С окончания той битвы в Тощем гнезде прошло четыре месяца. Полтора месяца назад завершилась последняя битва в войне чистоты. Царство готовится к новому тёплому сезону, а патрули и разведчики на долгие дни уходят вглубь диких земель, осматривая леса, холмы, скверные места и территории вокруг логов монстров. Дворфы продолжают обычную жизнь, да и я постепенно готовлюсь к выезду. Практически все дела закончены.

На следующий день после битвы — в гнезде закатили всеобщую пирушку. Дворфы удивлялись, что у меня буквально за ночь сросся перелом, но я отшучивался, мол, у Настрайской магической академии и у меня есть свои секреты. Никто на меня не напирал, помятую недавний бой, все просто пьянствовали и веселились. Даже дворфы из враждующих кланов, кто вчера пытался друг друга убить — они поднимали чарки и обнимались, травили байки и пересказывали моменты боя и громко бахвалились. А на следующий день веселье закончилось.

Пришедший глашатай царя объявил, что победил самоклан Лик'Тулкис и клан Награктор. И сказал представителям двух других кланов готовиться к следующему этапу битв. Но клан Грабразар, из которого тот лысый дворф, потерял слишком много бойцов и не мог тягаться с кланом Загдарсат, поэтому сразу объявил о своём проигрыше. В день битвы клан Барката из двухста пятидесяти воинов потерял сотню, а два других почти по сорок. Но это без учёта моей сотни трупов, большая часть из которых пришлась на клан Грабразар. Его многие опытные и сильные бойцы полегли, так что клан я действительно обескровил. И решение отказаться от борьбы выглядело вполне логичным и неизбежным, они бы никак не смогли потянуть второй этап войны чистоты.

Спустя несколько недель после пирушки все кланы выбрали новых глав, и вместе с глашатаем и одним из Следящих дворфы распределили ячейки в гнезде. Мне ничего не полагалось, но вот безусловному победителю, клану Барката, достались три самых крупных ячейки проигравших кланов и ещё одна сверху за победу над кланом Грабразар. Второй клан получил три ячейки поменьше, так как и до этого владел тремя ячейками, но получил ещё одну сверху от проигравшего клана. В итоге Тощее гнездо пополам разделили два клана. Переезды в новые дома, перестройка заборов, ограждение ячеек и прочее будет летом, но это не помешало всем на радостях уже сейчас распределить внутри кланов новые квартиры.

Семье Барката в одном из широких домов досталось аж два этажа по две квартиры на каждом. Огромные, с десятками комнат, они вместят в себя под сотню дворфов. Баркат с братом недолго думали и решил семью пересобрать. Дядька их умер с племянником и племянницей, да и у брата сын погиб, так что все выжившие поселяться в одной квартире. А три оставшихся получат сын Барката и сыновья его брата. В таких квартирах смогут жить семьи сразу несколькими поколениями, так что у ребят есть будущее до следующего гдо братар с войнами между царствами. Им всем троим едва за сорок перевалило, по дворфийским меркам совсем молодёжь. Так они, как узнали о свалившемся счастье — тут же прикупили к своим праздничным халатам крупные заколки общего для всех дворфов символа и в цветах красно-зелёных. Вся троица каждый четвёртый день ходила во всякие гнёзда, хвастаясь своим положением и подбирая себе невест. По дворфийской традиции, победители в войне чистоты ищут супругов только в других гнёздах.

Проигравший же клан Грабразар был распущен. Его ячейки пустуют. Сперва основной победитель отобрал себе с несколько сотен женщин, детей, бойцов и даже стариков, достаточно опытных в ухаживании за грутцами. Семья Барката приняла к себе парочку детей с матерью и мужем-бойцом, выжившим во время бойни. Ещё примерно с две сотни дворфов к себе отобрал клан Загдарсат. А остальных под царским конвоем повели в части горы, где одно гнездо занимает один клан, и они долгие месяцы сражались остервенело. И понесли жутчайшие потери. Они тоже отберут себе кого-то из проигравших. Ну а тот, кого нигде не выбрали — попадёт в грибницу.

