— Лиз, иди сюда! — позвал Хью с другой стороны улицы. — Зацени, как асфальт плавится от жары.

— Асфальт? — Я бросила мелок и поспешила через дорогу.

— Видишь? — Хью ткнул палкой в черное дорожное покрытие. — Проминается.

— Клево. — Заинтригованная, я опустилась на корточки и вонзила палец в асфальт. К моему восторгу, на поверхности образовалась ямка. — Не думала, что дорога может расплавиться, даже в такую жару.

— Дорожное покрытие — как шоколад, — пустился в объяснения Хью, устраиваясь рядом со мной. — В жару оно делается мягким, а на морозе затвердевает.

— Почему?

— Из-за состава — битум поглощает солнечную энергию, — пожал плечами он.

Я зачарованно слушала, как Хью растолковывает мне очередную загадку Вселенной. Он был таким умным, знал ответы на любые вопросы, а главное — умел нескучно объяснять. Даже Гибси с его ненавистью к учебе обожал истории Хью.

Краем глаза я заметила вдалеке знакомый силуэт, и у меня упало сердце.

Страшная женщина.

Она вернулась.

Давно она не попадалась мне на глаза днем. Новое лекарство заставило ее исчезнуть. Однако она снова здесь. Женщина следила за мной до самого дома Хью.

Я быстро-быстро заморгала, а после украдкой глянула в том направлении, но никого не увидела.

Меня охватила тоска. Не хочу, чтобы страшная женщина опять мне мерещилась, иначе папа снова отправит меня в больницу.

— Давай напишем наши имена. — Голос Хью отвлек меня от мрачных мыслей.

— А?

— Наши имена, — с улыбкой повторил он. — Надо написать наши имена на асфальте.

— Ясно. — Я тряхнула головой и, ослепительно улыбнувшись, полностью сосредоточилась на Хью.

Заостренным концом палки Хью вывел на дорожном покрытии букву «Х».

— Твоя очередь. — Он вручил мне палку и кивнул на знак + рядом с Х. — Только надавливай хорошенько, иначе потускнеет.

Подавив тревогу, я старательно вывела первую букву своего имени.

— Ну вот. — Я села на бордюр и залюбовалась нашим творчеством. — «Х + Л». Вместе навеки.

— Ага. — Хью обнял меня за плечи. — Через двадцать лет мы вернемся сюда показать надпись нашим детям.

— Значит, ты на мне женишься? — Я шутливо ткнула его в бок.

— Мы же вроде обо всем договорились, — озадаченно пробормотал он.

— Нет, мы договорились, что я отвечу «да». — Я придвинулась ближе. — Но замуж ты меня не звал.

— Ясно. — Он порозовел. — Ну, считай этот разговор официальным подтверждением по данному вопросу.

У меня вырвался смешок.

— Иногда ты забавно выражаешься.

— В смысле?

— Как взрослый, — хихикнула я. — Или как ботан.

— В отличие от ботана, я могу забить дроп-гол с десяти метров, — с ухмылкой пожал плечами он.

— Я не разбираюсь в регби, но точно знаю, что ты гораздо красивее любого ботана. И любого регбиста.

Щеки Хью из розовых стали ярко-красными.

— А так ты еще красивее.

— Ты не должна называть меня красивым, Лиз, — смущенно пробормотал он. — Такие вещи полагается говорить мне.

— Ну так скажи, что я красивая.

— Ты и сама знаешь, что красивая, — закатил глаза он.

— Но мне хочется услышать это от тебя. — Усевшись вполоборота, я взяла его лицо в ладони и заставила посмотреть на меня. — Не стесняйся.

— Ты красивая. Самая красивая девочка в Баллилагине.

— Спасибо. — Мое лицо озарилось улыбкой. — Что еще?

— В смысле?

— Ничего не хочешь мне предложить?

Хью снова закатил глаза:

— Хочу, но когда нам будет девятнадцать, а не девять.

— До девятнадцати еще ужасно долго, — веселилась я. — Предложи сейчас.

— Какой стыд, — застонал он и, сообразив, что я не отстану, прочистил горло. — Элизабет Элеонор Янг, согласишься ли ты стать Элизабет Элеонор Биггс?

— О да, Хью Эндрю Биггс, — ответила я, давясь от смеха. — Почту за честь.

— Миледи слишком добра, — отозвался Хью, подражая интонациям доблестного рыцаря, затем встал и отвесил театральный поклон. — Отныне, дорогая супруга, этот меч будет служить тебе одной. — Он положил к моим ногам палку и снова поклонился. — Я одолею твоих врагов, закрою грудью от драконов и буду защищать ценой жизни.

