Когда к нам по полной?

– По полной – это как? – спрашивает Дэн.

– Ну, с погружением. Когда толстячок врубит свою машину?

– Я соскучился, Гермес, – вздыхает парень. – Как только, так сразу.

А потом кто-то стучит в дверь. Дэн оказывается в холле профессорского дома – на пороге стоит гигантский зазубренный рыболовный крючок.

– Мидии, рапаны! – говорит он. А потом все взрывается к чертям.

Дэн несколько раз просыпался. Ворочался с боку на бок. А сон каждый раз проигрывался сначала и всегда заканчивался взрывом.

Рано утром его растолкал за плечо Нестор.

– Пора вставать.

Профессор раздвинул шторы, но за окном еще была темнота.

– Почему так рано? – пробормотал Дэн и зажмурился, когда Нестор включил торшер.

– Во-первых, у нас полно работы. Нужно проверить и настроить оборудование перед путешествием. Во-вторых, ты должен соблюдать режим и оставаться немного сонным в течение дня. Сон при погружении должен быть крепким. А я не хочу снова применять эликсир, чтобы ты заснул.

Ничего не поделаешь, Дэн вылез из-под одеяла в холодный хмурый мир и пошел в душ.

Естественно, едва заслышав его шаги в сторону ванной, за ним увязалась Люся.

Еще только начало рассветать, когда они уже позавтракали. Дэну пришлось отказаться от кофе. И он пытался проснуться, бродя по кухне и шлепая себя ладонями по щекам.

– Вот еще, профессор, – нахмурился Дэн. – Мне непонятен один момент: вы обещали нашему лжебухгалтеру, что он отправится туда один? Но каким образом? Ведь я проводник, без меня никак. Я должен помочь провести его в нужное место, не потеряться…

Профессор ухмыльнулся.

– Скажем так. Люся внесла некоторые изменения в синхронизатор, когда перегрызла контакты. И мне пришла в голову замечательная идея. Что, если он будет посылать сигналы только в одну сторону?

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду то, что ты будешь присутствовать во сне. Но наш клиент не будет знать об этом. Ты будешь видеть его и слышать, как фантом, призрак. А он будет в полной уверенности, что тебя там нет.

– Вы сделаете меня невидимкой? Это возможно? Вау! Круто.

– Я еще над этим работаю. В сновидениях возможно все, вопрос лишь в том, как контролировать свои возможности. Не забывай, что ты все равно будешь влиять на ткань реальности сновидения – смотри не выдай себя.

Дэн, довольный, кивнул.

– Получается, я должен незаметно привести его к цели? Но как, если я ничего не знаю об информации, которую он скрывает?

– Клиент сам тебя к ней приведет. Он же сказал – это для него вопрос жизни и смерти.

– А как же вы, профессор. Вас рядом не будет?

– Нет. Третьего шлема у меня пока нет. Так что на этот раз ты будешь действовать самостоятельно.

Нестор повернулся на стуле и поднял бровь:

– Так ты все еще готов открыть «Бюро сновидений»?

Утром, когда они паяли контакты на синхронизаторе и собирались опробовать Посох Перемещений, в дверь постучали.

– Нет, правда! – выпалил Дэн, вставая и с грохотом задвигая стул. – Мне кажется, профессор, что все наши клиенты прилетели из прошлого. Ну почему они все приходят по адресу, а не звонят на мобильный?

– Вероятно, их дела действительно конфиденциальны, – сказал профессор, не отрываясь от работы.

– Очень смешно.

Дэн пошел открывать.

За порогом стоял Зураб. Рыжий, в таком же рыжем пальто. Но невыспавшийся и какой-то растрепанный.

– Здравствуйте, Дэн, – рассеянно начал он. – Я по поводу зверюшки. Вы еще не достали ее?

– Мы… Мы… – Дэн не нашелся что сказать.

– Понимаете. – Зураб вошел внутрь, потирая озябшие руки, хотя никто его не приглашал. – Марико все хуже. Всю ночь она металась в кровати. И утром снова ничего не ела, только выпила немного какао. Она любит какао, моя девочка.

Дэн с каждой минутой все сильнее чувствовал себя последним мерзавцем.

– Так вы еще, значит, не запускали свой аппарат? – с надеждой в голосе спросил Зураб.

– Достать живое существо куда сложнее, чем предмет, – уклончиво ответил парень.

