Проснулась я перед самым рассветом, потому что ужасно, неимоверно замёрзла. Наверно почти как та несчастная принцесса.

Рядом никого не было. Я встала, огляделась. Город ещё спал, но где-то вдалеке уже скрипели двери, на границе слышимости истошно орали неведомые птицы, заменяющие здесь петухов. В ледяном, напоенном туманом воздухе звуки разносились далеко и отчетливо.

— Хин! — хрипло позвала я. Голова звенела, тело ныло. Не хватало еще простудиться. — Хин!!! — никакого ответа.

Было бы здорово, если бы новый друг сейчас вернулся с горячим чаем и своей неизменной широкой улыбкой!

Пытаясь согреться, я спрятала руки в карманы шикарной мантии и не обнаружила там ни одной монеты. «Вот и кончилась магия», — подумалось мне, — «Ушла на один единственный бездарный поход в кафе».

И тут я совершенно отчётливо припомнила, как добрая круглолицая трактирщица, увидев, что я достаю монеты прямо из кармана, сказала, что это совершенно неприемлемо и вручила мне маленький симпатичный кожаный мешочек на завязках. Мне он так понравился, что всё оставшееся богатство сразу же переместилось туда. Сейчас карманы оказались пусты.

Догадка обожгла огнем.

Принц, значит.

Дура! Какая же я дура!

Да, фея предупреждала, что деньги от меня утекут каким-нибудь образом, но я и не думала, что вот так! Да хоть бы они превратились в злющих пчёл и покусали вора, будь он неладен!

Хотя нет, он-то как раз не чародей. Так, мелкий мошенник…

Ну и чёрт с ними, с деньгами! Крыша над головой у меня есть, голодной не останусь. А вот мешочек… мешочек жалко. Я внезапно разрыдалась. Там ведь была какая-то вышивка. Цветок или вроде того. А я даже не рассмотрела толком. И ведь это был подарок от души. Настоящий, искренний!

Размазывая слёзы и дрожа от холода, я брела по светлеющим улочкам, ориентируясь на приметный синий дом с красной крышей. Действительно, страшненький, правду бабки сказали.

Во рту царил гадкий привкус, на душе было ещё более мерзко. Хотелось поскорее добраться до кровати и забиться под одеяло. А проснуться дома. ДОМА! Боже мой, почему я никогда по-настоящему не ценила дом?! Свежевыстиранные простыни, утренний чай и вездесущая пыль большого города, кружащаяся в солнечных лучах у приоткрытой форточки...

Как же меня раньше доставала эта пыль и вечное мамино «протри подоконник»! Да я три раза на дню готова делать уборку, только верните меня домой! Пожалуйста!

Кое-как я добралась до дома Марыси. Пожалуй, это стало настоящим чудом, ведь вчера запоминать дорогу было совершенно некогда. Входная дверь оказалась незапертой, хотя хозяйка мне навстречу не попалась.

А вот кот, конечно, напакостил. Было бы странно, если бы он героически терпел весь вечер и ночь. Выделенная мне комната благоухала кошачьей мочой, уже успевшей впитаться в деревянный пол. Я без сил опустилась на колени у кровати и заревела пуще прежнего. Сердито оттолкнула кота, решившего приласкаться. Тут же поймала его и принялась наглаживать, извиняясь и продолжая заливаться слезами.

Зверь будто испускал волны сочувствия и умиротворения, но новая жизнь выглядела в тот момент более чем паскудной.

Оказалось, что здешний странный мир со всеми его магическими штучками вовсе не исключает рутинных мелких неприятностей, а наличие эльфов и фей совершенно не уберегает от встречи с мудаками.

Взять себя в руки удалось не сразу. Минут через десять я вытерла глаза, сделала несколько вдохов и выдохов и вспомнила систему, которая не раз меня выручала. Проблемы кажутся непреодолимыми, пока не начинаешь хотя бы по чуть-чуть, шаг за шагом, решать их. Одну за одной, думая только про следующее действие.

Так. Сейчас я уберу за котом. Хорошо бы избавиться сразу и от запаха.

Дома я засыпала бы всё стиральным порошком. А тут? Магия должна помочь! Я не слишком вежливо щипнула из мохнатого бока пучок шерсти и стала водить им над изгаженным местом. Слова придумывались плохо. Меня хватило только на «кошачий запах уходи, запах свежих цветов появись». Несмотря на отсутствие ритмики и рифмы, получилось. Наверняка сказалась глубина моего отчаяния. Запах «свежих цветов» идентифицировать не удалось, но он хотя бы не сшибал наповал.

