Пусть благодаря гаданиям в таинственных чертогах ему и удалось нащупать слепую зону в слежке официальных инквизиторов за домом пятнадцать по улице Минск, возвращаться туда он благоразумно не стал. Дабы не дразнить гусей и не выдать тайну своего призрачного состояния, парень предпочел раскошелиться на свежий комплект одежды и прочие дорожные мелочи, спустив на это двенадцать полновесных фунтов.

Приплюсовав сюда еще восемь фунтов, уплаченных за поддельные документы для новой личины, он довел свой кошелек до такого истощения, что тот стал практически бесполезен.

Что же до десяти процентов акций велосипедной мануфактуры, то Клейн улучил момент и пересекся с великим сыщиком Айзенгером Стентоном. Подписав соответствующие бумаги, он официально передал свой пакет в его доверительное управление. В конце концов, их теплые партнерские отношения уже давно не были секретом ни для Ночных Ястребов, ни для Сердца Механизмов.

«В сухом остатке — пять фунтов мелкими купюрами да пять золотых соверенов… Билет до архипелага Ротсид сожрет четыре фунта, и это лишь за убогую койку в душном трюме третьего класса… А пересадка до Гаргаса обойдется еще как минимум в четвертак… Нужно во что бы то ни стало скинуть характеристику того „Безликого“ как можно скорее… Глядишь, удастся перебраться в каюту второго класса да харчеваться по-человечески… И какое счастье, что тот чемодан Эмлина так и лежал здесь, над серой мглой, иначе пришлось бы раскошеливаться еще и на саквояж…» — Клейн уныло подбивал дебет с кредитом, чувствуя себя так, словно его вновь отбросило в те голодные времена сразу после переселения, когда приличный костюм приходилось покупать в счет аванса у Ночных Ястребов.

— Потусторонняя характеристика шестой Последовательности тянет фунтов на три-четыре тысячи. А если найдется отчаянный покупатель, можно и накинуть сверху… Вот только, помимо банального пропитания, мне ведь еще предстоит закупать вспомогательные ингредиенты для «Марионеточника» и вбухивать деньги в ритуалы очищения скверны со стержневых материалов, — с горьким вздохом констатировал Клейн. Выудив из кармана брегет, он со щелчком откинул крышку.

Убедившись, что время подошло, он первым делом послал мысленный импульс юноше «Солнцу», веля тому приготовиться к грядущей сходке.

…………

Взор Форс внезапно прояснился, и по ту сторону изъеденного патиной длинного стола она различила три знакомых силуэта.

«Новый участник?» — эта мысль лишь мимолетно скользнула в ее сознании и тут же растаяла.

Прямо сейчас пополнение в рядах Клуба Таро волновало ее в последнюю очередь. Все ее мысли были намертво прикованы к тому жуткому Великому Смогу и смертоносной эпидемии, что захлестнули столицу на минувшей неделе.

Девушка кристально ясно помнила, как на прошлом собрании господин «Мир» предостерегал ее и мисс «Справедливость» о зреющей в Баклунде колоссальной беде, грозящей обернуться настоящей бойней. И сам господин Шут благосклонно подтвердил эти догадки, прямо указав на эпицентр грядущей бури — принца Эдсака.

Ни на йоту не сомневаясь во всемогуществе господина Шута, Форс наивно полагала, что у катастрофы уйдет немало времени на созревание, а значит, у них будет шанс всё выведать и предотвратить. И кто бы мог подумать, что рок обрушится столь стремительно и беспощадно!

Если верить газетным хроникам, принц Эдсак тоже подхватил смертельную заразу в горниле того Великого Смога и скоропостижно скончался… «Это и впрямь случилось, действительно случилось…» — воскрешая в памяти передовицы последних дней, Форс, казалось, начала осознавать суть происходящего, но в то же время не могла нащупать ни единой твердой нити, отчего ее внезапно накрыла волна паники и жгучей тревоги.

«Подумать только: будучи лишь Потусторонней девятой Последовательности, я, стоило мне примкнуть к Клубу Таро, заблаговременно „вмешалась“ в леденящую душу катастрофу, затронувшую целый мегаполис, сгубившую принца и унесшую десятки тысяч жизней!» Лишь в эту самую секунду «Фокусник» Форс до самых глубин своего естества прочувствовала всю немыслимую тяжесть и колоссальный вес статуса участника этой тайной ложи.

А мгновением позже до ее слуха донесся голос мисс «Справедливости». Приветствие прозвучало так же привычно, как и всегда, вот только из него напрочь испарилась былая беззаботная легкость:

— Добрый день, господин Шут.

— Вы в очередной раз спасли Баклунд!

«А? Чего? И когда это меня опять успели спасти?» — слушая эту тираду, «Луна» Эмлин окончательно впал в глухой, непередаваемый ступор.

