— Выходит, эта скрытая сущность по имени «Шут» и впрямь существует…

Все архивы, касающиеся тех двух ритуалов с картами Таро и самого «Шута», уже давно перекочевали на стол к отряду Соэста. Вот только из-за катастрофической нехватки зацепок и загруженности куда более насущными делами, ищейки не придавали этому расследованию особого веса.

— Стало быть, этот «Шут» владеет мощью из домена молний? — подал голос Леонард Митчелл, небрежно сдвинув черный котелок с лица.

— Одному богу известно. Если за этой маской скрывается кто-то из наших «старых знакомых», вооруженный подходящим мистическим артефактом, провернуть подобный фокус — раз плюнуть. История знает немало таких примеров, взять хотя бы тех же фальшивых божков с Южного континента или из колоний. Хех, этот прохвост имел наглость плести байки, будто «Шут» — это воплощение самого Повелителя Бурь. Сдается мне, именно поэтому он и схлопотал разряд с небес, а не сгнил от какой-нибудь чумы, — Соэст вальяжным жестом отбросил телеграмму на стол.

Леонард мельком скосил на нее глаза. Убрав ноги со столешницы и повернувшись вполоборота, он с легкой усмешкой поинтересовался:

— И что, даже копать не станем?

— А как прикажешь искать? Может, ты сам нацепишь личину невежды и прочтешь Его почетное имя? — фыркнул Соэст.

«С таким подходом шансы ухватить „Шута“ за хвост и впрямь заоблачные, вот только сам я после этого гарантированно отправлюсь на тот свет. А ведь мой эликсир „Кошмара“ переваривается просто превосходно, да и вещицу я на днях отхватил что надо. Впереди еще столько не пройденных Последовательностей… Разве я похож на того, кто спешит в могилу?» Леонард небрежно поправил выбившуюся прядь волос и произнес:

— А что, если подрядить на это дело парочку приговоренных к виселице?

— Да Он ведь запросто может проигнорировать зов, — покачал головой Соэст.

— Тогда можно зайти со стороны тех двух дел с картами Таро. Нутром чую, они намертво завязаны на «Шуте». Во-первых, сам Шут — это ключевой аркан в колоде. Во-вторых, травлю на Его избранников открыл именно орден Авроры. А первая заварушка с Таро всплыла аккурат в деле Ланевуса — именно тогда планы Авроры по призыву «Истинного Творца» пошли прахом. — Леонард одернул черный жилет и поднялся с места.

Соэст на пару секунд погрузился в глубокие раздумья, а затем постановил:

— Зацепки по остальным висякам всё равно оборвались, и других срочных дел у нас пока не предвидится. Можешь поднять архивы и перетряхнуть оба инцидента с ритуалами Таро еще раз.

— Договорились, — с улыбкой отозвался Леонард.

Именно этого парень и добивался. Ухватившись за пыльный висяк, судьба которого мало кого волновала, он виртуозно выбил себе изрядную долю свободы действий на ближайшее время.

…………

В десять минут третьего пополудни продрогшая до костей Форс, стуча зубами от холода, ввалилась в свою квартиру прямиком с промозглой улицы.

Вылезать из теплой берлоги в такую промозглую хмарь ей совершенно не улыбалось, однако съестные припасы дома иссякли подчистую. А Сио, погнавшись за очередным беглым преступником ради щедрой награды, умчалась в порт Притц, и одному богу было известно, когда она соизволит вернуться.

«Ее прямо-таки на инстинктах тянет выслеживать и скручивать беглецов… В каком-то смысле это тоже можно назвать „отыгрышем“…» — прижимая к груди увесистый крафтовый пакет с провизией, Форс привычным жестом сунула ключ в почтовый ящик, выгребая оттуда ворох счетов и писем.

Переступив порог, она свалила еду на стол, стянула с себя тяжелое, наглухо застегнутое зимнее пальто и принялась неспешно сортировать почту.

Внезапно ее глаза радостно вспыхнули: одно из писем было от ее наставника, Дориана Грея.

Едва прорвавшись на ступень «Мастера фокусов», девушка тотчас же отстучала весточку учителю, искренне уповая на поздравления и свежие наставления. Однако дни шли за днями, а в ответ царило лишь глухое молчание. Форс уже начала всерьез тревожиться, не случилось ли чего, и даже подумывала лично наведаться в порт Притц с проверкой.

Писательница торопливо разорвала конверт и впилась глазами в строчки:

'…Приношу глубочайшие извинения за столь долгую задержку. Мне пришлось на время покинуть порт Притц ради присутствия на похоронах одного родственника.

