— Вот я до вас доберусь, мелкие негодники! — ругался во вторник вечером мистер Мёрфи из-за забора. — Надеру задницу обоим. Слышали? Только посмейте испортить мне еще одну клумбу своим гребаным мячом!

— Ох, черт! Он его лопнет?

— Нашел кому верить, Хьюи.

Прижавшись спиной к садовой ограде, я свирепо глянул на мальчика чуть младше меня с золотистыми кудряшками — тот хихикал в кулак.

— Пока он ни разу не обманул, Гибс, — прошипел я, тыча мальчика в бок. — И хватит смеяться.

— Почему? — Мокрый от дождя Гибси расхохотался уже открыто. — Смешно же.

— Нет! — огрызнулся я. — Смешной ты в этом дурацком желтом дождевике.

— Эй! В желтом я красавчик.

— Ты ходячая неприятность! И меня втянул в неприятности. Снова.

— Хватит хныкать, как маленький! — Он с довольным видом вытер дождевую каплю со щеки. — Не переживай так.

— Тебе легко говорить, — буркнул я. — Не у тебя пропадает третий мяч за неделю.

Так и знал, что этим все кончится. Старик Мёрфи был самым противным соседом в Авока-Грейстоунс, местная ребятня давно усвоила: если какая-нибудь игрушка залетела к нему в сад, обратно она не вернется. Мне повезло жить на другой стороне улицы, а вот Гибс обосновался через два дома от старика.

— Не сердись, Хьюи. — Он посмотрел на меня огромными серыми глазами, этот жалобный, щенячий взгляд всегда вытаскивал его из беды. — Ты ведь мой старший брат.

Я закатил глаза, хотя понимал: он прав. Несмотря на разных родителей, Джерард Гибсон был мне за брата.

Наши родители дружили с начальной школы и в итоге семьями переехали в Авока-Грейстоунс, квартал на двенадцать домов в северной части Баллилагина. Мы жили в доме номер четыре, а Гибсоны — в девятом, через дорогу.

Этот кудрявый бедокур всегда был в моей жизни, за исключением, разве что, ее первых четырех месяцев, когда он еще просто не появился на свет. Странным образом я воспринимал его не как Патрика Фили, лучшего друга из школы, а как сестру Клэр. Гибси не осторожничал со мной, как и я с ним. Мы ссорились, дрались, обзывались ужасными словами, но совсем не переживали по этому поводу, ведь мы братья, а братья всегда мирятся.

— Не грусти. — Гибс похлопал меня по плечу. — Война еще не окончена. Попробуем вернуть мяч.

— Уверен, он уже достал нож, — горестно вздохнул я. — Мой любимый мячик.

— Слышите, вы, исчадия ада? — не унимался старик Мёрфи, чей голос звучал подозрительно близко. — Только попадитесь! Собственными руками сверну вам шею. Особенно жирному!

Настал мой черед хихикать в кулак. Зато Гибси рассвирепел не на шутку.

— Вот говнюк!

— Да-да, перекормленный хряк! — грозил старик, но уже не в такой опасной близости. — Ты у меня научишься вести себя как следует!

— Вот говнюк! Мама говорит, я не толстый, просто крепко сбитый, а папа сказал: «Вытянешься — похудеешь», — оправдывался Гибси, продолжая сердиться. — У меня широкая кость, Хьюи.

— Конечно, конечно, — закивал я, пряча улыбку. — И вообще, забей. Старик Мёрфи просто завидует, потому что он старый и лысый.

— Правда?

— Ага.

— Ладно, иди на разведку. — Гибси кивнул на садовую ограду, за которой мы прятались. — Глянь, чем он там занимается. Если ушел в дом, быстро лезь во двор и забирай мяч.

— С чего бы? — возмутился я. — Ты запулил туда мяч. — Снова. — Ты помял его петуньи. — Снова. — Ты виноват. — Снова.

— Да, но ты лучше лазаешь по заборам, — наивно захлопал глазами Гибс. — Давай. — Он сплел пальцы и наклонился. — Я тебя подсажу.

— Ты на четыре месяца младше, но проблем от тебя в четыре раза больше. — Опираясь ногой на подставленные руки, я уцепился за бетонный парапет ограды и с усилием подтянулся.

Прямо на моих глазах седой монстр вспорол мячик перочинным ножом.

Вот и все.

Еще один — в мусорку.

Горестно вздохнув, я спрыгнул на землю и в ответ на полный надежды взгляд Гибси покачал головой:

— Не-а. Покойся с миром, мяч.

— Ну все. — Сжав кулаки, Гибси свирепо уставился на ограду, отделяющую нас от убийцы всякого веселья, и, сложив ладони рупором, завопил: — Сделай побольше фотографий своих цветочков, Мёрфи, потому что тебе их не укараулить. Ты, лысый, вредный кусок...

