Приподнявшись на локтях, я неуклюже стянула с себя расстёгнутую рубашку и пиджак, откинула куда-то на другой конец комнаты. Трейс улыбнулся, его ярко-голубые глаза сияли на фоне чёрных волос и оливковой кожи.

Я вся горела от одного только его вида.

Как маленький ребёнок с хватательным рефлексом, я подалась вперёд и вцепилась в край его штанов, чтобы притянуть его обратно к себе. Его губы с лёгкостью поймали мои, наши языки вновь переплелись, а тяжесть его тела вновь приятно накрыла моё.

Секунды сменялись минутами. Не знаю, сколько времени прошло и как долго мы целовались. Мои губы казались опухшими, а пульсировавшее тело жаждало большего.

Ещё больше Трейса. Ещё больше этих ощущений. Ещё больше всего.

— Сними их, — шепнула я, потянув за пояс его штанов. Мой голос так охрип от страсти, что я сама себя не узнавала.

Трейс чуть отодвинулся, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Ты уверена?

Без каких-либо колебаний я ответила:

— Уверена.

Даже больше, чем уверена. В словаре нет такого слова, которое бы описало мою полную готовность.

Его взгляд опустился на мой рот. Трейс медленно втянул свою нижнюю губу и потянулся зачем-то к тумбочке. Не теряя времени, нажал на «плэй» на своём iPod и затем выдвинул верхний ящик. В комнате заиграла медленная музыка. Трейс, чуть порыскав в ящике, достав что-то шуршащее, типа фантика.

Эм, как-то странно. Ему захотелось конфетку? Или это…

Заинтригованная, я повернула голову, присмотрелась и увидела, как он достаёт презерватив. Сердце застучало громко-громко. Я, конечно, уже не девственница, но мы с Домиником никогда не пользовались презервативами, просто потому что Воскрешённые не могут иметь детей, равно как и переносить человеческие инфекции.

С ним я не беспокоилась о последствиях. Как будто мы просто тренировались, а не занимались этим всерьёз. С презервативом же всё кажется куда серьёзнее.

— Можем остановиться, если не хочешь, — сказал Трейс, явно подслушав мои мысленные рассуждения.

Можем, знаю. Трейс отнесётся с пониманием, он всегда был и будет в этом плане настоящим джентльменом, стоит мне только попросить его действовать медленнее, не заходить дальше определённой границы или и вовсе резко остановиться, а потом пойти в школу как ни в чём не бывало.

Я всё это знаю, но…

— Я не хочу… останавливаться, — прошептала я, чувствуя, как горят мои щёки, когда я подняла глаза и посмотрела на Трейса.

Его грудь заметно поднималась и опускалась. Трейс снова опустился на меня и провёл большим пальцем по моей щеке, словно хотел стереть этот внезапно проявившийся цвет.

— Я тоже не хочу останавливаться, — ответил он. Его внимательный взгляд вернулся с моих розовых щёк к глазам.

Я обхватила его лицо руками и вернула его губы туда, где им самое место: поверх моих. Вокруг всё поплыло, расфокусировалось, а затем и вовсе растворилось. Остались только я, Трейс, его кровать и «сейчас». Всё было именно так, как мне хотелось. Никаких внутренних голосов. Никаких указаний извне. Никаких сомнений.

Сжав руками мою талию, он завалился набок и перевернул нас так, что я оказалась на нём. У меня перехватило дух на мгновение, но Трейс не терял ни секунды. Его губы продолжали целовать мои, а его рука скользнула по моей спине и расстегнула лифчик.

Внутри меня всё сжалось от предвкушения. Трейс мягко отодвинул меня так, чтобы я села на его бёдра, обхватив ногами талию. Исследуя взглядом моё тело, Трейс медленно потянул лямки лифчика вниз по руках и, сняв, отбросил в сторону.

Прохладный воздух щекотал обнажённую кожу, но я едва чувствовала его, пребывая в лихорадочном тумане от того, как Трейс поглощал меня своими любящими глазами.

— Ты охрененная, — пробормотал он, приподнимаясь в сидячее положение, и обнял за талию, чтобы притянуть ближе к себе. — У меня от тебя дух захватывает, Джемма.

Моя обнажённая грудь была прижата к его упругим мышцам. Я сильнее ухватилась за него.

— Знаешь, тебе уже необязательно так обхаживать меня, — сказала я, дразняще улыбаясь. — Я уже дала тебе зелёный свет.

Его левая ямочка заметно проявилась, когда уголок его губ приподнялся.

— Я намерен обхаживать тебя всю свою жизнь, — ответил Трейс. Он поднял руку и убрал в сторону прядку моих волос. Его взгляд плавно перемещался по моему лицу, изучая, исследуя, запоминая каждую чёрточку. Моё сердце от этого казалось настолько переполненным, что не могло бы уже вместить ничего больше.