Теперь хорошо бы устранить усталость и последствия вчерашнего знакомства с местным пойлом.

Я уже вновь потянулась к недовольно жмурящемуся коту, но вовремя поняла, что на себе магические эксперименты ставить пока не готова. Пришлось просто раздеться и залезть под одеяло.

Когда я начала стягивать мантию, Рыжик демонстративно повернулся спиной и уставился в стену. Меня это немного позабавило, надо же, какой деликатный, и засыпала я уже не с таким тяжёлым сердцем.

* * *

Разбудили меня, если верить ощущениям, сразу же как только я сомкнула глаза. Хотя солнце на самом деле поднялось уже довольно высоко.

Пришла Акимовна и давешняя вылеченная бабулька, а с ними ещё четверо страждущих. Все — пожилые женщины. Одна почти не могла наступить на тощую, скрученную болезнью ногу. У второй заболела коза. У третьей увял любимый цветок. А четвертая настойчиво требовала, чтобы я погадала на картах и узнала, не пытается ли её отравить невеста внука.

Честно говоря, отравить их всех в тот момент хотела я. Сразу и наверняка. Не было настроения ни подниматься с кровати, ни помогать людям. Несмотря на долгий тяжёлый сон, а может как раз из-за него, ломило затылок, всё тело было будто наполнено тёплой тягучей ватой. Но пришлось мило улыбаться, выслушивать многочисленные охи-ахи и невообразимо длинные истории о болячках вперемешку с обязательными нравоучениями.

Кота я снова заперла. Купленный у запуганной продавщицы тканей ремень то ли потерялся вчера в процессе прогулки, то ли тоже оказался украден, чисто из вредности. Ух, попадись ты мне, «переодетый принц»!

Я нагладила кота, собрала с ладоней мягкий подшёрсток и снова вышла к бабушкам.

С козой и цветком проблем не возникло. Пара шерстинок, умеренно стихотворная тарабарщина, и те ожили прямо на глазах.

А вот гадания я серьёзно опасалась, потому что ещё даже не удосужилась рассмотреть свои карты. Но после трёх разных раскладов (пришлось вспоминать компьютерные пасьянсы) те напрямую, так что даже дошкольник бы понял, выдали результат: «хочет причинить смерть».

Клиентка направилась в сторону своего дома с очень решительным видом. Я даже на секунду ощутила сочувствие к девушке-отравительнице. Хотя чего уж, сама виновата.

Пациентку с покалеченной ногой я оставила напоследок, как самую сложную. Понятно было, что даже в волшебном мире за один раз такое не лечится. Вздутые сосуды, странно натянутые мышцы, и даже кость как будто бы искорежена. Тёмные пятна на коже. Бр-р-р.

Поразмыслив, я решила, что котькину шерсть нужно не просто повозить по больному месту, а приложить и оставить на подольше.

— Скажите, у вас есть хороший шерстяной носок? Длинный, до колена примерно.

— Ох, деточка, уж давно ничего нового у меня не водится. Ну, только то, что для похорон оставила. Но там носков нету, там туфельки красивые, — всхлипнула бабка.

— У меня есть, — вскинулась Акимовна, внимательно контролировавшая весь процесс. — Щас принесу.

Она молнией, откуда только энергия бралась, метнулась в дом и притащила серые вязаные чулки невнятного вида, но невероятно мягкие.

— Вот, — сказала она. — Сын привёз. Он в горах живет, тут редко бывает. Хорошая вещь, но я ведь и не мёрзну никогда, так чего им зря лежать?

«Конечно, как можно замёрзнуть, если ни на минуту не останавливаешься?» — подумала я.

Кожу больной ноги я ополоснула чистой родниковой водой и постаралась равномерно распределить по влажной коже волшебную шерсть. Дальше забормотала что-то вроде «все хвори прочь в глухую ночь, уйдите болезни долой, пусть живёт со здоровой ногой». С каждым разом подобная ерунда придумывалась всё проще.

В голове всплыли кадры из фильма «старик Хоттабыч». Да уж, куда проще было бы обойтись звонким «трах-тибидох». Или, на худой конец, «лехододиликраскало», как в изначальной сказке. Но нужно создавать имидж крутой колдуньи. Не могут же все заклинания у такой загадочной персоны звучать одинаково!