— Ты только хуже делаешь. — Я поспешно зажал ему рот. — Мы и без того влипли.

Ухватив Гибси за плечи, я потащил его через задний двор миссис Грейди, стараясь не наступить на ее клумбу.

— И влипнем вдвойне, если старик наябедничает родителям, что мы обзывались.

Помахав миссис Грейди, которая с улыбкой наблюдала за нами из окна кухни, мы принялись осторожно лавировать среди ее драгоценных розовых кустов. Миссис Грейди хоть и была старше вредины Мёрфи, но к детям относилась хорошо. Даже присматривала за нами, пока летом не сломала ногу. И хотя теперь уследить за нами ей было не по силам, она до сих пор разрешала играть у себя в саду и угощала чаем со сконами.

— Это война, — бурчал Гибси, шагая по тротуару. — Через неделю он у меня попляшет. — Он сжал кулачки. — На Хеллоуин мы ему устроим, Хьюи.

Расстроенный из-за мяча, я плелся за другом по подъездной аллее, ведущей к его дому.

— На день рождения подарю тебе новый мяч, — пообещал Гибси, открывая дверь. — На выходных мы ночуем у папы, заодно сходим с ним за мячом.

— Забыли. — Из-за его отъезда я совсем упал духом. — Будешь завтра в школе? Мисс Лоулор собирается угостить нас конфетами перед осенними каникулами.

— Конечно, — заверил Гибси, направляясь на кухню. — Просто поеду не отсюда, а от папы.

— А на мой день рождения в понедельник успеешь?

— А то! — С предвкушением потирая руки, Гибс ринулся к торту на кухонном островке. — У меня под кроватью уже набралась целая куча яиц для этого потрошителя мячей.

— Супер! — ухмыльнулся я.

— Джерард Джозеф Гибсон, если ты хоть пальцем тронешь именинный торт Хьюи, тебе будет нечем ковыряться в носу. — Из-за распахнутой дверцы холодильника выглянула Сайв.

— Как ты могла такое подумать! — возмутился Гибси; рука застыла в дюйме от глазури. — Я не ковыряюсь в носу.

— Согласен, Гибс, не ковыряешься. — На кухне возник Джо с посапывающей Бетани на руках. — Ты используешь его как склад, верно, сынок?

— Это было всего один раз, — оправдывался тот. — И одна бусинка.

— Вообще-то, четыре, — со смехом поправил я, вспомнив, что приключилось неделю назад на уроке труда. — Тебя даже возили в больницу, чтобы их вытащить.

— Просто хотел посмотреть, сколько туда поместится. Разве это плохо?

— Да! — хором ответили мы втроем, и Гибси сразу надулся в своей обычной манере.

— Джерард, в твоем возрасте пора бы знать: нельзя совать инородные предметы в ноздри. — Размахивая деревянной лопаточкой, как мечом, Сайв отогнала сына от торта в форме цифры семь. — И в уши тоже!

— Пойду заберу вещи детей для выходных, — объявил Джо, но не двинулся с места, пока не получил одобрительный кивок Сайв.

— Когда папа переедет обратно? — спросил Гибси, едва его отец вышел из кухни. — Мне без него плохо.

«Мне тоже», — чуть не вырвалось у меня, но, памятуя предостережение родителей, я прикусил язык.

Как сказала мама, Сайв с Джо решили расстаться, а нам лучше помалкивать и держать свое мнение при себе ради Гибса и Бетани.

У меня было весьма конкретное мнение о той пакости, которая творилась в доме напротив. И особенно о козле, на которого Сайв променяла Джо, но по просьбе мамы я не вмешивался.

Кит Аллен.

Тошнит от него.

— Джерард, солнышко, мы это уже обсуждали, — устало вздохнула Сайв.

— Ничего мы не обсуждали, — возразил Гибс. — Ты просто сказала, что папа съезжает. А сказать и обсудить — разные вещи.

— Ничего не изменилось. — Сайв шагнула к сыну, намереваясь утешить. — Мы с папой по-прежнему вас очень любим. — Она погладила его по кудрявым волосам, нежно потрепала за щеку. — Мы по-прежнему семья, милый.

— Ничего подобного, — срывающимся голосом возразил Гибси и, отстранившись, вытер щеку тыльной стороной кисти. — Все как раз изменилось.

— Мы по-прежнему семья, — строже повторила Сайв. — Просто немного другая.

— Потому что ты ее разрушила! — выпалил Гибси, отпрянув от матери. — Ты и твой уродский бойфренд.

Я с выпученными глазами зажал себе рот, чтобы не брякнуть: «Вот дерьмо».