Мои дела все эти месяцы шли вообще без изменений. Я каждый третий день ходил к Шгаиру на занятия начертательной и структурной магии. И недавно сделал несколько экзаменационных наргодат, магических устройств, используя печати только на магическом алфавите дворфов. Правда, пришлось потратить ещё несколько «очков навыков», чтобы добавить объёма в «Страницы записей», но зато теперь в лог-файле действительно сохранено всё важное.

Соя же продолжила дружить с Асилой и присоединившимися к семье Барката детьми. Девочка помогала по дому и так, гуляла с ребятами по гнезду. Она и сейчас этим занята, а я — стою в зале с колоннами и каменными гобеленами перед царским гнездом. И делаю вид, что скучаю.

Сегодня, в последний день второго весеннего месяца, всех глав выигравших кланов пригласили на пирушку в царское гнездо. Черноволосый царь Англит в красно-зелёном халате, расшитом золотом, с высокой трибуны поздравлял всех прошедших через войну чистоты и войну сильнейших.

«… Оставленные Ими заветы требуют от нас стремлений к величию во славу Их учений и Их воли. Мы, дети служения величественной магии, своими поступками и самой жизнью впитаем величие магии и превознесём её, раскроем её тайны и исполним высший завет Их. Вернём Их к нам, Их волю и Их тела. А если не сможем мы, так смогут наши потомки. Но если и они не способны, то пусть падут недостойными жизни слабаками и уступят место тем, кто воистину способен исполнить Их заветы…»

Царь восторженно декларировал, а сотни дворфов в зале с гобеленами слушали царя с гордостью, даже Следящие и те не смели даже пошевелить губами. Меня пригласили как выигравшего, и никто из дворфов и думать не смел, что я знаю их язык. Практически год я безупречно отыгрывал эту роль, и сейчас получил подтверждения некоторых догадок.

Поиски и скупка магических предметов с забытыми заклинаниями и их изучение; битвы, чтобы оставить сильнейших и умелых — всё это ради одной цели. И теперь, после услышанного, общий для всех дворфов символ мне напоминает уже не геометрические фигуры. Два перевёрнутых квадрата соединены углами, из углов верхнего в центр идут линии, соединяясь в ромб, а из свободных углов нижнего в три стороны отходят линии и нижняя вклинивается в круг. Это же практически вид сверху на паука, только вместо восьми ножек изобразили две.

После выступления Англита все пошли на пир в царское гнездо. В десятках просторных банкетных залов сотни столов трещали под весом тысяч кувшинов с брагой; слуги подносили новые блюда, а дворфы поднимают чарки во славу своих богов, царя и выигравших войну чистоты и войну сильнейших. Царство отобрало три огромных клана, их семьи станут основой новых кланов в горе, чьё царство проиграло гдо братар.

— Ты практически не пьёшь, ксат. И портишь всем настроение, — ко мне подошёл Смотрящий Шгаир.

— Нет желания к браге.

— Твои мысли где-то далеко, за Мёртвой долиной, — Шгаир усмехнулся в седую бороду, рукой взмахнув на север. Там предгорья и холмы переходили в ровную, и безлюдную землю. — Никто тебя не держит на празднике. Ты — не наша часть. Своим отсутствием ты ничего не испортишь. Позволь, я провожу тебя.

Шгаир как-то чересчур настойчиво пытался выпроводить меня с праздника, вот только Следящий не стал бы так просто вызываться лично проводить какого-то ксата. Я согласился, но попросил с собой немного съестного. Шгаир сразу понял, для кого именно, но отвращение погасил. Он приказал слуге найти широкую корзину и вложить в неё мяса и закусок. С ней в руке я и вышел в зал с каменными гобеленами, и если бы не плотная ткань поверх корзины, то охранники у дверей в царское гнездо подавились бы слюной от аромата жареного гуся, пирога с печенью и овощами, и увесистого куска медового торта.

— Почему Мёртвая долина, не знаешь? — спросил я у Шгаира. — Сколько раз слышал это название, и всё не могу понять смысл его названия.

— А смысл названия Поля Слёз тебе известен?

— Слышал что-то про битву богов.

— Именно, — проскрипел Шгаир, чуть сильнее обычного стукнув посохом о каменную кладку пола. — Поле Слёз для многих рас значит многое. Мёртвая же долина не значит ничего, кроме строчки истории. Триста… Нет, уже почти четыреста лет назад там были города и деревни ратонов. Они исчезли в одну ночь. Не мне тебе рассказывать причину.

