Как и все сдавшие на права люди, я одновременно любила и не любила водить машину. Любила за ощущение уверенности, свободы и полного контроля над ситуацией… но ненавидела, если была чертовски уставшей. Никто не любит засыпать за рулем! В таком случае всегда лучше спокойно дремать на пассажирском сиденье, вручив свою жизнь в сильные и крепкие – желательно – руки.

Но сейчас, когда родной и любимый Котик вернулся к хозяйке, я не просто хотела сидеть за рулем, я мечтала ощутить единение с ним. Нет, не проехаться на невероятной скорости, а почувствовать силу, драйв. Если Стас легко бы вписался в команду какого-нибудь из «Форсажей», у меня манера водить была иной: я врубала музыку на полную и отдавалась ритму. Ритм помогал следить за дорогой, он направлял, обострял ощущения…

Моим фильмом определенно был не «Форсаж», а «Малыш на драйве»!

И кажется, Стаса это все же поразило. Он пялился. Черт побери, всю дорогу от мастерской до гаража дяди Сержа он пялился, практически не отводя глаз. Рассматривал меня, как экспонат в музее или лемура в зоопарке. Словно забавная зверушка внезапно превратилась в диковинное животное за сотню тысяч долларов. И теперь гвардеец, приставленный для охраны, не знал, что с ней делать: то ли продолжать охранять, то ли продать подороже, а королеве сказать, что зверушка потерялась.

Он должен был понимать, что я замечаю эти прожигающие взгляды. Должен! Но не сделал ни единой попытки отвернуться. Просто расслабленно развалился на пассажирском сиденье и смотрел, смотрел, смотрел, заставляя кровь приливать к щекам. Но руки мои крепко держали руль, потому что ритм качал, потому что мы с Котом были единым целым, механизмом, не делающим осечек.

Стас отвернулся, только когда мы подъехали к гаражу, и я даже на секунду пожалела, что снова прощаюсь с любимым автомобилем. Может, стоить оставить его и самой ездить на работу? А Стас пусть вот так сидит рядышком? Не-ет, он всяко настоит на своем, и мы либо будем ездить на разных авто, либо на одном – его. Потому что мой уже разок пытались подорвать, кто помешает сделать это снова?

– У вас интересная манера вождения, Регина Денисовна, – подал голос Станислав.

– Это хорошо или плохо? – пробормотала я, пытаясь открыть ворота гаража. Итак, сначала ключ повернуть налево, потом немного направо, ударить бедром…

– Это своеобразно, – отозвался телохранитель.

А потом вдруг отобрал ключи, вытащил их из замка, вставил вновь – и, легонько пнув ворота коленом, распахнул их. Не зная, как правильно нужно было действовать!

– Как в кино, – добавил он, заходя внутрь и окончательно открывая двери, чтобы могла проехать машина.

– Под саундтрек, – кивнула я, поднимая голову и встречаясь с ним глазами.

Всего на секунду, в качестве ответа, но наши взгляды схлестнулись. Мгновение абсолютного понимания. Стас не выдержал первым.

– Возможно, – согласился он. – Проезжайте, Регина, все готово.

И я проехала, а потом мы вызвали такси и вернулись в офис. Молча. Так же молча пересели в автомобиль Станислава и направились домой. Я вроде бы хотела следовать плану, хотела его разговорить, но телохранитель вновь нацепил наушники, а у меня на душе было так легко и спокойно. Я вздыхала и, словно маленькая мечтательная девочка, вспоминала этот взгляд глаза в глаза. Там, внутри, под маской абсолютного спокойствия, у Станислава сегодня был не гвардеец, не инквизитор, не гангстер и не гребаный мафиози, а обычный мужчина, который… немного удивлен и восхищен женщиной?

Надеюсь, я это не выдумала. Ох как надеюсь.

Но в то же время я понимала, что противостояние не окончено. Как и миссия «Достать телохранителя», потому что так просто ледяное спокойствие, сковывающее Стаса с головы до ног, не пробить. Он же почти Снежная королева! А такой фрукт надо размораживать долго и упорно: иногда теплом, а иногда и долотом.

– Мне нужно в магазин, – громко сказала я, когда до дома оставалось минут пять, как и до ближайшего супермаркета.

Телохранитель не ответил. Я усмехнулась и как можно незаметней потянулась к нему в полумраке салона, осторожно вынимая капельку наушника. При этом, конечно же, легонько погладив ухо и шею. Стас едва заметно вздрогнул от неожиданности.

Правильно, нечего отгораживаться за посторонними звуками.

– Хочу кое-что купить, можешь заехать в магазин? – повторила я, быстро прислоняя наушник к уху. Не аудиокнига, музыка, что-то из зарубежного рока.

– Хорошо, – коротко отозвался телохранитель, вырывая у меня провод. Ну, хоть в молчанку играть перестал.

Двигался он грубо, резко, как всегда последнее время. Когда я, задумавшись, случайно взяла на парковке его под локоть – ну привыкла ходить в магазины с мужчинами, что из этого? – Стас дернул плечом, стряхивая невесомо касающиеся рукава пальцы, и чуть обогнал меня. Видимо, строил из себя идеального охранника, осматривал периметр.

Стоило бы обидеться, но я приписала нервное движение к знакам своей победы. Если спокойствие рушится – я на верном пути. Нужно просто наблюдать.

Наблюдать? Отлично! Только вот на публике Стас внезапно изменился. На безлюдной парковке он сторонился меня и настороженно осматривался, при людях… нет, он не стал смотреть по сторонам менее настороженно – профдеформация в действии, – зато подобрался поближе. Изменился в лице. Начал смотреть на меня.

Разительные перемены. Мгновенные и подозрительные.

А когда в проходе мы едва не столкнулись с тучным мужчиной с огромной груженой тележкой, Станислав нежно приобнял меня за талию, притягивая к себе и уводя чуть в сторону. Приобнял! Меня! За талию! Когда все время после инцидента в бассейне почти не разговаривал и даже шарахался. Это что-то новенькое. На него так люди действуют? Станислав у нас джентльмен, который не оттолкнет девушку на людях? И какого черта он улыбается?

Нахмурившись, я сунула в корзину упаковку гречневой лапши – нет ничего лучше собы с курицей и овощами на ужин, даже если она отложится в боках, – и рискнула кое-что проверить. Когда мимо проходила пожилая парочка, ворчливо обсуждающая ужин, я взяла Стаса под локоть и практически прижалась к его руке грудью. Слишком близко, слишком… интимно? Возможно. Именно та близость, от которой телохранитель должен был бежать как от огня. Но вместо этого он бросил на меня короткий взгляд, согнул руку в локте и улыбнулся пожилой паре. Старушка что-то проворковала деду, на мгновение преставая ворчать, усмехнулась и потянула его прочь, оставляя нас «одних».

Но одни мы не остались, в магазине были другие люди. А Стас был все так же улыбчив и по-джентльменски отзывчив.

Та-а-ак, Станислав… как вас там по батюшке? Кажется, вы попались. Не знаю, что это за игра такая, но мне срочно нужно домой – хорошенько все обдумать и перестроить планы.

Кажется, телохранитель почему-то стоически терпит любые мои капризы, но… только если мы на людях. Что-то здесь нечисто. Но это может сыграть мне на руку.