— Твоя душа кристально чиста, сам Господь благоволит тебе. Я лично проведу тебя по этому пути. Но запомни: что бы ни стряслось во время таинства, ты обязана слепо доверять мне и беспрекословно повиноваться.

— Есть ли у тебя вопросы, прежде чем мы приступим?

Этот самый Эдшилан был прожженным, матерым аферистом. Его излюбленным ремеслом было сколачивание мелких, подпольных сект ради выкачивания из доверчивых олухов денег и плотских утех. А как только паства разрасталась до опасных масштабов, грозя привлечь внимание легавых, он виртуозно, без малейших сожалений растворялся в тумане.

На этот раз, сбежав из Баклунда, он нацепил личину избранника того самого «Шута», за которым отчаянно охотилась добрая половина столичных банд. Ловко закинув удочки среди падких на мистику простаков, он уже успел сколотить вокруг себя костяк свежей, преданной паствы.

В своих россказнях он вдохновенно врал, будто «Шут» — это сокрытое воплощение самого «Повелителя Бурь», призванное снизойти в час апокалипсиса ради спасения праведников. Дескать, это величайшая тайна, которую строжайше воспрещено выносить на свет, дабы не навлечь гнев остальных Церквей и божеств. Лишь избранным дозволено присягнуть «Шуту» до срока, чтобы оказаться в первых рядах спасенных.

Для пущей убедительности, еще будучи в столице, он не поскупился отвалить кругленькую сумму за листок бумаги, на котором было выведено подлинное почетное имя «Шута».

Его личный вердикт насчет этих строк звучал весьма прагматично:

«Выглядит так, словно и впрямь настоящее».

Денис, разрываясь между легким трепетом и жгучим предвкушением, робко спросила:

— Господин избранник, но отчего же тогда наши молитвы остаются без ответа? Разве мы не те самые избранные, кому суждено купаться в божественной благодати?

«О да, божественную благодать я тебе обеспечу, и очень скоро…» — Эдшилан судорожно сглотнул, титаническим усилием воли отгоняя навязчивые, сладострастные фантазии, и веско изрек:

— Тому есть две причины. Во-первых, ты всё еще не сумела вытащить на свет ту самую, дремлющую внутри искру дара. И именно в этом я тебе сейчас поспособствую.

— Во-вторых, твоей вере пока недостает истинной пылкости. И даже не пытайся оправдываться — я вижу твою душу насквозь.

— Как только мы преодолеем эти барьеры, ты сможешь вознести подлинное имя Господа и, подобно мне, удостоишься Его божественного отклика.

Купаясь в восхищенных, распахнутых глазах девушки, Эдшилан вальяжно потянулся за перьевой ручкой и сноровисто, размашистым почерком вывел на бумаге цепочку слов.

Тот самый ритуальный гермес.

Чтобы его аферы работали без осечек, мошенник изрядно поднаторел в религиозных премудростях, не брезгуя даже тайком пробираться на лекции по истории и археологии в столичные университеты.

Сжав исписанный лист в руке, он, красуясь перед Денис, торжественно и громко зачитал свежие строки:

— Шут, что не принадлежит этой эпохе;

— Таинственный Владыка над серым туманом;

— Король Желтого и Черного, в чьих руках удача.

Закончив мантру, Эдшилан театрально прикрыл веки, воздел руки к небу и экстатически, словно в бреду, простонал:

— Я чувствую… Я чувствую, как на меня нисходит благосклонность божества!

И в это самое мгновение прямо из пустоты вырвалась ослепительная, серебристо-белая молния, с оглушительным треском впечатавшись аккурат в макушку Эдшилана.

Ззз-з! По телу афериста дикой пляской заметались тонкие, разящие разряды электрических змей. В ореоле этой самой «божественной благосклонности» он култышкой рухнул на пол. Кожа его стремительно обугливалась, а мышцы забились в неконтролируемой, жуткой судороге.

Спустя несколько жалких секунд, под благоговейный, восхищенный лепет Денис — «Господин Эдшилан и впрямь истинный избранник!» — он окончательно затих, перестав подавать любые признаки жизни, включая само дыхание.

Денис наконец почуяла неладное. Осторожно приблизившись и приподняв подол платья, девушка присела на корточки и робко поднесла дрожащий палец к носу Эдшилана.

— Он… он мертв… Он мертв! — в диком ужасе отшатнувшись назад, Денис с криком рухнула на пол.

Захлебываясь испуганными рыданиями, она, спотыкаясь, выскочила из комнаты и пулей помчалась прямиком в ближайший полицейский участок.

…………

Тем временем в таинственных чертогах над серой мглой Клейн молча убрал «Скипетр Морского бога».

«Надо же, хватило наглости прикрываться моим именем, чтобы вымогать деньги и склонять женщин к непотребствам…» — уголок губ Клейна нервно дернулся. Юноша едва сдерживал жгучее желание шарахнуть по этому мерзавцу Эдшилану еще одним разрядом молнии.