Глава 484

Несимметричность

Воскрешая в памяти недавние потрясения, «Луна» Эмлин без труда свел воедино вспышку эпидемии и Великий смог, резонно рассудив, что сидящая напротив леди подразумевала именно эту катастрофу.

«Однако до меня доходили слухи, будто за всем этим стояла некая „Демонесса Отчаяния“, жаждущая возвышения… К тому же Церковь Повелителя Бурь отреагировала молниеносно: они призвали ураганный ветер и развеяли заразу. При чем здесь господин Шут? Как можно утверждать, что именно Он спас Баклунд?» Опираясь на мощную информационную сеть своих сородичей, Эмлин считался весьма осведомленным юношей. И теперь, сопоставляя известные ему факты с услышанным, вампир разрывался между искренним изумлением и глубокими сомнениями.

И пускай гордыня всегда была его верной спутницей, а светская болтовня навевала лишь скуку, перед лицом непостижимой сущности, к которой обращались не иначе как «Он», Эмлин испытывал леденящий, первобытный трепет. Благоразумно прикусив язык и не решаясь лезть с расспросами, он предпочел пока просто погреть уши.

«Повешенный» Элджер, пусть и бороздил в это время бескрайние океанские просторы, тоже успел получить весточку о Великом баклундском смоге. Моряка до смерти интриговала сокрытая во мраке изнанка этой трагедии: он ни на йоту не сомневался, что за кулисами разыгралась битва истинных божеств. В конце концов, это дело привлекло внимание самого господина Шута!

«Когда дойдет до обмена новостями, закину удочку мисс Справедливости. Впрочем, вряд ли она владеет всей полнотой картины — ее статус в мире мистики пока не позволяет докопаться до подлинных деталей. Хех, зато любопытства ей не занимать. Услышав такую затравку, она стопроцентно попытается выпытать разгадку у самого господина Шута. А мне останется лишь внимательно слушать…» — дойдя до этой мысли, Элджер искоса покосился на «Солнце». Заметив, что паренек держится на удивление невозмутимо и сдержанно, моряк мигом смекнул: исследовательский отряд Города Серебра благополучно вырвался из той проклятой временной петли.

«Справедливость» Одри, опираясь на свои таланты, тоже без труда считала по лицу юного «Солнца», что их экспедиция увенчалась успехом. Девушка с облегчением выдохнула, вознамерившись чуть позже выпытать у него все подробности.

Торжественно поклонившись господину Шуту, юная аристократка обратилась к «Миру», выражая искреннюю признательность этому мрачному, отнюдь не внушающему доверия члену Клуба Таро за его своевременное предостережение:

— … Господин Мир, если бы не ваше предупреждение, боюсь, этот Великий смог унес бы жизни сотен тысяч невинных баклундцев.

— По правде говоря, тем самым я спас и собственную шкуру, — хрипло, со скрипучим смешком отозвался Клейн, дернув за ниточки «Мира».

В этих словах не было ни грамма фальши или наигранности. Не предупреди он тогда мисс Справедливость, и не подними она по тревоге Церковь Богини Вечной Ночи, тот могущественный мастер, стеревший в порошок мистера А, вряд ли поспел бы вовремя. А сам сыщик продержался бы от силы еще пару жалких минут.

«Попадись я в лапы мистеру А, и этот фанатик сожрал бы меня заживо, разорвав на куски… В таком случае даже моё чудесное воскрешение могло бы дать сбой…» — с содроганием и невероятным облегчением подумал Клейн.

Ведь гастрономические пристрастия мистера А были отнюдь не метафорой!

Вслед за этим владыка чертогов, вальяжно откинувшись на спинку кресла Шута, с легкой улыбкой произнес:

— Я лишь оказал самую малость посильной помощи.

— О нет, именно ваш избранник стал истинным спасителем Баклунда! Его вклад переоценить невозможно, он сделал больше, чем кто-либо другой! — с бьющим через край, искренним восхищением возразила Одри. — Именно благодаря его наводке Церковь Богини Вечной Ночи успела изготовиться к удару. Они молниеносно уничтожили «Демонессу Отчаяния» и сорвали пробуждение «Изначальной Демонессы», удержав смертоносность смога в хоть каких-то рамках. Более того, ваш посланник собственными руками стер в пыль ритуал ордена Авроры, в очередной раз захлопнув дверь перед носом «Истинного Творца», пытавшегося прорваться в нашу реальность!

Поскольку именно Одри стала источником этих критически важных сведений, граф Холл и графиня не скупились на похвалы для любимой дочери. Вдобавок, они не стали утаивать от нее результаты казенного расследования и те крохи деталей, что успели выведать в высшем свете.

Разумеется, не обошлось и без родительских наставлений: они слезно просили Одри держаться подальше от эпицентра дел этой подпольной ложи. По их мнению, ей стоило ограничиться внешним кругом, собирать слухи по верхам и ни в коем случае не пересекать порог седьмой Последовательности.

