— Шерлок? — внезапно раздался полный искреннего изумления и радости оклик. Голос звучал так, словно его обладатель был с Клейном на короткой ноге.

«Это еще кто?» — Клейн, слегка опешив, повернул голову и с удивлением обнаружил, что к нему обращается сыщик Стюарт, с которым они расстались лишь накануне!

Присмотревшись повнимательнее, юноша выхватил в толпе и других знакомых: детектива Каслану и ее помощницу Лидию — тех самых дам, что вместе с ними охраняли бедолагу Ятеру.

— Какая неожиданная, но приятная встреча, — уголки губ Клейна поползли вверх, и он с улыбкой приблизился к Стюарту.

Стюарт сноровисто потеснился, освободив на диване ровно половину места, и похлопал по обивке:

— А может, и не случайность вовсе! Недавно вычитал в одном заумном журнале про какой-то там психологический феномен, «синхроничность» называется. Мол, стоит только о чем-то подумать — и оно тут же происходит! Ха-ха, шучу, конечно.

Тем временем Айзенгер, завладев всеобщим вниманием, принялся представлять новичка:

— Господа, позвольте представить: мистер Шерлок Мориарти. Выдающийся, первоклассный сыщик.

Заручившись столь весомой рекомендацией от авторитетного коллеги, Каслана и остальные заметно потеплели. В их взглядах, устремленных на Клейна, теперь отчетливо читалось доверие: раз уж сам Стентон ручается, значит, перед ними и впрямь блестящий профи.

Учтиво кивнув в ответ на приветствия, Клейн опустился рядом со Стюартом и как бы невзначай поинтересовался:

— Ваш контракт подошел к концу?

— Именно так. Ятеру быстро пошел на поправку, да и у той дурной компании, что его травила, похоже, тоже возникли нешуточные проблемы. Теперь ему ничто не угрожает, так что мы благополучно пополнили ряды безработных, — со смешком отозвался Стюарт. — Я-то планировал отлежаться пару-тройку дней, но тут прилетела весточка от мистера Стентона, вот и решил заглянуть. И, признаться честно, так даже лучше! Терпеть не могу всякую чертовщину и жуткие байки про привидений. Уж лучше старая добрая, прозаичная поножовщина и убийства!

Дождавшись, пока помощник снабдит каждого гостя чашечкой кофе или черного чая и раздаст всем пухлые папки с материалами, Айзенгер вальяжно опустился в кресло-качалку. Выудив свою неизменную трубку и неспешно поглаживая ее пальцем, он произнес:

— Полагаю, никому из присутствующих не нужно объяснять, что это за серия убийств, наводящая ужас на город. У кого-нибудь уже созрели свежие идеи? Выкладывайте, давайте обсудим всё вместе.

Худощавый Стюарт с редкой, неопрятной бородой тут же вскинул руку, опережая остальных:

— Я только что бегло пролистал досье и пришел в полнейший ужас: полиция умудрилась напрочь проигнорировать личности самих жертв!

— С какой стати этот мерзавец мог на глазок, в толпе вычислить, что все эти дамы когда-то промышляли на панели? Это же абсурд! Он стопроцентно пересекался с ними ранее! И это — жирнейшая, кристально ясная зацепка, которую наши доблестные легавые банально прохлопали ушами! Боже правый, уму непостижимо!

«Держу пари, этот ублюдок именно так и выискивал их — одним лишь взглядом…» — беззвучно, про себя хмыкнул Клейн.

Выпад Стюарта вызвал в зале бурю одобрения: львиная доля детективов с жаром поддержала его возмущение. И лишь Каслана, Айзенгер да еще парочка тертых калачей сохранили ледяное, задумчивое молчание.

— Замечание действительно стоящее. Стюарт, бери в охапку парочку надежных людей и рой землю в этом направлении, — когда гул голосов стих, ровным тоном резюмировал Айзенгер.

В последующие часы комната превратилась в настоящий кипящий котел: сыщики наперебой сыпали теориями, вступали в яростные перепалки, срывались на крик, вскакивали с мест и нервно мерили шагами ковер, силясь собрать мысли воедино. Всё это время Клейн оставался абсолютно безучастным, не проронив ни единого слова.

И лишь когда этот хаотичный мозговой штурм начал плавно сходить на нет, он внезапно поднял руку:

— Я бы хотел взглянуть на все «висяки» по серийным убийствам за последние двадцать лет. Не только по Баклунду, но и по всему Королевству.

В гостиной воцарилась звенящая, гробовая тишина. Добрые полминуты подавляющее большинство детективов лишь хлопали глазами, напрочь отказываясь понимать, к чему клонит этот выскочка.

Айзенгер медленно поднес трубку к лицу, с наслаждением втянул аромат табака и, тщательно подбирая слова, произнес:

— Вы полагаете, что наш маньяк убивает далеко не в первый раз?

— Подозреваете, что за его плечами тянется долгий, кровавый след из аналогичных преступлений, пусть и с совершенно иным почерком?

