На пороге переминался наряд копов в черных казенных мундирах. Старший явно был чистокровным лоэнцем, а остальные — сплошь метисы да коренные туземцы.

— В чем дело, господа? — с неподдельным недоумением поинтересовался Клейн.

— Будьте любезны предъявить документы, — весьма учтиво, явно сделав скидку на лоэнскую физиономию гостя, попросил один из метисов.

«Какое счастье, что я только что разжился новенькими метриками. Иначе пришлось бы коротать ночь в обезьяннике или давать деру прямо отсюда, на ходу меняя личину…» — беззвучно проворчав, Клейн вернулся к чемодану и выудил бумаги.

Лоэнский офицер бегло, для проформы пролистал документы и спросил:

— Мистер Йорд, вы проживаете здесь один?

— Истинно так. Любой в этой гостинице может подтвердить, — с абсолютной, обезоруживающей невозмутимостью отозвался Клейн.

На губах лоэнского копа проступила легкая улыбка:

— Вам, часом, не доводилось пересекаться с этим человеком?

С этими словами он кивком велел подручному развернуть портрет. С эскиза взирал донельзя тощий старик с копной абсолютно седых, всклокоченных волос. Каких-либо иных, бросающихся в глаза особых примет на рисунке не наблюдалось.

— Нет, — Клейн отрицательно покачал головой.

— Этот человек просто обожает сладости, — добавил лоэнский офицер.

«Леденцы…» — сыщик внезапно вспомнил того самого загадочного типа в капюшоне, что крутился возле «Серебряной Гадюки» Оделла. Этот незнакомец то и дело, почти без пауз, закидывал в рот конфеты кофейного цвета.

Тщательно взвесив слова, юноша не стал юлить и честно ответил:

— Вполне возможно, что пересекались. Не так давно в таверне «Морские Водоросли» я заприметил одного любителя леденцов, ошивавшегося прямо подле «Серебряной Гадюки» Оделла.

Лоэнский коп даже не попытался скрыть проступившее на лице разочарование. Скупо поблагодарив за содействие, он свернул допрос.

Лишь дождавшись, пока стражи порядка забарабанят в соседние номера, Клейн наглухо затворил деревянную створку и вернулся к своему креслу-качалке.

«Авантюра Оделла не только выманила ищеек из МИ-9, но и заставила резиденцию генерал-губернатора поднять людей в ружье, устроив тотальную общегородскую облаву. Дело явно пахнет керосином…» — еле слышно пробормотал он себе под нос. Сыщик вознамерился воспарить в чертоги над серой мглой и прочесать мольбы, возносимые к «Скипетру Морского бога» многочисленной байамской паствой. Ему позарез нужно было выудить больше деталей, дабы по глупости не вляпаться в эпицентр какого-нибудь сокрушительного водоворота.

Укрывшись в уборной и вознесшись в таинственное измерение, Клейн властным жестом выудил из груды оккультного хлама белоснежный костяной жезл, окруженный мириадами мерцающих искр.

Методично просматривая одну пульсирующую точку за другой, владыка сумел удостовериться лишь в одном: недавняя полицейская проверка отнюдь не была локальной облавой, а мишенью и впрямь выступал Оделл вкупе с тем загадочным спутником. Увы, вытянуть больше крох информации так и не удалось.

Немного поразмыслив, юноша устремил взор на одну конкретную, заботливо помеченную божественной аурой искру.

Она принадлежала полицейскому-метису по имени Брайя. В свое время этот карьерист божился, будто исключительно ради блага «Морского бога» он, сцепив зубы и терпя лишения, переметнулся в лоно Церкви Повелителя Бурь — и всё лишь для того, чтобы вскарабкаться по служебной лестнице как можно выше.

И ныне этот перебежчик уже дослужился до чина старшего инспектора!

Не теряя времени, Клейн послал властный импульс воли «Морского бога» прямиком в пульсирующий огонек.

Брайя, как раз раздававший нагоняи подчиненным в полицейском управлении, внезапно покрылся липким ледяным потом. Суетливо найдя благовидный предлог, он пулей заперся в уборной и истово, полушепотом забормотал молитву:

— Избранник моря и духовного мира, великий Кавитува, твой преданный слуга приносит вести.

— Главная мишень сегодняшней ночной облавы — иссохший, донельзя тощий старец. Его шевелюра абсолютно седая, но при этом на удивление густая и всклокоченная. Бедолага страшно мерзнет: даже в знойном Байаме кутается в ворох плотной, теплой одежды. А еще он без ума от сладостей, словно он сам — паровой котел, а леденцы — отборный уголь. Приказ начальства кристально ясен: выследить старика, но ни в коем случае не трогать и не причинять вреда.

Оставив Брайю без ответа, Клейн вынырнул из видения. Легонько постукивая пальцами по изъеденному патиной краю длинного бронзового стола, он произнес:

— В отличие от того блеклого эскиза, это словесное описание вызывает до боли щемящее чувство узнавания.

