Зал взрывается настоящим хаосом. Он наполнен пугающим гулом голосов, читающих заклинание, и треском каменного пола, куски которого срываются вниз. Двери с грохотом слетают с петель, и внутрь врываются люди в черных кожаных мундирах. Один, второй, пятый… Их движения быстры и точны, как у хищников. Они настолько шустро перемещаются, что толком не сосчитать, сколько их, но дюжина тут точно есть.

И эта дюжина, едва успев рассредоточиться, тут же выпускает молниеносные магические вспышки в стоящих вокруг разлома советников. Переливающиеся белыми искрами ручейки текут из зеркал а разлом. Но это вовсе не вода — эта жизненная сила и магия, которую ритуал высасывает из тех, кто заключен в зеркалах.

Кидаю взгляд на пленников. Те, что попали сюда вместе со мной, все сильнее погружаются в магический сон. А вот те, что оказались тут куда раньше, включая девочку с черными волосами, бледнеют на глазах и — о ужас! — их тела и лица истощаются. Худеют на глазах.

Советники отбивают атаку и, прекратив читать заклинание, переходят в нападение. Но даже сейчас ритуал продолжает работать, высасывая силы из заточенных адептов. Я вижу, как усиливается сияние пут на пленниках. «Ручейки» энергии, спускающиеся в разлом, начинают мерцать ярче. Силы покидают меня все быстрее.

Мои веки тяжелеют с каждой секундой. Сил держать их открытыми почти нет. Слезы снова и снова накатывают на глаза. Я пытаюсь разглядеть, что творится в каменном зале, но это непросто. Ибо место, где я нахожусь, похоже на небо, в котором есть несколько дверей: восемь, как и зеркал в зале.

Были бы у меня силы пошевелиться, я призвала бы Силах, превратила его в канат с крюком и кинула сквозь эту «дверь», чтобы зацепиться и выбраться, но путы слишком тугие. Поэтому ничего не остается, кроме как смотреть. Смотреть и молиться.

Огромный мрачный зал наполняется вспышками, там идет страшный бой. Все гремит, куски камней разлетаются повсюду. Яркий синий луч вырывается из рук ректора и устремляется к человеку в черном кожаном одеянии.

Серые волосы, молодое лицо. Наставник Гарей? Да, это, несомненно, он. И он на стороне тех, кто пришел помешать ритуалу. А рядом с ним — девчонка, точная копия той, что заключена в зеркале со мной. Мне уже мерещится или все действительно так?

Гарей и брюнетка успевают увернуться, и заклинание врезается в стену позади них, оставляя дымный след. Кай направляет мечевидный Силах в сторону ректора, и с острия срывается самая настоящая молния.

Один из магов-староверов падает, сраженный выстрелом. Его мантия вспыхивает ярким пламенем, и он исчезает в облаке дыма. Другой маг в мантии отвечает мощным заклинанием, отбрасывая сразу нескольких нападающих к стене.

Бой становится ожесточенным, сил «спасителей» недостаточно. Они кричат о каком-то подкреплении, но никто не приходит. Голова кружится все сильнее, перед глазами начинает плыть. Звуки битвы доносятся словно издалека, приглушенные и искаженные, но следующую фразу я слышу четко.

— Бейте зеркала! Не дайте Бездне открыться! — раздается четкий голос наставника Гарея.

И в следующую секунду до слуха доносится звон битого стекла.

Одна дверь, ведущая из зазеркалья в реальный мир, исчезает. Затем исчезает вторая, третья… От мысли, что мы навсегда останемся тут без шанса на спасение, меня охватывает паника, но нарастающее забвение не позволяет ни пошевелиться, ни крикнуть. О боги! Ужас! Сейчас разобьют последнее зеркало… мое.

— Не смей! Их надо вытащить! — пронзает слух настоящий рык, а затем слышится звон металла вместо звона стекла.

Я прилагаю неимоверное усилие, чтобы разглядеть спину того, кто оказался у входа в зазеркалье, не позволив Каю разбить последнее зеркало. Силуэт расплывается, но я различаю белую рубашку и взлохмаченные черные волосы. Это ни о чем не говорит, но сердце уверено: последнее зеркало защитил Дэзар.

— Ты что творишь?! — рычит Гарей. Силахом, обращенным в искрящийся молниями меч, он пытается вынудить Дьемара отойти.

Но тот и не думает уступать.

— Разобьешь зеркало, и они навсегда останутся там! Я их вытащу, Гарей! — рычит Дэзар, наставляя меч на Кая.

Наставник приходит в дикую ярость.

