Одному богу известно, сколько минуло времени. Багровый диск луны внезапно налился чуть более густым светом, укутав весь город тончайшей, невесомой алой кисеей.

Эта аномальная яркость стремительно сошла на нет, вернувшись в норму. Синхронно с этим на фитиле серебряного канделябра, стоявшего на одном из обеденных столов, взревело багровое пламя.

Из огненного столба вышагнул «Победитель» Энзо. Его фигура и черты лица начали стремительно перекраиваться, в мгновение ока обернувшись ледяной личиной Германа Воробья.

Буквально секунду назад, в тот самый миг, когда Кровавая луна ослепительно полыхнула, он упустил свою добычу.

«Эта тварь не только пускает в ход паранормальные таланты высших эшелонов Пути „Мстительного духа“, но и виртуозно черпает мощь самой багровой луны… Что-то одно из этого арсенала почти стопроцентно зиждется на запечатанном артефакте или диковинной реликвии…» — Клейн, беззвучно шевеля губами, вынес предварительный вердикт.

Юноша-то грешным делом полагал: стоит тому полубогу, что посягнул на куклу, всосать в себя скверну «бумажного вестника Смерти», как он мигом загонит ублюдка в угол. И кто бы мог подумать, что боевой потенциал и козыри врага окажутся на голову выше всех его прикидок.

Единственное, за что сыщик мог ручаться головой — беглец точно не был ангелом. До столь заоблачных высот ему было еще как до небес.

Пока эти мысли вихрем неслись в голове, Клейн покинул столовую и проскользнул в гостиную, где кучка сектантов всё так же самозабвенно отбивала поклоны «Первозданной Луне».

В разительном контрасте с тем пушечным мясом из паровоза, эти фанатики кристально ясно осознавали, кому именно бьют челом. Судя по всему, они входили в куда более элитный, доверенный круг культа.

Шаг, еще один, третий… Клейн размеренной, неспешной поступью переступил порог комнаты. Ощутив чье-то присутствие, еретики один за другим обернулись.

Попав под гнет сокрушительных иллюзий «Мага причуд», они воочию узрели в Германе Воробье снизошедшего с небес божественного посланника, над чьей головой безмятежно сиял ореол багровой луны.

Бух, бух, бух! Сектанты, словно подкошенные, рухнули на колени, благоговейно припадая лицами к полу.

Клейн благоразумно не стал тянуть кота за хвост и глухим баритоном спросил:

— Кто тот святой, что почтил вас своим визитом незадолго до этого?

Один из фанатиков на долю секунды опешил, однако всё же подобострастно отозвался:

— О посланник небес, то был «Король-Шаман» Караман.

«„Король-Шаман“ Караман… Имя до одури знакомое… Ах да, автор той самой „Книги Тайн“, пылящейся у меня в закромах… Разве он не сыграл в ящик целую вечность назад? Эпоха его расцвета канула в Лету добрую тысячу лет назад. Заурядный святой, не принадлежащий к долгоживущим Путям, ни за что бы не протянул так долго… Он присягнул Школе Розы, но втайне продолжает бить поклоны „Первозданной Луне“, выторговав у неё рецепт бессмертия? А может, сама специфика его стези обращает адептов в реликтовых монстров?» — Клейн, лихорадочно препарируя эти факты, вмиг воскресил в памяти историю этого имени.

…………

Тем временем на пришвартованном у пирса паруснике, в залитой бледным лунным светом каюте.

Прямо из глади зеркала вышагнул силуэт мужчины с растрепанной, тронутой сединой шевелюрой. Незнакомец щеголял в черной мантии, искусно расшитой багровыми узорами. Его лоб, веки, щеки и уголки губ густо избороздила паутина морщин, а глаза полыхали сплошным кровавым заревом.

В эту самую секунду поры на его тыльных сторонах ладоней и открытых участках шеи хищно раскрылись. Из них сплошным ковром поперла белая шерсть, изрядно перепачканная желтоватой, мерзкой сукровицей.

Лицо старца исказила дикая, мучительная гримаса — казалось, он корчится в невыносимой агонии.

Сноровисто опустившись на край койки, он низко склонил голову и, намертво сцепив пальцы в замок, принялся глухо, торопливо что-то зашептать.

Под аккомпанемент этого шершавого, выворачивающего язык напева кожа на его лбу дюйм за дюймом, с тошнотворным треском разошлась в стороны. А в недрах разлома, словно зловещий рубин, засиял миниатюрный диск багровой луны!

Мягкое лунное сияние густым саваном окутало старика. Омерзительный белый пух, покрывающий его плоть, послушно, волосок за волоском, втянулся обратно под кожу, сгинув без следа.

Однако синхронно с этим живот мага начал гротескно, угрожающе раздуваться, словно бурдюк, до краев накачанный бурлящей водой.

