— Как настроение, Лиззи?

Настроение воткнуть ручку, которую ты вертишь, тебе в глаз.

— Прекрасное.

— Кошмары не снились?

Можно подумать, тебе не насрать.

— Нет.

— Как успехи в школе?

Лучше, чем у тебя в личной жизни.

— По всем предметам отлично.

— У тебя есть вопросы?

Да.

— Нет.

Во взгляде доктора сквозило беспокойство.

Я улавливала это — и ничего больше.

Бедолага совершенно не представлял, как со мной быть, что меня вполне устраивало, ведь с недавних пор все потеряло смысл.

Кроме красок.

Они, черт возьми, завораживали.

Мои чувства обострились до такой степени, что я, выражаясь образно, парила над землей.

Ощущала, как воздух касается кожи.

Пожалуй, я первая и единственная могла созерцать кислород.

И то, как он обволакивал меня, приводило в экстаз.

Каждый вдох распалял мое влечение к Хью, не давал усидеть на месте.

Я была как на иголках, переполняемая бурными желаниями и позывами.

Блин, жизнь прекрасна!

Хотелось забрать Хью Биггса на облако, подальше от так называемых друзей.

Забрать и никогда не отпускать.

Наверное, так сходят с ума.

Не знаю, и, если честно, плевать.

Любая мелочь пробуждала неукротимую тягу двигаться. Тревога молоточками стучала в висках, заставляла шевелиться, смеяться, носиться кругами — да все, что угодно, только бы избавиться от этого ощущения.

Вытеснить его.

Забыть.

Забыть раз и навсегда.

Думай о Хью.

Думай, какое наслаждение тебе доставляют его пальцы.

Подавив стон, я стиснула бедра, еле сдерживаясь, чтобы не начать раскачиваться на жестком сиденье и представлять, что это его лицо.

Тело пылало.

Из-под ногтей вырывалось пламя.

Я так изголодалась.

Зверски изголодалась.

Все внутри жаждало физической близости.

Она была необходима мне, как воздух.

Как приток крови к моему черному сердцу.

Хью — вот все, что мне нужно.

— Хорошо, Лиззи. — Доктор откашлялся. — Подожди в приемной, пока мы с твоей мамой побеседуем.

Я не хотела ждать в приемной.

Я хотела прикосновений.

— Давно у тебя появились эти симптомы? — спросила мама на обратном пути.

— Хм? — пробормотала я, зачарованно глядя, как за окном проносятся размытые пятна домов. — Быстрее, мам.

— Нельзя, здесь ограничение скорости.

Я открыла окно и вздрогнула от наслаждения, когда поток свежего воздуха обрушился на мои чувства.

Запах.

Вкус.

Образ.

Блин, никогда не ощущала себя настолько живой.

Казалось, я могу завоевать мир.

Повергнуть врагов.

— Лиззи! — громко позвала мама в попытке привлечь мое внимание.

— Что? — сердито рявкнула я. — Я, вообще-то, занята!

Мама с тревогой покосилась на меня.

— Доктор Пристли считает, что у тебя быстрая цикличность.

— Болтает фигню какую-то. — Я со смехом потрепала ее по ноге. — В жизни не чувствовала себя лучше, мам.