— Готов так рисковать из-за девчонки?!

— Ради жизней и справедливости, Гарей! Время еще есть! Не хочешь помогать, так хотя бы не мешай! — рычит Дэз.

Кажется, Гарей с удовольствием бы его убил, если бы не необходимость сражаться с врагом.

— Гоблины тебя дери, Дьемар! У нас не больше десяти минут! — снова рычит он и кидается в бой.

А Дэзар оборачивается ко мне. Чего только стоит его взгляд, когда Дьемар находит меня связанной, обездвиженной, обессиленной. В его синих глазах ярость, решимость и… страх. Но боится он вовсе не за себя. За нас, пленников? За меня?

Крылья его носа раздуваются от гнева. Он пытается прорваться в нашу иллюзорную клетку, но зеркало не пускает, идет рябью и даже трескается.

Дэзар молниеносно отступает, но не сдается.

— Лив! Лив! Лайви-Лив Морай-Руж! Слушай меня! — переходит на рык парень, когда понимает, что я почти не в состоянии что-либо воспринимать.

Точнее, я не в состоянии дать ответ, но все еще слышу его. Слышу... и даже вижу.

— Лайви! Слушай! Я не могу пройти сквозь зеркало, но ты можешь выйти!

Хотелось бы в это верить. Но я уже продумала десятки вариантов, и ни один из них не сработает.

— М-магия… руки… — хочу сказать, что мне не воспользоваться Силахом, пока я связана.

Шепчу из последних сил. Голос совсем не слышно, но Дэзар читает по губам. Понимает, что я права, вот только соглашаться с таким исходом он не намерен. Конечно, он же из тех, кто даже смерти бросит вызов, если ему что-то нужно. В этот момент я даже завидую этой черте его характера — никогда не сдаваться.

Вот и сейчас его взгляд яростно скользит по зазеркалью в поисках способа нас спасти. Но не найдет… Я не нашла.

— Лив! Слушай меня внимательно! Тебе не нужно заклинание! Тебе нужна твоя природная сила! — говорит Дэзар.

Но я не совсем понимаю, о чем он.

— Ты наездница, Лив! Призови дракона!

Что? Дракона?

— Призови дракона Спарта, Лив! Пробуди его! И немедленно выбирайся оттуда! — рычит Дэзар.

И до меня начинает смутно доходить смысл сказанных им слов.

Наездница. Дракон. Спарт.

Изворачиваюсь, чтобы глянуть на рыжего, который уже без сознания. Более того, побледнел добела. Его путы светятся искрами ярче, чем у остальных, значит, именно его силу сейчас забирает Бездна, пока советники, отбиваясь и атакуя, дожидаются завершения ритуала.

— Лив! Призови дракона Спарта! — рычит Дэзар так, что, не будь я в полудреме, то точно бы подпрыгнула.

Нужно собраться. Нужно сделать все, что в моих силах. Нет! Нужно сделать все для того, чтобы выбраться! Спасти Спарта, а затем и остальных!

Закрываю глаза и слушаю команды Дэзара. Мысленно представляю главу синих. Я никогда не видела, как он обращается во вторую ипостась, но Дэзар говорит, что зачастую чешуя дракона имеет окрас, схожий либо с цветом глаз человеческой ипостаси, либо с цветом волос. У Спарта серые глаза и светлые волосы. Что-то такое я и пытаюсь представить.

— Зови его! Лив! Зови! Сам он не сможет обратиться, но ты можешь его призвать! — требует Дэзар.

И я зову, уже почти кричу мысленно, но ничего не происходит.

А чего я ожидала? Еще вчера я даже не знала, кто я такая, и тут вдруг…

Вжух!

Не успеваю опомниться, как в меня врезается что-то твердое и стремительно сдвигает в сторону. Да так быстро, что сон сгоняет как рукой. В панике оглядываюсь и обнаруживаю над собой настоящего… дракона. А я сама — в его лапах. Как?! Спарт?!

Кидаю взгляд туда, где только что парило тело рыжего друга, но там лишь разорванные в клочья путы. Он обратился! Он смог!

— Рыгхг! — рычит морда над моей головой, выпуская клубы дыма.

Не понимаю, что это значит, а в следующую секунду меня просто кидают в ту единственную «дверь» в каменный зал. Пролетев сквозь нее, я приземляюсь прямо в руки Дэзара, будто какой-то булыжник.

Но стоит отдать Дьемару должное: он лишь на полшага отступает, когда я в него врезаюсь, хотя с той скоростью, что я к нему прилетела, мог вообще откатиться кубарем.

