– Не до такой степени, – раздался вредный голос Алекса, – но выглядишь ты действительно как лакомый кусочек, сладенькая.– Да уж. Это надо уметь, сказать комплимент так, что я чувствую себя грязной.– Так ты обращайся, милая, я всегда готов помыть тебя.– Помойся лучше сам, а лучше вымой рот с мылом. Из него исходит слишком много грязи.– Малышка, у тебя вообще отсутствует инстинкт самосохранения? – произнес он обманчиво ласково.– Ладно, голубки, потом завершите свой междусобойчик, – Кир подставил мне локоть, и я сразу уцепилась за него, – пора идти.– Придурок, – буркнула я тихонько, но он услышал.– Детка, – с ледяным спокойствием произнес Алекс, когда мы уже вышли из комнаты, – ты же осознаешь, что за любые твои слова прилетит ответ?– Я должна испугаться? – вот ведь. Хоть бы мне кто рот заткнул, а то правда доиграюсь.– Ну, вообще, если не дура, то да.Сказав это, он развернулся и пошел в противоположную от нас сторону. Честно говоря, я выдохнула. Мне очень тяжело с ним общаться, постоянно держит в напряжении. И чего уж тут скрывать, иногда действительно страшно.– Слушай, Конфетка, ты бы правда не нарывалась, а то иногда меня может и не быть рядом.– Да я постараюсь, но это уже как инстинкт. Не могу ему не отвечать.К вечеру Академия действительно изменилась до неузнаваемости. За окнами кружил снег, черные башни покрылись инеем, а по двору стелился холодный сизый туман. Красиво, конечно, но жутковато. В этом месте даже зима выглядела так, будто пришла не радовать, а предупреждать.Мы шли по коридору к бальному залу, и от высоких окон тянуло холодом. Где-то за стеклом медленно падал снег, а свечи в настенных светильниках дрожали, будто тоже мерзли.Разговор утих сам собой, когда мы подошли к бальному залу. Из-за больших массивных дверей доносилась легкая музыка. Мы вошли в зал, и я решила оглядеться.Бальный зал был огромный, стены разрисованы чем-то мрачным. Высокий потолок, посередине которого красуется фреска. По краям стен были расставлены черные столики с красными стульями. В самом конце находились музыканты, а недалеко от них большой стол с закусками и напитками. Остальное пространство оставалось свободным. Зал освещали только свечи, очень много свечей. Обстановка была очень мрачная, ну и в то же время невероятно таинственная.Мы с Киром провели неплохо, немного выпили и много танцевали.Я как раз пыталась отдышаться после очередного танца с Киром, когда рядом раздался слишком знакомый голос.– Надеюсь, ты оставила один танец для меня, малышка.Я повернулась и увидела Алекса. Он стоял совсем рядом, в черном костюме, идеально спокойный и до невозможности красивый. На губах привычная усмешка, во взгляде тьма и уверенность человека, которому вообще плевать, согласна я или нет.– А если не оставила?– Значит, придется украсть.– Девушек приличные мужчины приглашают.– Какое счастье, что я никогда не притворялся приличным.Он протянул руку. Я посмотрела на Кира, но тот только едва заметно пожал плечами. Мол, решай сама. Чудесно. Поддержка просто на высшем уровне.– Один танец, – сказала я, вложив ладонь в руку Алекса. – И без фокусов.– Детка, с тобой без фокусов скучно.Он вывел меня в центр зала. Музыка сменилась на более медленную и Алекс тут же притянул меня ближе, чем требовали правила приличия. Я попыталась отстраниться, но его ладонь уверенно легла мне на спину.– Расслабься, Крис. Я не кусаюсь.– Сомневаюсь, – пробурчала я недовольно.– Правильно делаешь, – усмехнулся Алекс.Я закатила глаза, но спорить не стала. Танцевал он идеально. Конечно, кто бы сомневался. Двигался уверенно, легко, будто весь зал подстраивался под него. А я изо всех сил делала вид, что не замечаю, как на нас смотрят.