…Твои выдающиеся таланты наполняют мое сердце неподдельной гордостью. Вполне вероятно, что именно те истории, что роятся в твоей душе, сослужили тебе добрую службу в искусстве «отыгрыша». Как только зелье «Мастера фокусов» усвоится без остатка, я не только передам тебе рецепт «Астролога» седьмой Последовательности вкупе с необходимыми материалами, но и преподнесу один особый дар…

…Истинная суть «отыгрыша» для «Мастера фокусов» зиждется на двух фундаментальных столпах: «выступлении» и «одурачивании». Причем последнее можно смело трактовать как «обман». Эти постулаты были выкованы в горниле опыта целых поколений Потусторонних… Настоятельно рекомендую присмотреться к соседним Путям, в частности, к «Мошеннику» и «Фокуснику». Их доктрины во многом перекликаются с нашей…'

С плеч Форс словно свалилась свинцовая тяжесть, и она с облегчением выдохнула. Бросив беглый взгляд на настенные часы, девушка пулей метнулась в спальню, наглухо заперев за собой дверь.

Близился час еженедельного собрания Клуба Таро.

Вскоре всё ее поле зрения затопило густое, пульсирующее багровое сияние, накрывшее реальность с головой.

Вынырнув под сводами древнего, таинственного дворца, Форс только-только вознамерилась устремить взор на господина Шута, как краем глаза уловила движение: сбоку от нее соткался новый силуэт.

А ведь прежде это место всегда пустовало!

«Новый участник? И притом леди?» — «Фокусник» Форс едва заметно повела глазами и, виртуозно изображая полнейшее равнодушие, повернулась вполоборота.

«Очередное пополнение в наших рядах? И снова дама…» — мисс «Справедливость», только-только вознамерившаяся подняться для приветствия господина Шута, внезапно зацепилась взглядом за незнакомую фигуру.

Со смесью легкого недоумения и жгучего предвкушения девушка подметила весьма занятную деталь: отныне все дамы восседали по одну сторону стола, тогда как джентльмены расположились по другую.

«Должно быть, господин Шут рассадил нас так умышленно. Интересно, кроется ли в этом какой-нибудь сакральный символизм… Хм, по левую руку — леди, по правую — джентльмены. А ни там, ни тут, во главе стола — сам господин Шут, божество, неподвластное мирским определениям пола. Ах да, в самом конце же еще господин „Мир“ затесался… Хе-хе, неужто он тоже ни мужчина, ни женщина, а то и вовсе не человек? Одри, у тебя фантазия разыгралась не на шутку…» — «Справедливость» грациозно поднялась с места и звонким, жизнерадостным голосом поприветствовала владыку:

«Добрый день, господин Шут~»

Глава 566

Детали одежды

Услышав жизнерадостное приветствие мисс «Справедливости», Клейн едва заметно приподнял уголки губ и ответил легким, благосклонным кивком.

Он уже было приготовился представить собравшимся леди «Отшельник», а заодно познакомить новичка с остальными резидентами, как вдруг заметил, что мисс «Справедливость», ни на секунду не задерживаясь, перевела взгляд в другую сторону:

— Добрый день, господин Повешенный.

На сей раз девушка отступила от привычного порядка карт Таро, отдав предпочтение очередности вступления в клуб.

«Пока этот круг приветствий подойдет к концу, леди Отшельник уже заочно познакомится со всеми, избавив меня, господина Шута, от необходимости раздавать рекомендации… Мисс Справедливость явно провернула это намеренно. Какая тонкая забота… Стоит адептам Пути Зрителя взяться за дело всерьез, как их таланты в подобных мелочах раскрываются во всей красе…» — Клейн сперва слегка опешил, но, мигом разгадав её замысел, беззвучно похвалил девушку.

Тем временем «Повешенный» Элджер, отвечая на приветствие Одри, принялся с предельной осторожностью, исподволь изучать нового члена клуба:

«Женщина. Сквозь туман можно разглядеть, что на ней надета черная мантия, щедро испещренная какими-то узорами… Волосы темные, а в глазах, кажется, проскальзывает легкий пурпурный отлив…» — моряк изо всех сил пытался выцепить хоть какие-то приметы из размытого, зыбкого силуэта напротив.

Внезапно его сердце тревожно екнуло. В памяти молниеносно всплыла картина, свидетелем которой он стал на недавнем пиратском съезде несколько месяцев назад:

Льющийся с небес звездный свет дивным образом соткал ослепительно сияющий мост, соединивший исполинский галеон с дворцом в самом сердце острова. И по этому мосту, паря прямо в воздухе, неспешно ступала облаченная в черную колдовскую мантию «Адмирал Звезд» Катлея, а на ее поясе покачивались астролябия и короткий скипетр.

И эта самая астролябия до боли напоминала ту диковинную вещицу вроде штормгласса, что когда-то досталась самому Элджеру. Ту самую склянку, которая столь мистически и «случайно» разлетелась вдребезги сразу после того, как господин Шут впервые затянул его на собрание.