Впрочем, это было бы уже откровенным надругательством над трупом.

«Девчонка наверняка поднимет на уши легавых. Подобное дело со стопроцентной вероятностью перекинут соответствующему отряду Потусторонних. Интересно, кто за него возьмется — „Ночные Ястребы“, „Уполномоченные Каратели“ или „Сердце Механизмов“… После той шумихи, что устроил мистер А, слава „Шута“ в Баклунде разлетелась далеко. Вполне вероятно, что в казенных архивах на меня уже завели пухлое досье. Хм, инквизиторы вполне могут стянуть все материалы воедино и спихнуть это дело „Красным перчаткам“ или другой элитной спецгруппе…» — опираясь на свой богатый опыт и хватку Ночного Ястреба, Клейн принялся скрупулезно выстраивать варианты дальнейшего развития событий.

Впрочем, сыщик тут же выбросил эти мысли из головы. Как ни крути, а выйти на него у ищеек шансов не было от слова совсем.

Небрежным жестом зашвырнув «Скипетр Морского бога» обратно в кучу оккультного хлама, Клейн уже приготовился нырнуть обратно в материальный мир.

Как вдруг среди мириад безмолвно парящих в бескрайней серой мгле темно-красных звезд одна неожиданно вспыхнула, начав излучать струящееся, подобное водной глади сияние!

Багровая звезда то судорожно раздувалась, то сжималась, пульсируя с пугающей, бьющей по глазам яркостью.

Причем эта темно-красная звезда совершенно точно не принадлежала ни одному из участников Клуба Таро.

«До чего же суетливый выдался денек… И кто же это? Очередной счастливчик вроде мисс „Справедливости“, господина „Повешенного“ или малыша „Солнца“, который благодаря какой-то древней реликвии нащупал незримую нить к серой мгле?» — в задумчивости Клейн высвободил свою духовность. Не давая отклика, он лишь осторожно проник в видение, дабы прощупать почву.

Глава 564

Знания преследуют людей

Стоило духовности Клейна коснуться непрерывно пульсирующей темно-красной звезды, как та мгновенно явила сокрытые в ее недрах образы и звуки:

На полу, мучительно извиваясь в гротескных конвульсиях, корчилась темноволосая леди, облаченная в строгую классическую мантию.

В одной руке она сжимала с виду ничем не примечательный астролябиум, а в другой — короткий, едва достигающий предплечья скипетр. Ее бьющая через край, неистовая жажда жизни была настолько осязаемой, что, казалось, прорывала оковы багрового светила, ввинчиваясь прямо в уши сыщика.

Подобно «Справедливости», «Солнцу» и остальным гостям чертогов, силуэт незнакомки казался донельзя размытым, не позволяя разглядеть черты лица. Однако кое-какие пугающие детали Клейн всё же уловил кристально ясно. У женщины, вне всяких сомнений, имелось лицо, вот только кожа на щеках прямо на глазах расползалась глубокими трещинами, обнажая пульсирующую плоть, которая гротескно сворачивалась, уподобляясь кровавым глазным яблокам. Уши страдалицы неестественно вытянулись, превратившись в подобие раструбов, а скрюченные пальцы с остервенением полосовали брусчатку, оставляя за собой вереницу жутких багровых борозд. Но самым кошмарным было иное: прямо над корчащейся жертвой зависла пара ледяных, напрочь лишенных ресниц и почти прозрачных глаз.

Впрочем, чудовищная мутация так и не перешагнула роковую черту. Тело темноволосой леди отчаянно, с первобытным упрямством сопротивлялось скверне, запуская процесс регенерации. Жуткие мясные наросты рассасывались, разорванные мышцы со скрежетом срастались воедино, а деформированные уши втягивались обратно… Каждая клеточка плоти балансировала в этом бесконечном, изматывающем перетягивании каната между распадом и исцелением.

При виде этих призрачных, немигающих бельмастых очей Клейн на долю секунды впал в ступор. Его словно отбросило в прошлое, обратно в Тинген, в те самые дни, когда он только-только открыл в себе дар духовного зрения.

Именно такую пару глаз он воочию узрел тогда за спиной старины Нила!

«Скрытый Мудрец?» Вальяжно откинувшись на спинку кресла, владыка чертогов небрежно вытянул руку, и выпорхнувший из груды оккультного хлама «Скипетр Морского бога» послушно лег прямо в раскрытую ладонь.

Юноша вознамерился мимоходом оказать услугу, щедро угостив эту зловещую пару бельм добрым десятком молний.

Однако, присмотревшись повнимательнее, его обостренное чутье безошибочно подсказало: корень мучительной аномалии таится вовсе не снаружи. Незнакомку сводил с ума неслышный для остальных инфернальный бред, бьющий прямиком по барабанным перепонкам и отравляющий саму суть ее духовного и ментального тела!

