Вид невыспавшегося Максима заставил сердце биться чаще. Он был таким милым и родным, что руки горели от желания потянуть его обратно на кровать и обнять покрепче. Но ему нужно было собираться. Мне не хотелось отвлекать своего чемпиона, чего нельзя было сказать о нем.

Я завизжала, не думая о соседях, когда меня забросили на плечо. Собиралась полежать еще, но у Максима были другие планы. Он отнес меня к коврикам для йоги. Ага, их теперь оказалось два. Под его чутким руководством я разминалась прямо в пижаме. Хвала богам, на шпагат садиться не заставили, у меня бы все равно не получилось. Но мы многое делали, держась за руки.

В какой-то момент я поплыла от милоты. Когда теряла равновесие, меня тут же подхватывали и легко чмокали. Под конец я начала делать так специально, чтобы получить больше ласки этим нетипичным утром. Никогда не думала, что от зарядки можно получить столько удовольствия – и эмоционального, и физического.

Потом Максим отнес меня на кухню, посадил на барный стул, достал два набора завтрака – сегодня и завтра, судя по всему, у него в меню был омлет с овощами и курицей. Заставил съесть содержимое до последней крошки, тщательно прожевывая, хотя все жевательное еще крепко спало во мне, несмотря на разминку.

Удивило другое. Передо мной поставили кружку с BTS. Мою личную. Специально купленную, чтобы я пила из нее, если зайду в гости. Она была ужасно-розовой. Не прекрасно-розовой, а именно ужасно. Об этом я, конечно, решила не говорить. Потом как-нибудь «случайно» разобью.

Ванная удивила еще больше: мне вручили зубную щетку в упаковке. Настоящую! Полноценную! А возле раковины стояла нормальная паста, а не мини-тюбики из наборов. Максим достал щетку и для себя, только другого цвета. Сказал, что покупал их впервые в жизни и что если нам не понравится, выбросим эти и купим новые.

Никогда еще не чистила зубы с кем-то: непривычно. Но нежный поцелуй сразу после умывания отмел все сомнения: теперь я была готова чистить так зубы каждый день. Мне выдали полотенце. Снова розовое. Но на этот раз приятное глазу. Происходило что-то слишком странное.

Внутри проснулся червячок тревожности. Неужели, он пытался так меня к себе привязать? Или хотел, чтобы я почувствовала себя должной? Или пытался создать ассоциацию с чем-то, что мне нравилось? Дурак. Он и так нравился мне больше, чем розовый и k-pop.

Я ушла переодеваться, потому что Максиму нужно было в душ. Он отпускал неоднозначные шуточки, предлагая сполоснуться вместе, но в таком случае мы точно никуда не уехали бы. Я и так держалась из последних сил. Ночью сама думала его растолкать и соблазнить, так сложно было спать в крепких объятиях, не переступая через черту, но пожалела его. Максиму-то утром еще тренироваться.

В коридоре неловко улыбающийся Максим вручил мне ключи от квартиры: электронный и физический, если с электронным что-то случится. Я пялилась на них, не понимая, зачем они мне нужны, пока Максим подключал мой телефон к умному дому.

– Можешь приходить и уходить, когда захочешь. Спрашивать разрешения не нужно, но лучше, если ты будешь просить тебя забрать, тебе сюда далеко ехать. Еще устанешь по дороге и передумаешь.

– Ты предлагаешь постоянно держать тебя в напряжении, потому что дверь может в любой момент открыться и туда войдут незваные гости? – Я пыталась улыбнуться, чтобы скрыть проснувшийся страх. – А вдруг ты любишь ходить голым по квартире, когда тут никого нет?

– Очень даже званые. – Он ухмыльнулся. – Хочешь посмотреть на меня голым? Тогда зря вышла из ванной, в душ ходят без одежды. Если в какой-то момент ты решишь перевезти сюда свои вещи, не говоря об этом ни слова, я буду только рад. – Говоря это, он сам нервничал. – Чисто случайно во время плановой уборки освободил половину шкафа и левую тумбочку у кровати. Это ни к чему не обязывает, я просто слишком тщательно прибрался.

– Максим… – начала я, но он меня перебил.

