Дэн вошел в дом профессора, весело насвистывая.

Пританцовывая, снял потертую джинсовку со значками и с первого попадания забросил ее на вешалку. Сделал пируэт, ткнул пальцем в свое отражение в зеркале и преувеличенно помпезно зачесал назад отросшие волосы.

Настроение у него было просто чудесное. А как могло быть иначе? За лето он почти рассчитался с долгами за пропавший самокат. Горгона уговорила директора не стучать на него в полицию. Убедившись, что Дэн регулярно возмещает стоимость украденного транспорта, она и сама успокоилась и перестала ему звонить.

Дэну также хватило на месячную оплату пансионата, где лечилась мама.

Да и с учебой дела пошли в гору. Жизнь без долгов – это не возвращение к обычной жизни, это новая жизнь.

Капибара Люся ткнулась ему в ноги, приветливо запыхтела.

– Кто моя щетинистая пухляшка?! – спросил Дэн, садясь на корточки и тиская капибару за бока и щеки.

Люся сразу залегла на бок, пользуясь его расположением.

– А где профессор? У? Куда ты дела профессора? Съела, да? Ну, конечно, нет. Ты же у нас любишь водоросли и фрукты! А профессор… Эй, профессор! – Дэн крикнул громко, потому что дом был огромным. – Профессор Нестор, вы где?

Никто не откликнулся. Издалека слышались звуки музыки. Дэн пожал плечами и, приплясывая, пошел к потайной двери в стене.

В лаборатории царил рабочий хаос: повсюду инструменты, отвинченные панели, обрезки проводов. Профессор обожал порядок, когда отдыхал, но если он брался что-нибудь изобретать, сама энтропия приходила к нему в гости.

Дэн приуныл, когда понял, что убирать все это предстоит ему.

Нестор даже не услышал, когда студент вошел. И неудивительно – ведь на всю Мытнинскую надрывалась «Царица Ночи». Нестор обожал слушать Моцарта во время работы.

А Дэн… Ему оставалось только закатывать глаза.

Хотя профессор был полностью поглощен делом, он все же коротко обернулся, когда Дэн уже протянул руку, чтобы коснуться его плеча. И в который раз парень удивился, как сложно застать Нестора врасплох. Может, дело и правда в том, что профессор занимался сумо, но Дэн это объяснял скорее сверхчувствительностью Нестора.

– А, это ты! Ну и как экзамен?

– А как вы думаете? – Дэн не без удовольствия сдвинул тонарм с виниловой пластинки. «Царица Ночи» заткнулась. Студент сел на стул рядом, скрестил руки и закинул ноги на стол. – Мне попался билет про соматосенсорную кору, а второй вопрос так вообще про ритмы сна. Я такого нарассказывал!

– Тебе повезло. – Профессор поморщился и смахнул со стола ноги Дэна. – Вопросы были детскими.

– Детскими?! Ну я бы и на другие ответил, – наклонился вперед парень. – Вы же отличный учитель, профессор.

Сейчас у Нестора на месте пенсне в правом глазу была вставлена часовая лупа. Она-то и уставилась на Дэна, внимательно изучая.

– Что это ты задумал?

– А почему я что-нибудь должен обязательно задумывать?

– Не заговаривай мне зубы. Ты льстишь, когда опростоволосился, устроил что-нибудь недозволенное или хочешь что-то выпросить.

Дэн постарался сохранить непроницаемое лицо.

– Просто я рад, что сдал экзамен!

Нестор вынул лупу, сощурился.

– Когда ты поселился здесь, у нас был уговор. Ты мало читаешь, Дэн. Точнее, читаешь без разбора, торчишь в своем смартфоне перед сном. Как раз в то время, когда память работает лучше всего. В твоей голове свалка. И все это будет влиять на сновидения, по которым нам предстоит путешествовать.

– Кстати о свалке, профессор. Боюсь, что я не смогу убраться в лаборатории. Опять что-то окажется не на своем месте, и вы начнете ругаться.

– Ты меня не проведешь.

– И кстати, о путешествиях по снам, – не замечая реплики Нестора, продолжил Дэн. – Я все лето только и слышу о путешествиях по сновидениям. На дворе сентябрь, у меня начинаются лекции, а мы так ни разу и не посетили срединный мир.

– Я должен быть уверен, что путешествия окажутся безопасны, – проворчал Нестор и склонился над остовом какого-то не опознанного Дэном устройства. – Кроме того, регулярные занятия наведут хоть какой-то порядок в твоей голове.

– То есть вы хотите, чтобы мне приснилось пищеварение в кишечнике? Я вообще-то учусь на медицинском, профессор!

