На мои слова девушка густо покраснела, затем опустила глаза. Неуверенность? Или она передумала за время нашей разлуки? Вполне возможно. Ведь тогда это было импульсным решением, и если она его изменила… Что ж, я не стану ничего делать в этом случае, как и говорил, у нас здесь не рабство. Брак в первую очередь должен приносить радость, а не ассоциироваться с негативом.

Она вдруг с силой выдохнула и подняв глаза произнесла:

— Это правда. Я согласилась, — и лучезарно улыбнувшись, добавила: — И безумно счастлива!

— С этим наглым смердом? — явно опешил Светлаков.

— Смерд — это крестьянин в древней Руси, — хмыкнул я. — Учите историю, княжич.

На этом я взял Аглаю под руку и впервые повернулся к парню лицом.

Тот стоял красный, как рак. В глазах плескалась ненависть, а от тела исходил еле заметный свет, который с каждым мгновением усиливался.

— В прошлый раз, я пощадил вас, княжич, поскольку моя цель не убийства, а победа. А цели свои я привык добиваться, — глядя ему в глаза, сказал я. — Не стоит делать меня своим врагом, иначе, у меня появится новая цель. И она вам не понравится.

— Ты… — задохнулся он от возмущения, густо замешанного со злобой, — … Мне угрожаешь? Мне⁈ Да ты хоть знаешь кто я…

— Труп. Если продолжите стоять у меня на пути, — прервал я его на вдохе.

Мне и правда было не интересно, кто он. Даже если он влиятельный человек, а в данном случае, скорее влиятельный его отец, никаких дел лично с ним я иметь не буду. Особенно после того, каким тоном он говорил с моей будущей женой и княжеской дочерью. С иными куртизанками вежливее общаются.

После этого мы прошли мимо него, а он, будто выброшенная на берег рыба, хлопал глазами и ртом.

Аглая всё это время крепко сжимала мой локоть, словно боялась, что я испарюсь, если она ослабит хватку.

Когда мы отошли на достаточное расстояние, я успокаивающе погладил тыльную сторону её руки и мягко произнёс:

— А если серьёзно, я уже женат.

В этот миг мою руку резко дёрнули, и Аглая застыла, как вкопанная.

Отпустив меня, она, как недавно княжич Светлаков, захлопала расширившимися до предела глазами и силилась что-то произнести, но получалась лишь беззвучная пантомима речи.

Тем временем я продолжил:

— Я от своего слова не отказываюсь, — всё же я был взрослым мужчиной, и не имел никаких иллюзий молодости. А ещё, у меня был определённый опыт общения с юными дамами, которые в большинстве своём ветрены, как и положено их возрасту. — И если ты сейчас это сказала просто для того, чтобы тот парень отстал, я пойму.

— Я не понимаю, — она резко замотала головой, и от её волос во все стороны разлился цветочный аромат. — Почему ты так просто обо всём этом говоришь? Зачем ты вообще вспомнил об этом, если уже разделил свою жизнь с… — тут она запнулась, а на глазах блеснули слезы, — … с женщиной, — всё же справилась она с бурлившими внутри эмоциями.

— Потому что я не говорил, что ты станешь первой женой, — спокойно ответил я.

Минуту она молча вглядывалась в моё лицо, видимо пытаясь найти в нем признаки шутки, но не обнаружив искомое произнесла:

— Ты знаешь кто мой отец?

— Князь, — пожал я плечами.

«Странный вопрос, Светлаков ведь только что это озвучил», — не совсем уместно улыбнулся я.

— Ты не понимаешь, — прошептала она и схватилась за голову.

Я с любопытством склонил голову на бок и решил дать ей выговориться:

— Рассказывай.

Она с непониманием посмотрела на меня, затем огляделась и сказала:

— Не здесь. Пойдём в твою комнату.

— Только после дам, — я не моргнул и глазом, ведь я понятия не имел, где именно она находится.

За это получил взгляд недоумения и чего-то похожего на возмущение. Неужели она решила, что я над ней издеваюсь?

— Я не издеваюсь, — решил я успокоить её и взял за руку. — Пойдём лучше к тебе.

Она посмотрела на свою руку и немного расслабилась:

— Хорошо.

Сейчас бы хорошо открыть портал в дом Аглаи в Кордоне, но магия была недоступна.