– Нет, нет, дослушай. – Он взял меня за руки. – Я очень стараюсь, не распускаю руки, хотя на это уходит все мое самообладание. Это чудо, но я держусь изо всех сил, потому что действительно хочу, чтобы рядом со мной ты чувствовала себя в безопасности. Мне важно, чтобы тебе было комфортно. Чтобы ты сама хотела увидеться, а не просто соглашалась проводить со мной время, будто делая одолжение. Если ты сама позовешь меня на свидание – умру от счастья. Платить все равно буду сам, – торопливо добавил он в конце, зная, что у меня-то денег нет.

– Может, я была бы не против, если бы ты хотя бы слегка распускал руки. – Пока говорила, я покраснела как рак. – Но то, что происходит, безумно важно для меня. И мне с тобой уже сейчас комфортно. На самом деле, я хочу проводить с тобой больше времени вместе, поэтому и поехала вчера сюда вместо дома.

– То есть, я зря изображал монаха? – застонал он, утыкаясь головой в мой лоб. – Черт, сколько упущенных возможностей!

– Не так уж много, – ответила я почти шепотом.

– Даже одна упущенная возможность – катастрофа.

На его лице я увидела искреннее страдание. Тут, думаю, сыграли роль не только эмоции, но и привычка брать от жизни все. Улыбнулась и потащила его на выход. Из-за каких-то глупостей Максим мог опоздать на тренировку. Он снова почти не спал из-за меня. Я уже саму себя ненавидела, замечая, что он не выспался.

Максим показал, как открывать дверь, как заходить в дом не через парковку, потом предложил снова поехать с ним, но уже на командную тренировку. Я отказалась. Дома, наверное, нервничали из-за моего отсутствия. Да и не хотелось попадаться его тренеру на глаза, зная, что он снова за две секунды распознает наши ночные посиделки.

Максим вызвал мне такси, отказываясь слушать аргументы за общественный транспорт. Сказал, рюкзак слишком тяжелый, чтобы тащиться с ним через полгорода. Мне крайне не нравились лишние траты. Не верила я, что спортсмены столько зарабатывали. Тем более те, кто занимался настольным теннисом.

Домой я ехала с определенной целью. Хотелось вернуться раньше, чем у Максима закончится тренировка. Влетела в квартиру, быстро раздала подарки и сувениры, на которые ушли все деньги на одежду. Показала фотографии, рассказала о впечатлениях, долго благодарила за то, что отпустили, в конце расцеловала маму в обе щеки.

Потом побежала собираться. В ванной провела, наверное, целый час, если не больше. Хорошо, что Кирилл гулял с друзьями. Оставила ему подарок на кровати и спокойно оделась, не отвлекаясь на лишние разговоры. Потом переоделась, потом снова переоделась. В итоге созвала экстренный совет с подругами в чате для выбора одежды.

Наслушалась, как себя вести и что делать, из-за чего стала нервничать еще сильнее. Запомнить бы все эти наставления и не облажаться! Страшно. Безумно страшно. Никогда не подкатывала к парню первая. Саша ко мне лез всегда, стоило нам остаться наедине. А вот мне это в новинку. Сказала маме, что ночевать дома не буду, и выскочила на улицу, понимая, что уже опаздываю.

Я добиралась так долго, что прокляла всех богов и водителей общественного транспорта. Хотелось мчаться к нему на максимально возможной скорости. К сожалению, меня ограничивали московские пробки, кажущиеся бесконечными. Когда подходила к дому Максима, на телефон пришло сообщение.

Фанат: «Знаю, что мы разъехались всего пару часов назад, но я уже хочу снова тебя увидеть. Ты что-то говорила о нормальных свиданиях. Я погуглил, в интернете упорно пишут о ресторанах, кино и прогулках в парке. В прошлый раз ты отказала, но, может, сегодня у тебя другое настроение? Предлагаю начать с прогулки, потом ресторан, потом кино или любая другая последовательность. Что скажешь?»

Я встала, как вкопанная, пялясь в экран. Он тоже хотел со мной встретиться. Это радовало.

Еванга: «Не знаю. Подумаю. Кино и дома можно посмотреть. И еду заказать. А нагулялась я в Питере на год вперед».

