— Готово! — объявил Хью спустя три часа упорной зубрежки на пасхальных каникулах. Он захлопнул учебник, вместе с остальными швырнул его на кровать и откинулся на подушку. — Теперь у меня вся программа от зубов отскакивает.

— Не спеши, приятель. — Я развернулась на стуле и дерзко вздернула бровь. — Какой газ выделяет дождевой червь при дыхании?

— Углекислый, — закатил глаза Хью.

— Химическое название мраморной крошки?

— Карбонат кальция. — Он снова закатил глаза.

— Какие два продукта образуются при взаимодействии натрия с водой?

— Гидроокись натрия. — Хью запустил в меня скомканной в шарик бумажкой. — И водород.

— А теперь расскажи о преломлении света, — засмеялась я, уворачиваясь от самодельного снаряда.

— При переходе из одной среды в другую световой луч меняет направление, — без энтузиазма сообщил Хью. — Может, займемся чем-нибудь другим?

— Нет. Сначала назови первые тридцать элементов периодической таблицы.

— Серьезно? — фыркнул он. — Их я тебе перечислю хоть во сне.

Да, перечислит, однако меня не переставала восхищать его способность запоминать и пересказывать.

— На секундочку, не у меня в июне экзамены. — Я со смехом подняла руки. — Нет бы радовался, что твоя девушка оказывает тебе всяческую поддержку.

— Раз ты так хочешь меня поддержать, милости просим. — Хью подмигнул и похлопал по матрасу. — Освежить курс человеческой анатомии никогда не повредит.

Меня окатило горячей волной, потому что он говорил всерьез. Наши отношения разительно переменились после памятного дня в библиотеке: Хью не только перестал увиливать от ласк, но и сам проявлял инициативу.

— Ты хоть представляешь, какой ты симпатичный? — протянула я, совершенно очарованная этим парнем. — Серьезно, ты самый симпатичный ботаник на свете.

— Ботаник? Кто бы говорил. — С голым торсом, одетый лишь в шорты с низкой посадкой, Хью скатился с кровати и направился ко мне. — Ты книжный червь почище моего.

— Факт, — согласилась я, любуясь кубиками пресса. — Просто, в отличие от некоторых, я совсем не парюсь из-за учебы.

— Потому что ты маленькая бунтарка. — Взявшись за подлокотники моего кресла, Хью наклонился ко мне вплотную, отчего по телу прокатилась дрожь. — Да?

— Возможно. — Голос у меня сел, сердце учащенно забилось, а ноги сами собой распахнулись, и Хью устроился между ними. — Но я твоя бунтарка.

— Нет. — Его губы накрыли мои. — Ты моя малышка.