Спустя долгую паузу отец Аглаи спросил:

— Вы украли этот телефон?

Интересно, они уже отслеживают сигнал смартфона?

— Нет, конечно! — наиграно возмутился я. — За кого вы меня принимаете⁈

— Тогда кто ты? — кажется он решил снова перейти на яростный рёв.

— Я ваш будущий зять, — с долей издевательского пафоса произнёс я. — Я Волкодав Алексей Николаевич. Как только я выиграю магические игры, мы с Аглаей сыграем свадьбу. Думаю, в Великосибирске, у меня там дом. Вас, конечно, тоже приглашаем.

— Это… — начал он, но я не собирался позволять ему говорить гадости.

— Это будет прекрасный праздник. Ждём вас. Всего хорошего, — на этом я положил трубку и вернул её Аглае.

Иванов с моей невестой всё это время смотрели на меня, не отрывая откровенно испуганных взглядов.

— Не драматизируйте, — махнул я рукой и обратился к начальнику охраны Аглаи: — Иван Иванович, у вас всё?

Тот нахмурился.

— Я позвоню князю, — решительно произнёс он, глядя мне в глаза.

— Тогда предупредите его заранее, что конфронтация со мной ему сейчас ничего кроме позорного разгрома и привлечения внимания имперской службы безопасности, за покушение на участника магических игр, не принесёт.

Я сделал паузу и с улыбкой добавил:

— На этом — всё. Всего хорошего, — вежливость ещё никто не отменял.

— И что теперь будет? — потухшим голосом спросила Аглая, когда я закрыл дверь.

— Я же вроде уже объяснил, — поднял бровь я.

— Ты не понимаешь! Отец, он… — телефон вновь зазвонил, и девушка со страхом посмотрела на дисплей.

— На этот раз тебе самой придётся говорить с ним. Пока ты ещё не моя жена, но остаёшься его дочерью, — и заметив внутреннюю борьбу на лице моей невесты, со спокойной улыбкой добавил: — Но это не значит, что ты должна себя заставлять.

Аглая вздохнула:

— Мне бы столько решимости, как у тебя! — После этого взяла трубку: — Да, отец.

Потянулись дни. У меня впереди оставалось ещё две дуэли, после чего будет второй этап. В чем он будет состоять, держалось в тайне, да мне и не было особо интересно. Всё время я тратил на физическую активность, что выражалось в ежедневных утренних пробежках, ночных любовных марафонах с Аглаей и постоянной практике с внешней силой. Последнее особенно сильно вытягивало всю энергию.

В последний день перед дуэлью у меня зазвонил телефон. Я поднял трубку с незнакомого номера:

— Слушаю.

— Для человека перед важнейшим в его жизни днём, ты чувствуешь себя крайне спокойно, — произнёс незнакомец.

— Угрожать решили? — с усмешкой спросил я.

— Шантажировать, — уточнил он.

— Продолжай, — напрягся я. Было несколько вариантов и все они мне не нравились.

— Боровик Иваныч, — коротко отозвался собеседник, и у меня перед глазами возник тепло улыбающийся живой гриб, который учил меня настоящей магии.

Свободный кулак сжался, ногти больно впились в кожу.

— Говори! — с трудом сдерживая ярость, выдавил из себя я.

— Цена его жизни весьма не дорога. Тебе даже не придётся ничего делать, — в издевательской манере произнёс собеседник.

Я с усилием подавил гнев и произнёс:

— После игр я найду вас, и вы пожалеете. Очень сильно, — на этом я положил трубку и с ненавистью уставился на экран.

Нужно было попробовать вытянуть информацию, но я слишком разозлился. Вот же!

Внезапно телефон завибрировал и появилось сообщение:

«Если ты продолжишь участие в играх, то Боровик Иванович умрёт».

Я грязно выругался, и в этот момент в комнату вошла Аглая.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила она.

— Мои враги, — я аккуратно положил телефон на стол, дабы не разбить его об стену. — Решили меня шантажировать жизнью друга.

— Чего они хотят?

— Сначала сделать меня своей марионеткой, а когда наиграются — убить.

Логика преступников, которые не могли меня убить привычным для них путём, была очевидна и проста. Вот только от этой простоты не было легче, и это обещание могло вполне стать реальностью.

— И что ты намерен делать?

Я несколько мгновений смотрел в пустоту перед собой. Потом, взяв телефон, написал ответную смс.