Обхватив меня за шею, он вновь поцеловал меня. Так неторопливо, словно у нас впереди целая вечность, чтобы наслаждаться друг другом. Его язык водил по моему нежно и медленно, пробуя на вкус, как будто я деликатес, который он пробует впервые. Кто бы мог подумать, что поцелуи бывают настолько восхитительными… и настолько чувственными.

Чей-то телефон завибрировал, вынудив Трейса прервать поцелуй и найти взглядом виновника, но я вернула его внимание на себя и покачала головой.

— Не обращай внимания.

Взгляд Трейса потемнел от понимания смысла моих слов. В этот раз я не позволю никому и ничему помешать нам. Пусть хоть врата ада распахнутся, я даже на миллиметр не сдвинусь с этого места.

Его губы переместились на мой подбородок, усыпая мягкими, исследовательскими поцелуями, и продолжали путь ниже и ниже. Довольный стон вырвался из глубины его горла, когда Трейс сжал мою грудь рукой и накрыл ртом сосок. Моё тело выгнулось навстречу ему — его прикосновениям, его жару, его твёрдости. Мне хотелось чувствовать его руки и рот по всему телу, так долго, насколько это вообще возможно.

— Чертовски идеальная, — тихо пробормотал он. Его горячее дыхание дразнило мою влажную кожу.

Хихикнув, я опустила голову и заворожённо наблюдала, как Трейс переходит с правой на левую, стараясь уделить одинаковое количество внимания. Моё тело искрило зарядами электричества, кожа вибрировала от его близости, когда он лизал, целовал и касался меня так, будто был создан для этого. Не помню, когда мне последний раз было так хорошо. Я чувствовала себя красивой. Желанной. В безопасности.

— Джемма? — позвал Трейс, всё ещё размечая и благословляя моё тело сладкими нескончаемыми поцелуями.

— А?

— Ты же знаешь, что я люблю тебя? — спросил он, забираясь обеими руками под мои трусики и сжимая бёдра.

Я судорожно сглотнула, дыхание стало прерывистым.

— Да.

— Хорошо. — Прижав меня к себе, он вновь перевернул нас и оказался надо мной. — Хотел быть уверенным, что ты это знаешь, — добавил он и снова захватил мои губы поцелуем.

Мне столько всего хотелось рассказать. О себе, о нас, о моих чувствах к нему, но я совсем забыла, как формировать слова. Слишком много всего успело произойти, назад уже не вернуться, но и держаться вдали от него я не могу. Боль от потери едва не разрушила меня в прошлый раз. Я не смогу пережить это снова. Но отказываться от него ещё хуже. А потому я прикусила язык и молчала, пока Трейс стирал все горькие мысли, что у меня были, своими умелыми руками и губами.

Ухватившись за резинку моих трусиков, он стянул их с моих ног и перекинул через своё плечо. На iPod заиграла следующая песня, медленная и ритмичная. Трейс с горящим взглядом, не покидающим моё тело, стянул с себя штаны. Моё сердце билось в грудной клетке, пока я смотрела, как Трейс надевает презерватив и устраивается между моих ног.

Склонившись надо мной, Трейс провёл носом по моему и медленно вошёл в меня. Я на секунду забыла как дышать, все нервы в теле накалились до предела. Прижавшись ко мне полностью, он остановился на мгновение, словно давая мне время привыкнуть, после чего начал медленно отодвигать бёдра, вновь лишая меня воздуха в лёгких.

— Хочешь, чтобы я остановился? — тихо спросил он, не торопясь двигаться дальше и целуя в уголок губ.

Я замотала головой, обхватила руками его талию и потянула обратно к себе.

Его губы прижались к моим. Он медленно возобновил движение бёдрами. За считанные секунды чувство предельной растянутости чуть отпустило, уступая место для чего-то намного более опасного.

Удовольствия.

Не такого, какое бывает от вампирского укуса — тот прилив головокружительных эмоций неразрывно связан с тьмой внутри меня, моей зависимостью от этого пограничного состояния между жизнью и смертью и стремительного возвращения в реальность. Нет. Это совсем другое. Медленное. Чувственное. Изысканное удовольствие. С Трейсом никакой тьмы не было. Никакой опасности и смерти на пороге. Только свет. С ним я чувствовала себя живой. Хотела быть живой — впервые за долгое время.

Обхватив его ногами, я вцепилась пальцами в его волосы, пока он целовал меня с таким жаром, какого и в тысяче адов не найдёшь. С каждым толчком его бёдер, я всё больше ощущала этот знакомый ураган внизу живота. Словно почувствовав, что я уже близка к кульминации, Трейс слегка ускорил движения, его разгорячённое тело накрывало моё, окутывая жаром, словно ослепительное солнце. Его язык переплетался с моим, углубляя поцелуй в нечто больше, что даже и поцелуем не назовёшь.

Мысли все разбежались, едва Трейс схватил мои бёдра и сильно сжал, его темп стал ещё быстрее. Я чувствовала, что могу взбежать на эту гору, неслась сломя голову к краю пропасти, уже почти у самой вершины.

Жар его кожи.

Его влажный горячий рот.

