— Депрессия.

— Посттравматическое расстройство.

— Нет, нет, нет, у вашей дочери все признаки социальной агорафобии.

— Вообще, мы больше склоняемся к паническому расстройству.

— Клиническая депрессия.

— Ей нужно больше заниматься физкультурой. Эндорфины повышают настроение.

— Я бы назначил МРТ, чтобы исключить самое плохое.

— Депрессивное расстройство тяжелой степени. Никаких сомнений.

— Химический дисбаланс.

— Сейчас мы рассматриваем в числе прочего пограничное расстройство личности.

— Ерунда, у нее полностью сохранен функционал. Свежий воздух, здоровая пища — и все наладится.

— У девочки не выделяется серотонин, процесс нужно стимулировать. Прозак — очень мягкий селективный ингибитор обратного захвата серотонина, подходит для детей.

— В таком юном возрасте о шизофрении говорить рано, однако, учитывая генетику, ее нельзя исключить.

— Депрессивное расстройство...

Оцепенев, я сидела на стуле между родителями и слушала, как они закидывают доктора Клауса вопросами. Не знаю, как звали врача на самом деле, но внешне он здорово походил на Санта-Клауса.

Я честно старалась выучить имена всех врачей и медсестер, но они не умещались в памяти. Новое имя сопровождалось новым лицом и новой парой ушей, которые отказывались меня слушать.

Не помню, сколько времени я провела в больнице и вообще была ли в ней.

Может, это снова сон?

Очередной кошмар из бесчисленного множества?

В кошмарах из-под моей кровати выбирались монстры, а страшные женщины сдирали у меня с головы кожу. Однако из-за больничных лекарств я стала слишком вялой и равнодушной ко всему.

Теперь, когда по ночам приходили монстры, я не сопротивлялась. Наоборот, распахивала дверь и безропотно позволяла им проникнуть в себя.

В тело.

И разум.

Но я не пугалась.

Потому что было не по-настоящему.

Так сказали врачи.

Монстры — лишь плод моего воображения.

— После тщательного и кропотливого изучения здоровья Элизабет могу с уверенностью сообщить, что у нее, несмотря на юный возраст, наблюдаются признаки раннего биполярного расстройства. Существует масса вариантов лечения, однако прямо сейчас, учитывая, как быстро Лиззи пошла на поправку, я бы посоветовал продолжать принимать ранее назначенные препараты. — Доктор Клаус прочистил горло. — Конечно, со временем дозировку придется корректировать, но главное — такие дети особенно тяжело переносят подростковый период. Согласно некоторым исследованиям, для пациентов с расстройством характерно преждевременное половое созревание, включая раннюю менструацию. Нередко в таких случаях проявляется быстрая цикличность — частые смены маниакальных и депрессивных эпизодов, а также бурные всплески гиперсексуальности на пике мании.

Отец опустил голову, а мама заплакала.

— Это не смертный приговор, — поспешил успокоить врач. — Лиззи на редкость сообразительная девочка с огромным потенциалом.

— Я больше не могу, — выдавил папа, схватившись за голову. — Не могу.

— Майкл, понимаю ваше беспокойство, но при грамотном лечении Элизабет ждет здоровая полноценная жизнь.

— Что нам делать? — Мама крепко стиснула мою ладонь. — Как помочь нашей девочке?

— Заберите ее домой и любите, — просто ответил доктор. — Не нужно недооценивать целительную силу материнской любви.