Я надела на ногу пациентке выданные Акимовной чулки, на всякий случай — оба сразу, и строго наказала не снимать их неделю, а потом снова прийти ко мне. Бабуля покивала и удалилась. Кажется её подруги, наблюдавшие за процессом затаив дыхание, остались немного разочарованы.

Наконец мне удалось забиться в комнату, где я долго сидела неподвижно, машинально поглаживая кота и глядя в окно. Следовало всё-таки соорудить какой-никакой поводок, чтобы выводить зверя на прогулку. Стоило сходить в местную лавку травника и хотя бы посмотреть, что там вообще есть. Необходимо было позавтракать. Или уже пообедать. Неважно. Но я впала в странный ступор без эмоций и ощущений, и прерывать его не было ни сил, ни желания.

Примерно через час в дверь тихо постучала Марыся.

— Да-да, — отозвалась я, не двигаясь с места.

Девушка вошла с большущей деревянной пиалой.

— Сварила тут тебе немного бульона, — неожиданно мягко сказала она.

Я только и смогла, что обалдело пробормотать: «спасибо», принимая чашу. Та увидела мое удивление и пояснила:

— У всех бывают плохие дни. И хорошо, когда рядом есть кто-то, кто может принести горячий бульон. Ты сейчас очень далеко от своих родных, поэтому пока это буду я.

Хозяйка пристройки затворила за собой дверь, а я твёрдо решила, что как только начну зарабатывать что-то посущественнее еды и ночлега, приволоку ей самый лучший подарок, какой найду. И принца для неё приворожу. Только настоящего.

За весь день из полезных дел я осилила только добычу туалетного ящика для кота. Натаскала в него песка и понадеялась, что привыкший к свободной жизни зверь оценит мои старания по заслугам. Выходить с ним на улицу я пока боялась. От Рыжика и его волшебной шерсти буквально зависело моё будущее, а потерять питомца где-нибудь в рыночной толчее — плёвое дело.

Вечером прибежала встревоженная Акимовна и дрожащим голосом сообщила, что ко мне ПРИШЛИ.

«Гостей» оказалось трое. Городские маги, одетые кто во что горазд, но максимально пафосно и экстравагантно. Заводилой среди них явно был высокий худой старик с длинной бородой и безвкусной островерхой шляпой, увешанной блестящими побрякушками. Ну, то есть это наверняка были сплошь древние ценные артефакты, но на мой взгляд — бижутерия. У меня такие штуки теперь тоже водились благодаря фее.

Фиолетовая хламида, расшитая золотыми звёздами, ниспадала складками и волоклась за дедом по полу. Робот-пылесос, да и только.

Второй посетитель больше напоминал монаха. Он был довольно высок, но при этом кругл как бублик, а его одежда ну о-очень смахивала на рясу, только из дорогущего переливчатого черного бархата. Украшений мужчина не носил, за исключением массивного черного перстня с камнем-печаткой.

Мужскую компанию разбавляла средних лет барышня, весьма полная и ярко накрашенная. Без перебора, так что макияж нельзя было назвать крикливым, но и проигнорировать это лицо (причём в любой обстановке) тоже оказалось бы нелегко. Ее одежду украшало множество колокольчиков, мелодично позванивающих при каждом шаге.

Вид у всех троих был мрачный. Не похоже, что они пришли, чтобы радушно принять меня в гильдию.

— Нам надо поговорить наедине, — без обиняков заявил тощий.

— Пригласишь нас в свою комнату, милочка? — спросила дама, подходя ближе.

«Монах» только мрачно буравил меня взглядом.

Блин, не хотелось бы показывать им кота. Вдруг отберут? Хотя они наверняка и так про него узнали, раз пришли ко мне. Я молча распахнула дверь. Рыжик как раз осваивал лоток, с упоением разбрасывая песок по всей комнате. Стало ужасно неудобно. Но в конце концов, они же сами припёрлись, да ещё и без предупреждения!

Маги медленно втянулись в комнату, брезгливо приподнимая полы одежды.

— Ты нарушаешь все мыслимые и немыслимые правила, — заявила ведьма, захлопывая дверь изнутри и обмахивая её куском меха. — Всё, теперь нас не подслушают, — обратилась она к спутникам.

— По крайней мере теперь ясно, откуда у тебя такое могущество, — сквозь зубы процедил Фиолетовый, кивая на кота.