Ответ пришел моментально. Я успела сделать всего лишь один шаг. Блин. Так до старости не доберусь.

Фанат: «Мне забрать тебя или будем смотреть кино у тебя с твоей семьей?»

Еванга: «Второе на свидание мало походит».

Решив не отвлекаться, спрятала телефон в сумку. И так волнительно, а тут еще он со мной разговаривает. Еще и о свидании. А я ведь у его дома! Оставалось надеяться, что он там. Коленки и руки тряслись, когда вошла в здание. Было странно и непривычно появляться вот так.

Лифт ехал бесконечно долго. В зеркале отражалась безумно напряженная я. Чуть не струсила. Казалось, он может отказать. Но больше боялась разочаровать. Понятия не имела, как можно оценить себя в этом плане, когда у тебя был только один нечестный партнер.

Телефоном открыла дверь, думая о том, как это удобно. Пока разувалась, из спальни вышел Максим в одних легких спортивных штанах. На лице отражались удивление и радость одновременно. Я же засмущалась. После тренировки мышцы становились рельефнее, из-за чего от него сложно было оторвать взгляд.

– Ты освоила телепорт? – спросил он.

Я даже вздохнуть не успела, как оказалась в крепких объятиях.

– К твоему дому подходила, когда ты написал, – ответила я тихо, утыкаясь носом во вкусно пахнущую кожу.

– Рад, что ты тоже успела соскучиться.

Он поцеловал меня куда-то в макушку, а я, привстав на цыпочки, поцеловала его в шею. Сердце бешено колотилось в груди. Я рукой скользнула по напряженному после тренировки телу.

Максим чуть отстранился, с удивлением глядя на меня. Я готова была провалиться сквозь землю от стыда за неловкие приставания. Лишь бы только он ничего не спросил! Я не справлюсь с эмоциями, струшу и сбегу! Я уже хотела отступить или перевести все в шутку, сердце готово было остановиться.

Но он ничего не спросил, продолжая заинтересованно следить за моими осторожными действиями, а потом резко выдохнул и крепко меня поцеловал. Дыхание совсем сбилось, но в этот раз не только у меня.

Я не могла ждать больше ни минуты! Максим поднял меня и не торопясь понес в спальню.

Матрас прогнулся под нами. Я вновь начала нежно водить руками по крепкому телу Максима. Не помню, чтобы мне когда-либо так нравилось прикасаться к Саше.

По коже пробежали мурашки, когда по ней заскользили теплые ладони, тщательно изучая каждый доступный миллиметр. Я дрожала, боясь сделать что-нибудь не так. Пыталась вспомнить хоть один достойный совет от подруг, но в голову ничего не приходило, кроме неистового желания до него дотронуться.

Чувства затуманивали разум, казалось, еще немного, и думать я уже не смогу. Максим жадно целовал мою шею. Горячее дыхание слегка щекотало кожу, но это было невыносимо приятно. Может, он ждал, пока я позволю сделать еще один шаг?

Мне отчаянно захотелось снова почувствовать прикосновение его горячих губ, и я потянулась к нему. Максим заметил мой взгляд и улыбнулся так, что я чуть не умерла.

Наконец он снова меня поцеловал, и этот поцелуй едва не лишил меня сознания. Я открыла глаза и встретилась с его затуманенным взглядом.

– Хочешь сбежать? – В губы прилетел легкий поцелуй.

– Нет, я просто стесняюсь, – выдала я дрожащим голосом, хваля себя за смелость.

– Не будем торопиться, – прошептал Максим, поймав мой взгляд.

Я кивнула и обвила его плечи руками. Он легко прикоснулся губами к виску и прошелся поцелуями по линии скулы.

Его губы медленно перемещались с губ на шею. Я потеряла счет времени, утонув в желании раствориться в одном единственном человеке. Наше дыхание смешивалось, воздуха отчаянно не хватало, но все это было неважно. Мы были рядом, вместе. И касались друг друга так бережно, словно боялись, что все может закончиться из-за любого неосторожного действия.

Страстный, полный желания поцелуй заставил забыть обо всем на свете. Я всхлипывала от переполнявших чувств, прижимаясь к Максиму. Я тонула в нем и не собиралась спасаться. В этот момент он заменил мне все: целый мир сошелся в одном-единственном человеке.