— Кутая? — на мой вопрос Шгаир медленно кивнул. Он остановился около каменного гобелена, изображавшего построение дворфов перед битвой. Шгаир долгую минуту его рассматривал, прежде чем пойти дальше.

— Я подумал, что ты захочешь узнать кое-что лично. И быстрее, — Следящий остановился и показал мне в грудь. Шедшие за нами четыре охранника немедля отступили, чтобы не подслушивать. — Сперва: тебе разрешено брать наши рудные монеты. Ты, возможно, их видел. Они с шестью углами.

— Видел. У меня парочка есть таких, сувениром взял.

— Отдай их мне. Я обменяю каждую к сотне нынешних.

Шгаир общими мазками объяснил суть этих необычных монет. Мы всё обговорим на ближайшем занятии, но и сейчас я узнал кое-что интересное. Рудными монетами могут пользоваться только дворфы или разумные, заслужившие это право. В ближайшее время царь лично в банке длинноухих подтвердит моё разрешение. Эти монеты крайне интересны всяким торговцам, особенно свободным, не привязанным к торговым домам или лигам. За сотню таких монет любой разумный может купить место в очереди на наргодат, а ещё за сотню монет он сильно подвинется по списку. Благородные любят такие монеты, а торговцы любят за них выменивать себе преференции на торговлю.

— Разбрасываться ими я не буду. Эта очередь на наргодат держит вас и магические академии в равновесии, — я усмехнулся, поймав себя на мысли, что подготовленными заллаями, переданными год назад Илуру, и так порушил некоторое равновесие. — Ты сказал «сперва». Есть что-то другое?

— Да. Твоя просьба. О кристаллах одиночного познания. Она исполнена. Я не назову царство, в котором их изготовили. Но Всеобщая Церковь, как ты говорил, просила изменить их, — Шгаир погладил тыльной стороной пальца седые косы бороды. — За прошедшие две тысячи лет, как скверна прокляла наш мир, тамогбагр Барндорат разгадали тайны без малого двух дюжин забытых заклинаний. Одно из них только для наргодат, мощных, сильных. «Чуткое двойное эхо великого мирового дыхания чистой души» — заклинание для двойного наргодат. Частица магической энергии, принадлежащая разумному и вложенная в обе части устройства, покажет, когда он воспользовался поистине мощной магией.

— Насколько мощной? — спросил я ровным голосом, скрывая нервное возбуждение. Мне совершенно не нравились слова Шгаира.

— Представь разумного, в момент испустившего из своей души сотни тысяч «единиц магической энергии», — Шгаир ненадолго замолк, подирая слова. — Одна часть наргодат при таком останется обычной, вторая — начнёт светиться ярко. В своё время было изготовлено два комплекта. Один за десяток лет до обозначенного тобой срока. Второй — спешно за полгода. Это всё, что я могу тебе сказать.

— А мне больше говорить и не надо.

Я обычным голосом поблагодарил Шгаира за информацию и более чем обычным шагом отправился в Тощее гнездо. Я практически ни о чём не думал, кроме одного: можно ли вытащить магический след разумного из банковского или гильдейского кристалла, и перенести его в кристалл другой? Я прокручивал этот вопрос в голове сотни и тысячи раз, предлагая различные доводы за и против, опровергал их и подкреплял знаниями, полученными за последний год. И когда я прошёл дромос к Тощему гнезду и оказался перед входными воротами в ячейки клана Барката — то уже знал ответ. Да, можно.

Я поднялся на третий этаж дома, где жил Баркат. На мою удачу Соя не гуляла по гнезду и не помогала Асиле в грутцевой пещере, а крутилась около небольшого зеркала. Девочка прикладывала к мочкам ушей разные серёжки и воображала, как и чего будет смотреться с новыми комплектами одежды и красным платьицем, заказанным специально на прогулки в городах. Оно, правда, не пригодится, но и рушить светлые детские мечты незачем.

— Ой, хозяин, я думала… — Соя только посмотрела на меня, как тут же в испуге замолкла. — Что-то случилось?