— Есть мысль.

Спустя три секунды телефон вновь завибрировал в ответном смс.

Я прочитал высветившийся на экране текст и зло хмыкнул.

— При шантаже, — лекторским тоном произнёс я, — важно сохранять спокойствие, не выполнять требования шантражиста и самое главное — не бояться обратится за помощью.

* * *

— Это явная ловушка, — ворчал Илья Муромец, когда мы прибыли на заброшенный склад в далеком северном Нефтеюганске.

Небольшой и крайне неприветливый серый город, в котором без тёплой шубы невозможно находиться на улице. Здесь мой пуховик оказался бесполезным. Пришлось ехать в ближайший магазинчик и переодеваться.

— Согласен с Ильёй, — кивнул Мерлин Анатольевич, который с готовностью откликнулся на мою просьбу. — Даже с нашими силами это может оказаться весьма опасно.

— Это правда, — согласился я. — Безымянный привлечёт сюда большие силы. Уверен, здесь вскоре будет не протолкнуться.

— Я не понимаю, — нахмурился Илья. — Зачем тогда здесь мы?

— Безымянный зол после последней нашей встречи. А это состояние не самый лучший советчик.

— Ты думаешь он ошибается сейчас? — приподнял бровь Мерлин.

— Такой шанс есть, — кивнул я. — Время покажет.

Мы стояли у высоких запертых ворот ангара и спокойно беседовали. С неба падал редкий снег, а температура окружающей среды заставляла воздух звенеть. Я уже и отвык от таких морозов. Серьёзно, мне пришлось прятать лицо под шарфом, а чтобы разгонять кровь — слегка пританцовывать. Руки сквозь шерстяные перчатки почти сразу замёрзли. Сколько сейчас? Минус пятьдесят? Шестьдесят? Конечно, если бы источник работал, то я бы сейчас щеголял в одной рубахе, благо аспект огня и холода у меня были. Вот только магии не было, а значит, нужно исходить из ситуации.

— Может наколдовать тёплый туман? — в который раз с сочувствием предложил Мерлин.

— Нет, спасибо, — отказался я.

— Они здесь, — в следующую секунду одновременно произнесли Илья с Мерлином.

— Ну, наконец-то, — обрадовался я. — Начинаем тогда.

* * *

Безымянный смотрел, как открываются порталы, наполненные тьмой, словно чёрные мини-дыры, что засасывали в себя любой свет, будто пылесос. Но в этом месте почти не было освещения, лишь редкие лучики пробивались сквозь замызганные и частично разбитые небольшие окошки под самой крышей.

Бывший склад десятилетие назад закрытого Промнефтьмаша, нефтеперерабатывающего завода, который принадлежал ныне угасшему и забытому роду. А стал этот род таковым из-за гордыни. Безымянный положил на эти активы свой глаз, а эти карлики решили воспротивиться ЕМУ! И теперь здесь же закончится история ещё одного гордеца, которому уже трижды повезло выжить после столкновения с силами Безымянного и им лично.

Особенно бесило то, что в измерении Нави этот ублюдок Волкодав каким-то образом смог овладеть силой клинка Хроноса! Немыслимо для смертного, но Безымянный помнил старые времена и на что способны люди, а потому лишь ярился, но не удивлялся особо.

Однажды он покончит с людским родом, и этот мир станет его! И тогда он станет не просто старшим богом, а Верховным и единственным!

Потомкам богов, грибов, зверей и других тварей будет место в его новом мире, а вот человеческой грязи — никогда! Ведь они как плесень, если оставить хотя бы одну спору, то очень скоро их вид снова расплодится и начнёт вытеснять остальных, забирая власть и ресурсы.

Безымянный, помимо мести, ощущал странную необходимость в убийстве этого человека. Словно от этого зависела его собственная жизнь. Абсурд, конечно, где он и где этот смертный, но чувство с каждым прожитым днём крепло и требовало решительных действий.

— Гриб, — окликнул он Старичка-Боровичка и тот подобострастно склонился. — Во что бы то ни стало, Волкодав должен быть мёртв.

— Я приложу все усилия, — отозвался живой гриб, что в незапамятные времена присоединился к нему и поклялся своей душой служить.

