– Ау! Ты долго собираешься мне не открывать? Я тут состарюсь? – ворчала я, тарабаня по двери.

На самом деле Лерка не очень-то и запаздывала, но я дико хотела попасть в уборную, так что просто обязана была прорваться внутрь дома. Почти пять часов взаперти плюс час, пока добиралась сюда, и вуаля – я зависима от чужого жилья и маленькой уютной комнатки в нем.

Такси чертовски долго ехало, я вся перенервничала, что за это время телохранитель спохватится, заметит, что я пропала, и отправится на поиски. Но он не заметил, так что я спокойно развалилась на лавочке и дышала воздухом в чужом дворике. Без охраны. И никто не пытался меня убить, никто не пытался запугать – свобода и спокойствие. Другой город, другая жизнь, а угрозы… они остались где-то там, дома. Мы успешно сбежали от них всех, Станислав зря беспокоился, что ему постоянно нужно оставаться начеку.

Хотя, возможно, это были просто отговорки, чтобы отвязаться от меня и работать дальше?

– Регина? – Дверь таки открылась, и на пороге появилась Лера.

Я застыла, во все глаза глядя на нее, даже про уборную забыла. Боже-е, и это та самая девочка, которая в двенадцать стягивала кудряшки в неряшливый хвостик и играла со мной в пиратов? Которая в четырнадцать отказывалась зайти в море, потому что там медузы? А после… после четырнадцати мы и не виделись больше.

Тихонько пискнув, я повисла на шее у красотки, которая передо мной предстала. Стройная, темноволосая, гордая – настоящая леди! Одно дело – последние пять лет видеть фотографии и совсем другое – встретить вживую. Настоящий человек, когда он тебе близок, всегда будет казаться в сотню раз красивее фотографии.

– Какое… восторженное приветствие, – выдавила Лера, наконец отмерев и неловко похлопав меня по спине. Потом мягко отстранилась. – Я готова, идем?

Тяжело вздохнув, я все же отпустила подружку детства.

– Ага, только…

А потом мы гуляли по городу, и все проблемы отошли на второй план. Немножко. Хотя бы на самую малость. Мы даже смеялись каждый раз, когда пытались сделать очередное дурацкое селфи. Гуляли вдоль реки, наслаждались природой и воздухом, полюбовались на старинные храмы и домики, коих в этом городе было в избытке. Одно фото даже оказалось особо удачным, и мы, рискнув на секунду отключить на моем мобильном авиарежим (включенный, чтобы гады-телохранители нас не застукали), выложили его в соцсеть. Я похвасталась, что смогла встретиться во время «командировки» с подругой, Лера просто усмехнулась, попросив отметить себя. На всякий случай.

К слову, подруга город практически не знала, только-только переехала, а я старалась обойти все некогда любимые места. Улочки, по которым гуляли с братом, набережную, которая сегодня встретила нас плотными облаками, вкусным мороженым и сидящими на берегу парочками. Даже затащила бедняжку в парк, к тому самому мостику, вид с которого несколько дней назад показался мне самым невероятным на свете.

Сегодня он был обычным. Просто тонкий мост через реку, просто зелень деревьев, обрыв и бурлящая внизу река. Хотя на Леру картина явно произвела впечатление.

– Дай-ка мобильный, – потребовала она. – Потом перешлешь.

И, дождавшись кивка, принялась подыскивать лучший кадр. Сначала со мной, а потом, плюнув на пригорюнившуюся модель, уже просто запечатлела природу. Свой телефон она благополучно забыла дома.

Мне же стало тошно. Что получается? Это место казалось таким волшебным только из-за присутствия Стаса? Только из-за того, что я мечтала, надеялась на романтику и верила в чудо?

Сегодня над головой было пасмурное небо, река внизу казалась какой-то грязной и яростной, словно обозлилась на весь мир и хотела все снести на своем пути. «Какого черта я такая маленькая и ничтожная?» – явно думала она, сгоняя надоедливых уток.

Какого черта я такая маленькая и ничтожная и даже сейчас думаю о Стасе?

Вспомнилось, как он оттолкнул меня, как до боли сжал плечи…

– Регина-а… – послышалось сбоку.