— Словно мне уже доводилось слышать о нем прежде…

А для истинного «Провидца» любое предчувствие или дежавю — это железобетонная зацепка. Не теряя ни секунды, сыщик размашисто вывел на пергаменте нужную фразу, намереваясь выудить ответ из глубин собственной духовности.

Беззвучно, раз за разом чеканя слова заклинания, он вальяжно откинулся на спинку кресла. Призвав на помощь медитацию, юноша плавно соскользнул в глубокий сон.

В пепельно-сером, зыбком мире грез Клейн с удивлением обнаружил, что перенесся обратно в Баклунд, прямо в свой старый арендованный дом под номером пятнадцать на улице Минск.

Прямо перед ним стоял Иэн. Юноша с пронзительными, кроваво-красными глазами вскинул голову и произнес:

— Туранни фон Хермосуин. Величайший ученый, математик и механик со времен самого императора Рассела. Отец дифференциальной машины второго поколения.

Клейн резко, словно от удара током, распахнул глаза в реальности. Теперь он кристально ясно понимал, за кем именно открыли охоту ищейки из МИ-9!

Их мишенью был тот самый гениальный ученый, из-за одной лишь рукописи чьей дифференциальной машины третьего поколения армейская машина Лоэна и интисские шпионы устроили настоящую кровавую баню, усеяв свой путь горами трупов!

Они рыли землю носом в поисках этого сбрендившего гения, бесследно испарившегося много лет назад!

«Так вот почему в лапах куратора разведки „Адмирала Крови“, старины Куинна, оказалась радиостанция, на голову превосходящая даже передовые столичные образцы Баклунда!» — на Клейна мгновенно снизошло озарение.

Глава 723

Сегодня я снова сделал доброе дело

Осознав это, Клейн помассировал виски, мало-помалу усмирив бушующие эмоции. Вскоре юноша пришел к выводу: вся эта заварушка не имеет к нему ровным счетом никакого отношения.

Лезть в это пекло не было ни малейшего желания. Удастся лоэнским воякам отыскать Туранни фон Хермосуина или нет — ему было глубоко плевать. Как-никак, особой преданности Королевству Лоэн сыщик отродясь не питал. Все его прошлые подвиги диктовались лишь банальным стремлением к общественному покою да желанием уберечь простых обывателей от шальных катастроф. Подвернись шанс, он бы с радостью подтолкнул шестеренки прогресса, дабы низы и беднота обрели хотя бы подобие человеческой жизни.

«Кто бы мог подумать, что, угодив в этот мир, я заделаюсь этаким интернационалистом…» — с горькой иронией мысленно усмехнулся парень. Он уже собрался было вернуться в реальность, чтобы затушить свет и спокойно лечь спать, оставив завывающие снаружи штормы и бушующие волны на произвол судьбы.

Но в этот самый миг его взгляд случайно зацепился за самую громоздкую диковину в куче оккультного хлама — беспроводной радиоприемник.

'К слову, а кто вообще держит Туранни фон Хермосуина в заложниках? Если это люди «Королевы Мистики» Бернадетт, то тревожиться не о чем. Эта дама свято чтит принцип «твори что пожелаешь, но не причиняй вреда», так что палку не перегнет.

Но если в дело ввязалась Школа Розы в лице «Адмирала Крови»… Вот это уже пахнет керосином. Если вынести за скобки загнанную в подполье фракцию «Умеренности», эти фанатики, бьющие поклоны «Скованному Богу», то бишь «Матери Древа Желаний», по части первобытного зла ничуть не уступают ордену Авроры. Попади столь передовые технологии в их грязные лапы — жди полномасштабной катастрофы…' Клейн замер, так и не завершив перенос астрального тела, и принялся задумчиво отстукивать ритм по изъеденному патиной краю длинного стола.

В голове молниеносно созрел план: перетащить приемник обратно в материальный мир, настроиться на нужную волну и попытаться перехватить депеши шайки «Адмирала Крови». А дальше — дело техники: расшифровать послания с помощью уже имеющегося на руках кода.

«Сегодня ночью Байам перевернули вверх дном. Заварушка достигла критической, донельзя хрупкой точки. Если гениального ученого прячут именно эти ублюдки, им жизненно необходимо обмениваться радиограммами… Учитывая, что ни резиденция генерал-губернатора, ни армейские чины Лоэна, ни Церковь Повелителя Бурь пока не взяли эту технологию на вооружение, такой канал связи остается абсолютно безопасным. Стало быть, даже после гибели старины Куинна пираты „Адмирала Крови“, скорее всего, не стали менять ни частоты, ни шифры… В любом случае, попытаться стоит». Тщательно взвесив все за и против, сыщик не стал терять времени. Нырнув обратно в реальность, он сноровисто закипел приготовлениями к ритуалу дарования.

Благополучно выудив радиоприемник в номер, парень не спешил его включать. Вместо этого он вооружился ритуальным серебряным кинжалом и наглухо запечатал комнату Стеной Духовности.

Клейн банально проветривал артефакт, выветривая въевшуюся ауру серой мглы!