Один из немногих, кто оставался рядом с Безымянным не за страх, а за совесть. Ведь помимо дополнительного источника мощи, какой Безымянный одаривал всех своих сильнейших слуг, Старичку-Боровичку был доступ к Нави и кошмарам. Но и это было не всё. Боровичок, один из немногих, кто понимал его и так же сильно ненавидел людей, в особенности детей.

— Я лично пойду. Где твой заложник?

Старичок-Боровичок молча щёлкнул пальцами, и рядом возник пульсирующий тёмный комок пространственной энергии, внутри которого можно было разглядеть другой гриб, сильно похожий на самого Старичка-Боровичка.

— Боюсь, он тоже придёт с подмогой, — заметил живой гриб.

— Значит, мы убьём всех. Но в первую очередь Волкодава! — категорически заявил Безымянный.

— Как прикажете, господин, — поклонился Старичок-Боровичок и шагнул в портал.

Бойцы уже отправились, и последним остался сам Безымянный. И перед тем, как самому вступить в пылающую тьмой арку, он внезапно замешкался. Перед глазами возникла картина. Окровавленный человек сжимает в руках раздвоенную полоску золотого божественного металла. Вот этот человек исчезает, а в следующий миг у него, у Безымянного, исчезает рука.

Недавно восстановленная конечность тут же заныла, а Безымянный сжал челюсти.

«Тогда, в Нави, Волкодаву просто повезло, а я был не готов к такому повороту событий. Кто мог знать, что вместо того, чтобы послушно умереть окончательной смертью без возможности уйти в поток душ, Волкодав каким-то чудом сможет завладеть клинком Хроноса!» — промелькнула мысль, а за ней пришла другая: «А что, если снова случится чудо? Я ведь видел, как в последней дуэли с геомантом Волкодав размазал наследника Власовых? Стоит ли вновь рисковать? Может доверить всё Старичку-Боровичку? Он ведь ещё никогда не подводил».

Пока он размышлял об этом, из портала со свистом вылетел Старичок-Боровичок и чуть не впечатался в грудь Безымянному. Тот в последний миг перехватил телекинетическим импульсом тело слуги и рывком развернул к себе.

— Что там случилось? — с трудом сдерживая ярость, прошипел Безымянный в испуганное лицо живого гриба. А спустя мгновение прорычал: — И почему я не чувствую заложника?

— Мл-младшая Дружина, — заикаясь пролепетал Старичок-Боровичок.

— Что за младшая дружина? — не понял Безымянный, но в следующий миг в его голове вспыхнули воспоминания о былой войне.

— Илья Муромец, Раскольников, Мерлин и науськанные на волшебных тварей бойцы. Элита элит! — затараторил Старичок-Боровичок.

— А Волкодав? Он там?

— Он… — икнул Старичок-Боровичок, и его бледная грибная кожа, или что у него там вместо неё, побелела ещё сильнее.

— Говори, — тряхнул его Безымянный.

— Мощь… необузданная, такая что только у князя Володимира я видел.

— Первый император⁈ — с непониманием произнёс Безымянный и тут же вспомнил свои недавние мысли. Чудо. Этот сукин сын снова сотворил чудо! — А тот гриб?

Старичок сжался, будто Безымянный его ударил и тихо, на грани слышимости пропищал:

— Он забрал его. На самом деле если бы не заложник, то меня бы размазало от его удара. Сырая, ужасная сила. Непостижимая.

— Как у князя, — кивнул Безымянный, после чего отпустил слугу и властно произнёс: — Значит, будем готовится к битве с этим монстром, восставшим из пепла истории. Созывай моих апостолов. Хватит набирать силу, отныне у человечества настали последние дни.

На этих словах Безымянный закрыл портал.

Предстояла большая подготовка к первой со времён исчезновения старших богов полномасштабной войне.

* * *

В жизни случаются удачные дни и не совсем. Но во многом это зависит от самого человека, насколько он подготовился к возможным неприятностям.

Когда открылись порталы и из них шустро повалили различного вида существа, от которых исходила тёмная, видимая невооружённым глазом энергия, я напрягся. В голове уже промелькнули мысли о том, как мне придётся со всеми разбираться, а потом впасть в кому от потери сил на неделю, а может и целый месяц.

Но мои ребятки приятно удивили. Оказывается, Багратион с Антипом не только из меня сделали настоящего монстра в магических сражениях, но и из моей дружины тоже.