А потом перед глазами мелькнул мой собственный телефон. Прямо над водой, будто его готовы были выбросить в реку. Я сначала не поняла сути, но когда гаджет опасно качнулся, торопливо его перехватила. Лера усмехнулась, разведя руками, мол, чего ты ворон считаешь?

– Фото. Оно же отсюда? – поинтересовалась она, потом в ответ на удивленный взгляд добавила: – У тебя в профиле, несколько дней назад. Я даже лайк ставила, ау!

– А-а… – таки же поняла, о чем она. – Да, отсюда.

Настроение упало окончательно, на место временному спокойствию пришла нервозность, и гулять больше точно не хотелось. Я поплелась прочь с мостика. Подальше отсюда, от этого парка, от зелени, от грохота реки.

– Мой личный цербер, от которого сегодня сбежала, выводил на прогулку, – добавила, поморщившись.

Лера всегда была хорошей слушательницей. Теперь она стала еще и понимающей: не из тех, кто бездумно кивает на каждое твое слово, а из тех, кто действительно прислушивается и осознает. Возможно, даже слышит больше, чем ты рассказываешь. Невысказанное. Маленькая девочка, которая стала такой взрослой, сильной. Она предложила зайти в пиццерию неподалеку, посидеть, расслабиться, выпить чай/кофе (а может, и чего покрепче).

Я заказала кофе с капелькой «Бейлиса», откинулась на спинку диванчика, ощущая на себе внимательный взгляд, и взялась за рассказ. Говорила много, обо всем: о том, как дядя «завел» мне телохранителя, о самом Стасе, о взрыве, об отравлении, о граффити, посланиях, о своих чувствах, о его чувствах…

– В общем, как в статусах в ВК: все сложно, – вынесла вердикт Лера, медленными глоточками цедя свой чай. Вроде бы облепиховый с розмарином, хотя я не была уверена, запахи в кафе вообще стояли отменные. – Ты сбежала и теперь на нервах.

Я кивнула. Точно подмечено – на нервах. Вроде бы нужно радоваться и расслабляться, а я вся как на иголках. Постоянно проверяю мобильный, хоть и знаю, что он в авиарежиме, нервно поправляю платье, незаметно поддергиваю чулки. Словно предчувствую, что Стас вот-вот явится из-за угла с криками: «Вот ты где!»

Возможно, я просто сама этого хочу? Чтобы он спохватился, нашел меня, потребовал оправдаться и сам сказал хоть что-нибудь? Чтобы поймал, обнял и сказал, что я дурочка, надумала себе непонятно что?

Угу, и мечтательница к тому же.

– А ты? – обратилась я к Лере. – Что у тебя? Ну, я же нашла твою фотку в профиле…

– У меня принц на белом коне, – криво усмехнулась она и тут же перевела тему: – Только без коня. Ну что, идем?

Дожимать я не стала. Вот Стаса бы с удовольствием дожала, а Лерку… если захочет, сама расскажет.

И она рассказала, тоже о несчастной и запутанной любви. Только потом, когда мы все шли, и шли, и шли…

Проскочили тот самый парк развлечений, в который я хотела попасть с телохранителем, но так и не попала, уверенно направились в сторону центра – оттуда мне было рукой подать до квартиры, а Лера могла сесть на трамвай и через пять остановок оказаться почти у своего дома. Только вот центра все не было. Табло на мобильном показывало, что время медленно ползет к одиннадцати, а зарядка – к нулю, небо потемнело; улица, по которой мы шли, все сужалась и сужалась. Холодало, в тонком платье меня пробивала дрожь; фонарей стало меньше, темнота – насыщенней.

А ведь от парка до центра всего полчаса пешком. А мы уже больше часа шагаем. Куда? Зачем? Где мы, черт возьми?

«Куда ты ведешь нас, Сусанин-герой?» – с ехидцей отозвался внутренний голос.

Я огляделась в поисках номеров на домах, но их не было. Ни на том, который мы прошли, ни на следующем. А улица, казалось, уходила в бесконечность: ни единого перекрестка за спиной уже минут тридцать, ни единого – впереди. Только маленькие мрачные переулочки.

Нет, это точно не центр. Почему я не догадалась об этом раньше? Окончательно погрязла в мыслях?

– Ле-е-ер, – тоскливо протянула я, поднимая взгляд на подругу детства. – Кажется, я где-то не там свернула. Мы заблудились.