— И сейчас мы попросту не вправе упустить столь роскошный шанс.

— У меня в руках список. В нем — подробные досье на парочку таких прихвостней Первозданной Луны. Тот из вас, кто сумеет взять их след и пустить в расход, выйдет из этого испытания триумфатором. Уж поверьте, ни мой дед, ни многоуважаемые старейшины на щедрую награду не поскупятся.

— Если же куш придется делить, победителя определим по числу отрубленных голов.

— Разумеется, мишени отобраны с ювелирной точностью — вам они вполне по зубам. Дичь покрупнее уже взяли на мушку наши старейшины.

Вслушиваясь в эту пламенную тираду, Эмлин Уайт, пусть и питал к этим жалким «искусственным» кровососам жгучее, первобытное презрение, совершенно не горел желанием марать руки. В его глазах подобная кровавая суета выглядела донельзя утомительной, муторной и грязной затеей. Уж куда приятнее было бы преспокойно отсиживаться дома, ведя неспешные светские беседы со своими любимыми куклами.

Но стоило ему осознать, что всё это превращается в негласное состязание, и уловить устремленные на него выжидающие взгляды Руса Батори и прочих сородичей, как Эмлин рывком выпрямил спину. Горделиво вздернув подбородок, он отчеканил:

— Не вижу никаких проблем.

Его алые глаза неспешно, с ледяным высокомерием обвели остальных существ в кабинете.

…………

Просторная каюта с отдельной уборной на борту «Будущего».

Клейн застыл у окна. Любуясь безостановочно вздымающейся лазурной гладью океана, он в превосходном расположении духа вдыхал пронизывающий, колючий северный ветер.

Этот флагман «Адмирала Звезд» уже давно оставил позади остальную армаду, пустившись в одиночное плавание.

Одному богу известно, сколько минуло времени, когда прямо по курсу вынырнули два китобойных судна. Едва завидев гордо реющий на мачте «Будущего» стяг со звездами и оком, они мигом засуетились, словно растревоженный муравейник.

Китобои проворно перекроили строй, развернувшись бортами к надвигающемуся левиафану и ощетинившись в боевой готовности рядами артиллерийских орудий.

Синхронно с пушками в их сторону развернулись и гарпунные орудия, метающие снаряды с помощью пороха. Рослые, светловолосые рыбаки с архипелага Гаргас — кто с ружьями, кто с острогами наперевес — рассыпались по палубе: кто стоя, кто присев на корточки. Вся команда замерла в пугающем, напряженном ожидании.

Цепкий взор Клейна выхватил среди матросни даже парочку барышень, чьи габариты ничуть не уступали Халку — одного взгляда хватало, чтобы понять: эти дамы весят целую тонну и в драке легко свернут шею кому угодно.

Впрочем, «Будущее» не удостоило этот радушный прием ни малейшим вниманием. Исполинский галеон преспокойно проскользнул мимо, неумолимо зарываясь всё глубже в китобойные угодья.

Спустя еще какое-то время на горизонте замаячила стайка пиратских посудин. Корсары жались к самой кромке судоходного фарватера, явно затевая какую-то мутную возню.

«Будущее» не церемонясь поперло прямо на них. Пиратские лоханки вмиг порскнули в разные стороны, словно распуганная ружейным выстрелом стая птиц, и торопливо растаяли вдали.

Почувствовав, как левиафан начал заметно сбрасывать ход, Клейн в легком недоумении развернулся и покинул каюту.

Едва он приблизился к капитанским покоями, как навстречу ему вышла сама «Адмирал Звезд» Катлея. Переносицу пиратки утяжеляли массивные очки, надежно скрывающие за толстыми стеклами ее бездонные, дышащие мистикой темно-пурпурные глаза.

Мазнув по юноше коротким взглядом, она предельно лаконично пояснила:

— Поступили сведения, что здесь, на дне океана, нащупали руины прямиком из Четвертой Эпохи.

— Раз уж нам по пути, мы вознамерились на них взглянуть.

«Дно океана? Руины Четвертой Эпохи?» Клейна словно током прошибло — в памяти тут же всплыл тот самый слушок, что он краем уха зацепил в баре «Лодар».

«Так эти байки уже расползлись по всем морям? А я-то всё ломал голову, с какой стати этот секрет так легко вывалили в дешевом кабаке…» — на юношу наконец-то снизошло озарение, и он понимающе хмыкнул про себя.

Глава 640

Пиратка

Клейна слегка разбирало любопытство насчет результатов поисков, однако выпытывать подробности он не стал. Миновав капитанскую каюту, юноша направился к ведущему вниз трапу.

Сделав пару шагов, сыщик почувствовал, как в горле предательски запершило. Не удержавшись, он прикрыл рот кулаком и глухо кашлянул.

Подобный исход Клейна ничуть не удивил — это было неизбежно. Накануне ночью он таскал при себе «Флакон с биологическим токсином» добрых два часа кряду. И лишь глубокой ночью, окончательно удостоверившись, что люди «Адмирала Звезд» не замышляют вероломного нападения, юноша упрятал мистический артефакт обратно в черный чемодан. Расплата не заставила себя ждать: он закономерно слег.

