Поздним рождественским вечером Марк прокрался ко мне в комнату и запер дверь.

Я улыбнулась. Сейчас он снова будет меня лечить.

Мне очень нравился Марк. От него приятно пахло. Он был супервеселый, всегда играл со мной, когда приходил в гости, даже если Кива пыталась меня выпроводить. Она любила обниматься с ним в лесочке за особняком, вдали от родительских глаз. Они занимались этим постоянно, Кива даже приводила его, когда мамы и папы не было дома.

С меня всегда брали обещание никому не рассказывать. Легкотня, хранить секреты я умела.

И хранила их много-премного.

Особенно про суперсилу Марка.

Он сразу предупредил: если о суперсиле кто-нибудь узнает, она перестанет действовать, а мне не хотелось снова заболеть. Ведь я обязательно заболею, если Марк перестанет меня лечить.

Марк с отцом приехали к нам на ужин и остались с ночевкой, потому что его папа выпил слишком много виски с моим папой.

— Готова, малявка? — шепнул Марк, направляясь ко мне.

— Я специально не ложилась, — сообщила я, гордая, что сумела не заснуть, а никто даже не заметил. — Как ты сказал.

— Вот умница. — Марк с улыбкой уселся на край кровати. — Смотри, что мне подарили на Рождество. — Он продемонстрировал новенький фотоаппарат. — Хочу поснимать тебя, малявка. По-особенному, только для меня. Согласна?

Энергично закивав, я сделала все, что он просил.

— Ты просто чудо, — объявил Марк, закончив фотографировать. — Как самочувствие, малявка?

— Отлично.

— О-хо-хо. — Коснувшись моего лба, он нахмурился.

— Что?

— Тебе хуже.

— Хуже? — Мои глаза расширились.

Он грустно кивнул.

— Знаешь, что случится, если ты не поправишься?

— Нет...

— У тебя выпадут волосы, как у мамы, и ты очень сильно заболеешь, как она.

— Правда? — Я испуганно ощупала голову. — Не хочу, чтобы у меня выпали волосы.

— Ты можешь умереть.

Я заплакала.

— Только никому не говори, что знаешь правду, — шепнул Марк и погладил меня по щеке. — Иначе будет хуже.

— Еще хуже?

— Да. От разговоров болезнь распространится по всему телу.

— Нет! Убери ее от меня!

— Могу попробовать, если хочешь.

— Ты обещал мне помочь. — Обливаясь слезами, я вцепилась в его руку. — Пожалуйста, вылечи меня.

— Ладно, но ты должна быть очень послушной девочкой. — Марк печально вздохнул. — Справишься? Нужно быть смелой и делать все, что я скажу.

— Справлюсь, — с готовностью закивала я. — Честное слово.

— Не проболтаешься?

— Нет, обещаю.

— Тогда сегодня попробуем кое-что новенькое, малявка.

— Что же?

Марк долго думал, потирая подбородок, и наконец произнес:

— Давай попробуем особые обнимашки.

— Согласна, — закивала я. — Давай.

— Уверена? — поднял бровь он. — Тебе может не понравиться.

— Но мне станет лучше?

— О да, — заверил Марк. — Ты почувствуешь себя просто замечательно, малявка.

— Хочу особые обнимашки, — заявила я.

— Ладно. — Сидя на кровати, он положил руку мне на коленку. — Но сначала сними ночнушку, малявка. — Его лицо озарилось улыбкой. — Мальчики и девочки обнимаются по-особенному только без одежды.

Я долго не раздумывала. Не хочу болеть, как мама. Хочу поправиться, а Марк обещал меня вылечить. Я стянула ночную рубашку и стала ждать, что он попросит дальше.

— Можешь смотреть. — Марк начал раздеваться. — Тебе ведь нравится смотреть, малявка?

Округлившимися глазами я уставилась на штуку, торчащую у него между ног.

— А это что такое?

— То, что поможет тебе выздороветь. Хочешь потрогать?

Если честно, не очень.

Штука выглядела странно.

И пугающе.

— Ничего страшного. — Марк со смехом забрался на кровать. — Еще привыкнешь.

— Привыкну к чему? — Я вытянулась на кровати для обнимашек и раздвинула ноги, как любил Марк.

— Не важно. — Он развел мои ноги чуть шире и, устроившись между ними, довольно присвистнул. — Ты такая умничка, малявка.

— Правда?

— Ага. — Его пальцы заскользили по моему бедру.

— Щекотно.

— Неужели? — улыбнулся Марк. — Любишь, когда тебя щекочут?

Испуганная, я пожала плечами.

— Я знаю секретную щекотку, — шепнул Марк, его пальцы скользнули выше. — Хочешь, покажу?