Мои руки и ноги покалывало от предвкушения, я запрокинула голову и прыгнула, полетела, поплыла, рухнула. Волна за волной удовольствия сотрясали моё тело. Я издала тихий стон, который тут же был поглощён ртом Трейса. Он довёл меня до оргазма и тут же кончил сам, уткнувшись носом в мою шею. Он так приятно дрожал всем телом, что я сама завибрировала.

Его тело обмякло поверх моего, грудь ритмично поднималась и опускалась. Никто из нас не двигался и ничего не говорил, мы просто лежали в объятьях друг друга. Жар, адреналин, неуёмное желание покинули моё тело, оставив лишь спокойствие и умиротворение. Я чувствовала себя на своём месте: всё так, как должно быть.

Спустя некоторое время Трейс приподнялся на локте и без малейших усилий поймал мой взгляд в полумраке. Его улыбка была растянута до ушей.

— Ты чего такой счастливый? — спросила я и засмеялась, когда он опустил голову и снова потёрся носом о мой нос.

Такой простой жест, но внутри меня всё затрепетало, словно кто-то выпустил рой бабочек в моём животе. Я могу привыкнуть к этому ощущению. К тому, как я лежу рядом с ним. К тому, как он обнимает меня, как смотрит на меня. К тому, какой защищённой я чувствую себя в его объятьях. И тут мучительная мысль вылезла на передний план.

А что, если я вновь его потеряю?

Что, если мы обречены повторять прошлое снова и снова?

Я хватала ртом воздух, не в силах сделать полноценный вдох. Чёрт. Я не могу дышать. Я не могу…

— Эй, эй, — позвал Трейс, внимательно наблюдая за моим лицом. — Ты меня не потеряешь, Джемма. Я никуда не денусь. Дыши глубже.

Он сел и подтянул меня к себе так, чтобы я оказалась напротив него.

Я исступлённо мотала головой. Трейс натянул боксеры.

— Не получается.

— Просто попытайся расслабиться. Всё в порядке, — успокаивающе произнёс он, хватая одеяло с края кровати и накидывая его на мои плечи. — Я здесь, я никуда не уйду.

— Ты не понимаешь. Есть кое-что, чего ты не знаешь.

Слова сами вырывались из меня, словно рвота. Мне нужно срочно заткнуться.

— Так расскажи мне, Джемма.

Я удивлённо раскрыла губы от всей той нежности, что звучала в его голосе. Каждая клеточка моего тела хотела прильнуть к нему, выложить все секреты и молить о прощении, но я не могу это сделать. Есть то, о чём пока ещё знать нельзя. Опасные знания, которые могут ему навредить.

— Я не хочу, чтобы ты пострадал, Трейс.

— Я не пострадаю, — заверил он. Как будто всё так просто.

Но ничего не просто. Наше прошлое тесно переплетено, как и будущее, и без одного невозможно представить другое. Что будет с нами, когда он узнает правду? Когда выяснит, что я сделала с ним и как долго лгала ему об этом? Чем больше мы сближаемся, тем страшнее кажется момент истины.

И тем страшнее мне потерять его.

Часть меня хочет рассказать ему всё здесь и сейчас. Снять с себя эту ношу, освободиться от груза тайн, которые я несла в себе слишком долго. Но не уверена, что он сможет выдержать это, а рисковать не хочу.

Только не тогда, когда дело касается Трейса.

Сделав судорожный вдох, я затолкала неприятные мысли обратно в тёмные уголки моего сознания. Если не думать об этом, то не будет и боли. Пока что мне этого достаточно. К тому же мы вот как сблизились и вот сколько времени прошло, а ни одно его воспоминания не вырвалось. Ни одной трещинки. Видимо, заклинание работает как надо.

Это неспроста.

— Поговори со мной, — произнёс он, взял меня за руку и крепко держал. Его глаза умоляли выложить всё как на духу.

— Я в порядке. Правда. — Голос надломился. Я сделала ещё один глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Мне просто нужна была минутка.

— Минутка на что?

— На то, чтобы справиться с маленькой панической атакой.

Трейс свёл брови.

— Хочешь поговорить об этом?

Я решительно мотнула головой и опустила глаза.

— Это просто багаж из прошлого, который я никак не разберу.

Я попыталась отшутиться, будто речь о сущем пустяке, но не уверена, что моё лицо выдержало этот фарс.

— Так разбери его, — предложил Трейс. Его баритон успокаивал и вселял уверенность, будто его обладатель готовь подставить мне плечо, что бы ни случилось.

— Разберу… когда-нибудь. — Щёки внезапно вспыхнули. — Кажется, я уже достаточно наговорила сегодня, — пробубнила я, ища песок, в который можно спрятать голову.

Трейс усмехнулся. Его рука коснулась моего бедра, пальцы ласкали кожу.

— Ты не сделала ничего такого, чего следовало бы стыдиться, Джемма. Уж точно не передо мной.

Я изогнула бровь.

— Серьёзно? Я же буквально только что испортила наш секс. — Опустив голову на ладони, я пробормотала. — Ну как можно быть такой неловкой?