– А у нас гости! – В дверях появился профессор в фартуке. – Простите за мой вид, у нас подготовка к перемещению в самом разгаре.

– Так вы собрались за Дорофеей?! – обрадовался предприниматель. – Как хорошо!

– Кто такая Дорофея? – поинтересовался Нестор.

– Это свинка, профессор. Морская свинка, о которой я говорил.

– Да-да! Свинка! – с горечью повторил Зураб. – Но больше, чем свинка, господа ученые! Дорофею подарила Марико ее мать перед уходом. Это последний ее подарок.

– Разве Анжела ушла? – удивился Нестор.

– Анжела? – не понял Зураб. – А при чем тут… Ах, ясно. Вы приняли ее за маму моих детей. Но она, она только готовится ей стать. Моей милой Тамары не стало год назад. А потом я начал встречаться с ней, с Анжелой.

Дэн присвистнул.

– То есть она – мачеха Марико?

– Мы не говорим это слово, – поморщился Зураб. – Анжела его очень не любит.

– Уважаемый сударь. – Профессор сплел руки на могучем животе. – Выходит, свинка для девочки – единственное воспоминание о почившей матери?

– Все так. – Зураб печально опустил голову. – Когда я потерял мою жену, то не смог долго быть один. А Анжела, она давно уже… Ну… Крутилась рядом. Я подумал: детям нужна мама, сам я не справлюсь. Но, кажется, я поспешил. Дети, особенно Марико, очень долго привыкали к Анжеле. А когда пропала свинка, в дочке будто что-то перещелкнуло… Она стала такой бунтаркой!

– Сударь. – Профессор выпрямился и заложил руки за спину. – Мы беремся за ваше дело.

– Беретесь? – растерялся Зураб. – Но разве вы еще…

– Профессор имеет в виду, – вмешался Дэн, – что мы займемся им в самую первую очередь.

Зураб поглядел на них странно.

– Кажется, мы еще вчера об этом и договорились… Что происходит?

– А происходит вот что! – Нестор поднял вверх указательный палец. – Анжела, ваша милая избранница, прошлым вечером заходила к нам.

С лицом Зураба начали происходить странные вещи. Его густые брови то смыкались на переносице, то взлетали вверх, ноздри красивого орлиного носа раздувались.

– Анжела, – сказал он так, словно ему свело челюсти. – Здесь? Вчера?

– Не совсем здесь, – уточнил Нестор. – В саду возле нашего дома. Она очень сильно желала встречи с нами.

– Но зачем?

– Это очень хороший вопрос, сударь. Но прежде чем ответить на него, я попрошу вас сохранить ответ в стенах этого дома. Пообещайте мне, что не пуститесь тут же допрашивать вашу пассию.

Лицо Зураба все танцевало и вдруг окаменело.

– Обещаю, – холодно молвил он.

– В таком случае вот ответ: она уговаривала нас не возвращать питомца вашей дочери.

Ноги Зураба подкосились. Он прислонился к стене.

– Какая досада, – сказал профессор. – В нашем холле даже нет стула. Нужно учесть на будущее. Дэн, дружище, сбегай-ка в лабораторию за стулом. И, пожалуй, захвати стакан воды.

– Я знал, – тихо застонал Зураб. – Знал, что она не хочет. Но зачем было…

– Это тоже очень хороший вопрос, сударь.

– Она вам не верит… Просто не верит в то, что вы действительно можете проникать в сон, – нашелся Зураб и слабо улыбнулся.

– Хотелось бы в это верить, – печально молвил Нестор. – Но боюсь, ее мотивы могут быть куда серьезнее.

– Что вы имеете в виду?! – Глаза Зураба вспыхнули, на мгновение обнажая его горячий южный характер.

– Ничего, что могло бы задеть вас и оскорбить, сударь. Но кое-что важное, что могло бы защитить ваших любимых детей. – Профессор примирительно взял гостя под руку и повел в гостиную.

Зураб, погруженный в хмурые мысли, казалось, даже не заметил, что прошел через лабораторию. Только у винтовой лестницы он обернулся, как бы проснувшись от раздумий, и сказал:

– Так значит, здесь все происходит? Так много сложных машин, чтобы вернуть одну-единственную морскую свинку?

– О, поверьте, сударь, – мягко ответил Нестор. – «Сновидец» создан для большего.