Пробуждение «Изначальной Демонессы»… Нисхождение «Истинного Творца»… Какого дьявола вообще творилось в Баклунде⁈ В ту же самую секунду «Повешенный» Элджер и «Луна» Эмлин испытали абсолютно идентичное, леденящее душу потрясение, однако их реакция разительно отличалась. Если моряк лишь едва заметно приподнял веки, сузил зрачки и инстинктивно подался вперед, то вампир, казалось, был готов прямо сейчас с диким воплем подскочить до потолка.

«Матерь-Земля… тьфу ты, Луна всемогущая! И когда это столица успела превратиться в такую смертоносную мясорубку? Один-единственный смог, а на арену вышли сразу два еретических божества! Эта девчонка ведь просто заливает, да? Даже если господин Шут и впрямь является истинным богом, Ему бы ни за что не хватило дерзости бросить вызов сразу двум сущностям своего калибра… Разве что… разве что Он — тайное воплощение одного из семи ортодоксальных владык? А может, за Его спиной незримо стоит целый пантеон союзных богов? Неужто именно поэтому Прародительница велела мне вознести Ему мольбу?» Чем дольше Эмлин ломал голову, тем неистовее колотилось его сердце, однако докопаться до железобетонной истины он так и не мог.

Справедливости ради стоит отметить: то, что род Крови в народе пренебрежительно кличут «вампирами», вовсе не означает, что в их груди не бьется сердце. Пульс их просто на порядок медленнее человеческого, а само сердце остается одной из самых фатальных, уязвимых точек.

«Так я и знал! Воистину, событие, достойное пристального внимания господина Шута… Вот только какой Ему прок от того, что Он пустил под откос замыслы этих злых божеств?» — Элджер незаметно, с благоговением перевел дух.

«Фокусник» Форс же разрывалась между искренним шоком и леденящим, запоздалым ужасом. Девушке и в страшном сне не могло привидеться, что за тем чудовищным смогом, скосившим десятки тысяч горожан, таится настолько пугающая, катастрофическая изнанка.

«Не подоспей помощь вовремя, и от Баклунда бы не осталось камня на камне. А мы с Сио неминуемо сгинули бы в этой мясорубке…» — Форс с трудом, судорожно сглотнула подступивший к горлу ком.

Ее эмоции слово в слово вторили мыслям самой Одри. Пройдя через горнило этого инцидента, юная аристократка окончательно прозрела: та безмятежная, безопасная и стабильная жизнь, которой она всегда наслаждалась, в жерновах божественных конфликтов — не более чем жалкий мыльный пузырь. Малейшее дуновение, и он лопнет без следа.

А если копнуть глубже, то и всё Королевство, да и само человеческое общество держались на плаву лишь благодаря хрупкому, готовому рассыпаться в любую секунду балансу между высшими силами… Всякий раз, когда эти мрачные мысли закрадывались в голову, душу Одри затапливала свинцовая тоска.

Видя, что его самоотверженность не канула в лету и была оценена по достоинству, Клейн почувствовал искреннее удовлетворение. С легкой усмешкой он произнес:

— Какая досада, что из-за всего этого ему пришлось спешно покинуть Баклунд.

«Избранник господина Шута временно покинул столицу?» — Одри вновь грациозно поднялась и с глубочайшей искренностью склонилась в реверансе:

— Прошу, передайте ему мою безграничную благодарность.

Клейн, виртуозно удерживая маску недосягаемого божества, не проронил ни звука, лишь благосклонно, едва заметно кивнул.

Выдержав паузу, Одри виновато добавила:

— Прошу простить мою нерасторопность. Из-за того, что три великие Церкви вкупе с армией сейчас тотально прочесывают Баклунд, мне так и не удалось раздобыть свежие страницы из дневников Рассела. Умоляю, дайте мне еще одну неделю.

— Дозволяю, — абсолютно ровным, лишенным малейших эмоций тоном отозвался Клейн.

Грея уши во время этой беседы, «Фокусник» Форс внезапно встрепенулась. Торопливо устремив взор во главу длинного бронзового стола, она выпалила:

— Многоуважаемый господин Шут, в мои руки попали три новые страницы из записей Рассела.

«Воистину прекрасно. Больше участников — шире агентурная сеть. При таком раскладе любые поиски неминуемо обрастают результатами, словно снежный ком…» — мысленно ликуя, Клейн сдержанно кивнул:

— Превосходно.

«Дневники Рассела?» — Эмлин вновь поймал себя на мысли, что краем уха зацепил какую-то запредельно важную, немыслимую тайну.

Под его недоуменным взглядом Форс силой мысли материализовала три желтоватых листа и почтительно переправила их прямиком в руки господина Шута.

И лишь в этот самый момент Клейн наконец-то вспомнил, что совершенно позабыл о новоиспеченном кровососе. С легким смешком он принялся за формальности:

— Представляю вам нашего нового соратника — господина «Луну».

— Наше скромное собрание носит имя Клуб Таро. А вот и остальные участники…