— Впредь буду осмотрительнее.

Стюарт, исполнивший самый виртуозный и нелепый кульбит, на удивление, ничуть не обозлился. Стряхнув невидимую пыль с брюк, он с явным любопытством посмотрел на коллегу и поинтересовался:

— Мистер Мориарти, а с чего бы это ваше имя мне ни о чем не говорит? Поймите правильно, я в нашем цеху собаку съел и знаю едва ли не каждого, но с вами пересекаюсь впервые.

— Я перебрался в Баклунд лишь в начале сентября, — коротко прояснил ситуацию Клейн.

— Вот оно что… — хохотнул Стюарт. — Что ж, этой ночью мы работаем в паре. Наша смена — от полуночи и до самого утра. Возражений нет?

— Никаких, — в тон ему улыбнулся Клейн.

— Отлично. Тогда после ужина отправляйтесь отсыпаться, а в полночь подмените нас, — вклинилась в разговор Каслана, сухо расставив все точки над «i».

Клейн бросил долгий, пронзительный взгляд на скрючившегося, бьющегося в дрожи Ятеру и со всей серьезностью кивнул.

…………

Остаток дня пролетел в звенящей тишине. Изведенные тревогой хозяева особняка не поскупились на роскошный ужин для нанятых сыщиков и охранников, благоразумно исключив из меню любые горячительные напитки.

Набив желудки, Клейн в компании обросшего густой бородой Стюарта направились на второй этаж, чтобы занять выделенные им гостевые покои.

Убедившись, что в коридоре нет ни единой лишней души, Стюарт покачал головой и тихо заговорил:

— Шерлок, держу пари, ты и сам уже всё смекнул. Беда Ятеру отнюдь не в мстительных дружках.

«Друг мой, а ты, я погляжу, быстро переходишь на „ты“…» — не позволив ни единому мускулу на лице дрогнуть, Клейн задал встречный вопрос:

— И к чему ты клонишь?

— Да у парня явно крыша потекла. Или же, если верить деревенским байкам, к нему прицепился какой-нибудь злой дух или призрак. Буду откровенен: от таких перспектив мне становится до смерти жутко, — с тяжелым вздохом признался Стюарт. — Мистеру Кароману следовало бы сперва оттащить его к мозгоправу, а уж если не выгорит — звать жрецов Повелителя Бурь, чтобы те окропили всё святой водой и провели ритуал экзорцизма!

— Тебе стоит предложить ему этот вариант, — рассудительно заметил Клейн.

— Если через пару дней парню не полегчает, я непременно так и поступлю, — Стюарт скосил взгляд на коллегу.

Юноша ответил легкой усмешкой:

— Это уже ваши заботы. Мой контракт истекает завтра.

За этим разговором сыщики как раз добрались до места и разошлись по своим комнатам.

…………

Час ночи. Спальня Ятеру.

Устроившись в кресле-качалке и намертво стиснув в кармане медный свисток Азика, Клейн в абсолютном безмолвии наблюдал за подопечным. Стюарт же коротал время за письменным столом, потягивая кофе.

Оба хранили гробовое молчание, до смерти боясь растревожить с таким трудом уснувшего юношу.

Минуты неумолимо текли одна за другой, как вдруг по спальне внезапно прокатилась волна пронизывающей, леденящей стужи.

Ятеру рывком сел на кровати и распахнул глаза.

— В чем дело? — с нескрываемым напряжением в голосе поинтересовался Стюарт.

— В… уборную… — глухо, каким-то потусторонним шепотом отозвался паренек.

Лицо его сделалось еще мертвенно-бледнее, а губы налились пугающей синевой.

Стюарт уже было открыл рот, но тут же увидел, как Шерлок Мориарти плавно поднялся с кресла и едва заметно кивнул:

— Я присмотрю за ним.

— Добро, — Стюарт с нескрываемым облегчением выдохнул.

Клейн, сунув руки в карманы, следовал за Ятеру в шаге позади, пока они не миновали пару комнат и не очутились перед дверью умывальной.

Паренек уже потянулся было притворить за собой створку, как вдруг внутрь юркнула чужая тень.

— Инструкции запрещают мне выпускать вас из виду. Так что делайте свои дела и просто представьте, что меня здесь нет, — с легкой улыбкой произнес Клейн, вальяжно прислонившись к стене в углу.

Ятеру не проронил ни звука. Его пустой, расфокусированный взгляд скользнул по помещению и намертво прикипел к зеркалу над раковиной.

Он открутил кран, позволяя воде с шумом хлестать в фаянсовую чашу.

В этот самый момент Клейн неспешно выудил коробок и с чирканьем запалил спичку, всем своим видом показывая, будто вознамерился перекурить.

Однако за сигаретой он так и не потянулся. Вместо этого парень легонько дунул на огонек, и тот послушно угас, оставив лишь струйку дыма.

Шлеп!

Небрежно бросив обугленную деревяшку себе под ноги, сыщик выудил из кармана совершенно иную вещицу.

Стоящий к нему спиной Ятеру внезапно вытянулся в струнку. Отражающийся в зеркале силуэт парня выглядел мертвенно-бледным, словно оживший труп.