— Может, — словно прочитала мои мысли Аглая, — откроешь портал в Кордон? Или это трудно? — тут же смутилась она.

— Я тоже об этом подумал, — не стал отпираться я. — В твоём доме я провёл одну из лучших ночей в этом мире. — Девушка густо покраснела, но руки не отпустила. И я продолжил: — Но, к сожалению, пространственный аспект для меня сейчас не доступен, по некоторым причинам.

— Вот как, — с любопытством покосилась она, и в этот момент мы пришли.

Аглая распахнула двери и вошла внутрь.

— Не плохо, — оценил я обстановку.

Большой телевизор, кожаный диван, холодильник и минибар, проем в соседнюю комнату и стеклянный, на красивых кованных ножках, стол.

— Лучше, чем в деревенском домике, — произнесла она со знакомыми мне нотками в голосе.

— Зачем ты обманываешь меня и себя? — ответил я, пройдя в соседнюю комнату, которая оказалась игровой, и имела несколько других дверей. Оно и понятно, у богатых и влиятельных отпрысков бояр и апартаменты соответствующие.

— С чего ты решил? — она подошла ко мне с любопытством на красивом лице.

— Слышно в голосе, — качнул головой я. — С опытом вырабатывается навык слышать ложь.

— Это должен быть огромный опыт, — не поверила она мне. — Ты менталист?

Она действительно отличается от Зеваны, и весьма ощутимо. С другой стороны, если всё же мы поженимся, это будет интересно.

— Я имею некоторую склонность к этому аспекту, но пока не развивал его. Единственное, что я умею, простенькие щиты для разума, — сказал я чистую правду.

Если есть возможность избежать лжи, я буду ей пользоваться. Ненавижу лгать, особенно людям, которые мне не безразличны.

— Тогда я не понимаю, — растеряно произнесла она, спустя несколько секунд попытки осознать мои слова.

— Такое бывает. И если мы поженимся, тогда я расскажу тебе всё, — пообещал я. — Если, конечно, ты спросишь.

— Я спрошу, — ответила она и машинально кивнула, а в следующий миг, видимо осознав сказанное, произнесла несколько слов заклинания.

Воздух вокруг будто уплотнился, а уши заложило, как от давления на глубине.

— Это заклинание защиты от прослушки. Воздух вокруг нас не позволяет волнам звука выходить за пределы кокона. Он так же искривляет наши силуэты, не позволяя прочитать по губам.

— Отличное заклинание! — искренне восхитился я.

— Не скажу, что оно простое, — с недоверием посмотрела она на меня. — Но то, что ты использовал против Светлакова и Власова в последних боях, намного сложнее этого.

— Махать кулаками может каждый, — отмахнулся я. — А создать такое сложное плетение — настоящее искусство.

Девушка снова зарделась, но в этот раз не от неловкости, а от смущения.

— Но Светлаков с Власовым всё же не умеют так «махать кулаками», — заметила она.

— Грешен, — улыбнулся я. — На этом поприще я планирую стать сильнейшим в мире.

Она молча кивнула на это и сказала:

— Мой отец — один из самых влиятельных и могущественных князей в империи. И он не гнушается самых грязных методов.

— Поэтому ты от него и сбежала в тайгу? — предположил я.

— И не только, — согласилась она. — В первую очередь из-за этого договора о свадьбе. Почему я должна быть для него инструментом?

— Но было ещё что-то, — прищурился я.

— Это дело семьи Барклая де Толли и только. Даже если мы действительно поженимся, я не смогу тебе рассказать.

— Он сделал что-то мерзкое, а ты не согласилась с этим? Или сделала, как он хотел, но после этого ушла? — решил я уточнить. При втором варианте её бровь невольно дёрнулась, а потому я больше не стал её мучить: — Это дело прошлого, и мне не интересно.

Она с благодарностью посмотрела на меня. А я продолжил:

— И даже если ты когда-нибудь решишься рассказать, я выслушаю тебя, но не стану осуждать. Ты была во власти родителя, даже если считаешь, что действовала сама.

Глаза Аглаи поражённо расширились, а изо рта вырвалось:

— Откуда ты…

— Опыт, — улыбнулся я.

Несколько секунд она пристально смотрела на меня, после чего медленно кивнула, принимая мои слова на веру.

— Мой отец не потерпит мужа простолюдина, да ещё чтоб я была вторым номером, — выдохнула она. — Он приложит все силы, чтобы убить тебя.

