Примерно в 1850 году британский хирург Джозеф Листер озадачился проблемой госпитальной гангрены. Пациенты переносили операцию и шли на поправку, но затем, через семь или восемь дней, их раны начинали опухать. Из разрезов сочился гной. Появлялись язвы, которые разъедали ткани, уничтожали кожу и разрушали мышцы до самой кости. Начиналась лихорадка. Невыносимая боль распространялась по всему телу, температура повышалась, и организм не выдерживал. По словам блестящего французского хирурга Шарля-Пьера Денонвилье, «слишком часто, принимая решение об операции, мы подписываем пациенту смертный приговор» 12.

Госпитальную гангрену обычно объясняли «тяжелой сырой застойной малярийной атмосферой», но Джозеф Листер заметил, что раны, промытые кислотным раствором после повторной перевязки, гораздо реже начинали гнить, что не имело смысла, если это состояние вызывали миазмы. В поисках ответа он обратился к микроскопу 13.

Так вышло, что его отец Джозеф Джексон Листер был пионером в разработке микроскопических технологий и даже получил членство в Королевском обществе благодаря своей работе над линзами. И все это несмотря на то, что он не имел научной степени, а на жизнь зарабатывал, торгуя вином. Молодой Джозеф Листер рос среди отцовских инструментов, а в Лондон приехал учиться с передовым микроскопом (несомненно, из всех студентов такой был только у него).

Листер взял образцы из сотен гангренозных ран, и в каждом обнаружил анималькулы, в том числе характерные палочкообразные, которые микроскопист Кристиан Готфрид Эренберг идентифицировал и обозначил как бактерии в 1828 году 14.

Лестер предположил, что эти бактерии присутствуют в воздухе и на окружающих поверхностях, ожидая момента нарушения защитного кожного барьера, чтобы проникнуть в организм пациента.

Поскольку очевидного способа избежать бактерий или отогнать их не существовало, рану пациента и все, что ее касалось, нужно было обрабатывать каким-то веществом, способным убить бактерии. Никто не знал об этих микробах достаточно, чтобы назначить средство, точно способное их убить, но Листера поразил новостной репортаж о городе Карлайл, расположенном к югу от шотландской границы, где карболовую кислоту (экстракт каменноугольной смолы) использовали для обработки выгребных ям, из которых вода просачивалась на коровьи пастбища. Кислота устраняла запах и, как побочный эффект, убивала паразитов, живших на траве. Листер воспринял это как рабочее доказательство того, что карболовая кислота может уничтожать невидимые скользкие анималькулы 15.

Когда его вызвали лечить 11-летнего мальчика, он решил проверить свою теорию. Большеберцовая кость ребенка была сломана и торчала из кожи. Подобные сложные открытые переломы неизбежно приводили к инфекции, гангрене и ампутации. Но прежде чем вправить кость, Листер пропитал рану и все свои инструменты карболовой кислотой, а затем забинтовал место перелома пропитанной ею марлей.

Мальчик полностью восстановился, избежав инфекции и ампутации.

Эксперимент имел оглушительный успех.

Прежде чем опубликовать свои выводы и рекомендации, Листер добился подобного результата у еще 11 пациентов. Все, что касалось пациента хирурга, включая руки самого врача, следовало тщательно обрабатывать карболовой кислотой. Деревянные столы надлежало заменить металлическими, чтобы в щелях и зазорах не скапливались бактерии. Легкий туман карболовой кислоты, распыленной над операционной, обеспечивал еще большую защиту. Эта методика стала известна как «антисептическая хирургия» (хирургия, противостоящая инфекции).

Как и его предшественники, Листер столкнулся с яростным сопротивлением. Сэмюэл Гросс, уважаемый профессор хирургии Медицинской школы Джефферсона в Филадельфии, заявил: «Ни один просвещенный и опытный хирург по эту сторону Атлантики не питает никакой веры в так называемую карболовую обработку профессора Листера». А по другую сторону Атлантики Джон Хьюз Беннет, старший клинический врач Эдинбургского университета, усмехнулся: «Где же эти маленькие создания? Покажите их, и мы в них поверим. Кто-нибудь их уже видел?» 16

Листер их видел, но столкнулся с проблемой. Палочкообразные анималькулы также были обнаружены в крови совершенно здоровых людей (и скота). Если они вызывают гангрену, почему не у всех? Казалось столь же вероятным, что эти бактерии могут быть побочным продуктом гангрены, порождением пораженной плоти, а не причиной заражения 17.