Нестор стушевался.

– Хочу? Хочу, чтобы ты не относился к нашему делу легкомысленно, Дэн. Опыт с тенью показал, как опасны могут быть игры со срединным миром.

– Ну, у меня же есть вы, профессор. Разве это плохо, если в команде люди думают по-разному? Вы – о науке, я – о новеньких кедах. По-моему, для открытий это просто чудесно!

Нестор задумался. Дэн решил воспользоваться моментом, склонился над столом и сменил тему:

– И над чем вы сейчас работаете?

– Над Жезлом Транспозиции.

Дэн поморщился.

– Звучит помпезно и сложно. И зачем он нужен?

– Наш опыт показал, что при выходе из сновидений нельзя полагаться на зажмуривание, будильник или капибару Люсю. Нужен прибор, который позволит вернуться в наш мир немедленно, особенно если нам грозит опасность. – В глазах профессора зажегся огонек. – Идея такая: мы берем Жезл в срединный мир. Как только нам необходимо вернуться, нажимаем вот на эту кнопку на конце, рука непроизвольно сжимается от небольшого разряда, и вуаля – мы дома!

– Скажите, профессор, а почему ученые, работающие со всякими сложными штуками вроде этой, все еще больше усложняют названиями?

– А чем тебе не нравится Жезл Транспозиции?

– Чем? Да всем. Язык сломать можно.

– Ну, предложи что-нибудь свое.

– Палка с кнопкой.

Лицо профессора стало напоминать морду оскорбленной капибары.

– А что? – фыркнул Дэн.

– Это примитивно.

– Так как Жезл Нестора или Палка Нестора звучит пошло, да еще и комично, предлагаю Посох Перемещений. – Дэн загадочно провел рукой по воздуху, словно чертил невидимую надпись. – Посох Перемещений! Как у старины Толкиена или Урсулы Ле Гуин!

Профессор смотрел на него, не моргая. А потом неожиданно сказал:

– По рукам.

Дэн, довольный, как рыба-луна, наметавшая икры, потер ладони.

– Ну, а как насчет переименовать материализатор?

– Нет.

Парень озадаченно огляделся.

– Кстати, а почему он разобран, профессор?

– Потому что я разбираюсь с серьезной проблемой.

– Как занять себя чем-нибудь, разбирая что-то и снова собирая? – заулыбался Дэн, но тут же скис, глядя на каменное лицо Нестора.

– Как предметам и существам из сна не менять свойства, когда они попадают в наш мир… – уронил профессор.

– Кстати о предметах и существах, как вы смотрите на то, чтобы…

Раздался мелодичный дверной звонок.

– Ты кого-то ждешь? – напрягся Нестор. – Я же сказал, что не жалую гостей.

– Нет-нет, профессор, это просто доставка.

– Ты не заказываешь доставку. Что я, не знаю? Ты экономишь. Ты сам работал доставщиком…

– Профессор! Что вы так разволновались? Я на минуту! Открою дверь и тут же выпровожу гостя!

Нестор проводил его подозрительным взглядом, качнул головой и снова начал копаться в Жезле Транспозиции… Точнее, в Посохе Перемещений.

– Уф! – Дэн провел тыльной стороной ладони по лбу и пробормотал, уже выходя из лаборатории. – Не думал, что они так быстро откликнутся.

От одного вида человека, стоявшего на пороге, Дэну захотелось самому ссутулиться и скукожиться.

Господин в сером костюме, серой рубашке, при сером галстуке, напоминал изогнутый рыболовный крючок, острый конец которого был направлен прямо в дверной проем (под острым концом подразумевается загнутый книзу нос).

Кожа гостя напоминала копировальную бумагу, которую зажевало в принтере, а потом выплюнуло, хотя господин был еще не так стар, скорее потрепан жизнью. Однако, в глазах «крючка» и улыбочке было что-то акулье.

О том, что господин не бедствует, говорили кожаный новенький чемодан, лакированные туфли и поблескивающие часы на запястье.

Дэн хотел было сам выйти к нему, но гость юркнул в прихожую, и акульи глазки быстро начали изучать убранство дома.

– И это ваше Бюро? – коротко спросил он.

– Это… Это его часть. У нас сейчас небольшой ремонт. Кое-какие перестановки. – Студент протянул гостю руку. – Денис Абрикосов, лучше просто – Дэн. Не хочу показаться грубым, но я просил клиентов сначала писать все в личку. А уже потом…

– Знаю-знаю! – махнул рукой серый господин. – Но дело уж очень срочное. Не было у меня времени на все эти расшаркивания. Так значит, это вы директор Бюро? Хм, я представлял вас несколько старше. И аватарка…

– Давайте и правда без расшаркиваний. – Дэн опасливо оглянулся и заговорил шепотом: – И в другом месте. Напротив есть кофейня. Там можем обсудить ваше дело.