— Так ты из-за этого решила спрятаться от посторонних глаз? — на этот раз удивился я.

— А как иначе? Он один из великих князей, а я его дочь. Как я могу прилюдно говорить о нем такое…

Затараторила она, а спустя минуту оправданий, заметила мою улыбку.

— Да ты издеваешься! — воскликнула Аглая и бросилась на меня с кулаками.

Правда, не особо сильно, поэтому я обвил её руками, легко преодолев атаку, и прошептал:

— Вскоре я стану князем, и если твой отец встанет на моём пути, то… — я многозначительно хмыкнул. — Ты слышала, что бывает с моими врагами.

— Но ведь это мой отец! — расширились её глаза.

— Так и я не зверь. И прежде, чем рубить головы, для начала попробую пустить немного крови. Для оздоровления отношений, так сказать.

— Мой отец иначе не поймёт, — вынужденно призналась она с печалью в голосе.

— Конечно, — кивнул я. — Каждый понимает тот язык, на котором говорит сам. И если для твоего отца это язык силы, значит, по-другому он не поймёт.

Она слабо улыбнулась и почти расслабилась, как её красивое лицо исказилось в гримасе то ли злости, то ли обиды, а может в ней в равной степени сочетались обе эти эмоции. И она резко отстранилась от меня.

— Но как ты мог жениться⁈

Я вздохнул.

— Поначалу так сложились обстоятельства, а потом она завоевала мою любовь и доверие.

— То есть, — Аглая нахмурила лоб, — тебя насильно женили?

Тут я улыбнулся и произнёс:

— Я всегда делаю всё по своей доброй воле, но иногда есть вещи, которые нужно сделать, и это тоже мой выбор. Если бы я не хотел, то этого брака не было бы ни при каких обстоятельствах.

— И ты её любишь?

— Да, — просто ответил я.

— А мне ты дал слово? — с обречённостью в голосе произнесла она.

— Я позвал тебя замуж, — терпеливо ответил я.

— Но ты ведь меня не любишь, — упрямо наморщила она лоб.

— Зевану я тоже не сразу полюбил. Она оказалась тем человеком, который всегда был на моей стороне. Она всегда готова прийти на помощь. Она — это мой тыл, за который не страшно в те моменты, когда меня нет рядом. Я не верю в любовь с первого взгляда, — сказал я и увидел, как в глазах Аглаи заблестели слёзы. — Но если бы ты была мне безразлична, я бы никогда не сделал тебе предложение. И как я говорил ранее, ты можешь отказаться…

— Нет! — внезапно выкрикнула она и бросилась мне на шею.

Наши губы слились в долгом поцелуе, а я подумал о реакции Зеваны на эту новость. И почему-то мне показалось, что она не будет против. Во всяком случае, если она останется первой и главной.

А потом был прекрасный секс. В отличии от моей первой жены, с Аглаей всё было более спокойно. Меньше экспрессии, больше нежности и ласки. Хотя бывали и такие моменты, когда-то она, то я становились словно животные, набрасываясь друг на друга.

Когда мы, тяжело дыша, оторвались друг от друга, Аглая спросила:

— Почему я не чувствую в тебе волшебной силы? Словно ты не одарённый?

— В данный момент так и есть, — не стал я скрывать от неё.

— Как это? Но…

До этого мы лежали на спине, переводя дух и созерцая светлый потолок, а сейчас она приподнялась на локте. Её рыжие прекрасные локоны намокли и слиплись на лбу. Ну конечно, с такого ракурса мне открылся великолепный вид на великолепные полушарии.

— Это долгая история, — улыбнулся я, глядя на прелести девушки.

Она проследила за моим взглядом и густо покраснела, словно и не было только что между нами ничего.

На это я довольно улыбнулся и притянул её губы к своим. В этот момент в двери забарабанили.

Девушка, испуганной сойкой дёрнулась от меня, но я придержал её порыв:

— Всё будет хорошо, — произнёс я, всё так же беспечно улыбаясь.

После бурного секса сил было не много, а с учётом того, что магия внешней силы, как я её про себя назвал, вытягивала именно выносливость, на многое рассчитывать не приходилось в случае конфликта. Но ведь не обязательно каждый раз сражаться? Верно? Верно же?