Впрочем, контакт с реликвией продлился не так уж и долго, да и сам организм отнюдь не был истощен. Хворь оказалась легкой, ограничившись банальной болью в воспаленном горле.

Неспешно следовавшая за ним Катлея прекрасно всё видела. Пиратская владычица не усмотрела в этом ни малейшей странности; напротив, в ее глазах всё выглядело в высшей степени естественно.

Любой мало-мальски подкованный Потусторонний знал как непреложную истину: мистические артефакты всегда таят в себе пагубные побочные эффекты. Более того, вольные мастера давно переняли моду у семерки ортодоксальных Церквей, окрестив те предметы, чье губительное влияние было слишком велико для долгого ношения, единым словом — запечатанные артефакты.

Сама Катлея в свое время спустила с молотка и обменяла целую прорву диковинок низших и средних эшелонов по двум веским причинам. Во-первых, она жаждала заполучить нечто поистине сокрушительное, способное многократно повысить ее собственные шансы на выживание. А во-вторых, обилие разношерстных побочных эффектов превращалось в настоящую головную боль. Увернувшись от одного проклятия, ты неминуемо подставлялся под другое. Порой эти пагубные ауры и вовсе наслаивались друг на друга, порождая адскую смесь, где один плюс один давали куда больше двух. Для Потустороннего подобный арсенал сулил больше бед, чем пользы.

Когда она обнаружила, что Герман Воробей вооружен мистическими артефактами, паранормальным оружием и духовными амулетами буквально до зубов, ее искреннее изумление тут же сменилось резонным вопросом: какое же чудовищное бремя побочных эффектов вынужден тащить на себе этот безумец? И вот теперь картина прояснилась: пока что расплата ограничилась банальной простудой.

Твердым, чеканным шагом ступив на палубу, Клейн с первого же взгляда выцепил в толпе Фрэнка Ли. Старпом всё так же щеголял в белой сорочке и брюках на подтяжках. Его рукава были высоко закатаны, обнажая перемазанные грязью предплечья. Казалось, пирату было абсолютно плевать на пронизывающий до костей ледяной ветер, гуляющий под ясным небом.

— Доброе утро, Герман! — с бьющим через край энтузиазмом замахал рукой Фрэнк. — А ну-ка, погляди на мое свежайшее творение! Бьюсь об заклад, эта штуковина станет настоящим хитом на всех морях!

С этими словами он вскинул вторую руку. В его широкой ладони трепыхалась невероятно толстая, мясистая морская рыбина неизвестной породы.

«Нет уж, увольте, мне совершенно не хочется знать, какого очередного монстра ты слепил…» — Клейн замер на месте, одарив старпома ледяным, безучастным взором.

Фрэнк Ли, напрочь проигнорировав отстраненность собеседника, выхватил из-за пояса кинжал. Одним резким, выверенным движением он вонзил клинок в рыбину, с хрустом распарывая ей брюхо.

Из раны булькающим потоком хлынула кровь, ювелирно стекая прямиком в подставленную на палубе исполинскую пивную кружку. Вот только привычного, тошнотворного рыбного душка в воздухе не появилось.

— Чуешь? Какой умопомрачительный, пьянящий винный букет! — полуприкрыв глаза, с фанатичным восторгом возвестил Фрэнк Ли. — У этой крошки вместо крови по жилам течет чистейшее красное вино! А заодно эта выпивка до краев напитана целой россыпью полезных веществ!

«…» Клейн внезапно осознал, что у него банально нет слов.

Окинув толпящихся вокруг матросов сияющим взглядом, Фрэнк вновь повернулся к Герману Воробью:

— А знаешь, что самое паскудное в открытом море? Это когда бочонки с пойлом уже пусты, а до берега еще пилить и пилить! Стоит лишь добиться, чтобы эти рыбки плодились как кролики и заполонили весь океан, и проблема решена навсегда! Куда бы мы ни заплыли, выпивка всегда будет под рукой! Да, мы выведем целую кучу разных пород: одни будут сочиться Ланчи, другие — Нибосом, третьи — красным вином, а четвертые — элем! Правда, для эля придется скрещивать акул да китов, иначе объема не хватит, не напьешься!

«А разве самая страшная беда в море — не нехватка пресной воды? Ах да, вы же, корсары, всё равно глушите эль вместо воды, потому что он не так быстро тухнет… Бедные, несчастные рыбы…» Пока Клейн лихорадочно соображал, как бы поизящнее ответить этому безумцу, на палубу поднялась «Адмирал Звезд» Катлея. Обогнув сыщика, она обратилась к своему старпому:

— Нина готова?

— Так точно! Уже уговорила целую бутылку Нибоса! — Фрэнк ткнул пальцем в густую тень, отбрасываемую парусом.

«Выходит, вся ее подготовка сводится к тому, чтобы нахлестаться фейсакского дистиллята? Того самого ядреного Нибоса, о который можно спички чиркать?» Клейна внезапно осенило: та самая мадам Нина, о которой толковал старпом, почти наверняка имеет фейсакские корни.

