Глава 15

Аурелия

Даже мои орлиные глаза бессильны пробить тьму этой тюрьмы. Как и совиные. И глаза любого другого известного мне ночного существа.

Здесь царит какая-то бесконечная, первозданная тьма. Из тех, что способны сожрать саму душу.

Но я этого не позволю. Не сожрет, пока имя моей матери все еще остается на моих губах. Я ни на секунду не поверила Упырю, будто они просто «проверяют мое зрение». Что ж, зато это даст мне возможность подумать.

Я пробираюсь на ощупь, держа одну руку на стене, а другую вытянув перед собой, и нахожу вполне удобный участок бетонного пола.

Сажусь. И жду.

Может, хотя бы тот голос, который я слышу каждую ночь, не сумеет добраться до меня здесь.