У-у-ух! По умывальной с завыванием пронесся могильный сквозняк. Ятеру, не сгибая колен и не поворачивая корпуса, неестественным, жутким рывком развернулся на месте. Его пустые глаза намертво впились в левую руку Клейна — туда, где сыщик лениво подбрасывал и ловил изящный медный свисток.

У-у-ух!

Шквал ледяного ветра ударил прямо в лицо Клейну.

Не позволив дежурной улыбке ни на йоту сойти с губ, парень звонко щелкнул пальцами.

В ту же долю секунды с пола с ревом взметнулся столп пламени, мгновенно окутав огнем невидимый человеческий силуэт.

Призрачная фигура лишь пару раз дернулась в агонии и бесследно рассеялась, а вслед за ней угасло и само пламя.

Спрятав медный свисток Азика, Клейн с абсолютным спокойствием перевел взгляд на Ятеру, в чьих глазах наконец-то начал проступать осмысленный фокус.

Паренек выглядел так, словно только что вынырнул из долгого, изнуряющего кошмара и наконец-то пришел в себя.

Сквозь пелену растерянности он увидел стоящего в паре шагов молодого человека в белой сорочке, темных брюках и очках в золотой оправе. Незнакомец вальяжно опирался о стену, а на его губах играла легкая улыбка.

А в следующее мгновение до его ушей донесся мягкий, обволакивающий голос:

— Так в какую же беду ты умудрился вляпаться?

Глава 300

Спиритический танец

«Что же всё-таки стряслось?»

Беззвучно повторяя этот вопрос, Ятеру силился и никак не мог вспомнить, чем занимался последние несколько дней.

Словно лунатик, он обвел комнату блуждающим взглядом и, снедаемый дикой смесью страха, паники и растерянности, спросил:

— Вы кто такой?

— Где я?

— Это умывальная комната в твоем собственном доме, неужто не узнаешь? А я — частный сыщик, нанятый для твоей охраны, — с тихим смешком отозвался Клейн, глядя на так и не пришедшего в себя здоровенного парня.

— В моем доме… сыщик для охраны… да что же здесь, черт возьми, стряслось… — ошарашенно озираясь по сторонам, пробормотал себе под нос Ятеру.

Внезапно он осекся, и на его и без того мертвенно-бледном лице проступил ничем не прикрытый, животный ужас:

— А вдруг… вдруг призраки и впрямь существуют! Они настоящие!

Голос юноши заметно дрожал, однако Клейн безошибочно уловил в нем причудливое сплетение двух совершенно разных чувств: первобытного страха и жгучего предвкушения. И это блестяще ложилось на те цвета эмоциональной ауры, что сыщик наблюдал ранее.

«Предвкушение? Неужто этот сорванец искал острых ощущений и намеренно навлек на себя гнев мстительного духа? Воистину, молодо-зелено, совершенно не боится смерти…» — сделав предварительный вывод, Клейн, однако, напустил на себя недоуменный вид и переспросил:

— Призраки?

После прорыва на ступень «Фокусника» его духовное зрение слегка обострилось, пусть и не слишком грандиозно. Сыщик по-прежнему не мог пронзить взглядом эфирное тело и узреть оболочку астрального, а потому и с ходу определять Потусторонних всё еще не умел.

Бледное лицо Ятеру внезапно залилось краской:

— Именно, призраки!

Неистово размахивая руками, он выпалил:

— За гранью нашего привычного восприятия таится куда более необъятный мир! Клянусь вам, смерть — это вовсе не конец!

«Что за пафос… Типичный пубертатный максимализм… Впрочем, сдается мне, нечто подобное я уже где-то слышал…» — Клейн лишь усмехнулся: — А я больше склонен верить иной максиме: перед лицом эпох, что древнее самой вечности, даже смерть неминуемо обратится в прах.

Не дав парню и рта раскрыть, сыщик выудил золотую карманную луковицу, со щелчком откинул крышку, сверяясь со временем, и спросил:

— Так как же ты умудрился довести себя до такого жалкого состояния? Выглядел в точности как пациент с тяжелым нервным срывом.

— Я… — Ятеру склонил голову, раздумывая пару секунд. — Я примкнул к одному клубу, но это отнюдь не заурядная шарашка! Все мы свято верим, что смерть — не финал. Прибегая к мистическим таинствам, мы способны напрямую соприкоснуться с гибелью и постичь, что всё можно повернуть вспять. Да, мы убеждены, что мертвых можно вернуть к жизни!

Клейн, сам лишь месяц с небольшим назад выбравшийся из собственной могилы, издал пару сухих смешков:

— И вы пытаетесь воскрешать покойников?

«Смерть — не финал… мир за гранью восприятия… всё можно повернуть вспять… мистические таинства… Да это же слово в слово догматы Спиритического культа! Вся эта чушь слеплена лишь с одной целью — воскресить бога Смерти…» — на Клейна мгновенно снизошло озарение, и он беззвучно пробормотал это себе под нос.