Зураб посмотрел на него.

– Вы даже не представляете, как эта мелочь для нас важна. Если только вам удастся вернуть питомца…

Профессор ласково заглянул своему гостю в глаза:

– Мой ассистент тоже часто приводил этот аргумент. Вещи, питомцы, мелочи порой связывают нас с нашими близкими. Теперь я действительно вижу, что маленьких трагедий не бывает.

У входа в гостиную они встретили Дэна, который не успел спуститься, со стулом и со стаканом воды.

Зураб, едва войдя в комнату, окончательно пришел в себя, засуетился и начал поглядывать на часы.

– Сказать по правде, – извиняющимся тоном начал он. – У меня полно дел. Я заскочил только на минутку.

– Мы не задержим вас надолго, – сказал профессор, приглашая его присесть в кресло. – И обещаю, что покуда мы не будем касаться поступка Анжелы.

Зураб нервно поправил у шеи натиравший край пальто.

– Тогда что еще обсуждать?

– Вы должны дать разрешение на участие в эксперименте Марико.

– Что? – Зураб посмотрел на профессора, потом на Дэна, который так и стоял с полным стаканом воды и стулом. Дэн только пожал плечами.

– Да, я понимаю, это решение непростое. Но мы сделаем все, чтобы обеспечить безопасность девочки.

Зураб обнажил крепкие белые зубы.

– Но зачем? Дэн сказал, что достаточно фотографий. Что он сам представит себе морскую свинку, увидит и захватит из сна. Зачем вам Марико?

– Видите ли, проблема куда серьезнее. Конечно, свинку мы захватим. Но боюсь, это только временная мера. Нужно выяснить, что по-настоящему беспокоит вашу дочь. А потом, если это только возможно, попытаться исцелить ее юную душу.

– Исцелить… – Зураб растерянно поднялся. – А это возможно?

И тут Нестор ответил гостю так, как когда-то ответил Дэну после того, как им удалось загнать тень обратно в сновидение и закрыть в комнате.

– Сударь, есть травмы, которые не вылечишь за один раз, есть и те, которые остаются с нами на всю жизнь. Но это не значит, что нам пора опустить руки и перестать пробовать.

Зураб медленно кивнул.

– Хорошо. Когда?

– Будущей ночью у нас уже запланировано одно путешествие. Мы ждем вас завтра вечером.

Зураб сунул руки в пальто, нервно заходил по комнате.

– Еще одна бессонная ночь… Или мы поедем в больницу на капельницу, чтобы она хоть что-то поела.

– Это совсем не обязательно, сударь. Привозите малышку Марико к нам уже сегодня. За ней присмотрит лучшая няня в мире. А общение с капибарой и попугаями Ап и Чхи обрадует любого ребенка. Обещаю, что благодаря этой простой терапии девочка не только отведает ужин, но и будет крепко спать до утра. А завтра мы отправимся в путешествие.

Зураб напрягся.

– Оставить ребенка в незнакомом доме…

– Вы не понимаете, Зураб. Только здесь она сейчас в безопасности.

Они странно переглянулись, и Зураб, подумав, кивнул. Затем протянул руку.

– Спасибо, профессор. Вы наша последняя надежда.

– Надежда, – пожал Нестор руку, – никогда не бывает последней.

Зураб широко улыбнулся, пошел к лестнице. Но на ступеньках остановился и нахмурился.

– А что мне сказать Анжеле?

– Скажите правду. Мы передумали. И эксперимент намечается на ближайшие дни.

Гость махнул рукой и сбежал вниз по ступеням. Проводив его до двери, Дэн вернулся в гостиную и застал Нестора сидящим за клавесином, наигрывающим что-то и мурлычущим себе под нос.

– Что это было, профессор?

Мелодия оборвалась.

– А, ты о чем?

– Зачем нам брать к себе девочку?

– Это же очевидно. Ей грозит опасность.

– От кого?

Нестор снова заиграл мелодию.

Дэн закатил глаза.

– Скажите хотя бы, кто эта замечательная няня, которая будет сидеть с ребенком?

– Ты и об этом не догадался?

– Правда, профессор. Если вам так нравится выставлять меня дураком… Ох… Вы хотите позвать Аврору? А она согласится быть няней?

Профессор уже вовсю играл на клавесине и громко подпевал.