Наконец, ткань мантии вкупе с плотью не выдержала натяжения и с влажным треском лопнула. Из зияющей раны пулей вылетел тошнотворный, густо усеянный белыми перьями ком мяса. Шмякнувшись на палубу, эта мерзость еще долго извивалась и корчилась в луже сукровицы, пока окончательно не сгнила, рассыпавшись в прах.

Хух… Старик медленно, с шумом выдохнул и поднял голову. В его полыхающих кровавым огнем глазах плескалось искреннее, полнейшее недоумение.

Он глухо, еле слышно пробормотал себе под нос:

— Благословенный Смерти?

— Вот только в нынешнюю эпоху бога Смерти не существует в природе…

…………

Тем временем на рассвете отряд Карателей Церкви Повелителя Бурь, уже успевший взять в оборот загадочное дело о гибели железнодорожников, разжился свежей агентурной сводкой:

Сгинувшие без следа начальник поезда вкупе с машинистом, а вдобавок и парочка предполагаемых пассажиров наконец-то нашлись!

Не теряя ни минуты, ищейки из Карателей, идя по горячим следам, нагрянули в один из кварталов портового города, где воочию узрели пропавших.

Те безмолвно, словно жуткие гирлянды на ветру, болтались в петлях прямо на фасаде какого-то дома, выстроившись в идеально ровную шеренгу.

— Это открытый вызов! — капитан Карателей сквозь сцепленные зубы исторг глухой, полный ярости рык.

Увы, едва они сняли покойников и, выбив дверь, ворвались внутрь для обыска, их взорам предстала до одури абсурдная картина. Прямо в гостиной кучковался десяток-другой фанатиков, самозабвенно отбивающих поклоны «Первозданной Луне» и справляющих какой-то откровенно еретический, мерзкий обряд.

— … Взять их всех! — на долю секунды опешив от такого цирка, рявкнул капитан.

Сектанты «Первозданной Луны» лишь в этот самый миг словно очнулись от дурмана. Они вразнобой бросились в отчаянную контратаку, однако были молниеносно, безжалостно раскатаны в блин: кто-то отправился к праотцам на месте, а кто-то схлопотал тяжелые увечья.

Капитан Карателей обвел развороченную комнату тяжелым взглядом и с искренним недоумением обратился к соратникам:

— У них на пороге целая гирлянда покойников болталась, а эти психи даже ухом не повели?

Один из оперативников, шагающий по Пути «Чтеца», погрузился в секундные раздумья и произнес:

— Сдается мне, эти трупы были не чем иным, как виртуозной наживкой. Кто-то намеренно выложил из них хлебные крошки, чтобы натравить нас именно на это логово.

Услышав это, капитан заметно остыл, усмирив первобытную ярость. Глубокомысленно кивнув, он проронил:

— И какой же, во имя всех богов, полубог из чужой Церкви мимоходом заглянул на огонек?

Глава 969

Герцог

Баклунд, Западный район, вилла семьи Одра.

Эмлин Уайт, явившийся по зову, снял шляпу, сбросил пальто и прошел в малую гостиную, чтобы дождаться приема.

В этой комнате, помимо него самого, собралось еще несколько представителей рода Крови, которых пожелала видеть некая весьма влиятельная особа. Обведя присутствующих взглядом, юноша выбрал свободное место и опустился на стул по соседству с мужчиной, чья переносица была настолько высокой, что казалась слегка деформированной.

Этот темноволосый, красноглазый господин с резкими, рублеными чертами лица бесцельно листал зажатый в руках альбом с гравюрами.

То был не кто иной, как Оунес Бояр, виконт рода Крови — тот самый тип, что совсем недавно подкинул Эмлину наводку на заброшенный замок в самом сердце леса Делайр.

Эмлин и без того спал и видел, как бы наведаться к этому виконту с визитом на днях, и уж никак не ожидал столкнуться с ним прямо здесь. Тщательно взвесив слова, вампир начал:

— Достопочтенный виконт, сгораю от любопытства: откуда именно в ваши руки приплыла агентурная сводка по тому заброшенному замку в лесу Делайр?

— Что такое? Ваш клиент пожаловался, что никаких древних мстительных духов там отродясь не водилось? — Оунес Бояр нехотя оторвал взгляд от альбома, искоса мазнув по собеседнику глазами.

— Отнюдь, — благоразумно не пускаясь в пространные объяснения, Эмлин с железным упрямством вернулся к своему вопросу. — Мне банально интересен сам первоисточник этих сведений. Звучит так, будто там кроется двойное дно.

Оунес Бояр захлопнул альбом и едва заметно кивнул:

— Да какая уж тут тайна. Я выудил это из разговора с господином Нибайсом. Положа руку на сердце, до того дня я и сам ни сном ни духом не ведал о подобном. В голове не укладывается, что в лесу Делайр могла так долго таиться целая древняя цитадель.