«До боли напоминает тот самый полнолунный кошмар, что терзает мисс Фокусник… Какое счастье, что в подобных делах я уже собаку съел, иначе бы дров наломал…» — молниеносно оценив обстановку, сыщик тут же нащупал спасительный план. Требовалось лишь выдернуть эфирный дух страдалицы прямиком в чертоги над серой мглой, наглухо отсекая доступ безумному шепоту. Лишившись ядовитой подпитки, мутация неминуемо отступит под натиском естественной регенерации.

Что же до терзаний о том, достойна ли спасенная подобной милости и не затаила ли она камень за пазухой — эти юношеские страхи давно канули в Лету.

Окажись эта темноволосая леди отпетой злодейкой, то, учитывая уже установленный через реликвию и багровую звезду контакт с таинственным измерением, Клейн мог в любую секунду обрушить на нее шквал молний, отправив прямиком в преисподнюю.

«Да даже вздумай она выкинуть какой-нибудь фортель, в моем арсенале имеется „Скипетр Морского бога“, карта „Темного Императора“, да и саму мощь серого тумана я уже мало-помалу прибрал к рукам. Так что отпор дам играючи…» — сжав в правой руке костяной жезл, Клейн небрежным жестом указал им на пульсирующее светило.

Его духовность стремительным, ревущим потоком хлынула вперед, без остатка вливаясь в струящееся, подобно жидкой крови, багровое сияние.

На сей раз выковать прочную, мистическую связь не составило ни малейшего труда.

Силуэт темноволосой гостьи в мгновение ока соткался по левую руку от длинного бронзового стола, опустившись на пустующее кресло, не принадлежащее никому из действующих резидентов Клуба Таро.

Сквозь гаснущее окно багровой звезды сыщик успел подметить, как чудовищная мутация, терзающая плоть незнакомки, стремительно пошла на спад.

Едва заметно кивнув, он погрузился в ледяное ожидание, предоставляя визитерше право первого слова.

Темноволосая леди всё еще пребывала в состоянии глубокого шока. Еще мгновение назад она корчилась в невыносимой агонии, проваливаясь в кромешный мрак, а теперь вдруг очутилась под монументальными сводами древнего храма. Раскинувшееся под ногами бескрайнее, дышащее первозданным покоем море серой мглы напрочь лишало дара речи.

Выдержав короткую паузу, она устремила взор на вальяжно восседающую во главе изъеденного патиной стола фигуру и дрожащим, срывающимся голосом спросила:

— Это Подземное царство?

— Вы вовсе не умерли, — с легким смешком отозвался Клейн.

В этот самый миг он краем глаза приметил, как на высокой спинке кресла, где устроилась гостья, россыпь мерцающих искр пришла в стремительное движение. Светящиеся пылинки сплелись в гротескный узор — пару ледяных, безучастных и напрочь лишенных ресниц глаз, в бездонных зрачках которых сверкали мириады сияющих звезд.

Опираясь на свой богатый опыт, владыка безошибочно определил: перед ним символ Пути «Тайноведа».

Темноволосая леди вздрогнула, мало-помалу возвращая себе кристальную трезвость рассудка.

Повинуясь инстинктам, она воровато огляделась по сторонам, после чего вновь приковала взгляд к таинственному незнакомцу, надежно укрытому пеленой серой мглы.

Белоснежная сорочка, строгий фрак без галстука-бабочки, темные брюки и до блеска начищенные штиблеты. Густые темные волосы и размытые черты лица — с виду ничего сверхъестественного… Однако в его руке небрежно, словно игрушка, покоился молочно-белый скипетр, слегка превосходящий длину предплечья. И эта реликвия… Зрачки гостьи сузились в игольное ушко. В ее глазах отчетливо отразились вкрапленные в кость лазурные самоцветы, источающие первобытную, клокочущую ауру бушующего океана и шторма. А витающие вокруг жезла мириады искр лишь подчеркивали его пугающее, божественное величие.

«Да это же артефакт полубожественного ранга! А он вертит им так, будто это обычная безделушка… Ему на него абсолютно плевать…» — слегка прищурившись, темноволосая леди с предельной осторожностью поинтересовалась:

— Как мне следует к вам обращаться?

— Можете звать меня господином «Шутом», — с отработанной до автоматизма невозмутимостью отозвался Клейн.

«Шут…» Гостья мысленно перекатала этот титул на языке и, тщательно взвешивая каждое слово, произнесла:

— Мне уже доводилось слышать ваше почетное имя из уст мистера Зет, состоящего в ордене Авроры.

Затаив дыхание, она приготовилась выслушать либо подтверждение, либо гневное опровержение.

«Водит знакомство с мистером Зет из Авроры… Надо же, мир тесен, почти старые приятели…» — Клейн лишь издал тихий смешок. Проигнорировав выпад, он перевел тему:

— А вы не намерены представиться?

— Смею заметить, это элементарные правила приличия.

Темноволосая леди, на которую внезапно вновь нахлынули воспоминания о пережитом кошмаре, погрузилась в тяжелое молчание.