Я схватил девочку за руку и силой затащил в комнату, где мы жили. Соя не сопротивлялась и покорно села на диван передо мной, только испуганно смотрела на моё перекошенное от злости лицо.

— Отвечай прямо и чётко, хорошо?

— Да, хозяин, — Соя быстро-быстро закивала, её бледно-жёлтые волосы распушились опахалом. Я запустил «Обнаружение жизни», чтобы уж точно быть уверенным, что нас не подслушивают. К счастью, ни в квартире Барката, ни в соседних помещениях никого не было. Все работали в грутцевых пещерах.

— Когда я год назад воплощался из формы дракона в форму ксата, и когда перед отлётом с материка скверны воплотился из формы ксата в истинный облик — что ты видела? «Чувством магии» что чувствовала?

— Ой, магия… Вот хозяин стал таким белым, его туман окутал плотный. А белые ниточки такие, — Соя начала быстро махать руками, от груди в разные стороны, — вух, вух, вух. Быстро, быстро. И очень далеко отлетали, наверно, метров пятьдесят.

— Крылатые суки! — вырвалось у меня. Я ударил кулаком себе в бедро. Меня затрясло, я едва удерживал крик, из глаз полились слёзы.

— Хозяин, хозяин! — Соя подскочила ко мне и обняла, приговаривая, что всё будет хорошо, что всё наладится, что мы скоро выйдем из горы и наконец-то посмотрим на небо.

— Всё хорошо, — спазмы сковали каждую мышцу тела, я едва смог приподнять руку и положить ладонь на макушку девочки. И долгую минуту так и простоял, успокаиваясь и гася эмоции.

Я уже до этого догадывался, что именно драконы виноваты во всём случившемся, а сегодня просто получил неопровержимое доказательство. Это нисколько не изменит моей мести и решимости: я убью всех крылатых тварей, чего бы ни стоило. Плевать на их причины, плевать на их доводы — за всё случившееся они заслуживают самой мучительной смерти. Я устрою так, чтобы их всех пожрала скверна. И, думаю, на этот счёт у меня есть маленькая, но до безумия смелая идейка.

— Всё хорошо, — похлопал я девочку по спине, окончательно успокоившись и стерев с лица упоминание минутной слабости.

— Точно хорошо? — Соя с тревогой посмотрела мне в глаза.

— Да точно, мелкое наказание моей скверной жизни, — я брезгливо отодвинул от себя Сою, на что та захихикала. — Просто небольшое помутнение.

— А что случилось-то? — Соя наклонила голову вбок.

— Когда-нибудь расскажу.

— Обязательно. Потому что дела хозяина — это наши дела, — Соя подбочилась тремя руками, а четвёртой грозно потрясла пальчиком.

Соя уже большая, макушкой достаёт мне до груди. Рост типичной одиннадцатилетки. Недавно опять пришлось ей одежду новую заказывать. Она немного болтается в плечах, но Соя за следующие недели ещё чуть-чуть подрастёт, и одежда будет ей в размер. Вот только Соя всё никак не хочет учиться заплетать волосы в косу или хотя бы в хвостик складывать, нравится ей с распущенными волосами ходить. Но это сейчас, пока мы в горе живём, а начнём путешествовать — так эта мелочь тут же образумится.

— Долго осталось? — спросила Соя, присаживаясь на диван. Она аккуратно перебрала серёжки в ладони.

— Учиться ещё неделю, — я присел рядом. Соя тут же придвинулась и с самодовольной улыбкой прижалась ко мне. — Все заказы исполнены, и подготовлены. Хранятся в гильдии свободных торговцев. Надо дождаться сообщения от Илура, и планы выстраивать уже исходя из информации.

— Мы в Трайск поедем? Хотелось бы, — мечтательно протянула Соя, перебирая серьги.

— Всё зависит от слов Илура. Если нас поджидают проблемы, то отправим вещи Консерве, а сами будем добираться своим ходом.

— В Трайск?

— Не знаю, — я погладил голову девочки. — Но эту зиму мы вряд ли проведём на южном материке.

Вот и закончилась арка. Дальше — томительное ожидание, пока ленивая редиска (автор) пишет 26 и 27 арки.

Врубаем режим ждуна. И подписываемся на автора на АТ и в ВК, чтобы не пропустить новостей.