Хотя смотрели все.– Ты специально это делаешь? – тихо спросила я.– Что именно?– Вышел со мной в центр зала. Притянул к себе. Устроил представление.– Умная девочка.– Алекс.– Иногда, Крис, чтобы тебя не тронули, достаточно показать всем, что ты уже принадлежишь самому опасному человеку в зале.Я чуть не сбилась с шага.– Это ты себя считаешь самым опасным человеком в зале?Он наклонился ближе, и его губы почти коснулись моего уха.– Нет, малышка. Это они так считают.– А ты?– А я просто не люблю спорить с большинством.– Какая скромность.– Я вообще полон достоинств. Просто ты почему-то упорно замечаешь только недостатки.– Потому что они у тебя слишком громкие.Алекс тихо рассмеялся, почти по-настоящему. И от этого у меня внутри что-то болезненно дрогнуло.На мгновение мне показалось, что передо мной снова тот Алекс. Просто Алекс. Но музыка сменилась, и его взгляд снова стал холоднее.– Теперь они знают, – сказал он спокойно. – Тебя лучше не трогать.– А если кто-то все равно рискнет?Уголок его губ дрогнул.– Значит, вечер перестанет быть скучным.Танец закончился, но он не сразу отпустил меня. Несколько секунд мы стояли слишком близко, и я слышала только свое собственное сердце. Он приподнял двумя пальцами мой подбородок, очень медленно наклонился, дыхание обжигало. Но он так и не поцеловал, слегка отодвинулся от меня. А я почувствовала себя дурочкой, ведь я ждала.– Ты невозможен, – прошептала я.– И таким я нравлюсь тебе еще больше.Он наконец отпустил мою руку и слегка склонил голову, будто насмешливо прощаясь.– До скорого, малышка.

Я вернулась к Киру на слегка ватных ногах.– Даже не начинай, – предупредила я.Кир поднял руки в примирительном жесте, но улыбку спрятать не смог.– Я молчу, конфетка.А потом Кир сказал, что ему нужно отлучиться. Если я не против, то до комнаты дойду сама.Я была не против, идти тут недалеко. Когда я уже на приличное расстояние отошла от бального зала, впереди показались трое ребят. Я попыталась пройти мимо, но у меня ничего не вышло. Один перегородил мне дорогу, двое других встали по краям от меня. Я помню, что нападение это фикция, но все равно было неприятно. Я понятия не имела, на что способны эти ребята и смогу ли я с ними справиться одна.– Какая киса и совсем одна, – противно оскалившись, сказал тот, что стоял напротив.– Пропусти, мне нужно идти.– Ну нет, дорогуша. Придется тебе сегодня составить нам компанию.Что-то я не поняла, разве здесь не должен быть Алекс, чтобы видеть всю эту сцену? Какой смысл им меня пугать, когда Алекса рядом нет, это у него должны пробудиться чувства.Ну, когда эти двое хватают меня под руки и тащат куда-то под лестницу, я начинаю понимать, что это не шутки.– Ребят, – говорю я дрожащим голосом, – вы же от Кира? Сейчас нет смысла разыгрывать эту сцену, ведь никого нет рядом.– Бедная девочка, от страха разум помутился, ты чего несешь?После этих слов я поняла, что нужно уходить. Быстро схватила главного за руку, лишив при этом магии, двое других успели отскочить. Я воспользовалась моментом и побежала, но, к сожалению, далеко уйти не удалось. Вот тут я и испугалась, причем так сильно, что рядом появился Кузя.– Вот попали, – обреченно сказал старший.Кузя сразу кинулся на него, один схватил меня, а второй решил помочь тому, кого пытался съесть Кузя. Я, конечно же, очень успешно лишила магии того, кто меня держал, и побежала прочь. Не видя дороги, я наткнулась на что-то большое и твердое.– Пусти, – заорала я, уже решив, что меня догнали.