Он касался меня там, где мне больше всего хотелось. Целовал ровно с таким напором, от которого у меня дрожали колени. Стыда будто и не было. Он исчез бесследно. Я чувствовала только Максима – всего, целиком, каждую клетку его тела, прижатую ко мне.

Волнение внутри достигло такой силы, что меня накрыло с головой – я смотрела на него из-под опущенных ресниц, ловя каждый его вздох, каждое движение, и окончательно растворилась в этом моменте. Самом прекрасном и волнительном за всю мою жизнь.

Губы опухли, а кожа стала невероятно чувствительной. Мы смотрели друг на друга, видя то, что раньше нам было недоступно. Все преграды рухнули. Наши души соприкоснулись в этот момент, и это было прекрасно.

Когда ко мне вернулась способность мыслить, Максим все еще был рядом. Он тяжело дышал, прижимая меня к себе. Его рука скользила по моей спине, будто ему было мало того, что мы отдались друг другу без остатка. Максим чуть отстранился, обхватил ладонями мое лицо и нежно-нежно поцеловал. Постепенно дыхание выравнивалось. Он прижал меня к себе и перевернулся так, чтобы я оказалась на нем. Лежать так без одежды было еще приятнее.

Мы долго обнимались молча. Стоило удовольствию чуть затухнуть, как нервозность снова меня атаковала.

– Сильно плохо?

Максим нахмурился, привставая на локтях вместе со мной, лежащей у него на груди.

– В каком смысле плохо? – хрипло спросил он, недоумевая, о чем я говорю.

– Ну… я. Только честно! – Я зажмурилась, боясь узнать страшную правду. – У меня же опыта кот наплакал. Откуда мне знать, может, я бревно. – Переживания вырвались сами собой. Отчего-то говорить с ним откровенно всегда получалось легко. Слишком. Наверное, потому, что он слушал.

– Эм, – Максим кашлянул, – честно, не знаю, что сказать. Не ожидал услышать такого вопроса.

Да что ж такое! Не может быть настолько плохо, чтобы для описания этого не нашлось слов.

– Правду, что же еще.

От волнения я не выдержала взгляда внимательных глаз. Пришлось спрятаться, уткнувшись лицом в его шею. Так я чувствовала себя в безопасности.

– Для начала ты не бревно. Бревно – это когда кто-то лежит и просто позволяет быстро сбросить пар. У нас же с удовольствием все было взаимно. Это раз. – Он вытащил меня из укрытия за подбородок и легко чмокнул. – Во-вторых, хотел предложить повторить. Может быть, пару раз. Или чуть больше.

Я смутилась от услышанного. Не до конца поверила. Конечно, сейчас ему сложно было бы ответить честно, учитывая, что я лежу на нем без одежды.

– Эй, – я неловко засмеялась, глядя на него из-под опущенных ресниц, – ты же собирался позвать меня на свидание, а не переехать в кровать.

– Сходим куда захочешь. Закажем что хочешь. Посмотрим что хочешь. Но сначала повторим, минимум один раз. Максимум раза три, но ничего не обещаю.

Я почувствовала, что он снова напрягся и был готов продолжить. Покраснела так, что горло свело.

– У тебя всегда так? – я решила на всякий случай поинтересоваться, чтобы понимать, с кем связалась.

– Нет, впервые. – Приятные поглаживания возобновились. – Просто ты потрясающая, и я с ума от тебя схожу.

Он снова коснулся меня губами. Тело сдавало позиции, слишком легко поддаваясь настойчивой ласке.

– Как ты там говоришь? На другом языке? – Почему-то захотелось услышать это еще раз.

Максим оторвался от моей шеи, которую осыпал неторопливыми поцелуями, посмотрел мне прямо в глаза и стал настолько серьезным, что я замерла.

– Wŏ ài nĭ, – прошептал он, пока я пыталась не умереть от счастья.

Я глупо улыбнулась, не понимая, почему мне так нравится эта фраза. Не успела подумать об этом, как он накрыл мои губы поцелуем, от которого я снова забыла, как дышать.