— Капитан, откровенно говоря, я бы предпочла бутылочку сунийского кровавого вина! — из спасительного полумрака неспешно вынырнул высокий женский силуэт.

Ростом она вымахала за метр восемьдесят. Золотистые волосы были небрежно стянуты в высокий хвост. Черты ее лица не поражали изяществом, однако в них кристально ясно читалась суровая фейсакская порода: мертвенно-бледная кожа и донельзя светлые глаза.

Облачена эта леди по имени Нина была в сплошной, плотно облегающий гидрокостюм из черного материала, до боли напоминающего рыбью кожу. Наряд сидел на ней как влитой, бескомпромиссным образом подчеркивая каждый изгиб ее горячей, роскошной фигуры.

Подобный фасон сам по себе источал дикую сексуальность, а уж выдающиеся габариты груди Нины и вовсе пробивали все мыслимые рамки приличия. Одному богу было известно, какие именно мысли роились в сальных взглядах пялящихся на нее корсаров.

Клейн, почувствовав легкий укол неловкости, уже было порывался отвести взгляд, но вовремя вспомнил: прожженный авантюрист Герман Воробей ни за что бы не стушевался, словно зеленый юнец. Пришлось слегка расфокусировать зрение и с каменным лицом уставиться прямо на лицо Нины.

— Герман, знакомься! Это наш боцман, Нина! А по совместительству еще и помощник штурмана. Ха-ха, и ее Последовательность как раз так и зовется — «Мореплаватель»! — Фрэнк Ли, верный себе, вывалил всю подноготную без малейшей утайки.

«А этот „Эксперт по токсинам“, погляжу, парень донельзя простодушный, если дело не касается его извращенной селекции… Точно, вспомнил. Эта Нина стоит три тысячи шестьсот фунтов, а кличут ее „Подводной убийцей“. Эх, столько розыскных листов через мои руки прошло, немудрено, что некоторые лица сразу и не всплывают в памяти…» Клейн, не отрывая взгляда от глаз пиратки, ровно, безэмоционально кивнул:

— Доброе утро, мэм.

Нина, не стирая с губ дерзкой улыбки, неспешно, с ног до головы смерила Клейна оценивающим взором:

— Доброе утро, мистер Воробей.

— До смерти любопытно узнать: эта «Вице-адмирал Болезнь» и впрямь настолько обворожительна, как брешут матросские байки?

Будучи пираткой, годами варившейся на самом дне иерархии, Нина привыкла рубить правду-матку, совершенно не стесняясь в делах любовных. Изначально она вообще собиралась в лоб спросить, неужто ее собственные прелести не впечатляют Германа Воробья, или же он попросту холоден как лед, раз стоит столбом и не пускает слюни. Однако, здраво рассудив, что перед ней стоит не кто иной, как чудовищно могущественный авантюрист, едва не снявший голову с самой «Девы Болезней», отбитый психопат, готовый в любую секунду выхватить ствол и открыть пальбу — она благоразумно прикусила язык. Проглотив сальные шуточки, девушка изящно свернула на тему «Вице-адмирала Болезнь».

«…И что прикажешь на это отвечать?» Клейн выдержал паузу и холодно процедил:

— Награда за ее голову воистину обворожительна.

Нина на долю секунды опешила, решительно не понимая, как парировать подобный выпад. Спасая положение, она повернулась к «Адмиралу Звезд»:

— Капитан, приступаем?

Катлея, в чьей голове внезапно, словно непрошеный гость, мелькнул размер ее собственной казенной награды, коротко кивнула:

— Приступай.

Едва это слово слетело с ее губ, как Нина в несколько широких шагов оказалась у фальшборта. Лихо оттолкнувшись правой рукой, она рыбкой сиганула прямо в океан. Словно исполинская черная рыбина, девушка мгновенно скрылась в пучине, стремительно уходя на глубину.

Вслед за ней с гулким плеском за борт обрушились еще несколько матросов, отправленных для боевого охранения.

«Надо же… Никакой тебе раскачки, нырнула как отрезала… А эта леди явно впитала в себя весь суровый дух Церкви Повелителя Бурь, истинный адепт Пути „Моряка“, ничего не скажешь…» — Клейн перевел взгляд на бушующие волны за бортом и вновь не удержался от пары глухих кашлей.

— Прихворнул? — в лоб поинтересовался Фрэнк Ли.

Клейн сдержанно кивнул:

— Немного.

Фрэнк на миг задумался и, даже не удосужившись бросить ни слова, с громким топотом умчался обратно в нутро корабля.

Стоящая поодаль «Адмирал Звезд» Катлея поправила на переносице тяжелую оправу очков и едва заметно усмехнулась:

— Фрэнк не только «Эксперт по токсинам», но и первоклассный лекарь.

«А я так и знал, что он шагает по Пути „Земледельца“…» — Клейн благоразумно не стал развивать тему. Застыв у борта, он приготовился дожидаться, пока Нина не завершит свою подводную разведку.