Рот гостя скривился, он недоверчиво огляделся.

– Честно сказать, все это напоминает шарашкину контору. Впрочем, ничего другого я и не ожидал… Вытащить из сна потерянную вещь… Сам не знаю, как я на это купился. Наверное, от отчаяния. Всего наилучшего!

Он развернулся, чтобы уйти.

– Постойте. – Дэн уже протянул руку, но господин так посмотрел на него, что студент понял – лучше его не касаться. – Прямо сейчас за этой дверью проводят новые эксперименты. Успешные. Только поэтому я прошу вас поговорить в другом месте.

– Вешайте лапшу…

Дэн тяжело вздохнул, поспешно извлек что-то из кармана, раскрыл ладонь.

– Что это? – без особого интереса спросил гость. – Цветок? На кой черт вы мне его даете?

– Смотрите, – строго сказал Дэн. – Я не даю. Демонстрирую.

Голубая незабудка сонно подняла пестрое соцветие и посмотрела на посетителя, затем, будто потянувшись, расставив в стороны лепестки, поднялась в воздух и медленно облетела серого господина по кругу.

– Что это… – уже совсем с другой интонацией произнес гость. – Фокусничаете?

– Это предмет из сна, – холодно и официально молвил Дэн. – Если вы считаете, что я мошенник, проваливайте. Если то, что вы видите, кажется вам чем-то большим, чем фокус, то давайте уже обсудим дело. У нас полно заказов, я предупреждал, что поверить в то, чем мы занимаемся, сложно. И мы работаем только с теми клиентами, кто способен глядеть дальше собственного носа.

Про нос это, конечно, был перебор. Вряд ли Господин Рыболовный Крючок видел дальше своего. Потому что за таким шнобелем он вообще вряд ли что-то видел. Но все же уловка удалась. Гость перестал недоверчиво перетаптываться и кивнул.

– Ладно. Показывайте свое кафе.

В кофейне «Дети Армстронга» всегда было мало народа. Дэн давно приметил это место для встречи с клиентами. Тихая музыка, мягкий полусвет, вкусный кофе, старые контрабасы на стенах. И главное, ненавязчивое обслуживание. Сиди себе сколько хочешь – никто не потревожит. Признаться, Дэн не ожидал, что первый клиент придет без предупреждения прямо к дому профессора. Урок на будущее – никогда не оставлять адрес дома в социальной сети. Только адрес почты или телефон для связи.

Господин в сером к уютной беседе был явно не расположен и терять даром времени не собирался. Щедрое предложение Дэна угостить его чем-нибудь было встречено без энтузиазма.

– Эспрессо.

– Может, попробуете вот этот морковный торт? – предложил студент.

– Торт в начале дня? Нет уж, благодарствую. Так что, мы будем обсуждать дело?

Они дождались, пока уйдет официант.

– Я вас слушаю.

Серый господин побарабанил пальцами по столу.

– Меня зовут Иннокентий Иванович Горбунов. Я главный бухгалтер одной крупной авиакорпорации, – коротко начал он, хотя для Дэна это признание прозвучало так, словно карлик сказал: «Я главный карлик», или красивая девушка сказала: «Я первая красавица» (хотя с последним примером все не так однозначно). Бухгалтер тяжело вздохнул и продолжил: – У меня был надежный ноутбук. На нем важные данные. Недавно ноутбук был утерян. И мне необходимо его вернуть.

– Вы хорошо представляете себе свой ноутбук? – спросил Дэн.

– Естественно, – проворчал Иннокентий. – Я двенадцать часов кряду проводил с ним наедине. Мы видимся в шесть раз чаще, чем с женой. Бывшей женой. Я имею в виду то время, когда мы еще были женаты. Сейчас мы не видимся…

– Ясненько. Что за модель?

– Она снималась для журнала «Космополитен», и…

Дэн потер переносицу.

– Ах да, – сам себя поправил бухгалтер, – вы про модель ноутбука, а не жены. Безусловно, я предоставлю фото. Это Dell Latitude 950. Модель весьма старая, но надежная. Я ей доверял. В смысле, этой модели ноутбука. Если нужно, могу мысленно нарисовать каждую царапинку на корпусе.

Он прикрыл глаза, и его пальцы забавно задвигались, как будто он и впрямь ощупывал модель… ноутбука.

«Подозрительный тип, – успел подумать Дэн. – Сам из большой корпорации. А работает на таком старье».