Существа пёрли и пёрли, и ничего на первый взгляд не происходило. Но вот ближайший монстр, больше похожий на гуманоидного краба, как бы теперь его развидеть, повернул на нас свои глаза на жёрдочках и оглушительно цокнул клешнями, а через миг он замер и… развалился на мелкие кусочки.

И началась бойня! Существа взрывались, сгорали заживо, обращались в ледяные статуи, а позже в мелкие осколки и так далее и тому подобное. А мои люди, не издавая ни единого звука, просто выполняли свою работу, объединяясь в пары или тройки, и с хирургической точностью использовали свои аспекты.

Причём нашлись и те, кто проповедовал ближний бой, больше похожие на культуристов. Плечистые, крепкие парни с ростовыми явно магическими щитами, загородили мне обзор, стеной встав между нами и врагами.

— Кажется в ход пошла тяжёлая кавалерия, — рядом произнёс медведеподобный Илья муромец и засветившись изнутри, одним рывком перемахнул моих защитников, врезаясь в самую гущу битвы.

После этого раздался вопль ужаса, а Мерлин хмыкнул:

— Всегда они его боялись! В ту войну он в одиночку уничтожал если не армии, то небольшие отряды точно. Его даже тогда прозвали, что-то вроде, — он пощёлкал пальцами, припоминая слово: — «Палач света».

— Тогда уж светоносный, — хмыкнул я.

— Кажется, — нахмурился Мерлин, — Илье нужна помощь.

И он, и Муромец, в отличии от меня, могли ощущать потоки энергии, а потому им не нужны были глаза для отслеживания состояния боя.

Миг, и он растворился в воздухе, а из-за живой стены моих щитоносцев раздались взрывы и крики.

— Пора бы и мне вступить в игру, — обратился я к пустоте.

Источник всё так же не ощущался, а вместе с ним пропала броня Чернобога и мои фамильяры. Но я не ощущал себя беззащитным, напротив, казалось, что я только сейчас обрёл настоящую, свою собственную силу. Хотя, по сути, источник вместе с моими духами, являлись неотъемлемой частью меня самого. Интересно, когда обычная способность колдовать вернётся, я смогу использовать внешнюю силу?

Я подошёл к ребятам и положил двоим из них руки на плечи. В этот момент что-то грохнуло, и обзор на сражение мне загородил громадный, размером с пикап, несущийся на нас бык.

Я даже моргнуть не успел, как его массивные, мерцающие серебром рога, врезались во вспыхнувшую алым защиту перед моими людьми.

— Господин, мы справимся, — просипел один из мужчин, и по его виску потекла струйка пота.

— Всё так, — коротко подтвердил второй, а за ним и остальные, что цепью построились от стены до стены, образуя монолитную линию защиты.

Я им верил, но… удел князя, лидера и, если уж жизнь так повернулась, кронпринца — не прятаться за спинами своих людей.

Бык тем временем издал электрический треск и, мигнув, бесследно исчез.

И тут мне открылась жуткая и в то же время эпичная картина. Илья, облачённый в доспехи из чистого света, что на него было трудно смотреть, полуторным мечом и круглым щитом, которые оказались вполне материальными, рубился с тремя демонами. С самыми натуральными, словно со страниц типичного фэнтези, с красной кожей, витыми рогами, копытами, только вместо рук у этих были сабли.

Он, словно агент из матрицы, практически не двигая ногами, так быстро махал руками и двигал торсом, что верхняя часть тела расстроилась.

«Как же он крут», — промелькнула в голове мысль и тут же исчезла, поскольку чуть дальше в напряженной позе, с вытянутыми перед собой руками стоял Мерлин Анатольевич.

В эту секунду сбоку раздался рёв, и я отвлёкся. На нас бежал натуральный минотавр!

«Словно ожившие кошмары», — пронеслась мысль, и я хотел уже было начать действовать, но тут перед двух с половиной метровой махиной возник Багратион. Он играючи схватил монстра за рога, что отливали золотом, и резко дёрнул в сторону. Минотавр обиженно зарычал и отправился в стену, которую благополучно проломил своей тушей.

«Кажется, здесь и без меня справятся», — и как только эта мысль пришла в мою голову, из портала выплыл живой гриб. Он был очень похож на Боровика Иваныча, и в первое мгновение я даже решил, что мой учитель вернулся, но вот уже в следующую секунду стало ясно, что это другой гриб.

Что ж, пришла пора и мне размяться…