— Ты как, Лив?! — Он быстро, но очень осторожно кладет меня на покрытый каменной пылью и осколками пол.

И тут в нас летит вспышка.

— Я прикрою!

Возле нас появляется черноволосая девчонка и одновременно с Дэзаром отбивает вспышку.

Вспомнила, как зовут эту брюнетку! Гвирис!

Дэз кивает девушке. Она выставляет защитный барьер из своего Силаха, а Дьемар срывает с меня путы и осматривает с ног до головы, желая убедиться, что нигде не покалечилась. А я же застываю на секунду, ибо, наверное, впервые смотрю на него, зная, что он не тот, кто меня оболгал… Он…

«Сейчас не это главное», — напоминаю я себе, когда на глаза накатывают слезы. Смаргиваю их и спешу встать на ноги.

— Я в порядке, — уверяю Дэзара и вовсе не лгу. Стоило путам слетать, как силы вернулись. А что касается самого Дэзара? Хвала богам, он не ранен, хотя порядочно потрепан. Но это не так страшно, как если бы…

— Спарт! Гара! Лу! — Я поворачиваюсь к зеркалу, в котором остались пленники. — Их нужно спасти!

— Гыбзхбх! — рычит дракон Спарта, паря по другую сторону «двери». Его чешуя напоминает россыпь светлых опалов.

— Спарт всех вытащит, — переводит мне Дэзар и кивает дракону.

Со стороны все выглядит так, будто эти двое успевают мысленно переговариваться или по взглядам поняли друг друга.

Вот уж не думала, что Спарт и Дэзар смогут играть на одной стороне… Но сейчас именно так и происходит.

Едва успеваю порадоваться, как нас опять оглушает очередная вспышка, врезавшаяся в защитный барьер над головами.

— Дэзар, ты им нужен! Я помогу здесь! — выкрикивает точная копия пленницы-брюнетки и зовет кого-то из своих ребят, веля выставить рядом еще один защитный барьер, чтобы в колонну с зеркалом ничего не прилетело.

— Будь здесь, под защитой! — звучит голос Дэзара.

Но его взгляд говорит в этот момент куда больше. На секунду сердце замирает, но я велю себе немедленно кивнуть: нельзя терять ни секунды. Дэзар нужен на поле боя, а путы с пленников я и сама могу срезать.

Дэзар на секунду сжимает мою ладонь, будто обещая, чтобы все непременно будет хорошо, и выскальзывает из-под защитного купола. Он рвется прямо в бой.

Он должен победить! Обязан! Должен выжить, ибо нам еще о многом нужно поговорить! Ты не должен пострадать, Дэзар! Не должен, пожалуйста!

— Гыргыхдых! — раздается рык из зеркала.

Я оборачиваюсь, понимая, что Спарт вот-вот запустит в меня второго спасенного.

Вот только поймать его так, как меня поймал Дэзар, не выходит, и мы оба падаем. Причем весь удар приходится на меня. Больно, но плакаться некогда. Тут же призываю Силах, обращаю его в нож и срезаю путы.

Пока за куполом идет бой, Спарт одно за другим выкидывает из зазеркалья адептов, а затем и сам на лету обращается в человека, чтобы поместиться в «дверь». Рыжий кубарем вылетает к нам. и Дэзар тотчас появляется рядом и разносит Силахом зеркало.

Осколки разлетаются по полу. Ручеек магии, который к концу миссии по спасению почти иссяк, теперь исчезает насовсем. Оглядываюсь и вижу, что люди в форме стражей загоняют в кольцо уцелевших врагов.

Безумных фанатиков осталось лишь двое: одного не вижу толком, он стоит спиной, но вот густую белую бороду второго не заметить сложно: сам ректор еще жив. Зато остальные повержены, а это значит…

Боги! Неужели мы все же победим?

Хочу с облегчением выдохнуть, но каменный пол идет дрожью, раскалываясь на части. Едва не падаю, но Дэзар ловит меня, и мы оба смотрим на то, как трескаются стены, а потолок обваливается, открывая черное ночное небо.

Все прикрываются щитами, чтобы не пострадать. Зал за считаные секунды превращается в руины, открывая вид на другие здания академии, увешанные флажками, цвета которых в темноте не видно.

Значит, мы все еще в Эш-Альсе? Почему именно здесь?!

Вздрагиваю, когда слух заполняет леденящий душу вой. Откуда он?

Кидаю взгляд к «дорожке» разлома, который ведет прямо в центр сада академии, и застываю, обнаружив пропасть. И оттуда выбирается самое настоящее чудовище!