— Дорогой супруг, и я клянусь защищать тебя ценой жизни. — Схватив палку, я вскочила и рассекла ею воздух. — Не бойся, доблестный рыцарь, я буду твоим секретным оружием в каждой битве.

Хью открыл было рот, но сразу его захлопнул, глядя куда-то мне за спину.

— Ты в порядке? — забеспокоилась я.

Мне очень не понравился его вид: глаза сузились, на лбу залегла глубокая складка.

— Хью?

— Лиз. — Его взгляд был устремлен поверх моего плеча. — Ты это видишь?

Я с любопытством обернулась и замерла при виде знакомой фигуры.

— О господи, — ахнула я. — Ты тоже ее видишь?

— Да, — кивнул Хью, — вижу.

Сердце забилось так быстро, что едва не выскочило из груди.

Хью тоже ее видел.

Видел страшную женщину.

Она мне не мерещилась.

— Лиз, иди сюда, — скомандовал он, протягивая руку. — Быстрее.

Я не колеблясь встала рядом и вцепилась в его ладонь.

— Это она, Хью. Страшная женщина.

— Вижу. — Он не отводил глаз от незнакомки, следившей за нами из-за деревьев. Потом забрал у меня палку и выставил ее перед собой. — Не бойся, я с тобой.

— Она похожа на монстра, — содрогнулась я. — У нее острые когти и все такое.

— Она не монстр, — возразил Хью, медленно пятясь по подъездной аллее к дому и увлекая меня за собой. — А сумасшедшая.

— Ты действительно ее видишь? — не унималась я, механически взбираясь на крыльцо. — Это не сон? — Я испуганно вцепилась в Хью. — Все по-настоящему? Мы правда здесь?

— Да, Лиз. — От его уверенного, решительного тона мне сразу стало спокойнее. — Все по-настоящему.

Хью втолкнул меня в дом и быстро захлопнул дверь.

— Кива! — закричал он, не выпуская из рук палку. — Сюда, скорее!

Сестра с недовольной физиономией высунулась из гостиной Шинейд.

— Чего?

— Страшная женщина вернулась! — выдавила я. — Она меня нашла.

— Лиз, мы уже миллион раз говорили: нет никаких страшных женщин, — закатила глаза Кива.

Я собиралась возразить, однако меня опередил Хью.

— Не знаю, как насчет страшных женщин вообще, но в конце улицы правда торчит какая-то жуткая особа. — Он снова привлек меня к себе. — Я видел ее собственными глазами, Кива. Она следила за нами.

Кива на секунду опешила, а потом расхохоталась:

— Ладно, ребята. Пошутили и хватит.

— По-твоему, мне смешно? — огрызнулся Хью, кивнув на дверь. — Кива, она там, снаружи. В посадках.

— Ты серьезно?

— Серьезнее некуда, — кивнул он.

— О господи. — Улыбка сестры померкла. — Где Клэр?

— Наверху с Гибсом.

— Ясно. — Кива метнулась к выходу с таким видом, словно ее вот-вот стошнит. — Из дома ни шагу, — предупредила она, распахнув дверь. — За мной не ходить.

Она пулей промчалась по подъездной аллее и ринулась к посадкам. Естественно, мы сразу выскочили за порог.

— Где вы ее видели? — крикнула Кива, направляясь обратно к нам.

Мы ткнули пальцем в деревья в конце улицы.

— Там.

— Там никого нет! — сердито бросила Кива. — Если вы решили меня разыграть, мало вам не...

— Она была там. — Похоже, Хью рассердился не меньше. — Никто тебя не разыгрывает.

— А очень похоже, потому что никакой женщины в посадках нет.

— Значит, она снова исчезла. — Меня затрясло. — Страшная женщина умеет исчезать. Раз — и нету...

— О господи, угомонись наконец! — рявкнула Кива. — Мало мне твоей поехавшей крыши, так ты еще и ему задурила голову!

— Эй! — Хью шагнул вперед, заслонив меня собой. — У меня с головой все в порядке. Женщину я видел своими глазами.

— Разумеется. А еще святого Патрика с пасхальным кроликом, — съязвила сестра, залетев в дом. — Еще раз выкинешь такой фокус, Хью, и я пожалуюсь твоим родителям.

— Она мне не верит, — пробормотала я, когда дверь за Кивой захлопнулась.

— Плевать, верит она или нет. — Хью взял меня за руку и свирепо глянул на дверь. — Главное, ты говоришь правду.

— Серьезно?

— Да, Лиз. — В его взгляде читалось безграничное сочувствие. — Серьезно.

— Ладно. — Я судорожно перевела дух, и Хью ободряюще стиснул мою ладонь. — Ладно.