— Простите, я здесь только со вчерашнего дня и ещё не успела выучить правила, — покаялась я. — Укажите мне, пожалуйста, на мои ошибки.

Всегда лучше попробовать избежать конфликта, а не лезть на рожон.

— А головой подумать? — взорвался Монах. И увидев полное непонимание в моих глазах, резко продолжил: — Ты вылечила старую женщину. Пол-ность-ю! Понимаешь?

— А-а, ну-у, а это плохо? — их логика мне никак не давалась.

— Допустимо давать пациентам только временное облегчение. Если ты вылечишь всех, то на что потом станешь жить? Чем мы все станем зарабатывать? Гаданиями да приворотами?

— Но ведь лечить не до конца — это плохо, это обман!

— Ничего подобного. Мы даём им эффективные снадобья. Проводим настоящие ритуалы. Хорошие, качественные, действенные. И они работают определенное время. Мы не требуем ничего особенного взамен. Пациент приносит столько, сколько ему не в тягость, а мы получаем достаточную оплату за свою работу.

— А бабушки мне говорили, что с них дерут неподъёмные деньги! — вспылила я.

— Люди всегда так говорят. И всегда будут. Поверь, рано или поздно твои почти бесплатные услуги тоже покажутся им слишком дорогими. Они не умеют быть по-настоящему благодарными. По крайней мере — долго. Они гораздо больше ценят то, за что выложили кровно заработанные гроши. Понимаешь, что я имею в виду?

Я понимала. Не очень хотела верить, но в их словах был определенный резон.

— Да я и не собиралась, честно! Так получилось!

— Именно поэтому мы пришли к тебе по-хорошему, — ведьма присела на кровать и дежурно улыбнулась. — Все эти бабули милы до поры. Я очень не советую тебе у них задерживаться. Иначе потом ещё и должна окажешься. Ты ведь ничего не платила им за еду и ночлег, верно?

Я смогла только кивнуть.

— Перебирайся в свободную комнату при библиотеке, дитя. Обживись, разберись, что и как устроено. А потом уже твори благие дела, если возникнет желание. Только по чуть-чуть и не бесплатно. Понимаю, что это звучит не очень приятно, но все мы через это проходили, когда были молодыми и горячими. И иначе никак.

— А как я буду платить за комнату и покупать продукты? Ну, пока обживаюсь? — обреченно уточнила я.

— Да хотя бы сходи к тому купцу, которому устроила небывалую удачу в торговле, и потребуй у него долю от прибыли, — усмехнулась ведьма.

— Какому купцу? А-а… — мне вспомнился продавец уздечек и мой неосмотрительный щелчок пальцами. — А он даст?

— Даст, куда денется. Если что, намекни, что удачу и забрать можно.

— Ладно, — пробормотала я. — Спасибо вам! А котика? Котика я ведь могу увезти в библиотеку с собой?

— Конечно, он же твой фамильяр, — подал голос Монах. — Или нет?

— Фамильяр-фамильяр, — горячо заверила я, предполагая, что простого питомца маги наверняка заберут себе. Исключительно из благих побуждений. — Куда я, туда и он. У нас это… связь. Мы не можем разлучаться.

— Ага, я так и понял, — прищурился маг. — А как его имя?

— Р… — начала было я. Потом опомнилась. Вдруг кота тоже можно подчинить? Хотя он же это прозвище получил от меня всего пару дней назад… Нет, лучше перестраховаться.

— Рыжий? — предположил человек в рясе, потирая руки.

— Р-раз вам так интересно, — я постаралась максимально убедительно изобразить заикание, — его зовут Коттабыч.

— Странное имя. Эй, Кот-та-быч, Кот-та-бы-ы-ыч! — нараспев протянул монах.

К моему ужасу, кот обернулся и вальяжно направился к незваному гостю. Обнюхал протянутую руку. А потом развернулся и начал брезгливо скрести лапой пол, «закапывая» ботинки чародея.

Ведьма с колокольчиками расхохоталась:

— Говорят же тебе, Серый, это фамильяр! Его так просто не переманишь.

Мужчина скривился, поднялся и величественно направился к двери. Его спутники двинулись следом.

Распрощались мы на том, что завтра я мирно поговорю с бабулями и перееду в библиотеку.

— И лучше сделай это спозаранку, пока не набежали новые просители, напутствовал меня Фиолетовый.

Очень скоро, но всё-таки позже, чем нужно, я поняла, что стоило прислушаться к его совету.