По правде говоря, чтобы вычислить кукловодов фон Хермосуина, столь сложные манипуляции не требовались. Достаточно было опереться на мощь серого тумана и вызвать на связь волшебное зеркало Арродеса — ответ гарантирован. Вот только с их последнего сеанса прошло до пугающего мало времени. Слишком частое использование этой ауры грозило привлечь пристальные взгляды еретических сущностей калибра «Истинного Творца» или «Изначальной Демонессы», что было чистой воды самоубийством.

А потому Клейн, руководствуясь железобетонной паранойей, решил полагаться исключительно на собственные силы.

Выждав минут семь-восемь и рассудив, что незримый шлейф выветрился окончательно, юноша снял духовный барьер, включил радиостанцию и приготовился слушать эфир.

Одному богу известно, сколько минуло времени, как вдруг на нужной частоте прорезался долгожданный сигнал!

Титаническим усилием воли подавив рвущееся наружу ликование, Клейн скрупулезно зафиксировал морзянку, после чего раскрыл восстановленный с помощью прорицания шифровальный блокнот и принялся переводить тарабарщину.

Вскоре на листке бумаги для заметок выстроилась кристально ясная строчка:

«Авеню Черного Перца, 32, завтра в семь утра».

«Как я и думал. Хермосуина держат на поводке прихвостни „Адмирала Крови“, а за их спинами наверняка маячат высокоранговые мастера Школы Розы…» — молниеносно вынес вердикт сыщик.

Этот вывод базировался вовсе не на самом тексте радиограммы, а на простом логическом факте ее существования.

Не будь это шайка «Адмирала Крови», с какой стати им посреди такой напряженной ночи обмениваться депешами с конкретными адресами байамских улиц? Столь ювелирных совпадений в природе не бывает!

«И как прикажете это понимать? Всем собраться по указанному адресу до семь утра? Или же сам Хермосуин вкупе с „Серебряной Гадюкой“ Оделлом уже залегли там на дно, слив „Адмиралу Крови“ координаты и обозначив время для рандеву?» Поразмыслив пару секунд, Клейн пулей вернулся в таинственные чертоги над серой мглой. Опираясь на свежие разведданные, он вывел фразу для гадания:

«Нынешнее местоположение Туранни фон Хермосуина».

Намертво зажав листок в пальцах и вальяжно откинувшись на спинку кресла, юноша принялся беззвучно чеканить заклинание, плавно соскальзывая в глубокий транс.

Сквозь зыбкую пелену серых грез его взору предстал исполинский подземный зал, щедро освещенный мириадами газовых рожков.

В самом сердце этого подземелья громоздился циклопический, невероятно сложный механизм. Сплетенный из бесчисленных медных цилиндров, рычагов, шатунов и легионов ювелирно подогнанных шестеренок, этот монстр пожирал добрых две трети всего помещения.

Прямо перед машиной, нервно меряя шагами пол, маячил сухопарый старец с всклокоченной, белоснежной шевелюрой. Наглухо закутанный в плотное зимнее пальто, он то и дело закидывал в рот конфеты, с хрустом разгрызая леденцы.

— Нет, отныне ее нельзя величать просто дифференциальной машиной! Эта прелесть способна опираться на заложенные алгоритмы, самостоятельно препарировать задачи и вычислять ответы. Да, она достойна носить имя «Аналитической машины»! — безудержно бормотал старик. Тем временем ракурс видения Клейна стремительно рванул ввысь, пробив своды подземелья и вынырнув на поверхность.

Взору предстал трехэтажный особняк, утопающий в ухоженном саду и зеленых лужайках. На фасаде отчетливо виднелась табличка:

«Авеню Черного Перца, 32!»

«Как я и думал… Он именно там», — распахнув глаза, сыщик медленно, с шумом выдохнул.

Теперь перед ним во весь рост встала другая, куда более заковыристая проблема: что со всем этим делать?

«Мне-то этот гениальный ученый и даром не сдался, от него одни хлопоты. Вечно прятать его в чертогах над серой мглой — затея абсурдная. Выходит, марать руки и лично вытаскивать его из капкана нет ни малейшего резона… Хм, слить координаты лоэнским воякам или Церкви Повелителя Бурь? Это гарантированно обломает малину Школе Розы. Вот только в армейских верхах окопалась фракция, намертво повязанная с ублюдками, устроившими Великий баклундский смог. Отдать Хермосуина им на растерзание — всё равно что своими руками подлить масла в огонь… А инквизиторы Бури славятся своей отбитой порывистостью. Устроят лобовой штурм, и гениальный старец под шумок отправится прямиком на аудиенцию к своему божеству…» Скрупулезно взвесив все расклады, Клейн нащупал воистину дерзкий, изящный план.

Нужно попросту сорвать все покровы! Вытащить местоположение Туранни фон Хермосуина на свет божий, чтобы его координаты стали секретом Полишинеля и для армии Лоэна, и для всех великих Церквей разом! Лишь так можно гарантировать, что гениальные мозги ученого послужат на благо всего Королевства, а не осядут в закромах какой-то одной теневой фракции!