В тот вечер из Олд-Холл-хауса я вынес больше вопросов, чем ответов. Несмотря на все мои мольбы, взрослые так и заговаривали мне зубы, наотрез отказываясь верить, что какой-то «ребенок» способен помочь. Только зря. Со мной этот номер не пройдет. Раз они не желают ничего объяснять, сам выясню, что творится с Лиз.

Преисполненный решимости, я уже на следующий день отправился в публичную библиотеку, в научный отдел, где перебрал все пособия по медицине. К сожалению, на дом они выдавались только лицам старше шестнадцати, поэтому я снова наведался в библиотеку в выходные, после тренировок по плаванию и регби, и отксерокопировал каждую главу, посвященную раннему биполярному расстройству.

Самой полезной оказалась книга под названием «Руководство по диагностике и статистике психических расстройств». Из этого пыльного тома я узнал о человеческой психике гораздо больше, чем из всех уроков мистера Колсона, вместе взятых, и довольно быстро сделал собственные выводы о болезни моего лучшего друга.

Горя желанием доказать Лиззи, что никуда не пропаду, я каждый день выходил из школьного автобуса на ее остановке и шел к ней домой. Кэтрин и Майк горячо одобряли мои визиты, однако меня это мало заботило. Отрадно, что они постепенно проникались мыслью, что у Лиз могут быть друзья, которых не отпугнет ее болезнь, но я наведывался в Олд-Холл-хаус не ради них.

А исключительно ради их дочери.

Первые три раза я просто обнимал подругу, подбадривал, пока она рыдала у меня на плече.

В четвертую встречу она улыбнулась.

В пятую и шестую мы играли в карты.

В седьмую и восьмую сладко спала.

В девятую встала с постели и оделась.

Десятый, одиннадцатый и двенадцатый раз мы гуляли по полям и разговаривали, вернее, говорил только я.

Сегодня, в тринадцатую встречу, Лиз встретила меня у ворот семейного поместья.

— Глаза меня обманывают или это Лиззи Янг собственной персоной? — притворно ахнул я, заметив ее у металлической ограды.

Лиззи засмеялась, и, клянусь, это была самая чарующая музыка на свете. Она помахала рукой, крикнула «Привет!» — и ноги бегом понесли меня вперед.

— Черт возьми, сама Лиззи Янг, — пошутил я, прошмыгнув в боковую калитку. Потом скинул рюкзак и, ухватив ее за фланелевую рубашку, притянул к себе. — Моя девочка.

— Ага. — Она обняла меня за талию и прижалась всем телом. — Она самая.

С этими словами Лиз исполнила свой коронный номер, окончательно подтвердив, что моя лучшая подруга вернулась.

Она меня понюхала.