Софокл задается вопросами: что такое закон? справедлив ли он? когда уместно ему противостоять и можно ли оспаривать законы, созданные людьми? «Антигона» в Афинах имела огромный успех. В Спарте же подобную трагедию никогда бы не оценили – хотя бы потому, что Спарта не придавала значения театру.

Здесь я хочу сделать небольшое отступление. Афины и Спарта в нашем представлении – два лика Древней Греции. Если Афины были открыты обмену и торговле, то Спарта оставалась закрытой, авторитарной, подчиненной военным ценностям. Ради них граждане с гордостью принимали ограничения личной свободы. Афины оставили нам память о своих ораторах, философах и поэтах; Спарта – о воинах и битвах. И все же они выросли из одной культурной матрицы, почитали одних и тех же богов. Их разделяло одно: воспитание детей.

В Афинах мальчики с семи до четырнадцати лет ходили в школу, где учились читать, писать, петь, рисовать, считать и декламировать Гомера. В гимназиях они занимались бегом, стрельбой из лука и атлетикой. Они тренировали тело, чтобы укрепить разум, и разум – чтобы управлять телом. Стремились к идеалу союза физической и нравственной красоты, выраженному в слове «калокагатия». Оно объединяет греческие понятия «прекрасный» и «добрый».

В Спарте же в семь лет детей забирали из семьи и передавали общественным воспитателям – педономам. Те должны были закалять их физическими упражнениями и приучать к бою. Мальчики учились переносить голод, холод и телесные наказания. Они привыкали ходить босиком, спать на земле, не знать жалости ни к врагу, ни к слабости. В процессе тренировок они изучали азы музыки и арифметики. Чтение и письмо считались пустой тратой времени. С малых лет спартанцев воспитывали идеальными солдатами, умеющими сражаться и повиноваться.

Словом, уже во времена греков было ясно: образование определяет все.