«Я не подозреваю, я в этом железобетонно уверен…» — мысленно, про себя ответил Клейн.

Эту дедуктивную цепочку юноша выстроил, опираясь на те самые бесценные крупицы знаний, что выудил из юноши «Солнца»:

Раз уж этот мерзавец сейчас из кожи вон лезет, чтобы прорваться с шестой Последовательности на пятую, то как, прикажете, он коротал время, будучи «Серийным убийцей» седьмого ранга?

Если он не совершал аналогичных преступлений, переварить эликсир ему было бы чертовски сложно. Даже с поправкой на годы выдержки прорыв с седьмой ступени на шестую таит в себе колоссальный риск срыва в безумие, а Потусторонние Пути «Бездны» в этом плане — самые безнадежные пациенты из группы риска.

Исходя из этого, Клейн рассудил: ведал ли этот мерзавец о методе «отыгрыша» или нет, будучи на седьмой ступени, он в любом случае — в силу тех или иных причин — уже успел оставить за собой кровавый след из серии убийств.

При таком раскладе на усвоение зелья седьмой Последовательности у него ушло бы от силы пара-тройка лет. Даже если приплюсовать сюда время, проведенное на шестом ранге, планка в двадцать лет выглядит более чем разумным ограничением. В конце концов, если маньяк слишком стар, то вне зависимости от степени переваривания эликсира любой прорыв наверх становится смертельно опасным. По мере углубления в ритуалы такой старик неминуемо скатился бы в кромешное безумие, щедро наследив и оставив после себя кучу очевидных улик.

Да, на нынешнем этапе этот потрошитель действует с пугающим хладнокровием. Он виртуозно глушит прорицания, сбивает со следа ищеек и не оставляет ни единой бреши в своей обороне. Вот только в те ранние, «зеленые» годы всё наверняка обстояло иначе!

Свершая свою самую первую кровавую жатву, он стопроцентно не обладал такой дьявольской осмотрительностью!

И именно в этом прошлом кроется самая жирная, самая многообещающая зацепка!

Вся эта дедуктивная цепочка молниеносно пронеслась в голове Клейна. Утвердительно кивнув, он заговорил:

— Почерк этого маньяка совершенно не похож на работу зеленого новичка.

— У меня есть все основания полагать, что в прошлом он уже проворачивал нечто подобное!

— Лишь сплетя воедино дела минувших дней и нынешнюю бойню, мы получим реальный шанс нащупать корень проблемы и схватить ублюдка за горло.

Выслушав эти доводы, сыщики мгновенно оживились, зашептались и принялись горячо обсуждать свежую теорию. Айзенгер же, выдержав короткую, осмысливающую паузу, с искренним восхищением произнес:

— Поистине блестящий ход мыслей!

Глава 306

Епископ «Гигант»

Ближе к вечеру Клейн опустился в кресло-качалку в гостиной и, греясь у растопленного камина, взял в руки материалы, которые только что доставил помощник Айзенгера.

После того как именитый сыщик расхвалил его утренние дедуктивные выкладки, Каслана тут же заявила, что ей тоже не помешает копия этого досье. Стюарт же вполголоса признался: еще видя невозмутимость и хладнокровие Мориарти в деле Ятеру, он ни на секунду не сомневался, что перед ним выдающийся детектив, но даже помыслить не мог, насколько тот окажется блестящ.

Заодно он заверил Клейна: если вдруг понадобится подмога или лишние рабочие руки, можно смело обращаться к нему, благо связей в сыскных кругах Баклунда у него хватает с лихвой.

Айзенгер Стентон, в свою очередь, пообещал незамедлительно связаться с полицейским управлением, дабы еще до наступления темноты снабдить всех желающих коллег нужными сводками.

И свое слово он, как человек чести, сдержал.

«На следующем собрании Клуба Таро надо будет поручить „Миру“ расспросить юношу „Солнце“ о талантах „Демона“ шестой Последовательности и выудить из него все слабости этого класса… Раньше я не планировал лезть в это дело, вот и не озаботился сбором информации. Но раз уж решил ввязаться, нужно быть во всеоружии, чтобы при встрече с врагом не оказаться слепым котенком…» — погрузившись в раздумья на несколько секунд, Клейн склонил голову и при свете газовой лампы принялся перелистывать архивы всех нераскрытых серийных убийств в Королевстве Лоэн за последние двадцать лет.

И таких «висяков» оказалось куда меньше, чем он предполагал.

Четыре эпизода в Баклунде и всего пять на остальные города. В сумме — жалкие девять дел!