«Господин Нибайс…» — на чистых инстинктах в голове Эмлина пронеслась леденящая догадка:

«Очередная проверка на вшивость…»

«Вот только не слишком ли высоки ставки для банальной проверки? Пришлось даже бить челом господину „Шуту“, вымаливая спасение…» Слегка сдвинув брови на переносице и лихорадочно прокручивая в уме недавние детали, Эмлин осторожно закинул удочку:

— Виконт, а с какой стати вы сами не сунулись в этот замок? Если мне не изменяет память, вы слывете знатным археологом. Да и куш в виде Потусторонних материалов с тех самых древних мстительных духов был бы весьма недурен.

Оунес одарил собеседника весьма странным, недоумевающим взглядом и проронил:

— Господин Нибайс прямым текстом предупредил: место гиблое. Покуда не возвысишься до ранга графа, туда лучше не соваться.

«…» Эмлин так и застыл с полуоткрытым ртом, а на его лице проступила маска полнейшего, глухого оцепенения.

Титаническим усилием воли подавив клокочущую ярость, он сквозь стиснутые зубы прошипел:

— И какого дьявола вы не соизволили предупредить меня об этом с самого начала?

Оунес издал тихий смешок:

— Разве это не очевидно как божий день?

— С какой стати паранормальной фауне, чьи точные координаты и повадки уже оказались в закромах нашего рода Крови, коптить небо и дальше? Не будь там веской, фатальной угрозы, их бы давно пустили в расход!

Заметив, что Эмлин всё еще барахтается в непонимании, он снисходительно разжевал:

— Заурядная агентурная сводка должна была бы звучать так: где-то в дебрях леса Делайр, по слухам, водятся древние мстительные духи. Кое-кто с ними пересекался, но раскопать их логово так и не сумел.

— Подобный расклад означает, что выследить этих духов — та еще заноза в заднице. Потраченное время с лихвой перекроет любой навар с их останков. Лишь благодаря этой нерентабельности они и дотянули бы до наших дней.

— Я-то грешным делом полагал, что ты с полуслова раскусишь эту зияющую дыру в легенде. Да и твои клиенты тоже. Раз уж они решили бить в колокола и лезть на рожон, значит, железобетонно уверены в своих силах и припасли козыри в рукавах.

В первую секунду Эмлину показалось, что слова виконта Оунеса пронизаны железобетонной, несокрушимой логикой. Ему почудилось, будто вся вина всецело лежит на нем самом и мисс «Фокуснике» — это они, два непроходимых идиота, по собственной дурости сунули головы в петлю, а информатор тут совершенно ни при чем.

В следующую же секунду юношу окатило жгучей волной стыда пополам с клокочущей злостью. Он был готов рвать на себе волосы от досады на собственную слепоту.

И лишь на третье мгновение вампир нащупал вопиющую брешь в этих изящных рассуждениях:

«Плевать, кричит ли сама сводка о фатальном риске между строк! Этот ублюдок Оунес Бояр был просто обязан прямым текстом огласить все подводные камни! В конце концов, доподлинно выяснить калибр угрозы, её истоки и повадки — это критически важный, жизненно необходимый фундамент для любой экспедиции!»

«Он сделал это намеренно!» Эмлин вынес окончательный, бесповоротный приговор. Слегка прищурив алые глаза и надменно вздернув подбородок, он процедил:

— Ваша правда, не заметить подвоха было трудно. И всё же я сгораю от любопытства: что за чертовщина таится в этих руинах?

Оунес изящно подхватил чашку с черным чаем, чей цвет до боли напоминал свежую кровь, сделал неспешный глоток и обронил:

— Понятия не имею. Господин Нибайс не стал утруждать себя подробностями.

Лицо Эмлина помрачнело. Юноша уже приготовился отпустить какую-нибудь едкую, ядовитую шпильку, как вдруг створка отворилась, и на пороге малой гостиной вырос Касими Одра. Вперив взгляд в Эмлина, он произнес:

— Эмлин, та самая влиятельная персона изволит видеть тебя.

— Иду, — вампир молниеносно взял эмоции в узду. Привычным жестом одернув полы жилета, он неспешно, с достоинством поднялся на ноги.

Однако, едва они миновали лестницу и спустились в подземные коридоры, его выдержка дала трещину. Понизив голос до конспиративного шепота, он спросил:

— Барон Касими, о ком именно идет речь? Как мне надлежит к Нему обращаться?

Касими, щеголяющий выправкой благородного джентльмена средних лет, благоразумно не стал больше играть в прятки. Исполненным глубочайшего, первобытного почтения тоном он ответил:

— Его светлость, герцог Олмер.

Герцог Олмер… Услышав это имя, Эмлин на чистых инстинктах вытянулся по струнке. Его взгляд нервно метнулся к металлическому бра на стене: вампир отчаянно силился поймать свое отражение в тусклом металле, дабы удостовериться в безупречности собственного наряда.

Как-никак, речь шла об одном из трех великих герцогов, что нынче держали бразды правления всем родом Крови! Об этом реликтовом монстре, увенчанном титулом «Полная Луна», чья мощь пустила корни еще до Великого Катаклизма! Монстре, разменявшем четвертую тысячу лет и некогда шагавшем плечом к плечу с самой Прародительницей Лилит!