– Тише, гарпия, – узнала голос Алекса. Он отодвинул меня в сторону и взмахом руки раскидал всех.Даже Кузя взвизгнул, но сразу же, поняв, что все под контролем, отправился зализывать раны. Я стояла как вкопанная, не могла пошевелиться. У Алекса значительно выросла сила, с ним вообще теперь нереально справиться. Он что-то втирал всем троим, когда они, закивав головами, ретировались.– Это таким глупым способом вы решили вызвать во мне эмоции? – голосом, способным замораживать, спросил Алекс.– Нет, это действительно были какие-то отморозки. Кир нанимал каких-то ребят, но это были не они, – я ответила честно, уже не видя смысла врать. Это все равно не помогло.– Я не прошел мимо только потому, что мне невыгодно, если с тобой что-то случится. Заметь, здесь полно отморозков. Они лезут даже после того, как я демонстративно показал, что ты под моей защитой, – проговорил он, внимательно смотря мне в глаза и чуть наклонившись, – меня не от чего спасать. Ты не задумывалась, что я просто остыл к тебе? Завязывайте со всем этим дерьмом, иначе я приму меры.– Это какие же? – язвительно поинтересовалась я, сложив руки на груди.Он, ни слова не говоря, пошел в сторону бального зала. Мне пришлось идти за ним, оставаться здесь совсем не хотелось. До места оставалось совсем немного, когда рядом оказалась девушка. Алекс преградил ей дорогу, взял ее за руку, а она подняла глаза, и выражение ее лица изменилось. Из задумчивого оно превратилось в обожающее.– Милая, пойдем со мной? – сказал он ей вкрадчивым шепотом, от которого бегут мурашки по телу.– Да! – прошептала она завороженно.Потом он отпустил ее руку и повернулся ко мне.– Вот как-то так!– Что? – не поняла я, о чем он, все еще находясь под впечатлением от увиденного.– Ты спросила, какие меры я могу принять, если вы не прекратите меня доставать. Я тебе продемонстрировал наглядно. Я могу сейчас с ней сделать все, что угодно. Она не будет сопротивляться, и это будет на вашей совести.– Все, я не хочу больше в этом участвовать, я устала и пойду в комнату, – я прошла несколько шагов, но потом повернулась к нему, – делай что хочешь, только смотри, не успеешь оглянуться, как останешься один.– Очень страшно, – промурлыкал он мне вслед, но я уже не стала ему отвечать.Глаза жгло, очень хотелось плакать. В голове крутилось одно и то же: «Ты не задумывалась, что я просто остыл к тебе?» Я не хочу об этом задумываться, возможно, и остыл. Только он стал слишком черствым, поэтому я не верю ему. Нужно успокоиться и еще немного потерпеть.В гостиной меня ждал Кир, который меня потерял и нервничал. Оказывается, у меня разрядился артефакт связи, и он не мог со мной связаться.Ребята в последний момент отказались участвовать в нападении на меня. Конечно же, они испугались Алекса. Я ему в свою очередь рассказала о том, что на меня все-таки напали. Потом пожаловалась ему на Алекса и его поведение.– Все не так страшно, как нам казалось в начале, Конфетка. Мы же не рассчитывали, что будет легко. Надеюсь, ты не хочешь сдаться?– Ни за что! Наоборот, сейчас вот таким, какой он стал, он меня тоже волнует. Я бы все равно не смогла от него отказаться.– Ну, это как раз неудивительно, – усмехнулся Кир, – девочки любят плохих мальчиков. Думаю, пора ехать к старцу, нужно предложить Алексу поехать вместе. Например, под предлогом твоей защиты, ведь ему важно, чтобы ты была жива и здорова.– Давай попробуем, я придумаю, какую причину посещения старца назвать.Наш разговор прервал Алекс, вернувшись в комнату.– Обсуждаете ваш сегодняшний провал? – с порога начал Алекс.– Не кипятись, – попытался успокоить его Кир. – У нас к тебе важный разговор.