— Именно! — кивнул Ятеру, и его глаза лихорадочно заблестели, хотя скрыть затаившийся в них ужас так и не вышло.

— А трупы вы откуда берете? — допытывался Клейн.

— Ну, мы… мы тайком раскапываем могилы, берем совсем свежие захоронения, или же покупаем в больничных моргах… — покопавшись в памяти, ответил юноша.

«Так и знал, за такие фокусы прямая дорога на каторгу… Немудрено, что Лого Кароман наотрез отказался звать полицию… А пацаны-то и впрямь без тормозов…» — сохраняя на лице вежливую, мягкую улыбку, сыщик поинтересовался:

— Ну и как, увенчалось успехом?

— Пока нет… На той сходке они так на меня пялились, словно… словно на бездыханный труп. Будто прикидывали, на какое место лучше наложить нужные оккультные печати… А потом мы исполняли спиритический танец, дабы наладить связь с миром за гранью восприятия, а дальше… дальше как отрезало, ничего не помню… — тело Ятеру забила крупная, неконтролируемая дрожь.

«Спиритический танец? Точно, Спиритический культ… Выходит, этот бедолага стал подопытным кроликом для собственных дружков?» — едва заметно нахмурившись, спросил Клейн:

— И с тех самых пор память к тебе вернулась только сейчас?

Если верить закрытым архивам Ночных Ястребов, «спиритический танец» брал свое начало в древних жертвенных обрядах. Этот ритуал был невероятно популярен на Южном континенте и считался излюбленным методом поклонения богу Смерти.

Его суть заключалась в том, чтобы через выверенные ритмы, монотонные песнопения и пластику движений гармонизировать собственную духовность, сплетая ее с силами природы и объектом мольбы. А в связке с примитивным алтарем и правильным почетным именем божества этот танец позволял добиться эффекта, ничуть не уступающего сложнейшей ритуальной магии.

— Да, — глухо отозвался Ятеру и внезапно вскинул голову. — Какой нынче день недели? И который час?

— Пятница, двенадцать минут второго ночи, — ответил Клейн, ориентируясь на недавно увиденный циферблат.

Парень рефлекторно втянул воздух сквозь зубы:

— Я пропустил очередную сходку…

— Каждую пятницу, ровно в три часа ночи, они проводят ритуалы воскрешения прямо у ограды Гриннского кладбища.

Гриннский погост получил свое название благодаря соседству с одноименной Парковой улицей Гринн.

— И ты всё еще рвешься туда? Напрочь забыл о том, через какой кошмар прошел за эти дни? Ах да, извини, ты же действительно ничего не помнишь. Что ж, советую расспросить родителей и прислугу, — не удержался от предостережения Клейн.

«Да и совершенно не факт, что я снова смогу вытащить тебя из петли…» — мысленно, с изрядной долей прагматизма, добавил он.

Вся эта заварушка обнажила еще одну зияющую брешь в арсенале «Фокусника»: катастрофическую нехватку навыков для борьбы с призраками и мстительными духами. Из полезного имелось лишь управление пламенем, да и то пасовало, если нечисть успевала завладеть телом жертвы. Изгнать или очистить одержимого становилось задачей почти невыполнимой — разве что сжечь бедолагу заживо вместе с подселенцем.

Разумеется, Клейн не был абсолютно беспомощен. Ему вполне по силам было обустроить алтарь и провести ритуал экзорцизма, вот только подобная возня требовала уйму времени, грозила разоблачением и для пылу сражения не годилась от слова совсем.

Тщательно взвесив все варианты, он решил пойти иным путем: выманить духа с помощью медного свистка Азика, а уж затем, пустив в ход пламя, выжечь скверну дотла.

Увы, убойная мощь такого комбо оставляла желать лучшего. Столкнись он с нечистью покрепче, и этот фокус наверняка бы обернулся полным фиаско.

«В моем арсенале по-прежнему зияет дыра: нет ни стоящих артефактов, ни мощных амулетов против нежити. Эх, была бы сейчас под рукой та самая „Мутировавшая Священная Эмблема Солнца“, запечатанный артефакт „3–0782“…» — мысли Клейна на мгновение унеслись вдаль.

Слова сыщика мигом напомнили Ятеру о пугающем провале в памяти. Его лицо вновь приобрело мертвенно-бледный оттенок, и он с содроганием выдавил:

— Нет, ни за что не пойду! Ноги моей там больше не будет!

— Вот и славно, — с мягкой улыбкой одобрил Клейн.

Глядя на абсолютно невозмутимое, лишенное даже тени страха лицо собеседника, Ятеру на одних инстинктах спросил:

— Я тут таких ужасов наговорил, а вам хоть бы хны?

Отлипнув от стены и неторопливо распрямив спину, Клейн непринужденным, легким тоном отозвался:

— Для истинного сыщика слова — лишь пустой звук, покуда они не подкреплены железобетонными уликами.

Бросив эту фразу, он распахнул дверь и шагнул прочь из умывальной, лихорадочно соображая: стоит ли ему вообще совать нос в дела Спиритического культа? В конце концов, это могло стать той самой заветной ниточкой к разгадке прошлого мистера Азика.