Хмыкнув знакомому мему, я натянул на себя штаны и отправился открывать двери, на ходу концентрируя энергию вокруг тела неприступной крепостью.

Цена подобной предосторожности не заставила себя ждать. Голова закружилась и мне пришлось остановиться у двери, опираясь о стену.

Поморщившись от своей слабости, я открыл дверь.

На пороге стоял коренастый брюнет с пышными казачьими усами и в синем гусарском мундире.

— Волкодав-с? — пробасил он.

— Так точно, с кем имею честь? — по-военному отозвался я, радуясь разнообразию. Всё же не фаербол в лицо, уже хлеб.

— Я, Иванов Иван Иванович, начальник охраны княжны Аглаи Богдановны Барклай-де-Толли.

— А я её будущий муж, — кивнул я, отметив забавное ФИО, что обычно использовались на всех образцах при заполнении различных бланков. — Рад познакомится.

Он окинул взглядом мой голый торс, и вокруг него заклубили огненные искры. Надо же, угадал со стихией, а ведь ничего не чувствую.

— Я бы не стал, — покачал я головой. — Вы не наследник княжеского рода, и щадить вашу жизнь я не стану, если рискнёте напасть.

— Это странно, — нахмурил он кустистые брови. — В вас не ощущается магия, но я отчётливо чувствую опасность. А я намного сильнее последнего вашего противника.

— Ничего не поделаешь, — пожал я плечами. — Я настоящий монстр, с которым вашему господину придётся считаться.

— Госпожа Аглая, — поморщился он. Ему явно не нравилось, что какой-то сопляк перед ним диктует свои правила, да ещё и пусть не явно, но угрожает князю. — Она согласна стать вашей женой?

— Аглая, — позвал я девушку и рассмеялся, — подойди. Меня тут подозревают в твоём принуждении на брак.

Девушка спустя секунду выскочила из комнаты уже полностью одетая. И даже причёску успела навести, пусть и не сложную.

— Всё, что сказал Алексей, чистая правда. Он сделал мне предложение, когда я ещё жила в Кордоне. Я согласилась тогда, и подтвердила своё согласие сейчас.

При виде девушки, мужчина поклонился, а при упоминании забытой деревеньки в кемеровской тайге заметно поморщился. Видимо, побег юной княжны он воспринимал как личное оскорбление его профессионализму. Но, похоже, он действительно был тогда не виноват, раз князь его не выгнал.

— Но пусть будущий тесть не переживает, — решил я немного сгладить атмосферу. Всё же не чужие люди. — Свадьба будет только после моей победы и получения официального титула.

Иванов несколько секунд смотрел мне в глаза, будто ища подвох, после чего медленно кивнул.

В этот момент у Аглаи зазвонил телефон. Девушка вытащила смартфон и посмотрела на экран.

— Отец, — севшим голосом произнесла она, явно перепугавшись до смерти.

— Бери, — я успокаивающе погладил её по плечу. — Я с тобой.

Судя по взгляду, она с удовольствием передала бы телефон мне, а лучше и вовсе выкинула. Но не найдя у меня на лице ничего кроме спокойствия, тяжело вздохнула и нажала зелёную кнопку, принимая вызов.

— Что это значит⁈ — мужской рёв услышали все, и благо Аглая не успела поднести телефон к уху, а то точно бы оглохла. — Ты что там творишь⁈

Я выдохнул и взял у неё телефон. А хотел ведь всё по-человечески, но этот мир так и норовит втянуть меня в драку. И если не магическую, так вот такую, моральную, что в разы хуже. Чёрт!

— Сбавьте тон, — холодно произнёс я. — Вы звоните моей невесте.

На целую секунду на том конце повисла гробовая тишина. Наверное проверяет, не ошибся ли он номером.

— С кем говорю? — наконец произнёс он, но даже так я ощущал его с трудом сдерживаемую ярость.

— Аналогичный вопрос.

С одной стороны, я дёргаю тигра за усы, с другой, иначе никак. Если он почует хотя бы тень слабости, то сожрёт и не подавится.

Снова пауза, и я невольно начал улыбаться. Представляя как человек с налитыми кровью глазами смотрит на телефон, и в его систему реальности никак не укладывается происходящее.

Краем глаза я заметил, что Аглая с Иваном Ивановичем побледнели. А ведь они не первые так реагируют на мою улыбку. Интересно, почему такое иногда происходит?