«Что ж… И пусть в этом мире пока и слыхом не слыхивали про анализ ДНК, да и криминалистика откровенно хромает на обе ноги, зато стараниями великого императора здесь уже вовсю цветет дактилоскопия. А если приплюсовать сюда спиритизм, гадания, проникновение в сны и прочий сверхъестественный арсенал! Да, рядовую поножовщину, где не замешаны аристократы, толстосумы или чинуши, полиция расхлебывает сама, не дергая спецотряды трех великих Церквей. Но серийные убийства неизбежно сеют панику и бьют по репутации властей, поэтому легавые непременно поступят разумно и позовут на помощь экспертов… При таком раскладе наличие всего десятка „глухарей“ за два десятилетия выглядит более чем логично и обоснованно», — Клейн мгновенно разложил всё по полочкам.

Обуздав блуждающие мысли, он принялся скрупулезно, досье за досьем, изучать архивы.

Из-за скудости улик раскинуть карты было попросту невозможно. Опираясь на интуицию, сыщик отобрал две цепочки убийств, которые, на первый взгляд, могли иметь хоть какую-то связь с нынешней бойней, намереваясь сделать их отправной точкой своего расследования.

Первое дело отгремело четыре года назад. Маньяк лишил жизни пятерых уличных девиц, причем у каждой из них непременно имелся один ребенок. Перед смертью бедняжек жестоко истязали, однако ни малейших признаков интимной близости судмедэксперты так и не обнаружили.

Курировавшие тогда следствие легавые резонно рассудили: ублюдок был лично знаком со своими жертвами, иначе ни за что бы не сумел с такой пугающей точностью выискивать матерей-одиночек. Отработав соседей и завсегдатаев этих женщин, полиция даже набросала список подозреваемых, но на этом всё и заглохло — истинного палача так и не сыскали.

И хотя в протоколах об этом упоминалось лишь вскользь, Клейн без труда уловил между строк: копы всё же прибегли к помощи Потусторонних из великих Церквей. Увы, даже это не сдвинуло дело с мертвой точки.

«Опираясь на таланты Пути „Бездны“, унюхать в женщине ауру былого порока или раскусить в ней путану — пара пустяков, законам мистики это ничуть не противоречит. Но вот с ходу определить, что она одинока и тянет именно одного ребенка… здесь чутье бессильно. Выходит, логика легавых была безупречна. Так в чем же загвоздка? Неужто этот маньяк, подобно мне, способен глушить проникновение в сны, гадания и спиритизм, благодаря чему играючи обвел вокруг пальца Ночных Ястребов и Уполномоченных Карателей низших и средних эшелонов?»

«Вполне вероятно. Да, Церкви прекрасно осведомлены о повадках „Серийных убийц“, но кто знает, не разжился ли этот ублюдок какими-нибудь диковинными артефактами или знаниями на стороне!» — примеряя ситуацию на себя, Клейн нащупал несколько вопиющих странностей.

«А я, погляжу, препарирую его логику прямо как истинный „собрат“ по ремеслу… Воистину, фамилию Мориарти ношу не зря…» — горько усмехнувшись про себя, он постановил: первыми в очереди на проверку остаются те самые четверо подозреваемых.

«Пусть мистер Стентон тряхнет свои связи в полиции и пробьет их нынешние координаты. Стюарта напрягу с подмогой, а сам светиться не стану, от греха подальше — не хватало еще напороться на казенных ищеек. Как только картина прояснится, раздобуду их личные вещички и вознесусь над серой мглой для контрольного мистического прорицания». Юноша молниеносно выстроил план действий.

Второе дело уходило корнями в прошлое на одиннадцать лет. Тогда город содрогнулся от череды жутких расчлененок. Изначально полиция не видела между четырьмя трупами никакой связи. Лишь обратив внимание на до омерзения схожий, хирургический почерк расправы над плотью, легавые объединили их в одну серию. Все жертвы были из тех, кто засиживался на работе допоздна: мужчины, женщины, без малейших точек соприкосновения и совершенно не тронутые грабителями.

Из-за того, что копы безнадежно упустили драгоценные первые дни, ни единой зацепки, ведущей к убийце, так и не всплыло.

«Классический провал на старте. Привлеки они „Медиума“ по горячим следам, и мстительные духи сами бы указали путь к палачу… Впрочем, нельзя исключать, что этот мерзавец стирал и сами души — точь-в-точь как в нынешней бойне… От тех останков сейчас наверняка лишь прах да пепел остался, зацепиться не за что…» — помассировав ноющие виски и заметив, что за окном уже сгустился мрак, Клейн решил отложить эти головоломки до лучших времен. Поднявшись с кресла-качалки, он покинул дом на улице Минск.

Этой ночью у него были дела поважнее!

Ему предстояло наведаться в район Баклундского моста, на улицу Роз, прямиком в Церковь Урожая. Там он намеревался отыскать епископа Утравски и во что бы то ни стало раздобыть рецепт эликсира «Аптекаря». Безопасность этой вылазки он уже благоразумно подтвердил гаданием.

По разумению Клейна, обзавестись личным карманным «Аптекарем» было бы чертовски выгодно.

Раны, хвори, стычки с врагами, способными пустить кровь — от этого никто не застрахован. А надежный лекарь, который всегда под рукой, станет поистине несокрушимым тылом.