— Джерард! — ахнула Сайв.

— А что? — Гибс с вызовом посмотрел на маму. — Это правда.

— Не смей так со мной разговаривать. — Голос у Сайв дрожал. — Я ведь твоя мама.

— А жаль! — Гибс пулей вылетел из кухни.

Мы с Сайв остались вдвоем.

— Мне... э-э... — Мечтая провалиться сквозь землю, я неуклюже поднялся со стула и кивнул на дверь. Потом пожал плечами и натянуто улыбнулся. — В общем, мне пора.

Глаза Сайв наполнились слезами; она с вымученной улыбкой отвернулась.

— Конечно, милый.

— Э-э... в общем, спасибо за торт. — Я покачал головой и двинулся к выходу. — И, ну... извини.

Не дожидаясь ответа, я по примеру Гибси рванул на улицу и, побив собственный рекорд, в считаные секунды очутился на подъездной аллее своего дома.

— По-моему, ты довел маму до слез, — запыхавшись, сообщил я Гибсу, который кидал баскетбольный мяч в стену гаража.

— Отлично, — буркнул он и снова бросил мяч.

— Ты ведь не всерьез.

— Думаешь?

— Не всерьез, — попробовал вразумить я и чудом увернулся от летящего с бешеной скоростью мяча.

Просвистев у меня над ухом, мяч с грохотом врезался в мусорные баки.

— Может, сбежим? — Гибс подобрал мяч и снова прицелился мне в голову. — Думаю, у нас получится.

— Хватит с меня побегов. — На сей раз мне удалось поймать снаряд в полете. — В прошлый раз ты надул на мой спальник. — Я изо всех сил швырнул в друга мяч. — А я был внутри!

— Это вышло случайно. — Гибс снова запустил в меня мячом. — Забудь.

— Обязательно, — рявкнул я, блокируя удар. — Как только перестанешь в меня кидаться.

— Я в бешенстве!

— Знаю.

— Ненавижу этого козла!

— Знаю.

— Не хочу с ней жить!

— Знаю.

— Хочу к папе!

— Знаю.

Тяжело дыша, Гибс долго, чуть ли не целую вечность смотрел на меня серыми, полными слез глазами и наконец судорожно перевел дух.

— Хочу, чтобы все стало как раньше, Хью.

— Понимаю, Гибс, — сокрушенно вздохнул я. — Я тоже.

— Но ведь этого не произойдет?

— Нет, Гибс. Думаю, что нет, — медленно покачал головой я.

Полностью раздавленный, Гибс добрел до конца подъездной аллеи и опустился на землю. Обхватил колени руками и уставился на свой дом.

Я не знал, как его приободрить, и это убивало. Мне безумно хотелось помочь другу. Хотелось все исправить. Чтобы его папа вернулся домой и семья воссоединилась.

Но я ничего не мог.

Мог только сидеть рядом с другом за компанию.

— Прости, что чуть не снес тебе голову, — произнес Гибс, окончательно успокоившись.

— Все нормально.

— Ты по-прежнему ждешь меня в понедельник на день рождения?

— Само собой.

— А потом мы пойдет собирать конфеты?

— Да, Гибс.

— И я останусь у тебя с ночевкой?

— Ага.

— А когда родители уснут, мы закидаем дом старого козла яйцами?

— О да.

— Супер. — Он с улыбкой толкнул меня плечом. — Кстати, Шинейд с твоей сестрой скоро вернутся из парикмахерской?

Закатив глаза, я сердито глянул на друга, но в глубине души обрадовался, что он завел любимую тему.

— Ты можешь хоть раз притвориться, что тебе интереснее всего со мной?

— Извини, Хью, но врун из меня так себе, — хихикнул Гибс, сделавшись прежним приколистом. — Твоя мама до сих пор требует позвать подружек Клэр?

— Угу. — Мои плечи уныло поникли. — Но я засяду за приглашения только сегодня вечером, а у мамы как раз смена. Может, сумею увильнуть.

— А кого надо пригласить?

— Забыл, как их зовут. — Я пожал плечами. — Но точно четверых.

— Четверых? — выкатил глаза Гибс.

— Угу.

— И нам придется с ними играть?

— Угу.

— Все время?

— Угу.

— Господи, — простонал Гибси. — Что нам делать с четырьмя девчонками?

— Пятью, — мрачно поправил я. — Ты не посчитал мою сестру.

— Клэр одна из нас, она не в счет. И потом, мы любим с ней играть.

— Ты любишь.

— Не кисни, — попробовал поднять мне настроение Гибс. — Вдруг девчонки окажутся похожими на твою сестру.

— Вот-вот, — содрогнулся я. — Не могу представить ничего хуже.