«Неужто это она? Внешнее сходство определенно имеется… Впрочем, „Адмирал Звезд“ носит очки, а эта дама — нет… Пока утверждать наверняка нельзя, нужны дальнейшие наблюдения и веские доказательства. Какая досада, что в тот раз я лишь мельком видел ее издали и совершенно не знаю ее повадок…»

«Как бы там ни было, я обязан удвоить бдительность. Делясь новостями, нужно избегать любых деталей, способных пролить свет на мою истинную личность… „Мир“ — избранник самого господина Шута, так что если он и раскусит меня, это одно дело. Но позволить сунуть нос в свои тайны остальным участникам — совершенно иной, неприемлемый расклад…»

«Выходит, после того инцидента с „Морским богом“ мощь господина Шута возросла настолько, что Ему теперь под силу затянуть сюда мастера калибра целого пиратского адмирала?»

Вихрь этих мыслей пронесся в голове «Повешенного» Элджера, и его поза инстинктивно стала чуть более напряженной.

«Пластика господина Повешенного буквально вопит о том, что он встревожен и ушел в глухую оборону… Выходит, он знаком с нашей новой леди? Или, по крайней мере, догадался, кто она такая? До чего же любопытно…» — «Справедливость» Одри, незаметно скользнув по нему глазами, перевела взгляд на «Солнце» Деррика.

В это самое время «Отшельник» Катлея тоже с предельной осторожностью и серьезностью, следуя очередности приветствий, придирчиво изучала резидентов Клуба Таро.

Таинственный пурпурный свет в её глазах струился медленно и почти неуловимо. И хотя пронзить насквозь густую пелену тумана, скрывающую лица, она не могла, её взор всё же выхватывал мельчайшие детали их нарядов.

«„Повешенный“… Мужчина в самом расцвете сил, около тридцати лет. Шевелюра всклокочена, словно морские водоросли, и отливает довольно редким, глубоким темно-синим цветом — классическая мутация для Пути Моряка… На нем мантия с орнаментом из штормовых волн и бурь… Инквизитор Церкви Бури?» — зрачки Катлеи слегка сузились. Виртуозно сохранив бесстрастное выражение лица, она отвела взгляд, продолжив оценивать остальных:

«„Солнце“… Совсем юнец, возможно, еще даже не достиг совершеннолетия. Покрой его одежды поражает своей первобытной, архаичной эстетикой. Наряд плотно облегает фигуру, что идеально подходит для рукопашного боя… Стало быть, он Потусторонний боевого толка?»

«„Мир“… Не старик, но и не мальчишка. Аура тяжелая и мрачная, кутается в мантию с глубоким капюшоном. Хм, от него веет чем-то мертвенным, нечеловеческим. Похоже на Сеньора или того же „Стального“ Маквити? А может, это проявления какой-то иной, неведомой мне Последовательности…»

«„Фокусник“… Молодая девушка. Облачена в самое заурядное платье в лоэнском стиле. Если не брать в расчет легкую ленцу в осанке, то ничем не примечательна. Такие серые мышки обычно ускользают от внимания быстрее всего, а значит, именно за ней нужен глаз да глаз».

«„Луна“… Юноша. Вальяжная, раскованная поза. Волосы черные, как смоль, а глаза — налитые кровью. И при этом он щеголяет в рясе священнослужителя Матери-Земли… Подобный гротескный симбиоз может означать лишь одно — передо мной вампир…»

«А резиденты Клуба Таро господина Шута оказались отнюдь не так просты. Один лишь беглый осмотр — и уже вырисовываются ниточки к двум великим Церквям…» — «Отшельник» Катлея отвела взгляд, скрестив его с как раз повернувшейся в ее сторону «Справедливостью» Одри.

Уловив немой вопрос в глазах девушки, она сдержанно кивнула:

— Отшельник.

Произнесла это Катлея на древнем фейсаке, умышленно отказавшись от более привычных ей интисского или лоэнского. Точно так же она общалась и с господином Шутом во время их первой, приватной беседы.

К тому же ее внимание зацепила одна немаловажная деталь: господин Шут назначил время собрания ровно на три часа пополудни, подчеркнув, что время это — баклундское.

«Служит ли это доказательством того, что костяк ложи в данный момент составляют уроженцы Лоэна?» — Катлея сделала для себя вполне закономерный вывод.

— Справедливость, — с мягкой улыбкой отозвалась Одри. — Добрый день, леди Отшельник.

Юная аристократка не преминула подметить те скупые микрожесты незнакомки и мигом выстроила в уме лаконичный портрет:

«Дама в высшей степени осторожная, с богатейшим опытом выживания в паранормальном мире. Сдержанная, но отнюдь не робкая. Обладает непоколебимой уверенностью в собственной наблюдательности или неких мистических талантах, завязанных на зрении. А её облачение вкупе с болтающимся на поясе коротким скипетром красноречиво намекают, что её Последовательность тяготеет к глубинному оккультизму. Впрочем, это еще требует проверки — вдруг это лишь эксцентричная прихоть».

Тем временем «Отшельник» Катлея тоже смогла во всех деталях разглядеть наряд мисс «Справедливости»:

'Ее ушки украшают изящные серьги-подвески. Тончайшая работа, в центре — изумруды чистейшей воды, безупречно подчеркивающие цвет ее глаз. Вещица баснословно дорогая…