– Вы, наверное, задаетесь вопросом: почему модель такая старая? Это было сделано в целях безопасности, – прочитал мысли студента Иннокентий Горбунов. – Ни один похититель не позарится на такой старый компьютер.

– И все-таки кто-то позарился… – заключил Дэн.

Бухгалтер до хруста сжал кулаки.

– Кто-то слил информацию. Везде предатели. – Он заозирался по сторонам, как будто предатели находились прямо в этой кофейне.

– Не обижайтесь, – сказал Дэн. – Но, по-моему, хранить на старом ноутбуке важную информацию – не самая лучшая идея.

– Что вы понимаете? – махнул рукой клиент. – Ноутбук всегда был со мной. Даже во время сна. В этом чемоданчике. А моя личная охрана сопровождала меня повсюду.

– Личная охрана? – Дэн постарался скрыть удивление.

– Сейчас их нет. Потому что охранять нечего, – небрежно бросил бухгалтер. – Так что? Вы вернете мне компьютер?

– Хороший вопрос, – ответил Дэн, выигрывая время, чтобы подумать. – На самом деле есть две проблемы. Во-первых, мы должны быть уверены, что возвращаем именно ваш ноутбук. Для этого вы должны описать мне его настолько подробно, чтобы я тоже мог его себе представить. Во-вторых, мы возвращаем не только железку, но и информацию. А это уже задача повышенной сложности. И оплата за нее…

– То есть? С какой стати я бы к вам обращался, будь мне нужна просто железка? Естественно, самое ценное – это информация на жестком диске.

– Вы не дослушали меня. Чтобы вернуть ноутбук с информацией, вы должны будете рассказать, что хранится на жестком диске. Хотя бы в общих чертах, но лучше во всех подробностях.

– Все ясно. – Иннокентий Горбунов поднялся. – Этого не случится никогда.

Он развернулся, чтобы уйти. В этот момент как раз появился официант с кофе. Возникла неловкая пауза. Дэн показал, куда поставить чашки, и когда официант удалился, сказал, начиная раздражаться:

– Послушайте. Этим и отличаются мошенники от настоящих ученых. Мы осознаем пределы наших возможностей и не предлагаем золотые горы. Я являюсь проводником в мир снов, я частично управляю материей сновидений, и если не буду точно знать, что мы ищем, нет никакой возможности достать нужную вам вещь.

Бухгалтер стоял, сжимая в руках свой кожаный портфель. Он не уходил, но и на место не вернулся.

– Я не собираюсь вас уговаривать, – осторожно продолжил Дэн. – Но, если вы отчаялись настолько, что пришли к шайке шарлатанов, значит – испробовали все другие методы. Только мы не шарлатаны. Мы добудем ваш ноутбук. Добудем информацию. Только доверьтесь.

– Вы не понимаете, молодой человек. – Горбунов дернул себя за ворот рубашки, как будто тот его душил. – Если я расскажу вам что знаю, ваша жизнь перестанет быть прежней. Вам, как и мне, будет грозить смертельная опасность.

Дэн заколебался. Но это длилось секунды три.

Он улыбнулся.

– Знаете. Со смертельной опасностью я как-нибудь справлюсь. Не впервой.

«В конце концов, – подумал Дэн. – Что может быть хуже тени собственного отца, который хочет тебя убить?»

Бухгалтер серьезно посмотрел на него. Затем подошел к столику и залпом выпил кофе. Взял салфетку и написал на ней сумму, которую готов выложить за работу. Когда Дэн взглянул на длинный ряд цифр, у него перехватило дыхание, с большим трудом ему удалось изобразить на лице полное безразличие.

– Я сам с вами свяжусь, – сказал клиент, развернулся и пошел к выходу.

Дэн не выдержал и спросил:

– Это значит да или нет?

Серый господин коротко обернулся, бросил через плечо:

– Это значит: мне нужно подумать.

– Если решитесь, сообщите мне заранее, – сказал Дэн, привстав со стула. – Нужно кое-что согласовать с главным.

– Я думал, что говорю с директором «Бюро сновидений», – подозрительно сощурился Иннокентий Горбунов.

– С ним самым, – бодро улыбнулся Дэн. – Но у нас еще есть главный по лаборатории. Эти гении такие капризные! И потом нужно кое-что настроить, проверить. Вы же понимаете…

Клиент не сказал больше ни слова и вышел. Дэн, сгорая от стыда, закрыл лицо ладонями. Он был уверен, что видит странного бухгалтера в последний раз. Но, сказать по правде, не знал – огорчаться от этого или радоваться.